Арифа Капба

Об авторе

Капба Арифа
Тележурналист, работает на абхазском телевидении (АГТРК). Окончила факультет международных отношений Абхазского Государственного Университета.





Арифа Капба

Cтатьи:


ПИСАТЕЛЬ СОЛНЦА

Произносишь «Фазиль Искандер», и в мыслях — жаркое сухумское лето. Ноги сами несут тебя на морской берег. Раскаленная добела галька, кажется, может сжечь пятки даже через подошву твоей обуви. Море, порой игривое, как девушка, обдает лицо брызгами. Вдалеке на пирсе в любую погоду можно различить фигуры рыбаков.

Ближе к вечеру пляж заполняется людьми. В основном на море ходят либо старики, либо дети. Первые, медленно зайдя в море, набирают своими ладонями прозрачно-голубую воду и щедро умываются ею. Заплывают они тоже очень медленно, как бы нехотя, равномерно и аккуратно раздвигая перед собой водные толщи. Дети не заходят в море, а как бы врываются в него с пронзительными криками. Когда купаются дети, кажется, что море начинает кипеть, как вода в чайнике.

Но у каждого свои ассоциации при упоминании имени Фазиля Искандера. Кто-то представит себе домик в Чегеме: во дворе кудахчут куры, а под яблоней раскинулась козья шуба. Другой вспомнит, как он мальчишкой пускал в канаве бумажные кораблики. Третьего мысли унесут в мрачную эпоху «зловещего актера» Сталина, любившего роскошные пиры и острые забавы.

Но мне кажется, каждая картинка будет пронизана солнечным светом. Искандер — писатель Солнца. Его не хочется читать в дождь. Раскрываешь книгу, кладешь на подоконник сухумской квартиры. Внизу — оживленный разговор соседок о резком скачке рыночных цен, наверху синее-пресинее небо, обещающее продолжение лета, где-то вдали слышатся детские голоса и ритмичное постукивание мяча о стену. Только такое чтение дает полное понимание атмосферы рассказов Искандера. Разве мог бы Чик воровать грушу в саду детского сада под дождем? А его тетушка разве могла бы в дождь угощать свою соседку «совершенно особым деликатесом» — чаем с персиками и пирожками? Конечно, это не значит, что все события не могли произойти в дождь, но рассказы Искандера своей добротой и юмором создают особенную — «солнечную» — атмосферу.
 
Почтенный возраст

В этом году Фазилю Искандеру исполняется восемьдесят лет. Возраст этот, как заметил писатель в одном из своих рассказов, довольно почтенный даже «по абхазским понятиям». Искандер — достояние и часть мировой литературы. А когда-то его из-за «разнарядки» и стихов Брюсова не приняли на философский факультет Московского университета. И он поступил в Библиотечный институт. Окончательно же Искандер переселился в Москву, как он сам выразился, «с целью изучения глубинной причины интереса москвичей к погоде».

 Наш Фазиль Абдулович

Искандер считает себя русским писателем, но не скрывает, что является «певцом Абхазии». Каждый приезд писателя на родину — большая радость для нас и повод для гордости. В любом уважаемом абхазском доме есть хотя бы одна книга Искандера. Его произведения разошлись на цитаты. Помню, пару лет назад в передаче Киры Прошутинской гостем был Фазиль Искандер, и телефон в нашей квартире чуть не лопнул от звонков. Такие перегрузки он испытывает лишь в новогоднюю ночь, когда разом надо поздравить всех друзей  и родственников.

После войны Фазиль Абдулович не часто радует нас своими визитами, говорит, что ему больно видеть последствия войны. Но и вдали от родины, он не перестает  быть нашим Фазилем. 

 Сухум. По следам Чика

Нельзя до конца постичь все то, о чем рассказывает Искандер в своих произведениях, не зная Абхазию, не прожив тут хотя бы один день. Каждый поклонник творчества Искандера обязан побывать в Сухуме и увидеть места, упоминаемые писателем в своих рассказах. Например, стены старой сухумской крепости, в которую упиралась улица, где жил Чик, до сих пор на прежнем месте — и в них упирается одна из городских улиц. А в 20 метрах от нее жил сам Искандер. На набережной один из эвкалиптов — тот самый, посаженный Чиком с друзьями «методом гнездовой посадки». Искандер, приезжая в родной город, часто сидит под этими эвкалиптами и чувствует себя «взволнованным патриархом». Конечно, не все, что увековечено писателем, сохранилось, но самое главное место, связанное его именем, это его дом.

 «В этом доме жил Чик»

Именно так сказала мне девочка, живущая по соседству с домом Искандера. Огромный, двухэтажный, темного кирпича, с балкончиком («капитанский мостик тетушки»), увитым розой и глицинией — сразу видно, дом с историей. Сто двадцать лет! Он принадлежал дедушке писателя — зажиточному персу Ибрагиму Искандеру. Ему принадлежал и кирпичный завод на окраине Сухума. При доме имелась конюшня, а на кухне — повар. Была обустроена и баня. Стена, отгораживающая дом от города, толщиной в семьдесят сантиметров. Говорят, за стеной когда-то было табачное хранилище.

С наступлением тридцатых годов прошлого века благополучие и спокойствие семьи Искандеров, как и многих других семейств, составлявших цвет абхазского общества, кануло в Лету. В 1937 году практически все мужчины из этой семьи были либо расстреляны, либо высланы. Отца Искандера сослали в Персию, где он вторично женился и по слухам открыл цветочный магазин. В 1954 году он умер.

Обо всем этом мне поведал родной племянник Фазиля Абдуловича, сын его старшего брата Фиридуна — Риза Искандер, который и живет в «доме, в котором жил Чик». Для Ризы Фиридуновича Искандер просто «дядя Зючка». «Искандер был очень внимательным дядей. В двенадцать лет он подарил мне велосипед "Школьник"», — с улыбкой и теплотой в голосе вспоминает он.

Больше всего времени Искандер уделял работе. «Стук его печатной машинки до сих пор у меня в ушах», — говорит племянник, имевший возможность читать произведения своего знаменитого дяди прямо в рукописях, которые брал у него в кабинете под подписку. По рассказам бабушек, Риза знает, что Фазиль Абдулович доходил в своей любви к работе почти до фанатизма: «Он запирался в своем кабинете, вставал на стол и вслух, громко и сочно декларировал свои стихи».

Среди увлечений дяди Риза Фиридунович называет и любовь к рыболовству. Он помнит, как однажды Фазиль Абдулович принес домой пойманного им большого черноморского катрана.

К Искандеру всегда приходило множество людей: поклонники из России, друзья, среди которых Риза Фиридунович называет пушкиниста Натана Эйдельмана и адвоката Эдика Арзиани.

Сидя на скамейке во дворе большого дома с большой историей и беседуя с Ризой Фиридуновичем, я остро почувствовала связь с историей своей земли и с историей нашего знаменитого писателя. Еще бы! Я видела дерево, посаженное Хамсадой Агрба — бабушкой Фазиля Искандера. Я смотрела на город из того же двора, из которого смотрел на него Чик, и, в конце концов, я видела человека очень схожего с самим Фазилем Искандером — его племянника Ризу Искандера. Та же улыбка и тот же взгляд.

Попрощавшись с племянником писателя, я зашагала в сторону моря, на улице как-то стало светлее и радостнее. «Жизнь казалась осмысленной и прекрасной» — вспомнилась мне строка из Искандера.

(Опубликовано: журнал "Апсны" (г. Сухум), 2009 г.)
______________________________________________________


СУХУМ-КАЛЕ. ДВАЖДЫ СОЖЖЕННЫЙ

Основанный в VI веке до нашей эры греческими колонистами, изначально он звался Диоскуриадой, позже римляне назвали его Себастополисом, при турках его нарекли "крепостью из воды и песка", и он стал Сухум-кале, абхазы же зовут столицу своей родины Акуа.

История города насчитывает более 2500 лет, но в этих заметках будет идти речь о последних двух веках, времени, когда сформировался тот Сухум, который мы сегодня знаем.

Это путешествие в прошлое можно начать с 1810 года, времени присоединения Абхазского княжества к Российской империи. После смерти владетеля Келешбея Чачба борьба за власть развернулась между его сыном Асланбеем, на него делала ставку Турция, и Сафарбеем (в крещении Георгием), ставленником царской России. Последний одержал победу, а Асланбею пришлось отступить. Но он не мог не попробовать удачи снова и в 1821 году при поддержке племен садзов и убыхов попытался вернуться в Сухум-кале, русские же под командованием генерала Горчакова подожгли город и его окрестности, осажденные повстанцами.

Так крепость превратилась в пепелище.

К концу 20-х годов XIX века Сухум как город мало что из себя представлял, а именно, как пишет видный ученый Юрий Воронов, "скопление жилых и хозяйственных построек из дерева и глины в стенах крепости, огород с участками офицеров и торговцев и несколько мелких лавок вне этих стен".

Все изменилось с заключением Адрианопольского мира между Россией и Османской империей, согласно которому Россия получила в "вечное владение" Кавказское Причерноморье. Тут же к имевшейся уже на этой территории Cухумской крепости русские построили еще три, подчинявшиеся им — в Бамборе, Гагре, Пицунде.


Сухум. Развалины древней крепости

Центром быстро стала Сухумская крепость, хотя Бамбора и имела в самом начале некие претензии на то, чтобы стать главной крепостью русских, однако в 1851 году Сухум прочно занял эту позицию.

Город начал активно развиваться, по приказу генерала Раевского стали осушать болота, коих на этой территории было множество, не одна сотня русских солдат умерла от свирепствовавшей в этих краях малярии. По инициативе того же Раевского в городе появился первый сад, он существует в городе и по сей день как Сухумский ботанический сад.


Вид с военно-ботанического сада, основанного Раевским, на гору Остроумова. Сухум-Кале


Сухум. Ботанический сад

Однако основал его не совсем Раевский, генерал лишь добился выделения из царской казны средств на содержание сада, а вот основателем можно считать лекаря военного гарнизона Багриновского. Обожая ботанику и обладая обширными знаниями в области растениеводства, он начал возделывать рядом со своим домом прекрасный сад, слава о котором быстро дошла до начальника крепостей Раевского.

Средства, который рачительный Раевский добыл для сада, позволили расширить его территорию и ухаживать за ним должным образом. Его назвали Сухумо-кальским военно-ботаническим садом. Слово "военный" неспроста вкралось в название сада, так как солдаты принимали непосредственное участие в уходе за растениями, среди которых были не только декоративные, но и плодоносящие. Дальше — больше. К сухумскому берегу стали приходить корабли из Керчи, Одессы, Поти, Кулеви, которые везли туда и обратно различные товары. В город, который уже к тому времени был назван торговым, корабли везли муку, вина французские и русские. В Сухуме к 1853 году было около двадцати так называемых "питьевых" домов и 36 лавок. В магазины для дам проставляли различный текстиль — бумажные, шерстяные и шелковые ткани. Но и из Сухума было что вывезти — вино, кукуруза, просо, орехи, мед, кожа, рыба и другое.

В этом зарождающемся мире бизнеса и прибыли были и те, кто хотел действовать в обход правил. Для борьбы с контрабандистами и для развития торговли тут начало свою работу "Русское общество пароходства и торговли". Здание, в котором разместилось Общество — одно из самых первых на сухумской набережной. До сих пор оно стоит в порту города, там сегодня располагается Госкомпания "Абхазское морское пароходство", а на фасаде здания видна надпись двухсотлетней давности "РОПИТ" — что и означает "Русское общество пароходства и торговли". Мало того, Общество построило сразу два здания на живописном берегу сухумской бухты. Первое в 1880 году, оно тоже сохранилось по улице Конфедератов, 1. Пароходы Общества возили не только грузы, но и пассажиров, а также почту. Исследователь истории города, археолог Анзор Агумава писал, что Сухумским агентом Общества был некий Кантенсини.


Сухум. Вид с моря на Русское общество пароходства и торговли


Сухум. Вид с моря

Уже в середине XIX века в Сухум-кале активно развивалась промышленность, в частности, был обустроен лесопильный завод. Большой популярностью стала пользоваться древесина Киндгского и Кодорского лесов, ее в больших количествах вывозили морем на верфи Николаева, Севастополя, Керчи. Другой бурно развивающейся сферой промышленности стало кирпичное производство. К середине 60-х годов XIX века в городе было шесть кирпичных домов. Кстати, и сегодня, если снять верхний слой наружных стен большинства старых сухумских домов, под ним наверняка обнаружится кирпич. Один из таких сухумских домов – тот, в котором родился писатель Фазиль Искандер, и это понятно, ведь его строил еще дед нашего прославленного земляка — Ибрагим Искандер, владелец кирпичного завода, одного из шести вышеупомянутых.

В 1864 году после упразднения Абхазского княжества здесь был образован Сухумский военный округ Российской империи. Последовала череда событий, среди которых так называемое "странное" восстание 1866 года, когда абхазским крестьянам объявили, что они свободны от "крепостного права", хотя они никогда и не были "крепостными", такого понятия и таких социальных отношений в Абхазии попросту никогда не существовало. А еще через какое-то время в 1877 случилось событие по своим последствиям для абхазского народа еще более ужасное. Абхазцы поддержали высадку турецкого десанта, который пытался атаковать позиции русских на побережье. Десант был разбит, а все абхазское население было названо "виновным" и лишено права селиться на прибрежной территории на 30 лет. Ну а Сухум-кале был вновь предан огню, на этот раз отступающими турками.

Сухум, в котором практически не осталось абхазов (был издан приказ о том, что ни один из них не имел права приближаться к городу на 30 верст), стал заселяться представителями других национальностей, особенно много среди них было греков. Умелые торговцы, ловкие в ремеслах, имеющие большой опыт и навыки в строительном деле, с их появлением Сухум начал строиться и развиваться с удвоенной скоростью.


Сухум. Вид на крепость и на почту

В основу регулярной планировки центра Сухума лег проект землемера Воринкова, который опирался на принцип русско-европейской застройки. Позднее его же применили при планировке Очамчиры, Гудауты, Гагры, Нового Афона, Гулрыпша. Дома, которые ранее строили из дерева, стали возводить из кирпича и камня, а проектами руководили профессиональные архитекторы, среди основных стилей в архитектуре, прижившихся у нас, выделяют псевдоклассический, эклектику, псевдорусский стиль, ну и, конечно, модерн.

Очень скоро город стал так красив и ухожен, что казалось, и не было двух пожаров, которые оставили от Сухума пепелище. Частенько наезжавшие сюда художники, писатели, поэты не уставали восхищаться местными красотами.

"Сухум мне так понравился, что я даже хотел купить там кусочек земли", — писал вдохновленный городом художник Илья Репин.

Другой художник Василий Верещагин написал в Сухуме целую серию картин, а вот как видел город писатель Антон Чехов: "Прекраснейший городок с тропической жарой, весь тонущий в густой нерусской зелени".

© Фото из архива Анзора Агумава.
© Фото: Sputnik Томас Тхайцук.

(Источник: Sputnik Абхазия.)
____________________________________




Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика