Леварса Квициниа

(Источник фото: книга Гулиа Г. "Дмитрий Гулиа. Повесть о моем отце". М., «Молодая гвардия», 1965. (ЖЗЛ))

Об авторе

Квициниа Леварса Бидович
(31.12.1912, с. Атара, ныне Очамчирского района Абхазской АССР, — 1941)
Абхазский советский поэт. Член КПСС с 1932. Родился в крестьянской семье. В 1937 окончил Литературный институт им. М. Горького. Печататься начал в 1928. В 1932 вышел сборник "Страна растет", включающий поэмы "Ткварчелстрой", "Ленин", "Миллионы голосов", "Комсомол". Автор поэм "Шаризан" (1933), "Даур" (1936) и др. Шаризан воплощает черты новой абхазской женщины, преодолевающей в острой борьбе "извечные законы гор". Лирика К. проникнута любовью к Коммунистической партии, к советскому народу, к обновленной Абхазии. Участник Великой Отечественной войны. Погиб около Белостока.
Соч.: Иҩымтақуа, Aҟya, 1955; в рус. пер. — [Стихотворения], в кн.: Антология абхазской поэзии, М., 1958.
Лит.: Инал-Ипа Ш., Апсуа литература аҭоурых аҟнытә, Aҟya, 1961.
(Источник: Большая советская энциклопедия.)





Леварса Квициниа

Стихи из сборника "Поэты Абхазии"  (1941)

4-е МAPTA*

Сегодня песнями и пляской
Шумит веселая Апсны,
Цветы венчают край абхазский,
И небеса его ясны.

Врагов презренных бита карта,
Навек умолкла старина,
И, как лучом, Четвертым марта
Моя страна озарена.

С утра построенный в колонны,
Ликует праздничный народ.
Неустрашимо-непреклонный,
Он шумно движется вперед.

Абхазец старый обновляет
Национальный свой наряд.
Зима прошла, сады сияют,
И волны искрятся, горят.

Сегодня смуглые абхазцы,
Грузин, и сван, и осетин
Сошлись опять, чтобы поклясться,
Что их союз навек един.

И титанический Эрцаху
Примкнуть к их шествию готов;
Надвинув белую папаху,
Глядит на радостных сынов.

1928

* День установления советской власти в Абхазии.


Перевод с абх. Б. Брика


КАВКАЗ

Я, будто на небо взобравшись, с вершины
Эрцаху бросаю повсюду свой взор.
Все - ниже меня. Убегают долины,
Вздуваются складки неровные гор.
Вон там на хребте различаю едва я,
Как горные туры, быстры и легки,
Играют на воле, друг друга бодая.
Их резвые я наблюдаю прыжки.
А сбоку кора ледников засверкала,
Огромны они и блестят, как стекло.
А там на высокой груди перевала
Чуть тающий снег разметался светло.
Кавказ, мое сердце летит над тобою,
Как птица горит. И я вижу, что ты
Счастливому весь отдаешься покою.
И радостно слово мое с высоты.
А помнишь былые, ужасные годы?
Шли черные тучи грозней и грозней.
Без солнца твои задыхались народы,
И слышался стон стариков и детей.
Пора миновала :невзгод и ненастья,
Доносятся дружные песни труда,
Царят справедливость, довольство и счастье,
И зло отошло от тебя навсегда.
Согреты покоем, вверяясь надежде,
Кавказ, процветают твои сыновья.
Народы твои, враждовавшие прежде,
Отныне одна трудовая семья.
И славится созданное их руками, -
Их подвигам и достиженьям хвала,
Та слава разносится всюду ветрами,
И в будущем их не забудут дела.
Льет солнце на гор серебристых верхушки
Лучи свои сладкие. Верно, не раз
Смотрел на хребты недоступные Пушкин,
Недаром тебя воспевал он, Кавказ!
Здесь светлые думы его посещали,
Он будто на крыльях взлетал к небесам.
И Лермонтов тут, отстраняя печали,
Бродил по твоим благодатным садам.
Кавказ! Но и сам ты богат именами
Бессмертных людей, а посмотришь вперед -
Их сколько родится еще, чтоб стихами
Воспеть победивший счастливый народ.
Навеки прославлен Шoтa Руставели!
А Гулиа Дмитрий, да здравствует он!
Напевы его над Эрцаху взлетели,
И вслед ачонгуры доносится звон.
Их всюду поют. И они - словно птицы,
Что весело славят простор по утрам.
Поэмы Когониа, бросив страницы,
Обходят долины, бредут по горам.
Кавказ мой, ты можешь по многим причинам
Гордиться уделом прекрасным своим.
Повсюду теперь по полям, по долинам
Заводов и фабрик разносится дым.
Над многоголовою горной семьею
Ветра пролетают, сладки и теплы.
Внизу - ослепительною синевою
Могучего моря играют валы.
А по берегам его, в зелень одетым,
Садов шелестит благодатный наряд,
И пестрые птицы зимою и летом.
Блестя опереньем различным, парят:
И, слушая их непрестанное пенье,
Смотря, как ликует народов семья,
Не в силах умерить я сердцебиенье,
Творю вдохновенно и радуюсь я.

1929

Перевод с абх. С. Спасского


ЛЕНИН

Земля, земля,
Твои очи темны почему?
В траур закутана,
Не улыбаешься ты.
Сердце скорбит,
Кто рану нанес ему?
Думой тревожной
Искажены черты.
Может быть, солнце
Навеки твое зашло
Или затмилось?
О нет, посмотри же: вот
Солнце горит,
В небесах, как всегда, светло,
Солнце сверкает
И к радости нас зовет.
Что потускнел
Звонкий голос твой, ачонгур?
Песнь не сладка,
И взгляд у девушки той,
Что тебя держит,
тоже уныл и хмур.
О, ачонгур,
Отвечай, что стряслось с тобой?
Все мы мрачны!
Ленина с нами нет.
Он не успел
Видеть, как строим мы,
Как коммунизма
Заполыхал рассвет
И позабыты
Годы невзгод и тьмы.
В день этот грозный
Ленин от нас ушел.
Мы не забудем
Этот печальный день.
Всем этот день
Памятен и тяжел.
Пала на мир
В день этот скорби тень.
Загрохочите
Громче в цехах, станки!
Встаньте, заводы,
В тесный сомкнитесь строй!
Пусть до небес
Стон донесут гудки,
Мощных сирен
Пусть раздастся вой.
Вздыбь, океан,
Горы кипучих волн!
Ты, ураган,
Все сотряси кругом.
Если весь мир
Скорби жестокой полн,
Буря, бушуй,
Яростный крепни гром!
Может быть, он
Только прилег уснуть?
Может быть, он
Взглянет вокруг сейчас,
Снова шагнет,
Свой продолжая путь,
И поведет
Снова к лобедам нас?
Нет, он не дышит,
Не разбудить его.
Он недвижим,
Крепок смертельный сон.
В стихшей груди
Сердце молчит мертво.
Умер великий,
Всех нас оставил он.
Только не плакать!
Надо стальными быть.
Силы сольем,
Станем рука с рукой,
Круглого камня
Молотом не разбить, -
Воли свои
В камень сожмем такой.
Путь нам открыт,
Смело вперед пойдем!
Не умерла
Ленинских мыслей мощь.
Ленинским нас
Верным, прямым путем
Сталин ведет,
Наш гениальный вождь.

Москва, 1934

Перевод с абх. С. Спасского


МОЙ СТАЛИН

Я знал, что земля моя велика,
Я знал, что трава весной зелена,
О будущем пел, любил облака,
Частенько ночами бродил без сна.
Но вечно лелеял я мысль одну:
Когда-нибудь Кремль увижу и я,
Хоть раз на вождя своего взгляну,
С которым сроднилась мечта моя!
Я жил далеко от Москвы родной -
И юное сердце билось тоской.
Всегда мечтал я только об этом...
О, пусть сладка струя заревая,
Пусть груша и персик дышат цветом,
Слаще бродить, о счастье мечтая!
Ничто не сравнится с мечтой моей:
Нет радости слаще и горячей!

Летят, улетают год за годом,
Реет орел над солнечным склоном,
Гуляет ветер под синим сводом,
Леса шелестят плащом зеленым.
Вот - речью шагов дорога полна,
Веселые песни поет страна.
Сталина имя я слышу всюду.
Друга людей увижу когда я?
Когда на него смотреть я буду,
Тот час желанный благословляя?
И вдруг - словно был я снова рожден -
Очнувшийся взгляд стал зорок и прям.
Товарищ Сталин! Да вот же он!
Везде, улыбаясь, встает он сам!
Увидел я время в полном цвету,
Увидел творящие жизнь года,
Увидел свершенной свою мечту,
Ибо Сталин со мной - везде, всегда.
Нет пути, где б он не встретился нaм,
Где б нас он не видел ночью и днем.
Следит он, как мы летим к облакам,
Как мы в глуши города создаем.
Мой край! Расцветая, к солнцу прильни!
Спеваются листья в зеленый хор:
Я партией выращен, как они -
Ласкающим ветром с родимых гор.
В живительный свет одета земля:
То алые звезды - звезды Кремля.

Столицу нашей страны посещая,
Вождь родину мерит мыслью строгой.
И к нам, на поля табака и чая,
Идет из Кремля прямой дорогой.
Он знает, что есть и мой Сухуми,
На нас глядит он пристальным оком,
Он слышит нас в черноморском шуме,
В клекоте птиц нагорно-высоком.
Он видит край, омытый волнами,
Видит меня с друзьями моими,
И облик его стоит пред нами,
В ушах звучит заветное имя.
Сталин - вся воля наша стальная,
Он - наша партия, наше дело.
Мой Сталин - земли одна шестая,
В нем все, что любим, слилось всецело.
Мой Сталин - морей лазурная чаша,
Мой Сталин - бескрайность звездной вселенной,
Мой Сталин - вся радость земная наша,
И вслед за ним наш путь неизменный.
Не меркнет над миром сверканье дня:
Мой вождь, мое Солнце ведет меня!

1937

Перевод с абх. А. Кочеткова


ПЕСНЯ О ХАБИДЖЕ

От твоей отчизны милой
Не смогли тебя отвлечь.
Махаджиров* гнали силой,
Но за них ты поднял меч.

День и ночь, не уставая,
Ты сражался за Апсны
И сынов родного края
Звал на выручку страны.

Как красавица Куаша,
ты служил родной земле,
И любовь пылала ваша,
Словно светоч, на скале.

Пусть твою отчизну вскоре
Обезлюдил грозный рок
И с орлом своим в нагорьи
Ты остался одинок:

Но везде ты след оставил,
Цепи сбросил твой народ.
Ты навек себя прославил,
И страна твоя цветет!

1939

* Махаджиры - переселенцы. Царское правительство проводило насильственное выселение абхазцев в Турцию. Многие из них погибли в пути и в "еднноверной" стране.

Перевод с абх. Б. Брика


ОЗЕРО РИЦА

Суровой горною дорогой
К тебе не шел я, а летел;
Волнуем радостной тревогой,
Я жадно на тебя смотрел.
Над рябью вод носился ветер,
И птицы реяли над ней,
И тихо осеняли ветви
Красу Абхазии моей.
Манящее прохладной лаской,
Возникло ты давным-давно.
Но можно ль верить старым сказкам
О том, что здесь погребено?!
Ужель и впрямь земля раскрылась
И поглотила пастуха?*
Тут сказка в песню превратилась,
В дыханье моего стиха...
Шумели старые деревья,
Горели юные глаза,
Над снегом гор скалистых, древних
Сияла неба бирюза.
И озеро меж скал лежало
Подобьем синего цветка.
На берегу его немало
Приехавших издалека
Находит отдых. Смех искрится,
И речи дружные текут,
Все удается здесь на Рице:
Слова и мысль, покой и труд.

1939

* По старинному преданию, в водах внезапно образовавшегося озера погиб пастух со своим стадом.

Перевод В. Звягинцевой


ГОРИ

Есть в мире город, собой невелик,
Город, знакомый рабочему люду.
Ближний и дальний, дитя и старик-
Все его помнят, и я не забуду.
Каждый стремится его повидать,
Раз посетив - посещает опять,
Чтоб прославлять этот город повсюду.

Пулею мчится седая Кура,
Недругов с прежнею силой карая;
Новая, видит, настала пора,
И возрожденье приветствует края.
На побережьи могучий народ
Жизни грядущей готовит оплот,
Я нерушимей оплота не знаю.

Гостеприимно врата распахнул
Солнечный город, цветами увитый.
Встретит гостей под приветственный гул
Резвый ребенок со взором открытым;
Скромно он розы приезжим вручит,
Все показать он гостям поспешит
И ничего не оставит забытым.

Виден вдали покосившийся дом
С рядом скрипучих и ветхих ступеней,
Как не застыть в удивленьи немом?
Здесь подрастал нашей родины гений.
Все, чем великий прославился вождь, -
Ум, человечность, сердечность и мощь, -
Здесь для грядущих цвело поколений.

Вышел ребенок отсюда в былом,
Чтобы сиять нам, подобно светилу.
В души стенавших под царским кнутом
Влил тот ребенок могучую силу.
В люльке ласкаем дыханием гор,
Он расцветал, и тираны с тех пор
Перед собою узрели могилу.

Вечно пытливому, полному сил,
С детствa была незнакома усталость.
Горы родные тот мальчик любил,
Вещая дума в глазах отражалась.
Здесь он врагом был впервые гоним,
Здесь книга жизни открылась пред ним,
Светлою мыслью лицо озарялось.

Ловкий, веселый, тот мальчик подрос,
Понял народа и скорбь и величье.
Детских он был утешителем слез,
Лапки лечил он подбитые птичьи.
Равных ему не запомнит народ.
Смело итти все вперед и вперед -
Был и тогда его славный обычай.

Славят народы его без конца,
так ледяные потряс он вершины.
Птицы проснулись, воскресли сердца
И распрямились усталые спины.
Вот почему, продолжая свой труд,
Люди о городе этом поют
И прославляют тот домик старинный!

1939

Перевод Б. Брика

============

(Опубликовано: Поэты Абхазии. Москва, ГИХЛ, 1941. С. 65-77.)

(Сканирование, вычитка - Абхазская интернет-библиотека.)



Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика