Вячеслав Чирикба

Об авторе

Чирикба Вячеслав Андреевич
Родился 17 марта 1959 г. в г. Гагра, Абхазия. Доктор филологических наук, профессор. Член-корреспондент Академии Наук Абхазии. Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Абхазия. С 11 октября 2011 года — министр иностранных дел Республики Абхазия.
1982–1986 — аспирант Института Языкознания АН СССР, Москва, Россия. 1977–1982 — студент факультета иностранных языков, Харьковский госуниверситет им. В.Н. Каразина, Украина. Зав. Отделом политологии и конфликтологии Абхазского Института Гуманитарных Исследований им. Д.И. Гулиа. Зав. Отделом геополитики Центра Стратегических исследований при Президенте Республики Абхазия. Ведущий научный сотрудник сектора кавказских языков Института Языкознания Российской Академии Наук, Москва, Россия. 2007–2008 — советник Президента Республики Абхазия по внешней политике. 2005–2006 — преподаватель кавказских языков, Отделение Ассириологии Лейденского университета, Лейден, Нидерланды. 2000–2004 — исполнитель постдокторального научного проекта «Грамматика садзского диалекта абхазского языка», преподаватель кавказских языков в Институте Сравнительной и Описательной Лингвистики Лейденского университета, Нидерланды. 1996–1997 — приглашенный исследователь в Королевском Институте Международных Отношений "Клингендал", Гаага, Нидерланды. Тема исследования: «Грузино-абхазский конфликт». 1991–1996 — Докторант Института Сравнительной и Описательной Лингвистики Лейденского университета, Нидерланды. В 1996 г. защитил докторскую диссертацию "Общезападнокавказский язык. Реконструкция его фонологической системы и части его лексикона и морфологии." Руководители: проф. др. Ф. Кортландт, др. Р. Смеетс. 1986–1991 — научный сотрудник в секторе кавказских языков Института Языкознания АН СССР. Член Европейского Общества Кавказоведов (SCE). Член международной Ассоциации по Изучению Языков в Праистории (ASLIP). Глава делегации Республики Абхазия на международных Женевских Дискуссиях. Председатель Комиссии по реализации Государственной Программы Развития Абхазского Языка. Основатель и председатель гуманитарного фонда "Международный Центр Информации и Документации по Абхазии". 2005 — член исполнительного комитета Организации Непредставленных Народов (ОНН/UNPO) (Гаага, Нидерланды). 1998–2001 — редактор электронного "Абхазского Бюллетеня" (Гаага, Нидерланды). 1994–1995 — издатель и со-редактор журнала "Кавказское Ревю" (“Caucasian Review”, Лейден, Нидерланды). 1989–1990 — редактор газеты "Алашара" абхазского общества «Нартаа» (Москва). 1993–1998 — полномочный Представитель Республики Абхазия в странах Западной Европы. 1993–1994 — член делегации Абхазии на переговорах между Грузией и Абхазией под эгидой ООН в Женеве.

Основные лингвистические труды:

(Источник: http://www.chirikba.com.)





В. Чирикба


Абхазский мудрец из Вернона

Мы подъезжаем к дому Мурата Ягана, расположенному на холме, который возвышается над канадским городком Верноном. У порога нас встречает Грегор, студент местного колледжа и член общины Кябзе, который обращается ко мне, гостю дома, с приветствием на абхазском языке: "Бзиала уаабит!" ("Добро пожаловать!"). Я вхожу в просторный дом, полный гостей, которые специально пришли на встречу со мной. Это члены общины Кябзе, основанной в 1975 году канадцами и американцами с целью изучения, оригинального философского учения "Аамста Кябзе". Знакомлюсь с Пэмелой Роз, Шэррон Аллен, Гретом Кемпом, Джоан Макинтаер, с председателем общества Кябзе Ралфом Мэддесс, с представителем Кябзе в Израиле Лизой Талесник, со многими другими членами общины. Сразу же на меня обрушивается поток вопросов об Абхазии - не снята ли блокада, сохраняется ли угроза новой войны, какова экономическая ситуация , как можно приехать в Абхазию? Разговор длится долго. Наконец, далеко за полночь, церемонно прощаясь, гости расходятся по домам, оставляя меня наедине с замечательной семьей Мурата Ягана.

Кто же такой Мурат Яган, что из себя представляет излагаемое им учение "Аамста Кябзе", почему он, абхазец из турецкой диаспоры, живет здесь, в далекой и от Абхазии, и от Турции Канаде? Все эти вопросы живо меня интересовали, и поэтому я с удовольствием принял приглашение от общества Кябзе посетить Вернон и погостить в доме Мурата Ягана.

Очень много напомнило мне здесь о Кавказе, Абхазии. Это и вид окруженного грядой заснеженных гор Вернона, кстати, известного в Канаде горнолыжного курорта . Это и теплота и гостеприимство населяющего его людей. Это и тесная духовная связь членов общества Кябзе с Абхазией, частое упоминание ими абхазских терминов - Кябзе, алейшва, амарджя. Самой большой неожиданностью для меня стал вечер в просторном клубе Кябзе, когда в определенный момент вдруг зазвучала кавказская мелодия и грациозно, парами, вышли в плавном кавказском танце одетые в традиционные кавказские костюмы члены Кябзе. Все они, канадцы и американцы, танцевали столь искусно, что вызвали бы зависть у многих уроженцев Кавказа. Я, признаюсь, откровенно им завидовал! Было полное ощущение того, что я нахожусь дома, в Абхазии, а не в далекой Канаде вблизи побережья Тихого Океана, у отрогов Скалистых гор.

Из всех впечатлений, несомненно, самое главное, самое сильное - от общения с Муратом Яганом. Этот харизматичный мужчина с аккуратной седой бородкой и проницательными черными глазами похож на абхазского старца-нарта и одновременно на библейского пророка. Он строг, но изящен в костюме, подтянут и собран, нетороплив в движениях и в разговоре. Высокий лоб венчает этот благородный облик, а глаза излучают мудрость и высоту духа. Спокойный взгляд вдруг загорается огнем, когда речь заходит об Абхазии, о Кавказе. А движения становятся искрометными, ястребиными, когда Мурат с юношеской энергией пускается в пламенный кавказский танец на пару со своей грациозной женой Мэйзи.

Мурату 86 лет, а его супруге Мэйзи Гогуа-пха, уроженке абхазского села расположенного близ турецкого города Дюздже, 75 лет. Несмотря на свой возраст, Мэйзи сохранила девичью грациозность и следы несомненной красоты. Энергичная и эмоциональная, она напоминает собой мудрую и прекрасную мать ста нартов Сатаней Гуащу, будучи заботливой "матерью" всех членов общества Кябзе.

Мурат Яган родился 16 декабря 1915 года. Предки его выселились из области Ащхара на Северном Кавказе, которую Мурат считает частью исторической Большой Абхазии. Вот как Мурат описывает это переселение в своей знаменитой автобиографической книге "Я пришел из-за гор Кавказа": "Моя семья покинула Кавказ, потому что они были так же глупы, как и остальные абхазы, покинувшие свою Родину .... мой дед Сат привел 18,000 человек из Кавказа. Сат имел трех братьев, по имени Гут, Тэт и Ашер. Впоследствии один из братьев, Тэт, переселился в Египет, в Каир, и стал известен как Митхад Паша. Его замечательный сын, Адлей Паша Яган, получил прекрасное образование, и дважды становился Премьер-министром Египта, в 1920 и в 1926 году. Даже после устранения египетской королевской династии, статуя Адлей Паши Ягана продолжала стоять во дворе музея, а улица в Каире, Шар - и Адлей, до сих пор носит его имя".

Отца Мурата звали по - абхазски Мет, его род Яган считается ответвлением княжеской фамилии Маан. Хотя Мет занимал церемониальную должность при дворе последнего Оттоманского султана, он принял сторону младотурецкого движения возглавляемого Кемаль-пашой (Ататюрком). После провозглашения Турецкой Республики в 1923 году, отец Мурата стал депутатом первого турецкого парламента от провинции Румели, однако в 1926 году он вынужден был подать в отставку в знак протеста против государственной политики турецкого национализма и игнорирования культурных прав национальных, в частности, кавказских меньшинств. Умер он в 1927 году вследствие таинственного покушения. Хотя в организации этого покушения подозревались правительственные круги, президент Кемаль Ататюрк почтил своим присутствием похороны бывшего соратника. Мать Мета происходила из семьи знаменитого убыхского предводителя Хаджи-Берзек Кярантуха. Как известно, этот непреклонный убыхский лидер не пожелал смириться с оккупацией Убыхии русскими и увел свой народ в поголовную эмиграцию в Турцию. Мурат берет в руки портрет Хаджи-Берзека, который он хранит в своем кабинете, и долго смотрит на него, а затем тяжело замечает: "Он погубил свой народ!".

В подростковом возрасте большую роль в духовном и физическом воспитании Мурата оказали абхазские и черкесские старейшины, которые воспитывали его в духе древней абхазо-адыгской рыцарской традиции. Будучи молодым человеком, Мурат стал одним из активных деятелей северокавказской культурной диаспоры. Наставником и учителем Мурата был известный поэт и историк абхазской диаспоры в Турции Омар Бейгуа, перед которым Мурат сохранил глубочайшее почтение. Близко знал Мурат и другого абхазского просветителя, Мустафу Бутба , автора абхазского букваря изданного в Стамбуле в начале прошлого века. Мурат был хорошо знаком и с выдающимся французским ученым - кавказоведом Жоржем Дюмезилем, который гостил у него в течение трех месяцев и которого он сопровождал во время посещений абхазских, убыхских и черкесских деревень Анатолии. Сам Мурат начал писать рано, еще подростком. К сожалению, почти ничего из написанного им в тот ранний период не сохранилось. Мурат с горечью говорил мне, что тетради с его ранними стихами остались в Стамбуле, в доме его матери, а после ее кончины бесследно пропали. Лишь одно стихотворение, посвященное Абхазии, которое Мурат написал на родном языке в возрасте 14 лет, сохранилось в его памяти.

Хотя Мурат получил хорошее образование, не науки , а спорт, особенно верховая езда, стал его истинной страстью. В составе Турецкой Национальной Лиги он с успехом принимал участие в конно-спортивных состязаниях на Олимпийских Играх в Берлине в 1936 году, а также в ряде других международных соревнований. Но наибольший успех ожидал его в Вене в 1937 году , где он стал чемпионом мира по прыжкам на лошади в высоту, опередив своего соперника, итальянца Кастильяни. Хотя выступления Мурата приносили ему призы и награды, его угнетало то, что в официальных отчетах он именовался турецким наездником, в то время как он считал себя не турком, а абхазом.

Кавказ, Абхазия всегда занимали особое место в сердце Мурата. "Мое сердце всегда было там, всю свою жизнь я стремился один день вернуться в Абхазию, - рассказывает мне Мурат. - Ни одно место, где бы я ни жил, я не ощущал своим настоящим домом". Несколько раз Мурат пытался посетить Кавказ, надеясь получить возможность навсегда вернуться на свою Родину. В 1950-х годах, при Хрущеве, иностранные туристы впервые получили возможность посещать Советский Союз. Окрыленный надеждой, Мурат обратился за визой в советское посольство в Турции. В ответ на его запрос ему было разрешено посетить с визитом любой регион Советского Союза, однако в визе на посещение Кавказа было отказано. Поездка так и не состоялась.

Жизнь в Турции не удовлетворяла Мурата, и в 1963 году, в возрасте 48 лет, вместе с женой Мэйзи и с четырьмя детьми, он переселился в Канаду. Местом нового жительства был выбран городок Вернон в провинции Британская Колумбия, так напомнивший Мурату своим горным пейзажем родной Кавказ. Вплоть до выхода на пенсию Мурат жил тем, что строил дома. С гордостью показывал он мне в Верноне несколько построенных его руками действительно прекрасных домов.

В книге "Я пришел из-за гор Кавказа", которая сыграла и продолжает играть важную роль в популяризации учения Аамста Кябзе, Мурат излагает свой долгий , полный драм и коллизий жизненный путь, рассказывает о встречах с интересными людьми, политиками (включая Ататюрка) и деятелями северокавказской диаспоры, шейхами и бизнесменами, повествует о своих первых любовных переживаниях. Значительное место в ней уделяется и рассказу о его напряженных духовных поисках и метаниях, которые приводили его то в стан мистических суфийских орденов, то в число последователей учения Христа. Важнейшим итогом духовных исканий Мурата стало осознание им великой ценности того духовного наследия, которое создали и пронесли сквозь тысячелетия народы абхазо-черкесской культурной традиции, и которое заложили в нем, когда он был еще зеленым юношей, его суровые абхазские и черкесские воспитатели. Возвращение к идейным истокам традиционной абхазо-адыгской культурно-эстетической традиции, сохранившейся, в частности, в виде язычества и изощренного этикета апсуара - адыгага, привело Мурата к формулированию, или кодификации этого уникального реликтового духовного багажа, который до недавнего времени еще сохранялся среди горцев Западного Кавказа. Результатом долгих поисков и счастливых озарений и стало учение Аамста Кябзе в том виде, в котором оно сформулировано Муратом Яганом.

Учение Аамста Кябзе - это органичный синтез элементов мистического суфизма и христианства с основой этого учения - древней абхазо-черкесской системой понятий и представлений о сути человеческого бытия, о месте человека в обществе и в окружающей его природе, о соотношении мистического и реального, духа и воли. Важное место в учении Аамста Кябзе занимают как морально-этический, так и мистический компоненты.

Учение Кябзе содержит в себе три иерархических уровня: Алейшва, Кябзе и Аамста Кябзе. Первый уровень - Алейшва - это уровень этикета, регулирующего социальные качества человека в обществе, в его повседневной жизни, в принятии гостей, в церемониях связанных со свадебными и похоронными ритуалами, в посещении родственников и друзей, и т. д. Второй уровень - Кябзе - регулирует знания, необходимые в областях, связанных с управлением и администрированием. Третий, высший уровень - Аамста Кябзе - достигается путем серии продолжительных физических и умственных упражнений, направленных на максимальное развитие человеческой нервной системы как наиболее совершенного вместилища разума. Достижение уровня Аамста Кябзе зависит как от воспитания, силы воли и упорства, так и от природной способности развивать в себе необходимые качества. Термин Аамста, хотя и переводится как "аристократический", в данном учении лишен социального смысла, служа для обозначения того физического и духовного уровня, который присущ интеллектуально-этической элите и который достигается в результате специфического воспитания, а также сочетания физических и умственных упражнений. Такое значение термина Аамста отражается, например, также в абхазском термине "Аамсташвара", обозначающем рыцарский этикетный и ментальный код, который был присущ традиционным обществам горцев северо-западного Кавказа (абхазам, адыгам, убыхам, абазам), назы­ ваемых Муратом общим термином "черкесы".

Как пишет Мурат во "Введении в Аамста Кябзе", очень часто задаются вопросом, "является ли Аамста Кябзе религией? Ответ на этот вопрос отрицательный, ибо Аамста Кябзе не является религией, и не вмешивается в дела какой-либо из существующих религий. Это - Прикладная Наука, это искусство того, как человеческое существо может жить, полностью используя все человеческие способности в их применении к жизни. Кябзе можно также назвать мистической наукой. Однако религии могут быть созданы на основе Кябзе". Согласно учению Кябзе, человек - это не тело, наделенное душой, а скорее дух, наделенный телом, которое рассматривается как инструмент передвижения , подобно тому, как конь является средством передвижения всадника. Чем сильнее и совершеннее физически тело, как от рождения, так и благодаря физическим упражнениям, тем совершеннее становится оно в качестве инструмента для передвижения духа. Поэтому физические и дыхательные упражнения, а также диета, являются органической частью Кябзе. Не случайно Мурат часто определяет это учение как "кавказская йога".

Начиная с 1975 года, Мурат стал излагать свое учение группе учеников, круг которых постепенно расширялся. В 1992 году был основан Фонд, целью которого являлась письменная фиксация устной традиции Кябзе в изложении Мурата, ее популяризация и публикация. В офисе Кябзе в Верноне хранятся тысячи магнитофонных записей бесед с Муратом по многим аспектам учения Кябзе. Осуществляется кропотливая работа по расшифровке этих записей, их редактированию и публикации. Ежегодные семинары, классы и тренинги, которые проходят в виде бесед и дискуссий посвященных различным аспектам учения Кябзе, всегда собирают много учеников. В США и Канаде число учеников Кябзе превышает двести человек, есть также небольшие группы в Европе и Израиле. Кстати, часть членов Кябзе состоит из числа бывших последователей учения известного русского философа-мистика Георгия Гурджиева, оказавшего глубокое влияние на многих западных интеллектуалов. По признанию Мурата, он считает учение Гурджиева наиболее близким к его собственной философской концепции, хотя указывает и на существенные различия между ними.

Фонд Кябзе основал свое издательство, которое выпустило в свет пять книг Мурата: "Я пришел из-за гор Кавказа" (выдержало два канадских издания, готовится третье, лондонское издание), "Учение Кябзе", "Абхазская книга долгожительства и здоровья", а так­же выполненный Муратом перевод на английский язык поэтических произведений двух великих средневековых суфийских поэтов, Гаиби ("Собрание") и Юнуса Эмре ("Я облачил себя в плоть и кости и явился как Юнус"). Были изданы также брошюры Мурата "Введение в Аамста Кябзе, древнее духовное учение Кавказских гор", "Как создать общину Кябзе" и "Утренние упражнения" (система двигательных и дыхательных упражнений). Выпускается периодический вестник "Кябзе Ревю". В ближайшее время будут опубликованы и такие работы Мурата, как "Трансформация и семь путей познания", "Дух, любовь и воля". В настоящее время Мурат работает над самой крупной своей работой "Книга Аамста Кябзе", в которой его учение излагается в наиболее законченной и полной форме.

Книги Мурата можно найти в крупнейших книжных магазинах Канады, а также в других странах мира. Журнал "Книжный Мир Британской Колумбии" назвал его книгу "Я пришел из - за гор Кавказа" в числе 200 наиболее значительных книг двадцатого столетия, опубликованных в Британской Колумбии. Популярная канадская певица Лорина Маккеннит одну из песен своего нового альбома "Книга секретов", которую она назвала "Ночная скачка через Кавказ", написала под влиянием прочитанной ею книги Мурата "Я пришел из-за гор Кавказа". В аннотации к этой песне она отмечает сходство в той роли, которую играет обучение верховой езде в духовном воспитании в кельтской и абхазской традициях.

Мурат живет заботами и проблемами Абхазии, его интересует буквально все, что касается нашей родины. Во время войны в Абхазии Мурат и члены его общества писали многочисленные письма протеста в ООН, в адрес американского, канадского и европейских правительств. Вскоре после войны Мурату и Мэйзи удалось посетить Абхазию. По признанию Мурата, увиденное им там, несмотря на все разрушения, привнесенные войной, превзошло его самые смелые ожидания, так прекрасна была даже послевоенная Абхазия, которую он считает своей единственной Родиной. На столе Мурата стоит его фотография с президентом Ардзинба, с которым он встречался в Абхазии и в Нью-Йорке. В кабинете висит абхазский флаг, много книг об Абхазии и Кавказе. Мурата очень взволновало мое сообщение о сохранении в Абхазии традиционной абхазской религии, о большом почтении, которым до сих пор в Абхазии пользуется святыня Дыдрыпщ-ныха, о том, что ее священник присутствовал на инаугурации президента Абхазии, наряду с христианским и мусульманским священниками. Мурат непременно хочет посетить Дыдрыпщ-ныху и встретиться с ее хранителем, а также с главой христиан­ ской общины Абхазии.

Такое же отношение к Абхазии, ее проблемам и у других членов Кябзе. Многие члены общества мечтают побывать в Абхазии, познакомиться с ее народом. Одна из наиболее активных членов общества, Пэмела Роз, рассказывала мне о той кампании в поддержку Абхазии, которая она и другие члены вели во время грузино-абхазской войны. Джоан Макинтаер организовала мою лекцию о положении в Абхазии в региональном университете в Келовне, в котором она преподает литературу. После лекции один из профессоров подошел ко мне и пожелал Абхазии успеха в обретении международного признания. Запомнились и беседы с молодым членом общества Грегором, тем самым, который обратился ко мне с приветствием на абхазском языке. Дети Мурата уже взрослые и разъехались по разным местам, а Грегор стал как бы названным внуком в семье Яганов. Жену Мурата, Мэйзи, он величает по-абхазски - Санду ("моя бабушка"). Грегор сообщил мне о своих планах, по окончании колледжа и получении специальности менеджера, поехать в Абхазию и помогать местной молодежи в организации среднего бизнеса. Он прекрасно танцует абхазские и черкесские танцы, и мечтает изучить абхазский язык. Для этой цели он хочет пожить в абхазской деревне, для того чтобы овладеть не только языком, но и традиционным абхазским этикетом Апсуара, который является важным составным элементом учения Аамста Кябзе.

В нынешнее время общество Кябзе, после долгого периода записи учения Кябзе, а также осуществления ряда организационных мероприятий (приобретения здания, организации семинаров, основания издательства), переживает как бы второе рождение, выход во внешний мир. Ситуация стала еще более динамичной с приходом в организацию Марза Аттара, бизнесмена из американского штата Западная Вирджиния, который возглавил американское отделение Кябзе. Привнесла динамику и новый личный ассистент Мурата, энергичная и очаровательная Шэррон Аллен. По инициативе Мурата, и при поддержке членов Кябзе, в штате Вашингтон официально зарегистрирована новая организация "Общество Друзей Абхазии". Уже создана интернетная страничка этой организации, планируется открытие штаб-квартиры в Вашингтоне и начало деятельности по политическому лоббированию с целью добиться международного признания Абхазии. Организация планирует и осуществление ряда экономических проектов в Абхазии. Так, в настоящее время прорабатываются вопросы создания в Абхазии современных телекоммуникаций, в том числе и доступа в Интернет.

Началу новой деятельности было положено прошлой осенью, когда Мурат и несколько активистов общества провели более месяца в гостеприимном и просторном американском центре Кябзе, который расположен в горах близ Вашингтона, и на стяге которого развеваются абхазский, черкесский и американский флаги. Мне тоже посчастливилось погостить в этом центре, руководимом Марзом Аттаром, и провести счастливые часы в общении с Муратом, Мэйзи, Марзом, его женой Кэрри, Шэррон, и другими членами общества. Во время этого визита была организована моя лекция о положении в Абхазии в Джорджтаунском университете Вашингтона, я дал интервью ряду газет, на телевидении и на радио. Удалось встретиться с рядом конгрессменов и с ректорами университетов, с сотрудниками Библиотеки Конгресса, с руководителями работающих на Кавказе международных неправительственных организаций, с представителями северо-кавказской диаспоры в Вашингтоне, в частности, с бизнесменом Крымом Натырбовым и его почтенным отцом Малия Натырбовым, бывшим сотрудником гос. департамента США и уроженцем Адыгеи. Запомнились и встречи с сотрудниками отдела Кавказа и Грузии государственного департамента США, а также с директором радиостанции Свобода / Свободная Европа, известным советологом и бывшим высокопоставленным сотрудником госдепартамента Полом Гоблом. В ходе беседы Пол Гобл, в частности, выразил свое убеждение, что в недалеком будущем в Вашингтоне будут принимать официального посла Абхазии в Америке. Было и много других интересных встреч. Все они были прекрасно организованы друзьями из общества Кябзе, в особенности при энергичном содействии Марза Аттара и Шэррон Аллен.

Долгие годы творчество Мурата Ягана оставалось неизвестным абхазскому читателю, хотя некоторые сведения о нем можно прочесть в книге профессора Инал-Ипа "Зарубежные абхазы". Значение творчества и личности Мурата Ягана еще предстоит открыть и осмыслить, в том числе и его соотечественникам. Необходимо перевести книги Мурата на русский и абхазский языки, чтобы ознакомить наше общество с этим замечательным человеком, один из наиболее оригинальных мыслителей, которых породила земля Кавказа, который и в свои 86 лет полон энергии, напряженной интеллектуальной творческой деятельности, и который главной мечтой своей жизни считает дожить до того дня, когда его Родина Абхазия станет в полном смысле слова независимой страной.

Близится час расставания со ставшими столь близкими членами общества Кябзе, с его старейшинами Муратом и Мэйзи Яган. Я спрашиваю у Мурата, есть ли у него какое-либо послание, которое он хотел бы передать народу Абхазии. Этот вопрос взволновал Мурата. Он ответил: "Мне столько много надо сказать! Но если я начну говорить, мне придется плакать". Глаза его увлажнились, он склонил вниз убеленную сединами голову и замолк. Наконец он продолжил: "Я скажу тебе то, что я никогда не устаю говорить: "Да поможет нам Всевышний сохранить наше апсуара!"

Вячеслав Чирикба,
доктор филологических наук,
Лейденский университет, Голландия.
9 апреля 2001 г.

(Материал взят с сайта: http://www.audio.adyga.org.)
------------------------------------------------------------------


Abkhazian Wiseman From Vernon

A Newspaper Article Written by Dr. Viacheslav Chirikba
April 9, 2001
Translated by Lucy Feldman

We are approaching the house of Murat Yagan which is situated on a hill overlooking the Canadian town of Vernon. At the threshold of his home we are met by Gregor who is a student of the local college and a member of the Kebzeh community. He is addressing me with words in the Abkhazian language, “Bziala waabeyt!” meaning “Welcome!”  I enter a spacious home which is full of guests who have come especially to meet me.

All of the guests are members of the Kebzeh community which was established in 1975 by Canadians and Americans with the goal of studying Ahmusta Kebzeh - the original philosophical teaching presented by Murat Yagan. I met Pamela Rose, Sharron Allen, Greg Kemp, Joan McIntyre, Ralph Maddess, the Leader of the community, Lisa Talesnik, who is the Kebzeh representative in Israel, and also with other members of the community. Right away they fell on me with many questions about Abkhazia: is the blockade still in force; are we under the threat of a new war; what is the economic situation there; is it possible to come to visit Abkhazia? The conversation continues for a long time. Finally, far into midnight, the people are ceremoniously saying goodbye and going home, leaving me alone with this remarkable family of Murat Yagan.

Who is Murat Yagan and what is the teaching of Ahmusta Kebzeh about? Why is he, an Abkhazian from the Turkish diaspora, living here in Canada, far from both Abkhazia and Turkey? All these questions interested me very much, that is why, with great pleasure, I accepted the invitation from the Kebzeh community to come to Vernon and be a guest in the house of Murat Yagan.

Many things reminded me here of the Caucasus, of Abkhazia: the view of the snow-covered mountains around Vernon (by the way, this place is a well-known mountain resort), the warmth and hospitality of people who live here, a close spiritual connection of the Kebzeh community with Abkhazia, and the frequent use of Abkhazian terminology, like Kebzeh, Aleishwe, and Amarja. But the greatest surprise for me was the evening at the Villa, when suddenly I heard the sound of Circassian melody and saw members of the Kebzeh community, all dressed in traditional Caucasian dresses, moving gracefully in smooth Circassian dance. All of those Canadians and Americans were dancing so artfully, that it could bring envy to many native Circassians. I should admit that I was envying them! I had a full sense of being at home, in Abkhazia, and not far away in Canada, close to the Pacific Ocean and by the foothills of the Rocky Mountains.

Of all impressions the chief, the strongest – from my communication with Murat Yagan.  This charismatic man with a neatgreybeard and piercing black eyes looks like an Abkhazian Elder-Nart, and as a Biblical prophet at the same time. He is stern but elegant in his clothes, well-composed, unhurried in movements and deliberate in speech. A high forehead completes this noble look, and his eyes emanate wisdom and nobility of spirit.  His quiet gaze suddenly sparkles with fire when the talk goes on over Abkhazia, over the Caucasus. And his movements become Eagle-like when Murat, with youthful energy, jumps into a fiery Circassian dance together with his graceful wife Maisie.

Murat is 86 years old and his wife Maisie Gogua-pha, who is a native of an Abkhazian village near the Turkish town of Duzce, is 75 years of age. Despite her age, Maisie keeps a girlish gracefulness and marks of incredible beauty. Energetic and emotional, she reminds me of Satanay Guasha, the wise and beautiful mother of one hundred Narts, being like a nurturing mother to all members of the Kebzeh community.

Murat Yagan was born on December 16, 1915. His ancestors came out of the region of Ashkhara in the North Caucasus which Murat holds as a part of the historical greater Abkhazia. This is how Murat describes it in his famous autobiography I Come From Behind Kaf Mountain: “My family left the Caucasus because they were stupid like the rest of the Abkhazians… My grandfather, Sat, brought 15,000 people to Turkey... Sat had three younger brothers, Gut, Tat and Asher… Tat went to Egypt and settled in Cairo were he became known as Mithad Pasha. He had a wonderful son named Adley Pasha Yagan who received an excellent education and who became Prime Minister of Egypt in 1920 and again in 1926. When King Farouk was forced to abdicate, Adley Pasha's statue in the yard of the museum was left alone... There is still Shar-i-Adley (Adley street) in Cairo.”

Murat’s father’s name in Abkhazian was Met and his clan Yagan is known to be a branch of the princely Maan family. Though Met occupied a ceremonial position within the court of the last Ottoman Sultan, he took the side of the Young Turks' movement under the leadership of Kemal Ataturk. After the proclamation of the Turkish Republic in 1923, Murat’s father became a Deputy to the first Turkish Parliament from the province of Rumeli, though in 1926 he had to resign as a protest against the government’s policy of the ignoring of the cultural rights of ethnic minorities, in particular, the Caucasian minorities. He died in 1927 as a result of a mysterious attempt on his life. Although the government circles were suspected to be implicated in organizing this attempt, the President Kemal Ataturk came to the funeral to pay homage to his former comrade. The mother of Met came out of the family of the famous Ubykh chieftain Haji-Berzek Kiarantukh. As is well-known, this uncompromising Ubykh leader refused to accept the occupation of Ubykhia by the Russians and had led all of his people to the emigration to Turkey. Murat takes in his hands the portrait of Haji-Berzek, which he keeps in his study, gazes at it intently and then says with a heavy heart: “He destroyed his people.”

When a teenager, a great role in Murat’s physical and spiritual education was played by Abkhazian and Adyghe Elders who raised him in the spirit of the ancient Abkhazo-Adyghean knightly tradition. While he was a young man, Murat became an active participant in the North Caucasian cultural diaspora. His mentor and teacher was the famous poet and historian of the Abkhazian diaspora in Turkey Omar Beygua, to whom Murat pays his deepest homage. Murat closely knew another Abkhazian educator, Mustafa Butba, the author of the Abkhazian alphabet published in Istanbul at the beginning of the last century. Murat was also acquainted with the famous French specialist in the Caucasus, George Dumézil, who was Murat's guest for three months and whom Murat accompanied to the Abkhazian, Ubykh and Adyghe villages in Anatolia.

Murat himself started to write quite early, when he was still a teenager. Unfortunately, almost nothing is left of this period of writing. With bitterness, Murat told me about his notebooks with early poems which he had left in Istanbul at his mother’s house and which were lost after her death. Only one poem dedicated to Abkhazia, which Murat wrote in his native language at the age of 14, remains in his memory.

Murat received education at the colleges of Turkey and Paris. However, not science but sport (especially horse riding) became his true passion. He was a part of the Turkish National League and successfully participated in the horse sportive competitions in the Olympic Games in Berlin in 1936, as well as in other international competitions.  But the greatest success was waiting for him in Vienna in 1937, when he became a world champion in high-jumping, coming ahead of Italian Castiliani. Though his performance brought him many medals and rewards, what bothered him was that in official reports he was called a Turkish horseman, whereas he regarded himself as an Abkhazian.

The Caucasus, Abkhazia always held a special place in his heart. “My heart always was there" tells me Murat. "All my life I wanted to come one day back to Abkhazia. Nowhere, no matter where I lived, did I feel being truly at home.” He made several attempts to visit the Caucasus, hoping to receive the opportunity to come back for good to his home country. In the 1950s, in the time of Khrushchev, foreign tourists for the first time were allowed to visit the Soviet Union. Winged by hope, Murat applied for a visa at the Soviet consulate in Turkey. In answer to his request he was allowed to visit any region of the Soviet Union except the Caucasus. So this trip did not happen.

Life in Turkey did not satisfy Murat, and in 1963, at the age of 48, together with his wife Maisie and four children, Murat moved to Canada. He chose to settle in the town of Vernon in British Columbia, which reminded him, by its mountainous landscape, of his native Caucasus. Until retiring on pension, Murat lived by building houses. With pride he showed me some really beautiful houses which he built with his own hands.

In the book I Come From Behind Kaf Mountain, which played, and continues to play, an important role in the popularization of the teaching of Ahmusta Kebzeh, Murat describes his long life, full of dramatic events and collisions. He tells about his meetings with interesting people: politicians (including Ataturk) and activists of the North Caucasus diaspora, sheikhs and businessmen. He tells us also about his first love trepidations. An important place in the book is devoted to his strenuous spiritual seeking, which brought him into the mystical Sufi orders and then into the camp of followers of the teaching of Christ. The most important result of his spiritual seeking was his realization of the great value of that spiritual heritage which was created and brought through millennia by the peoples of the Abkhazo-Circassian cultural tradition and which was inculcated in him by his stern Abkhazian and Adyghe teachers when he was still a green youngster. The coming back to the philosophical roots of the Abkhazo-Adyghean cultural and esthetical tradition, which had been partially preserved, in particular, in the form of paganism and a sophisticated etiquette of "Apsuara-Adyghagha", brought Murat to the formulation, or codification of this unique relic spiritual heritage, which up to recent times was still kept alive amongst the mountaineers of the Western Caucasus. The result of long searching and happy revelations became the teaching of Ahmusta Kebzeh, in the form that it was formulated by Murat Yagan.

The tradition of Ahmusta Kebzeh is an organic synthesis of elements of mystical Sufism and Christianity with the basis of this teaching – the ancient Abkhazo-Circassian system of ideas and concepts about the essence of the human existence, the place of a human being in the society and in the natural environment, about the relationship between the mystical and the reality, the spirit and the will. Both moral and mystical components play important role in the teaching of Ahmusta Kebzeh.

The teaching of Kebzeh contains three hierarchical levels - Aleishwe, Kebzeh and Ahmusta Kebzeh. The first level, Aleishwe, is the level of etiquette, regulating social qualities of human beings in the society, in every day life, in welcoming guests, in ceremonies connected to weddings, funeral rituals, in visiting relatives, friends and so on. The second level, Kebzeh, regulates knowledge which is necessary in connection with Administration and Management. The third, the highest level - Ahmusta Kebzeh, is reached by way of a series of prolonged physical and intellectual exercises, directed towards the maximum development of the human nervous system, which serves as a most perfect home for Mind. Reaching the level of Ahmusta Kebzeh depends on education, willpower, perseverance, as well as on the natural capacity to develop in oneself the necessary qualities. The term Ahmusta, although it is translated as "aristocratic", in this particular teaching is void of social meaning. It is used to describe the physical and spiritual levels inherent in the intellectual, ethical elite, which can be reached as a result of a specific education and a combination of physical and mental exercises. This meaning of the term Ahmusta is reflected, for example, in the Abkhazian term “ahmistashwara”, which designates the knightly etiquette and mental code which was inherent in the traditional communities of the mountaineers of the North-Western Caucasus - Abkhazians, Abazas, Adyghes and Ubykhs, whom Murat defines by a common term "Circassians".

As Murat writes in his Introduction to Ahmusta Kebzeh, he is often asked the question - is Ahmusta Kebzeh a religion?  The answer to this question is: No, Ahmusta Kebzeh is not a religion and does not interfere with any existing religion. It is an Applied Science; it is the art of living as a human being fully exercising human faculties as applied to life.  Kebzeh could also be called a mystical science, although religions could be made out of it. According to the teaching of Kebzeh, a human being is not a body which has a Spirit, but rather a Spirit which has a body serving as a vehicle, much as horse is used as a vehicle for its rider. The stronger and more perfect the physical body is from birth and physical exercises, the more perfect it becomes as an instrument for carrying the Spirit.  This is why physical and breathing exercises, as well as diet, are an organic part of Kebzeh. Not accidentally, Murat often calls this teaching "Caucasian Yoga".

Beginning in 1975, Murat started to transmit his teaching to a group of students, whose circle gradually increased. In 1992, they organized a Foundation, the goal of which is the preservation of this oral tradition of Kebzeh in the way it is presented by Murat, its popularization and publication. At the Kebzeh office in Vernon there are thousands of taped conversations with Murat on many aspects of the teaching of Kebzeh. The Kebzeh students work very strenuously on transcribing, editing and publishing these transcripts.  Yearly seminars, classes, and training in the form of conversations and discussions dedicated to different aspects of the teaching always attract many students. In the

United States and Canada, the number of students of Kebzeh is over two hundred people, and they have small groups in Europe and Israel too. Incidentally, some of the members of Kebzeh came out of followers of the teaching of the famous Russian mystical philosopher George Gurdjieff, who had a great influence on many Western intellectuals.  Murat thinks that the teaching of Gurdjieff is close to his own philosophical concepts, although he also points out the significant differences between them.

The Kebzeh Foundation founded it own publishing house (Kebzeh Publications) which issued five books by Murat: I Come From Behind Kaf Mountain(went through two Canadian publications with a third being prepared in London); The Teachings of Kebzeh;  The Abkhazian Book of Longevity and Well-Being,as well as Murat’s translation into English of the poetic creations of two great mediaeval Sufi poets, Gaibi (Gaibi - The Gathering)and Yunus Emre (I Wrapped Myself in Flesh and Bones I Appeared as Yunus). Besides, were published Murat's brochures An Introduction to Ahmusta Kebzeh - The Ancient Spiritual Teaching of Caucasus Mountains,How To Create a Kebzeh Community, and Morning Exercises - The System of Moving and Breathing Exercises. The Foundation issues a newsletter called The Kebzeh Review. Soon such works by Murat are going to be published as Transformation and the Seven Ways of Knowledge andPsyche, Love and Will.  Now Murat is working on his biggest work, The Book of Ahmusta Kebzeh, in which the teaching is expressed in its fullest and most complete form.

Murat's books can be found in the largest bookstores in Canada, United States and Europe. The magazine Book World of British Columbia lists his work I Come From Behind Kaf Mountain among the most important two hundred books of the 20th century published in British Columbia. The popular Canadian singer Loreena McKennitt in her new album A Book of Secrets, calls one of her songs Night Ride Across the Caucasus, which she wrote under the impression of the book I Come From Behind Kaf Mountain.  In her annotation to this song, the singer noted the similarity which horse riding plays in the spiritual edification in Celtic and Abkhazian traditions.

Murat lives with the cares and problems of Abkhazia; he is interested in everything connected with his homeland. During the recent war in Abkhazia, Murat and members of his community wrote numerous letters of protest to the United Nations and to the American, Canadian and European governments. Soon after the war ended, Murat and Maisie managed to visit Abkhazia. Murat admitted to me that what he saw there overcame his highest expectations despite all the destruction inflicted by the war - so beautiful was even the post-war Abkhazia, the land which he holds as his only Motherland. On Murat's table he has a picture of President Ardzinba with whom he met in Abkhazia and in New York. In his study there hangs an Abkhazian flag and the bookshelves contain many books on Abkhazia and the Caucasus. Murat was very excited to hear my story about the preservation in Abkhazia of the traditional religion, of the great homage people sill pay to the shrine of Dydrypsh-Nykha, and that the custodian of this shrine was present, together with Christian and Muslim religious leaders, at the inauguration of Abkhazia's President. Murat is eager to visit Dydrypsh-Nykha and meet with its custodian, as well as with the Head of the Christian community in Abkhazia.

The same kind of attitude towards Abkhazia and her problems is shared by other members of the Kebzeh community. Many of them dream about going to Abkhazia and meet with her people. One of the most active members of the community, Pamela Rose, told me about the campaign in support of Abkhazia she and other co-members carried out during the Georgian-Abkhazian war. Joan McIntyre organized my lecture about Abkhazia in a regional university in Kelowna where she is teaching Literature. After my lecture, one of the professors came to me and wished Abkhazia success in gaining international recognition. I remember also my conversation with a young member of the Kebzeh community, Gregor, the one who welcomed me in the Abkhazian language. Murat’s children have grown up and moved to different places. He and Maisie call Gregor, who lives with them, grandson. Gregor calls Maisie 'Sandu', which means ‘Grandma’ in the Abkhazian language. Gregor told me about his plan, on finishing college and receiving his Manager's diploma, to go to Abkhazia and help local youth in organizing small businesses. He beautifully dances Circassian and Abkhazian dances and dreams of learning the Abkhazian language. For that purpose he wants to live in an Abkhazian village, in order not only to master the language, but also to learn the traditional Abkhazian etiquette "Apsuara", which forms an important part in the teaching of Ahmusta Kebzeh.

At the present time, the Kebzeh community, after a long period of recording the teaching of Kebzeh and accomplishing a number of organizational measures (buying a building, organizing seminars, establishing a publishing house), is now going through a kind of a second birth, getting out into the outer world. The situation became even more dynamic with the arrival to the organisation of Marz Attar, a businessman from the American State of West Virginia, who heads the Kebzeh US. The energetic and charming Sharron Allen, Murat’s Personal Assistant, also brought about a new dynamics. Under Murat’s initiative and with the support of the Kebzeh community, a new organization was officially registered in Washington DC, called 'Society of Friends of Abkhazia' (S.O.F.A.). They have already created an Internet site and plan to open an office in Washington. This organization is planning some humanitarian, cultural and economic projects in Abkhazia. Thus, at the present moment the issue of creating a contemporary telecommunications network in Abkhazia, including the access to Internet, is being worked out.

A new activity started last autumn when Murat and a few activists of the community spent more than a month in the hospitable household of the American center of Kebzeh, situated in the mountains close to Washington, with Abkhazian, Circassian and American flags flying. I was also fortunate to be a guest in this center, led by Marz Attar, and to spend happy hours of communication with Murat, Maisie, Marz, his wife Carrie, Sharron and other members of the community. During this visit, my lecture about the situation in Abkhazia was organized at the Georgetown University in Washington. I also gave newspapers, television and radio interviews. I had a chance to meet with some congressmen, university rectors and workers at the Library of Congress, with leaders

of different international organizations working on the Caucasus, with representatives of the North Caucasus Diaspora in Washington, in particular, with businessman Krim Natirbov and his respected father who is a retired member of the US State Department and a native of Adyghea. Other memorable meetings were with officials from the US State Department's Caucasus and Georgia Desks, and with the Director of the “Radio Free Europe/Radio Liberty”, a well-known Sovietologist and former high-ranking State Department official, Paul Goble. During our conversation with him, he expressed the opinion that not far in the future, they will host the official Ambassador of Abkhazia in America.

For a very long time Murat’s works were not known to the Abkhazian reader, although some information about him can be found in the book by Professor Inal-ipa Diaspora Abkhazians. The importance of Murat’s work and personality is still to be discovered and understood by his countrymen. It is necessary to translate Murat’s books into the Russian and Abkhazian languages so that we can introduce our society to this remarkable man, one of the most original thinkers originating from the land of the Caucasus, who in his 86 is full of energy and intense intellectual creative activity, and whose main dream in life is to live to see the day when his native Abkhazia will become a truly independent and free country.

The time of saying goodbye to the members of the Kebzeh community, who had become such close friends to me, and to the Elders Murat and Maisie, is approaching. I am asking Murat whether he has a message, something, which he wants to say to the people of Abkhazia. This question excited Murat. He said, “I have so much to say, but if I start to speak, I will have to cry!” Tears appeared in his eyes, he lowered his white head and became silent. Then he continued, “I will say to you something which I am never tired of saying: “Antswa Hapsuara iumyrdzyn!" ("May God Preserve Our Tradition of Apsuara!").

Viacheslav Chirikba is a Doctor of Linguistics, Leiden University, Holland
April 9, 2001.
Published in "Respublika Abkhazia", Sukhum, Abkhazia, 21-22 April 2001.

(Перепечатывается с сайта: http://www.chirikba.com. Выражаем благодарность Вячеславу Чирикба за разрешение опубликовать этот материал.)



Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика