Сергей Шамба

(Источник фото: www.yuga.ru.)

Об авторе

Сергей Миронович Шамба
(род. 15 марта 1951, Гудаута)
Абхазский политический и государственный деятель.В 1973 году окончил исторический факультет Тбилисского государственного педагогического института. С 1976 по 1990 годы работал в Абхазском институте языка, литературы и истории (Институт Гуманитарных Исследований) научным сотрудником и ученым секретарем. Защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Монетное обращение в древней и средневековой Абхазии». Принимал участие в многочисленных археологических экспедициях и раскопках на территории Абхазии. Впервые им был монографически исследован и опубликован богатый нумизматический материал с VI по VIII века н. э., хранящийся в Абхазском Государственном музее. В 1998 году защитил докторскую диссертацию в Ереванском институте археологии по теме: «Политическое, социально-экономическое и культурное положение древней и средневековой Абхазии по данным археологии и нумизматики (VI в. до н. э. — XIII в. н. э.)».В марте 1990 года был избран Председателем общественно-политического движения «Айдгылара». Являлся членом Президиума Верховного Совета Абхазии. С февраля 1992 по ноябрь 1996 года — Председатель комиссии по науке, культуре и образованию Парламента Республики Абхазия. Одновременно с января 1993 по октябрь 1993 года занимал пост первого заместителя министра обороны Республики Абхазии. С марта 1996 по май 1997 года был назначен Председателем Фонда культуры Республики Абхазия. С мая 1997 года по июнь 2004 года — Министр иностранных дел Республики Абхазии. Указом Президента Республики Абхазия от 9 июля 2001 года присвоен ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла. В июне 2004 года подал в отставку, выставив свою кандидатуру на пост президента Абхазии. Один из основателей Социал-демократической партии Абхазии. С 15 декабря 2004 года — вновь Министр иностранных дел Республики Абхазии. С февраля 2010 года — премьер-министр Республики Абхазия. Полковник запаса. Является автором четырех книг, многочисленных монографий, публикаций научно-политического характера.
(Источник: http://www.ru.wikipedia.org.)





Сергей Шамба

Статьи:


АБХАЗИЯ: ПРАВО НА НЕЗАВИСИМОСТЬ

"Только что они ругали русских за то, что те
их давят, и тут же, когда речь заходит
об абхазах, – глаза тускнеют…".
Булат Окуджава.
("Советский экран" № 4, 1990)

Абхазы, как и многие другие малочисленные народы, на всем протяжении своей истории вынуждены были бороться с более многочисленными соседями за сохранение своей национальной самобытности, культуры, языка, государственности и просто за свое физическое выживание. Проживая с незапамятных времен на стыке Европы и Азии, абхазы постоянно были объектом притязаний различных колониальных империй.

В VIII веке абхазский народ создал могущественное по тем временам государство – Абхазское царство. В ХI веке это государство в результате династических браков трансформировалось в Грузинское царство, просуществовавшее до XIII века.

С этого времени, вплоть до ХIХ абхазы и грузины проживали в независящих друг от друга государственных образованиях.

В 1810 г. Абхазия независимо от грузинских феодальных образований добровольно вошла под протекторат Российской империи, и вплоть до 1864 г. сохраняла самоуправление и государственность в форме Абхазского владетельного княжества.

В ХIХ Грузия, окончательно избавившись от угрозы завоевания со стороны Ирана и Османской империи, превратилась в относительно спокойную окраину Российской империи, что создало условия для ее культурного прогресса и развития общественно-политической мысли, начался активный процесс формирования национальной грузинской интеллигенции. Естественно, именно интеллигенция начала формулировать новую национальную идею, в основу которой были положены взгляды о необходимости возрождения государства созданного Давидом Строителем и царицей Тамарой. В рамки этих в достаточной степени мифологизированных представлений о собственном "историческом доме" была включена и Абхазия. В силу этих обстоятельств, представители грузинской интеллектуальной элиты считали картвелов естественными наследниками земли, которую были вынуждены покинуть абхазы в ходе Кавказской войны.

Ведущие грузинские общественные и политические деятели развернули компанию по переселению в Абхазию грузин. В многочисленных публикациях выражалась уверенность, что грузины имеют преимущественные права на заселение абхазских земель.

Такая идеологическая обработка не могла не привести к формированию во всех слоях грузинского общества твердого убеждения: любые попытки абхазов назвать эту землю абхазской необходимо карать самым жестоким образом. Неслучайно, что после распада Российской империи, в мае 1918 г. только что образовавшаяся Грузинская демократическая республика оккупировала и аннексировала Абхазию.

Следует отметить, что еще до грузинской оккупации был сформирован орган государственной власти Абхазии – Абхазский Национальный Совет, который стал активно участвовать в формировании региональных государственных институтов, охватывавших территорию Северного Кавказа и Юга России. В результате этих процессов Абхазия вошла в Союз объединенных горцев Северного Кавказа, а затем в Горскую республику и Юго-Восточный союз казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей. Именно поэтому, в связи с оккупацией и аннексией Абхазии Грузией Правительство Горской Республики заявило официальный протест Правительствам Грузинской Республики и Германии, чьи войска участвовали в этой операции.

В период правления грузинских меньшевиков в Абхазии по существу установился режим военной диктатуры. Были разогнаны органы представительной власти. Есть также многочисленные свидетельства зверств в отношении мирного населения Абхазии в период ее оккупации грузинскими войсками под командованием генерала Мазниева, назначенного генерал-губернатором Абхазии.

4 марта 1921 г. власть Грузинской демократической республики в Абхазии была свергнута абхазскими повстанческими отрядами "Кьяраз" при поддержке частей Красной Армии РСФСР. 31 марта 1921 г. была провозглашена независимая Советская Социалистическая Республика Абхазии. 21 мая 1921 г. Ревком ССР Грузии признал независимость ССР Абхазии.

В декабре 1921 г. ССР Абхазия, под давлением Сталина, руководившего в тот период национальной политикой РСФСР, была вынуждена заключить с ССР Грузии Союзный договор, положивший начало государственно-правовым отношениям между Абхазией и Грузией. Согласно этому договору Советские Социалистические Республики Грузия и Абхазия вступали между собой в военный, политический и финансово-экономический союз. При этом для осуществления указанных целей стороны объявляли объединенными ряд направлений государственной деятельности, которые тем самым становились областями совместного ведения. Таким образом, государственно-правовые отношения между Абхазией и Грузией возникли на договорной основе, и на момент подписания упомянутого Союзного договора Абхазия и Грузия были несвязанными друг с другом в правовом отношении равноправными государствами.

Уже после этого, ССР Абхазия участвовала в создании Союза ССР, а ее представители в декабре 1922 г. подписали договор об образовании СССР.

В 1931 г. ССР Абхазия императивным путем была преобразована в Автономную Советскую Социалистическую Республику в составе ГССР. Попрание суверенных прав Абхазии оказалось наиболее тягостным для национального самосознания абхазов. Низведение ее статуса до уровня автономии в составе Грузии привело тогда же к многодневному общенациональному сходу абхазского народа (18-26 февраля 1931 г.), выразившему недоверие правительству и советской власти. Это было первое массовое выступление народа в защиту своей государственности и своих прав в условиях советской власти.

Вся последующая политика грузинского руководства была направлена на создание мононационального государства. Из Грузии были выселены турки-месхетинцы, греки, курды, хемшины, лазы и другие.

Что же касается Абхазии, то здесь проводилась политика изменения демографической ситуации. Это происходило двумя способами – насильственной ассимиляцией и массовым переселением лиц грузинской национальности в Абхазию.

Теоретическим обоснованием этих действий служили псевдонаучные труды грузинских ученых, утверждающих, что абхазской нации как таковой не существует, и что абхазы являются одним из картвельских племен.

В целях ассимиляции абхазов в 1937-1953 гг. руководством Грузии были предприняты меры, которые можно квалифицировать только как преступные. Так абхазы были лишены права обучать своих детей на родном языке. В этих целях были закрыты все абхазские школы, а также учреждения готовившие преподавателей абхазского языка. Более того, были закрыты русские школы во всех деревнях Абхазии, вопреки желаниям учащихся и их родителей, детям абхазов разрешалось учиться только в грузинских школах, прием их в русские школы был категорически запрещен. Были закрыты армянские средние школы в Сухуме и в других населенных пунктах, несмотря на то, что значительную часть городского и сельского населения составляли армяне. Были закрыты русские секторы в Сухумском педагогическом институте им. А. Горького, а также в индустриальном и сельскохозяйственном техникумах. Был закрыт русский сектор в Сухумском государственном драматическом театре. Абхазская письменность (вначале составленная на основе русской графики, а затем латинской), вопреки желанию абхазского населения, была в принудительном порядке переведена на основу грузинской графики. В результате чего, с 1938 г. абхазы были лишены возможности читать на родном языке газеты, журналы, художественную и другую литературу.

В столице Абхазии – Сухуме и райцентрах Гудаута и Очамчыра радиовещание на абхазском языке было прекращено. Вывески на абхазском языке в учреждениях были сняты. Грузинизации подверглась топонимика Абхазии. Почти во всех районах и в г. Сухум делопроизводство велось на грузинском языке, несмотря на то, что более 65 % населения его не понимало.

Абхазы находились в загоне, им не доверяли, их преследовали, третировали, затирали всяческими способами. Абхазов принуждали менять фамилии на грузинские. Так, в Гальском районе у абхазов были изъяты старые паспорта, после чего им были выданы новые документы в которых в графе национальность было записано – грузин. В период с 1949 г. по 1953 г. в Абхазии русским и армянам не предоставляли работы, не прописывали их в Сухуме. Одновременно с этим из Абхазии выселялись или были вынуждены уехать лица других национальностей. Так, из-за невыносимых условий жизни Абхазию были вынуждены покинуть свыше 1500 армянских семей. В 1949 г. из Абхазии были насильственно выселены греки, в их дома заселили переселенцев из Грузии.

В Абхазию в массовом порядке завозились лица грузинской национальности. Все это производилось на государственном уровне. В 1939 г. при Совете Народных комиссаров Абхазии был создан переселенческий отдел. Для реализации его планов была создана специальная строительная организация "Абхазпереселенстрой". Деятельность вышеупомянутых структур стала главным показателем работы органов государственной власти. Так, Госплан Абхазии в своем докладе Правительству по поводу переселенческих мероприятий сообщил, что по инициативе любимого сына грузинского народа товарища Лаврентия Павловича Берии в Абхазию переселяются из малоземельных районов Грузии тысячи крестьянских хозяйств, которые осваивают огромное количество земель.

Итогом всего вышеприведенного стало искусственное изменение демографической ситуации. Если в 1897 г., даже после массовых переселений в Турцию и другие страны ближнего и среднего Востока, абхазы в Абхазии составляли 55,3 %, то к концу 90-х годов ХХ столетия их стало 17 % , т.е. они у себя на родине оказались в меньшинстве За этот период численность абхазов в Абхазии увеличилась в 1,5 раза, а грузин, за счет механического прироста, в 10 раз.

Эти действия грузинских властей могут быть квалифицированны, как национально-культурный геноцид, т.к. согласно международному праву геноцидом является уничтожение языка, религии, культуры, искусственное изменение демографической ситуации. Именно на это была направлена деятельность властей Грузии и поставленных ими руководителей грузинской национальности в Абхазии.

После смерти Сталина эта политика Грузии в отношении Абхазии сохранялась в несколько измененной форме. В этих условиях государственность Абхазской АССР по существу сводилась до формального уровня.

Согласно Конституции СССР 1977 г., Автономные республики являлись государствами, они имели свои Конституции, Высшие органы законодательной, исполнительной и судебной власти. При этом надо учитывать и то обстоятельство, что согласно Конституции СССР Автономные республики обладали исключительным суверенитетом на свою территорию.

Кроме того, Автономные республики, согласно Конституции Союза ССР, участвовали в решении вопросов, отнесенных к компетенции Союза ССР через высшие органы государственной власти и управления Союза ССР, из чего следует, что они одновременно являлись субъектами СССР. В этой связи следует добавить, что в Законе СССР "О разграничении полномочий между Союзом ССР и Субъектами Федерации" от 26 апреля 1990 прямо говорится, что "Автономные республики – советские социалистические государства, являющиеся субъектами федерации – Союза ССР". Таким образом, несмотря на то, что Абхазия являлась Автономной республикой в составе ГССР, отношения между Грузией и Абхазией носили характер взаимоотношений между государствами – субъектами СССР.

В последние годы существования СССР, власти Грузии начали процесс, направленный на выход Грузии из состава СССР. Этот процесс сопровождался крайне националистической пропагандой. Лидеры национальных движений Грузии выступали с публичными призывами к ликвидации автономной государственности Абхазии. Это обстоятельство вызывало серьезную обеспокоенность не только у абхазов, но и всего негрузинского населения Абхазии.

В период с 1989 по 1991 гг. Верховный Совет Грузии в одностороннем порядке принял ряд решений, согласно которым органы государственной власти ГССР, а, следовательно, и государственно-правовые акты, принятые ими, провозглашались нелегитимными и не имеющими юридической силы. В свою очередь, Верховный Совет Абхазской АССР, осознавая, что такие действия ставят под угрозу государственность Абхазии, принял 25 августа 1990 г. Декларацию о государственном суверенитете Абхазии и Постановление о правовых гарантиях защиты государственности Абхазии. В последнем документе, в частности, констатируется, что в результате решений, принятых Верховным Советом ГССР, вхождение Абхазии в состав Грузии лишилось правовых оснований.

В виду того, что государственно-правовые отношения между Абхазией и Грузией возникли на договорной основе, Грузия не могла в одностороннем порядке менять характер взаимоотношений с Абхазией. Кроме того, это противоречило законодательству СССР, регулировавшему отношения Союзных и Автономных республик. Таким образом, действия властей Грузии привели к разрыву государственно-правовых отношений между Грузией и Абхазией.

После прихода к власти З. Гамсахурдиа, в конце 1990 г. Верховным Советом Республики Грузия был объявлен переходный период по восстановлению государственной независимости Грузии, а 28 февраля 1991 г. был назначен референдум по вопросу восстановления государственной независимости Грузии на основании Акта о независимости от 26 мая 1918 г., что фактически являлось решением о выходе из СССР.

В соответствии с Законом СССР "О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР" от 3 апреля 1990 г., принятым еще в период нахождения Грузии в СССР, Автономные республики, в случае выхода Союзной республики из СССР, обладали правом самостоятельно решать вопрос о пребывании в Союзе ССР и своем государственно-правовом статусе. В связи с этим, Абхазия приняла участие в референдуме 17 марта 1991 г., на котором большинство населения республики высказалось за сохранение Союза ССР. Результаты референдума по Абхазской АССР были официально подтверждены Центральной комиссией референдума СССР . В то же время Грузия, заявившая о стремлении строить независимое государство, участия в этом референдуме не принимала. 31 марта на территории Грузии был проведен референдум о восстановлении государственной независимости Грузии, в котором Абхазия участия не принимала.

9 апреля 1991 г. на основе результатов этого референдума Верховным Советом Грузии был принят Акт о восстановлении государственной независимости Грузии, которым Грузия провозглашалась правопреемницей Грузинской демократической республики 1918–1921 гг. С этого момента ГССР де-юре прекратила существование. Таким образом, на территории бывшей ГССР возникло два не связанных друг с другом государства – Грузия, заявившая о своей независимости и выходе из СССР, и Абхазия, которая продолжала оставаться субъектом Советского Союза. Следовательно, государственно-правовые отношения между Абхазией и Грузией, созданные и регулировавшиеся советским законодательством, были прекращены также на основании советского законодательства.

До момента распада (21 декабря 1991 г.) СССР, Абхазия оставалась его субъектом, в этом качестве она участвовала в переговорах, на которых решался вопрос реформирования СССР. Председатель Верховного Совета Абхазии до момента распада СССР по должности являлся членом Совета Федерации СССР и членом Президиума Верховного Совета СССР. В то же время Абхазия не принимала участия в выборах Президента Грузии и в работе ее органов власти. Совершенно очевидно, что Абхазия не могла одновременно являться субъектом и СССР и независимой Грузии.

Из этого следует, что к моменту принятия Грузии в ООН она не имела никакого отношения к Абхазии, и признание ООН территориальной целостности Грузии в пределах границ бывшей ГССР на 21 декабря 1991 г. лишено правовых оснований. Накануне принятия Грузии в ООН Председатель Верховного Совета Республики Абхазия Владислав Ардзинба в своем письме на имя Генерального Секретаря ООН информировал его о том, что между Абхазией и Грузией не существует государственно-правовых отношений и, что принятие Грузии в ООН в границах бывшей ГССР неправомерно.

После развала СССР, в феврале 1992 г. Временный военный совет Грузии, захвативший власть в результате вооруженного переворота, принял решение о переходе к Конституции Грузинской демократической республики 1921 г., в которой отношения с Абхазией не были определены. Вместе с тем властями Грузии было заявлено, что отношения с Абхазией временно, до выработки новой модели, будут строиться на прежних принципах. Однако, на момент принятия этого решения, как уже указывалось выше, государственно-правовые отношения между Абхазией и Грузией были разорваны, следовательно, это решение не могло распространяться на Абхазию.

Абхазия, учитывая тогдашние политические реалии, стремясь избежать вооруженной конфронтации, предлагала Грузии восстановить прерванные государственно-правовые отношения на новой равноправной основе.

23 июля 1992 г. Верховный Совет Абхазии принял решение об отмене Конституции 1978 г. и переходе к Конституции 1925 г., согласно Главе II которой Абхазия являлась суверенным государством, субъектом международного права. Одновременно Парламент Абхазии обратился к руководству Грузии с предложением начать переговоры об установлении равносубъектных отношений на основе федеративного договора. Однако власти Грузии предпочли политическому диалогу с Абхазией применение силы, начав 14 августа 1992 г. вооруженную агрессию против Абхазии. Главной целью грузинского руководства, принявшего это решение, было фактическое уничтожение государственности Абхазии и подавление стремления абхазского народа к самоопределению.

В наиболее неприкрытой форме об этом 24 августа 1992 г. заявил командующий войсками Госсовета Грузии Г. Каркарашвили: "Могу сразу заверить, особенно сторонников господина Ардзинба, предупреждаю, с сегодняшнего дня грузинской стороне будет запрещено взятие военнопленных… кто встретит правительственные войска с оружием, попадут под действие приказа о том, чтобы пленных не брать. В том случае, если переговоры не достигнут успеха, я могу заверить этих сепаратистов, что, если из общей численности погибнет сто тысяч грузин, то из ваших погибнут все 97 тысяч, которые будут поддерживать решения Ардзинба…"

Можно ли было после таких заявлений сомневаться в целях грузинских оккупационных войск. Для их достижения руководство Грузии было готово пойти на уничтожение всего абхазского народа.

Возможно, это было мнение одного Каркарашвили?

Нет, Глава Грузии Эдуард Шеварднадзе сразу же после этого заявления объявил Каркарашвили рыцарем всего грузинского народа. То, что это были не пустые декларации грузинские войска доказали в полной мере. К настоящему моменту в распоряжении Генеральной Прокуратуры Республики Абхазия находится более 5 тысяч томов уголовных дел, свидетельствующих о том, что в период войны 1992-93 гг. руководство Грузии осуществляло в отношении народа Абхазии политику геноцида. Часть этих свидетельство была опубликована в Докладе Генерального Прокурора республики Абхазия "Предварительные материалы расследования уголовных дел по фактам массовых убийств, геноцида и других тяжких преступлений, совершенных властями Грузии и ее вооруженными формированиями в период оккупации Абхазии в 1992-93 гг."

По окончании боевых действий Абхазия и Грузия начали при посредничестве ООН, Российской Федерации и при участии СБСЕ переговоры, одним из главнейших вопросов которых был вопрос об их дальнейших взаимоотношениях. В результате этих переговоров 4 апреля 1994 г. было подписано "Заявление о мерах по политическому урегулированию грузино-абхазского конфликта", которое зафиксировало отсутствие государственно-правовых отношений между Абхазией и Грузией.

Именно такая правовая оценка дана упомянутому Заявлению в Докладе Генерального Секретаря ООН от 3 мая 1994 г. (S/1994/529)) и "Предложениях относительно политических и правовых элементов всеобъемлющего урегулирования грузино-абхазского конфликта" (приложение II к Докладу от 3.05.94 г.). В них, в частности, говорится: "Абхазия будет являться субъектом с суверенными правами в составе союзного государства, которое будет создано в результате переговоров после урегулирования спорных вопросов. Название союзного государства будет определено сторонами в ходе дальнейших переговоров. Стороны признают территориальную целостность государства, созданного в пределах границ бывшей Грузинской Советской Социалистической Республики по состоянию на 21 декабря 1991 г.".

Таким образом, ООН предлагала Абхазии и Грузии создать новое союзное государство, а затем согласовать его название.

Кроме того, по инициативе руководства Абхазии международной неправительственной организацией "Содружеством юристов за сотрудничество в АТР" была проведена независимая правовая экспертиза Заявления от 4 апреля. В "Заключении о правовой оценке и сущности "Заявления о мерах по политическому урегулированию грузино-абхазского конфликта", подготовленном этой организацией, отмечается, что Заявление констатирует отсутствие государственно-правовых отношений между сторонами. В Заключении также говорится: "Как видно из текста Заявления, Сторонами достигнуто понимание о совместной деятельности в сферах внешней политики, пограничной и таможенной службы, энергетики, транспорта, связи, экологии, обеспечения прав человека. Эти сферы государственной деятельности свойственны только суверенному государству. Тем самым стороны в конфликте признали наличие таковых у каждой из них…" Следует добавить, что тем самым наличие у Абхазии полномочий, присущих суверенному государству, было признано не только грузинской стороной, но и ООН, Россией и ОБСЕ, подписавшими Заявление от 4 апреля.

Исходя из этого, экспертиза пришла к выводу, что Заявление от 4 апреля является международным (межгосударственным) договором. К аналогичным выводам пришел и доктор международного права из Брюсселя Б. Дриссен. В его "Правовой оценке действительности и интерпретации соглашений, подписанных в 1994 г." также говорится, что Заявление от 4 апреля является международно-правовым договором, подписанным двумя государствами.

На протяжении трех лет после подписания Заявления от 4 апреля стороны вели переговоры по вопросу возможного восстановления государственно-правовых отношений. В июне 1997 г. был подготовлен к подписанию проект "Протокола о грузино-абхазском урегулировании", в соответствии, с которым две равноправные стороны должны были создать общее государство, строящееся на равносубъектной основе. Однако грузинская сторона отказалась от подписания данного документа. Подобные действия Грузии объясняются тем, что ее позиция находит поддержку со стороны ООН, ОБСЕ и других вовлеченных в урегулирование сторон, которые постоянно стремятся предопределить вопрос о вхождении Абхазии в состав Грузии на правах автономии. Такой подход является грубым нарушением принципов урегулирования, определенных Заявлением от 4 апреля.

Представители ООН, аргументируя свою позицию, заявляют о том, что Заявление от 4 апреля констатирует временный разрыв государственно-правовых отношений между Абхазией и Грузией, произошедший в результате войны.

В действительности же, государственно-правовые отношения это – отношения, регулируемые соответствующими правовыми актами, которые, как указывалось выше, были отменены в одностороннем порядке руководством Грузии еще до начала абхазо-грузинской войны. Именно это обстоятельство и зафиксировано Заявлением от 4 апреля.

2005
-----------------------------

(Перепечатывается с сайта: http://www.novopol.ru.)

 

К ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ, ИСТОРИЧЕСКОМ И МОРАЛЬНОМ ОБОСНОВАНИИПРАВА АБХАЗИИ НА НЕЗАВИСИМОСТЬ

(наш ответ Л.А. Алексидзе)

"Только что они ругали русских за то, что те
их давят, и тут же, когда речь заходит
об абхазах, - глаза тускнеют…".

Булат Окуджава.
("Советский экран" №4, 1990)


Блокадные условия, в которые поставлена Абхазия, создают проблемы и с доступом к информации. Вот и статья господина Алексидзе Л.А. "Правовые аспекты абхазской проблемы в свете документально подтвержденного, а нефальсифицированного исторического опыта и современного международного права", опубликованная в "Московском журнале международного права" (31.03.98г.) попала нам в руки, спустя 14 месяцев после выхода в свет.
Большая часть публикаций г-на Алексидзе посвящена историческим проблемам. Несмотря на то, что автор статьи не является специалистом в этой области, он обобщает и выражает мнения более или менее умеренной части современных грузинских историков по некоторым вопросам истории Грузии и Абхазии. В целом, грузинскому обществу и, что особенно тревожно, молодежи, внушаются еще более радикальные взгляды по отношению к Абхазии, абхазам и Истории Абхазии.
Не так давно (в ноябре 1998 г.), во время защиты моей докторской диссертации в Ереване, мне пришлось отвечать на некоторые отзывы, присланные из Тбилиси. Поскольку, представленная мною работа касалась проблем археологии и нумизматики, можно было предположить, что отзыв кафедры древней истории, археологии и этнографии Сухумского филиала Тбилисского Государственного Университета будет наиболее квалифицированным. Процитирую лишь некоторые выдержки из этого "научного" отзыва:
"Ученые кавказоведы знают, что абхазский народ составляет два этноса. Исторические абхазы (те же грузины) и сегодня составляют около 80% абхазов. Они носят грузинские фамилии, большинство из них говорят по-грузински и однофамильцев имеют среди грузин. Апсуа (абазины) на территории Абхазии появляются только в позднем средневековье. До 1621 г. ни один апсуа в Абхазии не жил. С этого года в церковных и других летописных документах в Абхазии подтверждается проживание лишь трех фамилий… До позднего времени апсуа (абазины) тела своих покойников, как правило, переносили в Северный Кавказ и хоронили на территории исторической родины. Среди апсуа распространено или язычество, или мусульманство" и т.п. Не касаясь вопроса, насколько вся эта галиматья связана с археологией и, тем более нумизматикой, хочу отметить, что в этом опусе выражается распространенный в Грузии взгляд на историю абхазского народа. Поскольку, сам факт проживания на территории предков абхазов отрицать невозможно, так как он подтвержден многими древними и средневековыми источниками, была выдумана концепция, по которой древние и средневековые абхазы - это те же грузины, а современные абхазы (их называют апсуа по самоназванию абхазов) "пару веков назад спустились с гор", т.е. с Северного Кавказа.
Не буду подробно останавливаться на этом вопросе, поскольку он, вроде бы и не имеет отношение к нашей теме, но в контексте затронутой г-ном Алексидзе темы по поводу "возможности совместного проживания абхазов и грузин", на мой взгляд, имеет важное значение. Думаю, особого внимания заслуживает то, что вышеупомянутый Сухумский филиал Тбилисского Государственного Университета функционирует в Тбилиси, и в нём обучаются дети беженцев из Абхазии. В то время, когда обсуждается вопрос возвращения беженцев в Абхазию, в филиале Тбилисского Государственного Университета не теряют времени зря, готовят кадры.
Что ожидает Абхазию, наших детей и внуков в случае осуществления планов грузинского руководства, нетрудно себе представить. В этом столетии в Абхазии в полной мере испытали все "прелести" такой политики. Я имею ввиду две интервенции, имевшие место в 1918-1921 гг., 1992-1993 гг. и ту политику, которая осуществлялась в Абхазии между этими событиями.
Нет смысла все это описывать, достаточно сказать, что это была обычная колониальная политика. Все колонии в той или иной степени испытывали и захват территории, и ассимиляторскую политику, и попытки вытравить из памяти народа его историческое и культурное наследие и многое другое. Хотя нужно признать, что грузинские шовинисты осуществляли свою колониалистскую политику довольно агрессивно. Однако, беда заключается не только в этом. Последствия такой политики страшны ещё и тем, что глубоко травмируют сознание самого грузинского общества, прививая ему совершенно определенную мораль. Поэтому и возникает двойная мораль, основанная на том, что борьба грузинского народа за независимость - дело святое, а борьба абхазов инспирирована третьей силой.
В сознании грузинского общества, в составе Грузии абхазы как сыр в масле катались, тогда как несчастные грузины в советской империи переносили тяжкие страдания. Поэтому, у абхазов нет и не может быть собственных интересов, они лишь марионетки в руках тех, кто спит и видит, как бы не дать Грузии построить независимое, демократическое государство.
В связи с этим вспоминается статья, опубликованная ещё при Звиаде Гамсахурдия в одной из официальных грузинских газет некими философами, фамилий которых я сейчас не помню. Смысл её был в том, что грузинский народ, который дал миру Сталина пользовался в Советском Союзе особым отношением. Поэтому целый народ уподобился избалованному ребенку (кстати, они определили этот национальный феномен как "синдром капризного ребенка"). Став самостоятельным, такой ребенок оказывается не готовым к тому, что кроме прав есть еще и обязанности. Столкнувшись с ограничениями, он начинает капризничать и выходить из себя.
Насколько правильной оказалась эта оценка можно судить по тому, что произошло в Грузии в постсоветский период - война с Осетией, гражданская война в Грузии и свержение недавно всенародно избранного Президента, кровавая расправа с Мегрелией, обострение отношений с Аджарией, проблемы в регионах, населенных армянами и азербайджанцами и, наконец, война с Абхазией.
Основная мысль, которую пытается навязать читателю г-н Алексидзе, заключается в том, что у абхазов нет никаких оснований для самоопределения и главное не должно быть и желания покидать любвеобильное лоно матери Грузии. Исходя из подобного, широко пропагандируемого тезиса, навязывается вывод о том, что абхазские "агрессивные сепаратисты" чуть ли не костьми готовы лечь ради интересов России.
На самом деле, после упразднения абхазской государственности в 1864 г. в наказание за длительное сопротивление российской колонизации на Кавказе, в Абхазии никогда не прекращались попытки восстановить свою государственность. В девятнадцатом веке эта борьба иногда принимала характер вооружённого восстания. В нынешнем столетии она приняла мирные формы и выражалась в письмах руководству страны с просьбой восстановить справедливость - вернуть Абхазии статус союзной республики. Приблизительно, через каждые 10 лет эта политическая борьба выливалась во всенародные массовые акции протеста в виде митингов, народных собраний, голодовок и т.п. Провозглашение М. Горбачевым Перестройки и Демократизации дало новые надежды на то, что наконец-то, глас абхазского народа будет услышан. И в это время абхазское движение за восстановление статуса союзной республики продолжает действовать своими традиционными методами, забрасывая руководящие органы страны просьбами и обращениями.
В это же время в Грузии началась борьба за независимость. Причем, она приняла такие откровенно шовинистические формы, что вызвала обострение отношений практически со всеми национальными меньшинствами, проживающими в Грузии. И не "третью силу" нужно в этом винить, г-н Алексидзе, а прежде всего себя. Вспомните, какие идеи пропагандировались в то время в Грузии. Не буду на этом останавливаться. Об этом хорошо известно не только вам, но и всему миру. Именно это обстоятельство не позволяло цивилизованному миру принять Грузию в свое сообщество. И это несмотря на исключительно прозападную ориентацию независимой Грузии. Поэтому и возникла необходимость дистанцироваться от груза прошлого, нанести макияж. Но даже этот акт был произведен путем насилия и кровопролития, как в центре Тбилиси, так и в провинции.
Многое ли изменилось после того, как в Грузии произошла смена власти? Снова кровь в Мегрелии, чудом избегает той участи Аджария, война в Абхазии. Но и это не остудило воспаленного шовинистического сознания в грузинском обществе. Приведу очевидный пример. Во время войны в Чечне в российском обществе возникло широкое антивоенное движение. А как освещали российские средства массовой информации военные действия в Чечне. Происходило ли что-либо подобное в Грузии? Ни во время войны в Абхазии, ни после её окончания, ни один человек в Грузии не выступил публично с осуждением действий своего правительства. Не призвал к покаянию. И статья г-на Алексидзе как раз подтверждает сказанное.
"Агрессивным сепаратизмом" называет г-н Алексидзе борьбу абхазского народа за свои права. Можно ли назвать "агрессивным сепаратизмом" стремление абхазов (кстати, поддержанное всеми национальными движениями, возникшими тогда в Абхазии, как ответная реакция на агрессивный грузинский шовинизм) цивилизованным парламентским путем решить проблему.
То же самое происходит на наших глазах в Шотландии, но никакого передвижения танков из Лондона по направлению к Эдинбургу что-то не наблюдается. Да мало ли в мире таких примеров. Г-ну Алексидзе хорошо известно, какими методами добивались в Абхазии осуществления своих законных прав. Официальные представители Абхазии и Грузии за столом переговоров пришли к компромиссному решению формирования Верховного Совета Абхазии. Кстати, самому г-ну Алексидзе принадлежит идея формирования Верховного Совета Абхазии, которую он критикует в своей статье.
В соответствии с этой идеей, Верховный Совет тогда формировался таким образом, что абхазские и поддерживающие их депутаты имели простое большинство, но не набирали квалифицированного большинства голосов, необходимого для решения конституционных вопросов. И это было компромиссом, а не манной небесной для абхазов, которые, кстати, в то время выступали с проектом двухпалатного Парламента. Верхняя Палата должна была избираться по мажоритарной системе, а нижняя формироваться из равного представительства основных национальных общин Абхазии. Однако в Грузии опасались подобного прецедента.
После избрания нового состава Верховного Совета, вся политическая борьба за восстановление реальной абхазской государственности протекала в стенах Парламента. Чем ответила Грузия на это, хорошо известно. Это по поводу "агрессивности" абхазского "сепаратизма". Что же касается абхазского сепаратизма вообще, то при всей непредвзятости к этому определению позволю себе усомниться в применимости его в данном случае.
До распада СССР, как известно, Абхазия ставила вопрос о восстановлении утраченного по воле Сталина статуса союзной республики и не только не собиралась куда-либо удаляться, но проголосовала за сохранение СССР на Всесоюзном мартовском Референдуме. "Абхазские сепаратисты", между прочим, были одними из наиболее горячих приверженцев сохранения государства, в первую очередь потому, что хорошо помнили свою недавнюю историю и имели реальное представление о том, что ожидает их в случае распада Союза.
Ситуация изменилась после провозглашения Грузией независимости. Как известно, провозглашенная в Советской Конституции норма, предусматривавшая выход союзной республики из состава СССР, не была обеспечена соответствующим механизмом. В связи с этим Верховный Совет СССР в 1990 году принял закон, регламентирующий порядок выхода союзной республики из СССР. В соответствии с этим законом, автономные образования, входившие в состав союзных республик, ставящих вопрос о выходе из Союза, могли самостоятельно решать этот вопрос. Собственно говоря, проголосовав за сохранение СССР, Абхазия дала ответ на этот вопрос самым демократическим способом - всенародным голосованием.
Однако, Грузия осуществила выход из СССР совершенно игнорируя все эти факторы. Выйдя из Союза, грузинское руководство провозгласило не имеющими юридической силы все правовые акты, принятые в Грузии за время советской власти. Была отменена действующая конституция и восстановлена Конституция Грузии 1921 года. Все структуры, созданные в Грузии с 25 апреля 1921 года были объявлены незаконными. Таким образом, руководство Грузии зафиксировало факт отсутствия, с момента провозглашения своей независимости, государственно-правовых взаимоотношений с Абхазией. Во-первых, по условиям вышеупомянутого всесоюзного закона о выходе союзной республики из состава СССР, во-вторых, в связи с тем, что в Конституции Грузии 1921 года Абхазия как субъект еще не значилась. Таким образом, сама Грузия денонсировала Союзный договор с Абхазией от 16 декабря 1921 года.
В пункте 1 этого договора провозглашалось, что: "Социалистическая Советская Республика Грузия и Социалистическая Советская Республика Абхазия вступают между собой в военный, политический и финансово-экономический союз".
В пункте 4 говорилось, что в Закавказскую федерацию Абхазия входит через Грузию, которая предоставляет ей одну треть своих мест.
Этот договор был ратифицирован первым съездом Советов Абхазии. Причем, он вызвал серьезную полемику. Лидеры Абхазии, разумеется, находившиеся под давлением центральных большевистских органов, вынуждены были убеждать делегатов в том, что договор не угрожает независимости Абхазии. Так, Председатель Совнаркома Н.Лакоба в своей речи, успокаивая делегатов съезда говорил:
"Независимость Абхазии Грузия не отнимает. Если Грузия будет отнимать, мы апеллируем к штабу революции РКП, ВЦИК, тов. Ленину. Независимость трудящихся Абхазии никто не будет в состоянии отнимать, пока существует Советская власть".
Таким образом, связи Советской Грузии и Советской Абхазии возникли в определенной исторической ситуации. Естественным образом они потеряли свою силу вместе с исчезновением с исторической арены Советского государства.
В создавшейся обстановке Верховный Совет Абхазии, сознавая свою ответственность и пытаясь найти политический путь выхода из создавшегося положения, обратился 12 августа 1992 к Госсовету Грузии. В нем в частности говорилось, что:
"Верховный Совет Республики Абхазия вновь заявляет о своем желании сохранить связи с Грузией, твердо выступает за их установление на новых, цивилизованных и равноправных основах, которые исключают диктат и подчинение, омрачавшие на протяжении десятилетий отношения между абхазским и грузинским народами".
Обращение завершалось следующими словами: "Мы, депутаты Верховного Совета Республики Абхазия заявляем, что свою часть пути в направлении возрождения добрых отношений между абхазским и грузинским народами, пройдем без оглядки. При этом надеемся, что протянутая для пожатия наша рука не повиснет в воздухе".
К сожалению, в Грузии не сочли нужным обсуждать эту проблему. Тем временем, в Абхазии публиковались проекты новой Конституции. Они обсуждались общественностью в средствах массовой информации. На 14 августа 1992 года было назначено заседание Верховного Совета, на котором предусматривалось обсуждение этих проектов. Они могли быть приняты, могли быть не приняты. Но это был цивилизованный, парламентский путь, не только не агрессивный, но и не сепаратистский.
Чем же ответила на это Грузия? Как всегда, силой. "Благо", совсем недавно Грузия получила свою долю советского вооружения. Стоило ли, имея такие веские аргументы, тратить время на разговоры с какими-то "лилипутами".
Может быть, агрессивным сепаратизмом называется то, что народ Абхазии взял в руки оружие, чтобы защищаться?
Г-н Алексидзе пишет, что ещё в 1989-1992 гг. "сепаратисты" накапливали вооружение. В этой связи уместно обратиться к интервью, которое дал в Тбилиси газете "Алия" в 1998 году бывший министр внутренних дел Абхазии, ныне депутат Парламента Грузии генерал Г.Ломинадзе. Говоря о деятельности одного из грузинских лидеров в Абхазии, ныне депутата грузинского Парламента Б.Какубава, он сообщает читателям, что преступления, которые Какубава совершил в Абхазии можно перечислять 24 часа. Имеется ввиду как раз период 1989-1992 гг. Среди них генерал называет "убийства, создание вооруженных формирований и бравирование ими перед абхазами". На резонный вопрос корреспондента, почему он как министр внутренних дел не предотвратил этот произвол, последовал исчерпывающий ответ:
"Это как раз тот вопрос, который я постоянно ставлю перед собой и не нахожу ответа - был ли я прав! Как раз это Ардзинба и абхазы предъявляют мне в качестве претензии. Поясняю: представьте, Президент независимой Грузии-Гамсахурдия. Будет гвардия, существует "Мхедриони". В этих условиях Какубава и подобные ему болтуны доказывали, что и в Абхазии надо создавать подобные формирования. Если бы я помешал ему, сегодня бы сказали, что Какубава - патриот, а Ломинадзе - предатель. Я не сделал этого, и в этом, может, меня обвинят. Если бы я по закону запретил, правда, я бы обрадовал абхазцев, но и предотвратил бы многие беды Грузии".
Итак, ответив на призыв абхазской стороны решать проблему в рамках политической, парламентской дискуссии агрессией и геноцидом, Грузия попрала основные принципы международного права и должна нести соответствующую этому ответственность. И вряд ли кто-нибудь вам поверит г-н Алексидзе, что стотысячный абхазский народ был заинтересован в этой неравной войне. То что с первых же минут вторжения в Абхазию начали вытворять грузинские оккупанты, кого угодно заставило бы взяться за оружие. Об этих ужасах достаточно много сообщалось, нет смысла повторяться. Как сказал об этом в уже цитированном интервью генерал Г.Ломинадзе "…что мы были такими бесстыжими я не думал".
Всяческие попытки грузинского руководства оправдать свои действия, то необходимостью защиты железной дороги, то намерением освободить взятых в соседней с Абхазией Мегрелии сторонниками Гамсахурдия в заложники некоторых высокопоставленных должностных лиц Грузии и т.п., мало кого могут убедить. По свидетельству армянской стороны, наиболее пострадавшей от бесчинств, творившихся звиадистами на железной дороге, лишь два из более чем 50-ти фактов грабежей ж/д грузов приходилось на Абхазию. И те произошли в непосредственной близости с грузинской границей, причем задолго до августа 1992 года.
Что касается версии с заложниками, то она, скорее всего, была спланированной провокацией. Иначе, чем объяснить, что захваченные в Западной Грузии заложники были якобы перевезены в Гальский район Абхазии. Кстати, сразу после начала войны они благополучно обнаружились и на экранах грузинского телевидения выглядели целыми и невредимыми. Но даже если поверить, что 150 танков и боевые вертолеты были брошены для вызволения заложников, находившихся в Гальском районе, то зачем нужно было маршем через всю Абхазию врываться в Сухум, срывать государственный флаг с Верховного Совета и заявлять по телевидению, на весь мир устами члена Госсовета, министра обороны Т Китовани:
"Мы распустили Парламент Абхазии и освободили от должности его председателя Владислава Ардзинба".
Уже 25 августа командующий грузинской гвардией в Абхазии Г.Каркарашвили, этот "благородный рыцарь" (как назовет его позже Э.Шеварднадзе) выступил по захваченному абхазскому телевидению. Его слова абхазский народ, я думаю, запомнит навсегда:
"У нас хватит сил, чтобы наказать весь Северный Кавказ. Отдан приказ пленных не брать… Если из общей численности погибнет сто тысяч грузин, то из ваших погибнут все девяносто семь тысяч, которые будут поддерживать решение Ардзинба. Хочу дать совет г-ну Ардзинба - пусть он сделает так, чтобы абхазская нация не осталась без потомков… "
Дальше была война. Война на уничтожение народа, его культурного наследия и исторической памяти. Именно поэтому грузинской военной полицией целенаправленно были сожжены дотла единственный институт, занимающийся исследованием проблем абхазоведения. Точно также, оцепив и не подпуская никого, полицейские сожгли и Госархив Абхазии. Для массового уничтожения народа использовали даже запрещенные снаряды, каждый из которых был начинен 28000 иголок с оперением, чрезвычайно затрудняющим их извлечение из пораженного тела.
Все таки абхазы стали находить оружие и оккупанты стали получать сдачи. Вот тогда-то, впервые, бравые заявления сменились на вопли. Как же, абхазов вооружают! Как будто вооружение абхазской стороны могло быть сравнимо с тем, которое совершенно бесплатно получила Грузия.
Вспоминается английский комедийный сериал о I-ой мировой войне. Там "бравый" британский офицер говорит, что ему нравилось воевать против вооруженных дубинками туземцев, а такая война ему не по вкусу.
Да, господин Алексидзе, была бы война, а оружие всегда найдется, только деньги плати. Это закон любой войны. Такая же сермяжная правда, как то, что выпустив джина войны из бутылки, получишь сполна всё - страдания ни в чем не повинных людей, беженцев, сожженные дома и все прочее. Все, на что жаловались во время войны абхазы и, на что жалуются после войны грузины.
Так кто же должен нести за все это ответственность? Думаю, что те, кто развязал войну. Абхазия же, поставленная в условия, когда единственной возможностью самосохранения стало вооруженное сопротивление агрессору, победив в этой войне, дорогой ценой заплатила за свое законное право на самоопределение.
Итак, значительная часть статьи г-на Алексидзе посвящена историческим проблемам и начинает он с эпохи ранней бронзы. При этом г-н Алексидзе преследует благородную цель - в отличие от сфальсификованной истории, навязываемой сепаратистскими учеными наивному человечеству, он предлагает истинную историю.
Не будем вступать в полемику по поводу того, кто на самом деле всегда занимался фальсификацией истории. Специалистам это хорошо известно еще со времен основоположника русского востоковедения, друга Пушкина О.Сенковского (литературный псевдоним Барон Брамбеус), который этой теме посвятил специальный труд - "Некоторые сомнения касательно истории грузин".
Сама статья г-на Алексидзе служит ярким примером того, как создаются подобные исторические инсинуации. Говоря об общеколхидской культуре, г-н Алексидзе в скобках сообщает, что это западногрузинская культура. Если имеется в виду, что частично эта культура зафиксирована на территории современной западной Грузии, то с этим еще можно было бы согласиться. Однако, автор имеет в виду не это. Далее он сообщает, что доминирующее положение в Восточном Причерноморье занимали колхи, и опять в скобках - западногрузинское племя. И это при том, что по дошедшим до нас греческим письменным источникам "колхи" - это собирательный термин, которым называли все племена, заселявшие в то время Восточное Причерноморье.
Если говорить об этнической идентификации этих племен, то у нас имеется единственная возможность более или менее определенно судить об этом на основании дошедших до нас из глубокой древности топонимов и гидронимов. На основании анализа древних и современных географических названий многие известные историки (П.Услар, Н.Марр, И.Дъяконов и др.), в том числе и столпы грузинской исторической науки (И.Джавахишвили, С.Джанашиа), пришли к мнению, что они свидетельствуют о расселении в Юго-Восточном Причерноморье предков абхазо-адыгов.
Большинство негрузинских ученых и некоторые современные грузинские ученые (например - профессор О. Джапаридзе) считают, что всю западную часть Кавказа заселяли хатто-абхазо- адыгские племена (до 4-3 тыс. лет до н.э.). Позднее в этот этнический массив вклиниваются картвельские племена, оттесняя хаттов на юг, а абхазо- адыгов на север. На генетическое родство древних абхаз-адыгских племен с хаттами указывают такие известные ученые, как И. Дъяконов, С. Еремян. И. Дунаевская, Вяч. Иванов и другие.
Что же касается создания "колхами (грузинскими племенами)" Колхидского царства, то эта общепринятая в грузинской историографии гипотеза основана на древнегреческом мифе о походе аргонавтов в Колхиду, где в это время правил "базилевс" Айэт. Интерпретация термина "базилевс" как "царь" и стало основой для построения гипотезы о существовании в VI - IV вв. до н.э. "мощного колхидского царства". Между тем, известно, что в древнегреческой традиции термин "базилевс" употреблялся и в значении племенной вождь.
Археологический материал, также не дает оснований для подобных утверждений. Если существовало государство, то должны были быть, по крайней мере открыты хоть какие-нибудь остатки монументальных сооружений его столицы. Пока этого нет, очевидно, подобные утверждения, по крайней мере, преждевременны. Попытка некоторых грузинских ученых подкрепить гипотезу тем, что, найденные в большом количестве на территории восточного Причерноморья монеты (названные "колхидками") являются атрибутом Колхидской государственности, так же не получили поддержки. Так как, эти монеты чеканились греческими городами и несут явный отпечаток греческой монетной традиции.
Далее г-н Алексидзе пишет, что географическое название "Абхазия" и этноним "абхаз" идут с грузинского языка. На это можно ответить только той же монетой, сказав, что термины "Грузия" и "грузины" тоже не грузинского происхождения и появляются впервые в XV веке в русских письменных источниках. Считается, что этот термин происходит от персидского "гурдж", "гурджистан" - волк, страна волков.
Так же, г-н Алексидзе сообщает, что время появления терминов "апсуа" (самоназвание абхазов) и "Апсны" (по абхазски - страна абхазов) не установлено. Насколько мне известно ни один из серьезных ученых до сих пор не оспаривал факт связи термина "апсуа" и племени "апсилов", зафиксированных на территории Абхазии с I в. н.э. Еще в 1959 году крупнейший грузинский историк академик Г.А. Мекикишвили связывал апсилов с племенем абешла, известного по ассирийским источникам, относящимся к XII в. до н.э. Не думаю, что кто-нибудь станет оспаривать, что картвелы (самоназвание грузин) с древнейших времен обитали на территории "Сакартвело" (грузинское название Грузии). Хотя в письменных источниках это название впервые появляется лишь в XI веке.
Касаясь периода возникновения средневекового абхазского царства, г-н Алексидзе пишет, что абхазский царь Леон II перенес столицу в Кутаиси и, что "естественно", население Абхазского царства в основном состояло из грузин. Действительно расширив границы своего государства, Леон II перенес свою столицу и дал ей абхазское название Кутышь, которое в абхазском языке употребляется и сегодня (означает "куриная гора"). Кстати, с античных времен известно изобилие этих мест фазанами. Что же касается демографической ситуации, сложившейся в Абхазском царстве в VIII - XIII вв., то вряд ли будет корректно судить о ней с точки зрения сегодняшнего положения. Известно какие демографические изменения произошли в Абхазии в результате Кавказской войны.
Справедливости ради, следует все же отметить, что в отличие от многих других грузинских авторитетов, которые и вовсе отрицают автохтонность абхазов в Абхазии, г-н Алексидзе свою позицию подает более закомуфлированно. Все же в его изложении история абхазов выглядит куда приличнее, чем, скажем, в изложении известного грузинского писателя Р. Мишвеладзе. В 1989 году он направил открытое письмо писателю Фазилю Искандеру (газета "Ахалгазрда ивериели", 11 декабря 1990 г.), в котором писал: "…в природе никогда и нигде не существовали ни абхазский язык, ни абхазская культура, а проклятые большевики ввели в заблуждение наивных адыгейцев, придумали для них на территории Грузии абхазскую автономию, в паспортах записали несуществующую национальность "абхаз". А вот как история абхазского народа выглядит в кратком ее изложении группой известных грузинских писателей : "Пару веков тому назад с Северного Кавказа к нам пришли адыгские племена (апсилы и абазги). Мы пригрели их на нашей грузинской земле… Пришелец из-за гор, покрывший мхом нашу национальную плоть, оспаривает нашу землю". (М. Кахидзе, Р. Мишвеладзе, Т. Мебуришвили, Г. Джумухидзе, газета "Ахалгазрда коммунисти", 6 мая 1989 г.)
Или, известный грузинский писатель Чабуа Америджиби: "Абхазы - грузинское племя. А те, кто пришел к нам с Северного Кавказа - всякая шваль, адыгея, убийцы и полудикие племена…"(газета "Российские вести", 22 октября 1992 г.).
Г-н Алексидзе признает, что на территории Абхазии издревле жили два народа - абхазский и грузинский. Спасибо, конечно, но все же мы вынуждены отказаться от такой милости, т.к. это противоречило бы, как логике, так и исторической истине. Не может на такой маленькой территории формироваться два совершенно разных в языковом и антропологическом отношении этноса. Очевидно, что в течение тысячелетий должно было произойти поглощение одним этносом другого. Между прочим, этот процесс происходит сравнительно быстро. Как и все грузинские историки, касаясь периода существования абхазского царства, г-н Алексидзе постоянно пытается подменить понятия, используя для этого обычную в грузинской историографии схему. Сначала признается факт возникновения в VIII в. Абхазского царства. Затем оказывается, что "Абхазское царство явилось сильным грузинским государственным образованием". Далее используется уже термин "Грузинское царство" и в лучшем случае в скобках (Абхазское). Никто ведь не пытается оспаривать тот факт, что включив в пределы своего царства почти все территории, населенные грузинами, Абхазское царство фактически стало государством абхазов и грузин. Но уважаемый г-н Алексидзе, и до конца X века и после того, как в 978 году Корона абхазских царей по материнской линии перешла к отпрыску южно-грузинской ветви армянского царского рода Багратуни, это государство называется Абхазским. С XI в. и до распада этого царства в середине XIII века в дошедших до нас грузинских, византийских, армянских, арабских, русских и т.д. источниках оно продолжает именоваться Абхазским царством. Это название распространялось на всю современную Грузию и Абхазию и не "иногда", как вы пишите, а всегда.
Впервые термин "Сакартвело" (Грузия) в значении всего государства, а не отдельной территории, населенной "картвелами" появляется после XII века на заключительном этапе существования этого царства.
В 1239 году Абхазское царство раскололось, с этого времени и до вхождения в Россию на его территории существовали отдельные небольшие государства.
Впервые все эти земли были вновь объединены в единое государственное образование в виде ССР Грузия уже в советское время. И последним актом стало включение Абхазии в состав Грузинской ССР в 1931 г. Всякие попытки доказать, что вхождение Абхазии в состав Грузии в качестве автономии произошли раньше - после развала Российской империи, не соответствуют правде. Г-н Алексидзе утверждает, что это событие произошло 9 февраля 1918 года, т.е. еще до провозглашения Грузией независимости. Далее он пишет, что "… автономия Абхазии была подтверждена сразу после принятия акта независимости Грузии (16 мая 1918 г.), а Конституция Грузии, принятая в феврале 1921 г. официально узаконила автономию Абхазии. На самом же деле, 9 февраля 1918 г. абхазская делегация на этой встрече предлагала заключить "с Грузией лишь добрососедские отношения, как с равным соседом".
В соглашении "по вопросу установления взаимоотношений между Грузией и Абхазией", заключенном 9 февраля 1918 г., вопреки утверждениям г-на Алексидзе, нет ни слова об автономии. О характере этих взаимоотношений можно судить по пунктам этого соглашения:
" 1) Воссоздать единую нераздельную Абхазию в пределах от реки Ингур до реки Мзымта, в состав которой войдут собственно Абхазия и Самурзакань (современный Гальский район Абхазии - С.Ш.) или, что тоже нынешний сухумский округ.
2)Форма будущего политического устройства единой Абхазии должна быть выработана (в соответствии) по принципам национального самоопределения на Учредительном собрании Абхазии, созванном на демократических началах.
3) В случае, если Абхазия и Грузия пожелают вступить с другими национальными государствами в политические договорные отношения, то взаимно обязываются иметь предварительные между собой переговоры".
Таким ообразом к моменту объявления Грузией независимости, Абхазия не входила в ее состав. В последующие три года взаимоотношения между Грузией и Абхазией строились на фоне оккупации Абхазии (с июня 1918 г. сразу после провозглашения независимости Грузии 26 мая 1918 г.) и разгона, при помощи вооруженной силы, двух составов Абхазского Народного Совета, выступавших за независимость Абхазии. Именно потому, что все соглашения между Грузией и Абхазией, заключенные в этот период совершались в условиях оккупации Абхазии, они не могут иметь юридической силы.
Дальнейшие рассуждения г-на Алексидзе касаются периода 1921-1931 гг. И здесь автор все беды Грузии связывает с кознями большевиков.
По мнению г-на Алексидзе для осуществления своих планов Москва ловко пользуется настроениями абхазов. Невозможно отрицать, что Москва имела и имеет постоянные геополитические интересы в этом регионе. Собственно говоря, не только Москва. В описываемый нами период в этом регионе активную роль играли также Турция и Германия. В свое время Осип Мандельштам писал, что "Тифлис, как паяц дергается на ниточке из Константинополя". Но об этом г-н Алексидзе умалчивает.
Что же касается Абхазии, то в условиях оккупации абхазский народ поднялся на вооруженную борьбу, которая носила национально-освободительный характер. Достижению этой цели способствовало наступление Красной Армии и установление Советской власти в государствах Закавказья. Естественно, что в этом смысле интересы Москвы и абхазского национально-освободительного движения совпадали.
31 марта 1921 года Ревком ССР Абхазии декларировал образование ССР Абхазии. 21 мая 1921 года Декларацию о "Независимости Социалистической Советской Республики Абхазия" провозгласил и Ревком Грузии.
Однако, в дальнейшем под воздействием Москвы начинается поэтапное давление на Абхазию с целью ввести ее состав Грузии. Уже 15 октября 1921 года на расширенном заседании Пленума Оргбюро и Ревкома Абхазии было принято постановление: "Считать необходимым теперь же оформить указанную связь Грузии и Абхазии путем оформления договора двух союзных равноправных республик". Впрочем, учитывая денонсацию Грузией всех государственно-правовых документов советского периода, полемика по этому вопросу теряет всякий смысл.
Далее г-н Алексидзе пытается доказать, что абхазы должны быть благодарны Грузии, поскольку "пользовались невиданной для советской автономии свободой и правами". Думаю, излишне говорить о том, что в этом смысле положение в Абхазии было, в целом, не лучше и не хуже, чем положение в других автономных республиках. Конечно, существовали различия, связанные с географическим положением, историческими, культурными и многими другими факторами.
Не могу сейчас припомнить, какая из автономных республик бывшего Союза имела до Советской власти свою государственность. Да что там автономии, не все союзные республики ее имели. Однако, дело не в этом. Если рассуждать подобно г-ну Алексидзе, то меньше всего причин выходить из СССР было у Грузии.
А если говорить об экономическом развитии Абхазии, то очевидно, наиболее корректным было бы сравнение с соседним регионом, я имею в виду район Сочи. Такое сравнение продемонстрировало бы несостоятельность заявлений г-на Алексидзе.
Не обойден стороной и вопрос демографической ситуации в Абхазии за последние сто лет. В связи с этим уместно обратиться к статистике.

Годы:
1886
1897
1926
1939
1959
1970
1989
абхазы
58963
58697
55918
56197
61193
83097
93267
грузины
4166
25875
67494
91967
158221
213322
239872
русские
971
5135
20456
60201
86715
79730
74913
армяне
1049
6552
30048
49705
64400
73000
76541
греки
2149
5393
27085
34621
9111
13600
14664

Таким образом, беспристрастный язык цифр неопровержимо свидетельствует о недобросовестном подходе г-на Алексидзе и к этому вопросу. Соглашаясь с тем, что в 30-х и в начале 50-х годов имело место организованное переселение грузин в Абхазию, г-н Алексидзе утверждает, что количество таких переселенцев не превышало 10 тысяч.
Ну, во-первых, процесс переселения происходил не только в 30-х и начале 50-х годов. Он не прекращался даже во время Великой Отечественной войны. Между переписями населения 1939 и 1959 гг. грузинское население в Абхазии увеличилось почти на 70 тысяч, в то время как абхазское всего на 5 тысяч человек.
Если имеется в виду, что такой демографический феномен произошел в результате естественного прироста, то следует признать, что страшные годы сталинско-бериевских репрессий и самой кровопролитной войны в истории человечества, странным образом повлияли на половую активность грузинского населения в Абхазии.

Говоря о событиях послевоенного (1992-1993 гг.) времени г-н Алексидзе со ссылкой на документы принятые на саммитах ОБСЕ, СБ ООН, Евросоюзом, СНГ хочет доказать, что в Абхазии осуществляется этническая чистка грузинского населения.
Справедливости ради, следует отметить, что все эти резолюции принимались без участия абхазской стороны. Предложенные Грузией проекты, принимались даже без попытки разобраться в происходящем на самом деле, не выслушав даже представителей Абхазии.
И все же, вопреки утверждению г-на Алексидзе, в резолюциях Совета безопасности ООН отсутствует прямое осуждение Абхазии в этнической чистке. Дело в том, что единственная комиссия, направленная по этому вопросу в Абхазию Организацией Объединенных Наций, не пришла к подобным выводам (S/26795 17 ноября 1993г.). Если же под этническими чистками подразумевать этнодемографические изменения, происшедшие в результате военных действий в Абхазии, то совершенно очевидно, что ответственность за них, в первую очередь, должно нести руководство Грузии, развязавшее в августе 1992 года войну. Именно в период оккупации значительной части Абхазии грузинскими войсками, начался массовый исход абхазского, армянского, русского, греческого населения из подконтрольной грузинским властям территории. Значительная часть грузинского населения покинула Абхазию вместе с отступающей грузинской армией еще до возвращения абхазов.
Г-н Алексидзе пишет, что намеренно не касается самого конфликта, т.к. это будет темой его новой статьи. Тем не менее, г-н Алексидзе пытается объяснить поражение Грузии в этой войне тем, что на стороне "сепаратистских сил воевали тысячи наемников или т.н. "добровольцев" из Северного Кавказа, других регионов России, а главное - даже части Вооруженных Сил России…"
Следуя примеру г-на Алексидзе не стану подробно останавливаться на этом вопросе, скажу только, что 90% погибших в этой кровавой бойне воинов составляют абхазы. Поэтому нет смысла оправдывать свое поражение несметным количеством "наемников", воевавших против Грузии. Об этом часто сегодня говорят в Грузии, не стоит комплексовать по этому поводу. Всем понятно, что не потому грузины потерпели поражение, что они плохие воины или трусы. В этом смысле определяющее значение, все же, имеет мотивация. Не было у грузинских парней причин воевать в Абхазии за непонятные идеи.
И в завершение по поводу того, что у международного сообщества существует совершенно четкий подход: "самопровозглашенная независимая республика" не признается - она остается "неотъемлемой частью Грузии". Всем известно, что не было в истории незыблемых государств и неизменяемых границ. Вся история человечества убеждает нас в обратном. В конце концов, все государства когда-то самопровозгласились.
В 1961 году Шарль де Голль, в беседе с Президентом Дж.Кеннеди по поводу войны во Вьетнаме, сказал: "После того, как нация пробудилась, никакая иностранная власть, какими бы средствами она не располагала, не имеет шансов на то, чтобы навязать там свою волю".

(Опубликовано: "Международное право" М., 1999, №4 с. 253-266.)

(Материал перепечатывается с сайта: http://www.abkhazya.org.)

 

ПАМЯТНИКИ АБХАЗИИ - ЕВРОПЕЙСКОМУ НАУЧНОМУ МИРУ

Восточное Причерноморье было известно греческому античному миру с гомеровских времен как Колхида, легендарная страна золотого руна. В начале нашей эры на побережье, появились римские войска и некоторые города сменили свои названия - например, Диоскурия стала Севастополисом. В VI веке, при императоре Юстиниане, здесь утвердились византийцы - после победоносного окончания войн с персами. Местное население - лазы, абазги, апсилы, мисимиане. саниги - рано приобщилось к христианству. Традиция, легендарная или нет, говорит о том, что в этом краю проповедовали апостолы Андрей и Симон. Археология дает немало объективных свидетельств о том, как проникало, распространялось и утверждалось христианство в Колхиде, которую в V-VI веках греческие источники называют преимущественно Лазикой (Эгриси - в грузинских исторических документах). Книга доктора исторических наук, профессора Российского Государственного Гуманитарного университета Л. Хрушковой "Раннехристианские памятники Восточного Причерноморья. (IV-VII века)" (М., "Наука". 2002) посвящена исследованию раннехристианской культуры этого региона. Естественно, что автор, которая свыше 20 лет активно вела раскопки раннехристианских и средневековых памятников Абхазии, главное внимание сосредоточила именно на этом регионе и на "своих", как говорят археологи, памятниках. Перед нами обобщающий труд, в значительной степени основанный на личных полевых материалах, многие из них публикуются впервые. Ряд выводов автора уже известен специалистам по предшествующим трем монографиям и нескольким десяткам статей, опубликованных в Сухуме, Тбилиси, Москве. Петербурге и в странах дальнего зарубежья.

Такая, казалось бы, далекая от политики и мирная сфера занятий, как древняя история и археология, в действительности оказалась связанной со всеми политическими катаклизмами последнего десятилетия. В предисловии автор кратко упоминает и о трагических событиях абхазо-грузинского вооруженного противостояния 1992-1993 гг. Археологическую документацию, результат, многих лет работы, надо было спасти, вывезти из охваченного пожарами Сухума. Это было трудной задачей: часть археологических материалов из раскопок Сухумской крепости погибла. Здесь же мы читаем и о другой, светлой стороне медали и последние годы мир стал открытым, как никогда прежде, и автор книги смогла в течение ряда месяцев работать в лучших специализированных библиотеках Рима, Парижа, Бонна, Вены. Читатель убедится, что эта возможность была использована полноценно - автор цитирует множество публикаций на европейских языках, и памятники Абхазии предстают как часть обширной панорамы раннехристианского строительства в разных странах Средиземноморья и Ближнего Востока.

Помимо введения и заключения, в книге 8 глав и обширное английское резюме. Особенно автор позаботилась о научно-справочном аппарате: издание снабжено библиографией, указателем имен и глоссарием, который содержит объяснения архитектурных и литургических терминов.

В первой главе речь идет о тех сведениях, которые сообщают письменные источники о распространении христианства в регионе. В легендарной традиции об апостольском миссии Андрея и Симона можно предполагать, по мнению автора, и реальную историческую основу. Абхазия была местом ссылки некоторых святых, мучеников и исповедников (самый знаменитый из них - Максим Исповедник), в их житиях и других документах находим некоторые интересные данные. Достоверные сведения историк черпает из списков вселенских соборов и списков епархий Константинопольского патриархата. Среди византийских историков особенно важны сообщения Прокопия Кесарийского. Читатель убеждается в том, что сведения письменных церковных источников скупы и обрывочны, тогда как археология рисует картину несравненно более богатую и полную.

Изложение в книге Л. Хрушковой строится по историко-географическому принципу, особое внимание уделяется крупным центрам. Именно в старых греко-римских (а затем византийских) прибрежных городах и крепостях и появляются первые церковные здания. Важнейшим из них был Питиус (или Питиунт), современная Пицунда. Его епископ Стратофил был участником первого Никейского собора (325 г.). Он был единственным представителем Западного Закавказья на том историческом собрании. Памятникам Питиуса посвящена вторая глава книги. Здесь читатель находит хорошо систематизированные данные о раскопках религиозного комплекса внутри городских стен. Четыре церкви, начиная с кафедрала Стратофила, последовательно сменяли одна другую на протяжении с IV по VI столетия, за стенами города были похоронены какие-то чтимые члены местной общины, здесь сложился еще один комплекс, состоящий из трех сооружений. Наконец, еще одна церковь была раскопана в отдалении от городища, в сосновой роще. Подробно рассмотрена хронология памятников, интересно, и по-новому освещена проблема топографии христианского города. Современная наука особенно интересуется вопросами урбанизации - важно понять, как город позднеантичный постепенно превращался в город средневековый. В Питиусе мы видим своеобразное положение: город конца античности изучен достаточно подробно, а город средневековый ждет своего исследователя. Отмечу новое прочтение имени лица, упомянутого в греческой надписи пицундской мозаики: по мнению Л. Хрушковой, это Аврелий, а не Орел, как полагали некоторые исследователи.

На Пицундском мысу, в селе Алахадзы, расположен еще один крупный архитектурный комплекс. Он состоит из большой базилики VI в., которая пережила значительную реконструкцию, и построенной рядом средневековой церкви. Ранняя церковь - ее точный план был выявлен раскопками Л. Хруш-ковой - самая обширная в регионе, она достигает в длину 50 метров.

Третья глава книги содержит анализ Цандрипшской базилики. Это важнейшее церковное сооружение исторической Абазгии, где автор в свое время провела успешные раскопки. Скорее всего, именно эту церковь император-Юстиниан построил для абазгов - об этом нам сообщает Прокопий. Церковь богато украшена привозным византийским мрамором, на одном фрагменте хорошо читается слово "Абазгский". Возможно, это фрагмент греческой эпитафии первого епископа абазгов. Храм был крупным культовым и паломническим центром - здесь крестили людей (крещальная купель раскрыта раскопками), в другой части церкви поклонялись мощам; под полом церкви были похоронены видные члены местной общины.

В этой же главе рассмотрены две небольшие церкви. Одна из них расположена на вершине горы Хашупса, внутри большой и пока неисследованной крепости, вероятно, VI в. (здесь еще раз можно отметить, как много в Абхазии неизученных интересных мест). Другая - церковь в крепости Аба-анта, на территории большого древнего села Лыхны.

В четвертой главе рассмотрены памятники Апсилии, другой исторической части Абхазии. Речь идет о приморских городских центрах -Севастополисе (совр. Сухум) и Гиэносе. который находится близ Очамчыры. Необычная для Закавказья октогональная церковь Севастополиса - последнее важное открытие автора (раскопки велись совместно с М. Гунба). Археологическое исследование этого памятника пока не закончено, однако основные характеристики его плана можно реконструировать. Здесь было обнаружено множество археологических материалов позднеантичного времени. В частности, историку будут интересны фрагменты черепицы с клеймами 15-го Аполлонова легиона римских войск - ранее о его присутствии в Севастополисе мы не знали. Другая важная находка - греческая эпитафия некоего солдата по имени Орест. Возможно, он был похоронен в одной из гробниц, расположенных в особом помещении церкви. Церковь была уничтожена пожаром 542 г. - о разрушении Севастополиса в это время пишет тот же Прокопий. Время ее строительства можно определить как начало V в. Эта церковь была частью городской застройки, и в будущем археологи смогут открыть часть древнего города. Диоскурия греческой эпохи располагалась где-то поблизости, поскольку на этом участке обнаружены только слои римского времени.

Тогда же, в V в., была построена церковь в Гиэносе, тоже внутри стен римской крепости. Редкий случаи - гробница с большим количеством золотых вещей, которые могли принадлежать "местной варварской принцессе", похороненной в одном из помещений церкви. В отличие от Севастополиса. в этом городе культурные слои периода греческой классики (VI-V вв. до н.э.) представлены очень хорошо. Более поздний памятник -большая купольная церковь в селе Дранда, ставшая предметом многих дискуссий. Автор приходит к выводу, что она была построена в VII в. Интересный вопрос для будущих исследователей, которые смогут провести раскопки и самой церкви, и прилегающей территории - был ли этот храм центром автокефального архиепископства Абазгии, которое хорошо известно по нескольким нотациям (спискам) Константинопольского патриархата?

В шестой главе речь идет о ранних церквах нагорной Апсилии - районе Цебельды. Цебельдинская долина хорошо известна в научном мире своими богатыми некрополями, которые изучали многие абхазские археологи - М. Трапш, Ю. Воронов. О. Бгажба и Г. Шамба, М. Гунба и другие. Автор рецензируемой книги давно отстаивала мысль о том, что апсилы рано приобщились к христианству. Когда-то с этим не все соглашались, но дальнейшие раскопки подтвердили эти выводы. Открытие двух раннехристианских церквей в горной крепости Цибила, причем в одной из них была обнаружена и крещальня - бесспорное свидетельство распространения христианства. В VI в. небольшие церкви появились и в других пунктах этого района - в крепости Шапкы и в Мрамбе, последняя была украшена рельефными плитами местной работы.

В следующей главе рассмотрены памятники Лазики, где наиболее важны и многочисленные церкви главного города лазов - Археополиса (Нокалакеви-Цихе-Годжи) и его окрестностей. Раскопки показали, что здесь христианство начало распространяться не в VI в., как считалось, а раньше. Возможно, что первая церковь Археополиса появилась уже в IV в.; интересно, что она копировала план церкви епископа Стратофила в Питиусе, самой ранней в Колхиде. В VI в. значительные базилики были построены также в Вашнари (историческое название его неизвестно) и в Петре (совр. Цихисдзири в окрестностях Батуми).

Некоторые церкви Восточного Причерноморья были украшены мозаиками, фресками, рельефами. Лучше всего сохранилась скульптурная декорация, ей посвящена седьмая глава книги Л. Хрушковой. Для самых крупных церквей мрамор привозили из византийских мастерских, расположенных на острове Проконнес в Мраморном море, близ Константинополя, Эти знаменитые в античности мастерские снабжали мрамором не только прославленные сооружения византийской столицы, в том числе и храм св. Софии, его вывозили во многие места Средиземноморья. В Закавказье мы знаем его только в северной части Абхазии и на прилегающей с севера территории Зихии (Джигетии), населенной абхазо-адыгскими племенами. Замечу, что именно автор книги и свое время опубликовала работы об этом виде архитектурного декора и определила его происхождение. Любопытно, что именно этот сектор Причерноморского побережья у многих древних авторов, начиная со Страбона, прославился как район, населенный свирепыми и дикими племенами; об этом позже, в V в., напишет Феодорит, епископ Киррский, говоря об Иоанне Златоусте, который был приговорен к ссылке в Питиус, но не достиг его, скончавшись по пути. Однако, как показали археологические изыскания, именно здесь были построены крупные церкви, богато украшенные дорогостоящим привозным мрамором, приобретение которого обычно было связано с заказом правителя или епископа. Автор исследует этот материал в контексте проблемы экспорта византийского мрамора, знакомя читателя с новыми точками зрения, которые обсуждаются в европейской литературе.

Другой раздел этой же главы посвящен местной скульпторе, и здесь мы попадаем в другой мир. Эти скромные рельефы изготовлены из известняка; местные мастера предпочитают символические мотивы, обычные для раннехристианского репертуара: кресты, голуби, павлины, рыба, кипарис и т.п. В некоторых случаях автор отмечает связь с кругом местных верований и представлений; некоторые композиции, например, пара павлинов, находят аналогии даже в произведениях абхазского народного ткачества XIX в. Особый случай представляет уникальный памятник - плиты с рельефными сценами на библейские и евангельские сюжеты, происходящие из Цебельды. Их датировка вызывает споры. Полемизируя с некоторыми российскими и французскими специалистами, Л. Хрушкова показывает, что эти плиты были выполнены не ранее VIII в. и связаны они с местным святым. В 30-х годах VIII в. Евстафий, сын правителя апсилов, был взят в плен арабами и казнен за отказ принять ислам.

Глава восьмая посвящена специальным вопросам обрядов и литургических устройств, к которым особенно внимательна христианская археология и которые мало развивались в отечественной науке в предшествующий период нашей истории. Автор рассматривает три основных ритуала: евхаристический, крещальный и мемориальный. При чтении этой главы очень помогает глоссарий - это полезный прием, который в литературе на русском языке я встречаю впервые.

Заключение подводит итоги этого обширного и капитального исследования. Мы видим, что памятники, собранные воедино, создают впечатляющую картину развитой религиозной жизни региона, разнообразия архитектурных типов церквей и их декорации. Этот плодотворный период подготовил расцвет христианской культуры в крае в период Абхазского царства (80-е годы VIII в. - конец X в.), которое политически было обособлено от Византии, но в культурном отношении испытывало ее значительное влияние. Именно тогда была построена серия крупных церквей, сохранившихся до наших дней: в Пицунде, Лыхны, Бзыби, Новом Афоне, Мокве.

Книга хорошо иллюстрирована, она вмешает в общей сложности свыше 370 иллюстраций, из них 80 таблиц фотографии неплохого качества. Многие документы публикуются впервые. Надо отметить хорошую работу издательства "Наука" над этой сложной работой. Здесь же автор издала и другую свою работу: "Лыхны. Средневековый дворцовый комплекс в Абхазии" (1998), которая тоже отличается хорошим качеством многочисленных иллюстраций. Обе книги увидели свет благодаря финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда. Книга сопровождается развернутым английским резюме, которое, вместе с предшествующими статьями автора на французском языке, дает достаточное представление западному читателю о раннехристианских и раннесредневековых памятниках Абхазии.

Безусловно, мы имеем дело с фундаментальным и во многом новаторским исследованием в области раннехристианской и византийской археологии. Интересно, что благодаря регулярному участию Л. Хрушковой в международных конгрессах по христианской археологии (1991 - Бонн; 1995 - Сплит-Пореч; 1999 - Вена), именно памятники Абхазии впервые в истории российской науки были систематически представлены европейскому научному миру.

Отмечу еще одну важную черту книги Л. Хрушковой: объективность автора, отсутствие пристрастий, чрезмерно резкой полемики, спокойный тон дискуссий, с привлечением различных аргументов, с необходимыми ссылками. Это хороший стиль, он вызывает доверие читателя, который всегда может сам уточнить интересующие его вопросы, пользуясь приведенной литературой.

Интересно еще одно обстоятельство, которое мне, как археологу, особенно заметно. Во всех главах автор отмечает возможность и необходимость раскопок тех или иных памятников. Фактически мы видим здесь развернутую и обоснованную программу дальнейшего историко-археологического изучения Абхазии. И это особенно актуально. Несмотря на все трудности, которые переживает Абхазия, в 1999 раскопки в Сухуме возобновились, абхазские археологи В. Бжания, Г. Шамба, М. Гунба, А. Габелия и др. стремятся продолжить исследование античных памятников в Сухуме и его окрестностях. Это внушает оптимизм - Абхазия полна интереснейших памятников всех эпох, и многие из них ждут археологов.

Мое пожелание заключается в том, чтобы автор продолжила свои исследования, расширив хронологические рамки и показав дальнейшее развитие христианской культуры в Абхазии, которая не была забыта и тогда, когда после падения Константинополя в крае утвердились турки. Еще и в XVIII веке функционировали многие крупные церкви, и в их числе огромный кафедральный храм в Мокве, построенный абхазским царем Леоном Ш в середине X в. Предметом почитания местного населения служили даже церкви частично разрушенные, как это было с Пицундским храмом. А Лыхны, резиденция владетелей Абхазии князей Шервашидзе, всегда была христианской, не случайно местная церковь сохранила прекрасные фрески XIV в.. исполненные в стиле константинопольской живописи. Церковь в Илоре на протяжении веков служила сокровищницей икон и литургических сосудов из драгоценных металлов, что облегчало обществу по восстановлению христианства на Кавказе, которое действовало в Абхазии во второй пол. XIX в., восстанавливать древние храмы. И еще одно пожелание автору. Рецензируемый труд относится к классическому жанру фундаментальных научных штудий, его плотный, насыщенный огромным количеством информации текст нельзя назвать легким чтением. Было бы хорошо, если бы на основе проделанного исследования автор создал серию популярных брошюр для массового читателя. В последнее время в Абхазии возрождается туризм, все больше отдыхающих приезжает в Сухум, Пицунду, Гагру, Гудауту. Кроме того, такие известные и древние христианские центры, как Новый Афон, Лыхны и другие, привлекают паломников. Они интересуются историей и культурой Абхазии, им нужна доступная популярная литература. Будем надеяться, что капитальный научный труд проф. Л. Хрушковой послужит и этой цели - просветительской, популяризаторской.

"Республика Абхазия", 18-19 февраля 2003 г.

Рецензия на книгу доктора ист. наук, профессора Российского Государственного Гуманитарного университета Л. Хрушковой "Раннехристианские памятники Восточного Причерноморья. (IV-VII века)" (М., "Наука". 2002).

(Материал перепечатывается с сайта: http://www.abkhaziya.org.)                                


РОССИЯ — АБХАЗИЯ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Абхазия в XIX веке — время борьбы Российской и Турецкой империй за влияние в регионе

Последовательная и наступательная политика России на Западном Кавказе, в частности в Абхазии, начала развиваться еще в XVIII веке, вслед за утверждением России в Восточной Грузии, где уже в 1801 г. было упразднено Картлийско-Кахетинское царство. С приходом к власти в Абхазии владетельного князя Келешбея Чачба-Шервашидзе, мудрого и харизматичного политика, вектор сближения с Россией стал увеличиваться. Осознавая ответственность перед своим народом и, в то же время, видя возрастающее внимание к региону соседних могущественных держав, он долгое время успешно лавировал между интересами Турции и России.
В 1803 г. Келешбей сделал первый формальный шаг к сближению с Россией, намереваясь с ее помощью избавиться от протектората Турции. В 1806 г. владетельный князь обратился с просьбой о принятии Абхазии в подданство России, но император Александр I медлил с решением этого вопроса. В разразившейся русско-турецкой войне 1806-1812 гг. Россия пыталась использовать Келешбея в своих интересах. Так, в 1807 г. шестидесятилетнему князю было предложено отбить у турок крепость Поти, но он уклонился от активных действий, понимая, что может понести большие потери. Вместе с тем, собрав 25-тысячное войско, Келешбей пресек попытки Турции высадить десант в Абхазии. Вскоре после гибели владетельного князя Абхазии, а именно 12 августа 1808 г., его сын, Сефербей (Георгий) Шервашидзе, обратился к императору с новыми «просительными пунктами» о принятии в подданство России, и 17 февраля 1810 г. Александр I утвердил этот документ, признав Георгия «наследственным князем абхазского владения под верховным покровительством, державою и защитою Российской империи»1. Однако для того, чтобы господствовать на восточном берегу Черного моря, необходимо было еще выбить из этого региона турок, а, как известно, их влияние и распространение здесь было достаточно серьезным (турки называли Сухум старым Стамбулом). Борьба двух империй, продолжавшаяся более 50 лет была беспощадна и кровава и прежде всего для того населения, которое здесь проживало. Однако мнение некоторых радикально настроенных национал-патриотов о том, что Россия воевала с народами Западного Кавказа ошибочно, так как очевидно, что Российская империя воевала не с народами, а с Турцией за влияние в этом регионе. Обе империи являлись одними из самых могущественных сверхдержав того времени, перед ними стояли великие исторические задачи, поэтому борьба за территориальное господство между ними была неизбежна. Как известно, в мае 1812 г. был заключен Бухарестский мир, по которому Россия приобрела все побережье Абхазии и Мегрелии, тем самым ей удавалось укрепить безопасность Крыма, а, кроме того, решилась главная стратегическая задача России —   Наполеон лишался турецкого союзника. В 1829 году был заключен Адрианопольский трактат, согласно которому Порта отказывалась в пользу России от всего восточного побережья Черного моря и уступала ей черкесские земли. Однако эта уступка имела значение только на бумаге, на деле, Турецкая Империя не прекращала попыток вернуть Абхазию и весь Южный Кавказ под свой протекторат. Этот регион всегда являлся стратегически значимым (как известно здесь проходил Великий шелковый путь) и Турции было важно отсечь коммуникации, связывающие Россию с Южным Кавказом, а также с Западом. В этой связи можно провести параллель и с недавними событиями. В современной истории Кавказа мы также наблюдаем борьбу сверхдержав за стратегически важную в геополитическом смысле часть Черноморского побережья. Однако вернемся к истории взаимоотношений России и Абхазии, которые, как известно, особенно в XIX веке были весьма неоднозначны. Очевидно, что как притязания Турции, так и России воспринимались народами, исторически проживавшими на данной территории, как посягательство на национальную, в пределах целой этнической группы, независимость. Кроме того, именно в этот исторический период, Западный Кавказ оказался без реального лидера способного принимать самостоятельные решения и консолидировать адыго-абхазское общество. Разлад в элите, раскол в обществе, отсутствие предводителя, способного взять в руки управление своим народом, привели к внутренней борьбе. Как известно решение глобальных национальных проблем, вопросов войны и мира, зависело в то время от высшего сословия, которому традиционно доверяли крестьяне. Но князья и дворяне разделились во мнениях, а национального лидера, пользовавшего всеобщим уважением, а главное широким доверием уже не было. Таким образом, можно говорить о том, что именно в результате несогласованных действий и неправильно выбранного вектора и произошел массовый исход абхазо-адыгских субэтносов из своих земель. В данном вопросе необходимо также учитывать этнопсихологическое состояние народа, не желавшего признавать чью-либо власть, оказавшегося без реального лидера между молотом и наковальней, интересами Российской Империи с одной стороны, и Османской — с другой. Примечательно в этой связи высказывание турецкого офицера о политике Порты на Кавказе, которое в равной степени верно и в отношении политики России: «В Константинополе умы были затемнены до такой степени, что там не различали творимого на Кавказе и играли с судьбой целого народа…Стремясь поддержать черкесов, начинают с уничтожения их социального и политического быта; подстрекая на борьбу с русскими, в то же время отрезают им путь отступления»2. Мы часто занимаемся мифологизацией того действительно страшного периода в нашей истории и героизацией народа, закрывая глаза на факты. А факты, исторические и документальные материалы, военная публицистика XIX века свидетельствует о том, что в регионе шла борьба не народов, но Империй за сферы влияния и территориальное господство. Народы Западного Кавказа оказались заложниками времени, заложниками великого передела. Еще одним подтверждением тому, служит появление здесь англо-французских агентов, которые обещали горцам «избавить» их навсегда от русских, если они примут покровительство Англии. Народы Западного Кавказа оказались на пути столкновения интересов более могущественных держав, которое решали глобальные, стратегические задачи. Так было на протяжении всей истории наших народов. Именно поэтому поколения горцев воспитывались войнами. Извлекая уроки из прошлого, нам необходимо двигаться дальше. Сегодня, когда интересы мировых сверхдержав вновь сталкиваются в регионе, нам необходимо вести взвешенную, более прагматичную политику. Героическая история наших народов всегда была связана с мировыми цивилизаицонными процессами, однако горький опыт научил нас, что силой одного лишь оружия невозможно добиться благополучия народа. Государственность необходимо строить на основе добрососедства и взаимного доверия.

Абхазия конца XIX начала ХХ века — борьба за выживание

В течение тридцати лет, с 1877 г. по 1907 г., абхазы за неоднократные возмущения и бунты считались в царской России «виновным населением». До 1864 г. однородная в этническом отношении страна во второй половине XIX в. подверглась колонизации не только со стороны русских, греческих, армянских, болгарских, немецких, эстонских и других новопоселенцев. Начиная с 70-80-х годов XIX в. из прилегающих районов Западной Грузии сюда хлынули представители картвельских народов, в основном мегрелы. Тогда же, в 1877 г., в газете Тифлисский вестник появляется программная статья грузинского общественного деятеля Якоба Гогебашвили. В ней, в частности, говорилось, что «мингрельцы должны явиться первыми заместителями выселившихся абхазцев»3. В результате стремительных процессов перемещения населения этнодемографическая ситуация в стране резко изменилась. Так, если в 1886 г. абхазы составляли 85,7% населения, то в 1897 г. —   лишь 55,3%. Картвельская колонизация Абхазии оказалась настолько бурной, что насторожила царские власти. Русские интересы в Абхазии напрямую столкнулись с грузинскими, которая воспользовалась результатами войны для достижения собственных интересов. Представители грузинской церкви, интеллигенции, различных политических партий и течений все отчетливее предъявляли свои притязания на Абхазию. В период революционных событий в России, грузино-абхазские  противоречия  до  крайности обострились. Абхазы воспринимали все происходящее на их родине как «грузинскую революцию» и выступили на стороне правительства против этих «революционеров». В 1907 г. по инициативе председателя правительства России П. А. Столыпина, специальным указом Николая II с абхазов была снята «виновность». С этого момента отношения с Россией еще больше сблизились. В лице Абхазии Россия начала видеть надежного партнера и союзника. И не раз жители Абхазии доказывали России свою преданность, оказывали помощь в самые трудные времена, о чем свидетельствует и участие абхазских ополченцев в Первой мировой войне с храбростью и рвением бросившихся защищать от врага дружественные ей народы. По свидетельству источников, во время первой мировой войны в кавказской конной дивизии абхазских добровольцев воевало 500 человек. Абхазскую сотню (условное название боевой части) называли сотней крестоносцев, так как все всадники были удостоены боевых наград. Сила духа и смелость отважных горцев впечатляла как русских исследователей, так и самих военных. Российские исследователи отмечали, что среди тех, кто воевал за российскую армию, много было сыновей врагов России, отстаивающие честь Российского государства как свою собственную.
Граф Палецкий в частности отмечал: «…дивизия побывала на фронтах германском, галицийском и румынском и везде проявляла чудеса храбрости… дивизия понесла за время своей боевой деятельности много потерь… Но кавказские горцы держались и держатся до сих пор с огромным мужеством и непоколебимой твердостью. Это одна из самых надежных войсковых частей —   гордость русской армии. Кавказцы имели полные моральные основания никакого участия в войне не принимать. Мы отняли у кавказцев все: их прекрасные горы, их дикую природу, неисчерпаемые богатства этой благодатной страны. И вот вспыхнула война, кавказцы добровольно пошли на защиту России и защищали ее беззаветно, не как злую мачеху, а как родную мать…. Они сражаются вместе с русской армией и впереди всех, и смелее всех умирают за нашу свободу»4.

Абхазия в составе Советского государства — XX век

31 марта 1921 года Ревком Абхазии принял Декларацию об образовании Социалистической Советской Республикой Абхазия (ССР Абхазия), были разработаны и утверждены флаг, герб, Конституция Республики. Однако в 1931 году, статус Абхазии как ССР, находившейся в договорных отношениях с Грузинской ССР, был по воле Сталина снижен до уровня автономной республики, и она была введена в состав Грузинской ССР. Реакцией на это решение был массовый, 20 тысячный народный сход в с. Дурипш. Кстати, абхазы стали единственным народом в СССР, который осмеливался на массовые народные выступления по политическим мотивам в 1931, 1947, 1956, 1967, 1978, 1980, 1989, 1991гг., требуя восстановления статуса союзной республики. Акт инкорпорации Абхазии в Грузию ознаменовал собой начало целой серии мероприятий по насильственной ассимиляции абхазов, о последствиях которой всем хорошо известно. К концу 40-х гг. от абхазской политической и культурной автономии мало что осталось. В такой обстановке Абхазия встретила начало Великой Отечественной войны, в которой население Абхазии приняло самое активное участие. Более 55 тыс. жителей Абхазии, из них 18 тыс. абхазов, самоотверженно сражались на фронтах. 22 воина Абхазии были награждены званием «Героя Советского Союза», однако даже это не могло остановить репрессивную политику Сталина и Берия в регионе. После смерти Сталина агрессивная политика Грузии в отношении Абхазии сохранялась, государственность Абхазской АССР носила по существу формальный характер, и это при том, что согласно Конституции СССР Автономные республики обладали исключительным суверенитетом на свою территорию. В период с 1989 по 1991 гг. Верховный Совет Грузии в одностороннем порядке принял ряд решений, согласно которым органы государственной власти ГССР, а, следовательно, и государственно-правовые акты, принятые ими, провозглашались нелегитимными и не имеющими юридической силы. В свою очередь, Верховный Совет Абхазской АССР, осознавая, что такие действия ставят под угрозу государственность Абхазии, принял 25 августа 1990 г. Декларацию о государственном суверенитете Абхазии и Постановление о правовых гарантиях защиты государственности Абхазии, что и послужило поводом к развязываю войны, которая стала еще одной трагедией для нашего народа. По окончании боевых действий Абхазия и Грузия начали при посредничестве Российской Федерации, ООН и при участии СБСЕ переговоры, одним из главнейших вопросов которых был вопрос об их дальнейших взаимоотношениях. В дальнейшем, вплоть до событий августа 2008 года, Россия оставалась посредником в конфликте, миротворческие силы Российской Федерации выполняли возложенную на нее руководством страны миссию по линии разъединения и долгое время являлись гарантом невозобновления войны. Регулярно в течение послевоенных лет Грузия под разными предлогами предпринимала попытки замены миротворческих сил России на войска НАТО. В Тбилиси постоянно говорили о необходимости интернационализации урегулирования конфликтов, правящая верхушка Грузии для сохранения событий в своей стране в фокусе постоянного международного внимания предпринимала различные меры и делала все, чтобы изменить формат присутствия России на Кавказе. Грузия полностью консолидировалась с силами, которые задались целью создания на Кавказе агрессивно-враждебного России государства (в том числе шел прямой шантаж России усилением Чечни в расчете на уступки в Абхазии). Однако власти Абхазии принципиально стояли на своих позициях.

XXI век - политика России в отношении Абхазии и Южной Осетии — новый расклад сил в регионе

Переломным моментом в истории наших взаимоотношений стало признание Российской Федерацией независимости Республики Абхазия в августе 2008 года. Это событие повлияло не только на внутреннюю ситуацию в нашей стране, но также оказало особое влияние на процессы, происходящие в мировой политике. Если в начале XXI века более четко в регионе определялись интересы США, то сегодня расклад сил изменился. Не случайно российские эксперты и политологи называют решение России о признании независимости Абхазии и Южной Осетии отвечающим целям защиты национально-государственных интересов России, считают, что данный шаг укрепит права России на контроль над всей территорией Кавказа. Россия приступила к выработке и применению комплексной, всеобъемлющей и долгосрочной геостратегии в регионе и Абхазия может стать связующим, объединительным звеном на пути к укреплению Россией своих позиций в регионе в целом.
Что же касается интересов Запада здесь, то известный американский политолог Ариэль Коэн довольно четко выразил американские подходы к урегулированию конфликтов на Кавказе. Их определяют, прежде всего, заинтересованность в энергоресурсах каспийского бассейна, желание изолировать Закавказье от влияния России, поддержание интересов основных своих партнеров — Турции и Израиля. В этом контексте рассматриваются и стратегические интересы США, направленные на обеспечение гарантий независимости и территориальной целостности Грузии, Азербайджана и Армении.
Если Грузия станет членом НАТО, Абхазия и Южная Осетия приобретут для России в дальнейшем большую важность в качестве буферных зон. Мы стоим на пороге возникновения новых политических реалий в международных отношениях. США продолжает считать себя единственной сверхдержавой, а Европа остается основной ареной международных интересов Америки. Именно изменение соотношения сил на европейском континенте, в конечном итоге, и будет иметь решающее значение в том, кто будет главенствовать в мире — такого общее представлении о расположении сил.

Политика Турции на современном этапе

Турция исторически и демографически всегда была вовлечена в события на Кавказе. Что касается современного этапа, то с 1991 года Турция считала Грузию ценным стратегическим партнером. Связано было подобное тесное партнерство с тем, что Грузия рассматривалась в качестве экономически важного союзника, т.к. она предоставляла канал для транспортировки Каспийских энергоресурсов на международные рынки через Турцию, минуя Россию и Иран. Напомню, что США и Великобритания, лоббировавшие и финансировавшие проект, в качестве его обоснования выдвинули идею о необходимости диверсификации маршрутов экспорта энергоносителей и стабилизации мирового энергетического рынка. Делалось это в расчете на то, что транспортировка значительных объёмов нефти, которая могла бы осуществляться через территорию России по существующему нефтепроводу Баку — Новороссийск, теперь будет производиться в обход России, что позволило бы снизить её влияние в регионе. Американцы же не только получали альтернативный Персидскому заливу источник нефти, но и расширяли зону своего влияния. (Существует даже мнение о том, что поощрение и подпитка зарубежными финансовыми вливаниями сепаратистских сил в Чечне имела в качестве одной из своих целей именно сохранение напряжённости на одном из участков нефтепровода «Баку–Новороссийск», что обеспечивало поддержание заинтересованности Азербайджана в создании альтернативного маршрута для экспорта нефти).
Проекты нефтепровода Баку–Тбилиси–Джейхан, газопровода Баку–Тбилиси–Эрзурум и железнодорожного сообщения Баку–Тбилиси–Карс имели целью укрепить связи Турции с Кавказом и Каспийским бассейном. Таким образом, в условиях, когда Грузия была включена в эти проекты в качестве ключевого игрока, необходимость поддержки политики Грузии не подлежала обсуждению, даже во время гражданской войны в Грузии и войны с Абхазией и Южной Осетией. По той же причине турецкие военные содействовали грузинским партнерам в их стремлении соответствовать стандартам НАТО в военной и оборонной областях, что являлось обязательным требованием для вступления в альянс. Однако все это могло поставить на карту отношения Турции с Россией — важнейшим мировым экономическим и энергетическим партнером. Наблюдаемая в последнее время прагматичная, взвешенная политика Турции, особенно в отношении с Россией не может не вызывать оптимизма. Многие аналитики и дипломаты отмечают, что Турция начинает занимать самостоятельную позицию, особенно в отстаивании своих собственных интересов. В июле 2008 года состоялся официальный визит в Турцию Министра иностранных дел России Сергея Лаврова. Российско-турецким переговорам в политических и государственных кругах обеих стран придавалось особое значение. Глава Турецкой Республики особо выделил важность укрепления регионального сотрудничества Москвы и Анкары, которое по словам Абдуллах Гюля, является сегодня важным фактором сохранения стабильности в Евразии и мире в целом.
В мае сего года премьер-министр Турции Реджеп Эрдоган встретился в Сочи со своим российским коллегой Владимиром Путиным. Экс-министр иностранных дел Турции Хикмет Четин связывал сочинский визит главы правительства в основном с проблематикой общекавказского урегулирования, в котором обозначилась активизация деятельности США, ОБСЕ, НАТО, однако аналитики небезосновательно связывали причины встречи с желанием Турции, с одной стороны, сохранить российский проект «Голубой поток», а с другой, — со стремлением не утерять NABUCCO. Анкаре необходимо взвешенно реагировать и оперативно подстраиваться к быстро меняющейся ситуации как на Кавказе, так и в Европе, чтобы грамотно, а главное вовремя принимать необходимые решения. Власти Турции разобрались и адекватно отреагировали на события августа 2008 года, когда в акватории Черного моря возникло противостояние Российского и Натовского флотов. По сути, Турция оказалась в эпицентре североатлантических и российских противоречий, однако, проявив принципиальность, и, несмотря на свое членство в Северо-Атлантическом альянсе не позволила нарушить положения так называемой «конвенции Монтре», согласно которой существуют определенные ограничения для входа в акваторию Черного моря флотов нечерноморских стран. Тем самым Турция дала миру сигнал о том, что она готова вмешиваться в экономические и политические процессы на Кавказе, если того требуют интересы страны, даже если это идет вразрез с продвижением евро-атлантических интересов в регионе. В Турции продолжает активно функционировать Кавказский Комитет солидарности Абхазии, который занимается проблемами наших соотечественников, защищает интересы Республики Абхазия в высших эшелонах власти Турецкой Республики. Турецкое правительство благодаря лоббированию диаспоры, даже в условиях жесточайшей блокады послевоенных лет, закрывало глаза на доставку морем в Абхазию самых необходимых грузов. Власти понимают, что в Турции проживает многочисленная абхазо-адыгская диаспора, немалое количество граждан Турции вложили деньги в Абхазию и участвуют в коммерческой деятельности, поэтому она не может оставаться в стороне от тех процессов, которые происходят сейчас в Абхазии. Кроме того, существует значительный потенциал для развития экономических связей между Абхазией и Турцией, особенно в тех областях, где Турция занимает сильную конкурентоспособную позицию — туризм, строительство, логистика, розничная торговля, коммуникации, пищевая промышленность. Абхазия также может предоставить плацдарм для выхода на процветающие и быстро растущие рынки РФ и других стран региона. Осознавая это, премьер-министр Турции Т. Эрдоган обозначил новый внешнеполитический подход страны, представив инициативу создания Кавказской платформы стабильности и сотрудничества, которую приветствовали практически все страны региона. Данный союз должен включать представительство всех народов, этнических групп и регионов. Турция имеет близкие исторические, стратегические, экономические и этнические связи со всеми странами Кавказа и ей необходимо принимать это во внимание. Уже сегодня Турция могла бы оказывать Абхазии различную помощь и инвестировать в экономику. Гуманитарная поддержка не получит какого-либо нарекания ни со стороны внутренних лоббистских групп, ни со стороны России, ни даже со стороны Евросоюза, отдельные страны которой, чувствуя свою ответственность за сложившуюся ситуацию, сами очень активно оказывают гуманитарную поддержку. Турция может установить прямые экономические отношения с Абхазией, дать возможность студентам из Абхазии получать высшее образование в Турции, наладить прямое морское и воздушное сообщение с Сухумом, что будет служить в первую очередь интересам самой Турции. Нам предначертано быть соседями и мы верим, что Турцию интересует не только стратегическое партнерство с Россией, но также установление цивилизованных, в том числе и политических отношений с Абхазией, тем самым исправить исторические ошибки прошлого.

Россия и Абхазия — на пути более тесного сотрудничества

Признание Россией независимости Абхазии обозначило переход на новый, совершенно иной уровень отношений, отношений на уровне независимых равноправных государств. На данном этапе мы занимаемся выработкой новых механизмов взаимодействия на межгосударственном уровне. Встала необходимость формирования институтов межгосударственных отношений. Абхазия стремится к тесному сотрудничеству с Российской Федерацией, нашим ближайшим соседом и стратегическим союзником. Наша политика направлена на сотрудничество, в первую очередь, в области безопасности, экономики, образования. Россия является для Абхазии гарантом безопасности. Россия также является нашим главным торгово-экономическим партнером. Мы продолжаем работу в направлении углубления взаимодействия с Российской Федерацией и одновременно стараемся установить партнерские отношения с остальным миром. В ходе национальной освободительной войны 1992-1993 гг., Абхазия устремляла свой взор на Россию, и, несмотря на сложные, порой противоречивые действия прежнего Российского руководства, твердо стояла на своих позициях. Абхазская сторона давала четкий сигнал, что ни при каких обстоятельствах не отступит от принятых решений, как если бы речь шла о защите собственного Отечества. Даже в условиях тяжелейшей блокады, Абхазия продолжала демонстрировать стойкость в отстаивании своих позиций и демонстрировала свой неиссякаемый потенциал. Думаю, Абхазия за эти годы доказала свою состоятельность, и в первую очередь в качестве надежного партнера.
Абхазское царство достигло своего расцвета под крылом двуглавого орла Византийской Империи. Сегодня у нас есть шанс обрести возрождение под крылом двуглавого Российского орла. Наша политика направлена на сближении с нашими соседями, со странами, где проживает наша многочисленная диаспора. Абхазия может послужить мостом для сближения Турции и России. Россия уже сделала свой выбор и заявила на весь мир о признании суверенитета и независимости Абхазии, выполнив исторически возложенную на нее ответственность, теперь очередь за Турцией, которая в равной степени разделяет ответственность за трагические события времен Русско-Турецкой войны.

1.  Материалы и записки по вопросу о владетельских и имущественных правах потомков светлейшего князя Михаила Шервашидзе, последнего владетеля Абхазии. Верден, 1913. С. 5-7
2.  Осман-бей. Воспоминания 1855 года. События в Грузии и на Кавказе // Кавказский сборник Т.II Тифлис, 1877. С.169
3.  Тифлисский вестник. 1877 г. 4.  Агуажба Р. Абхазы в Первой мировой войне. Журнал Абаза №2, 2006г. С.30-32.

(Источник: vestnik.mgimo.ru)



Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика