Соломон Званба

Об авторе

Званба Соломон Темрукович (Теймуркович)
(25 октября 1809, с. Дранда, Абхазия, — 1855)
Первый абхазский этнограф, профессиональный военный. Ученый прожил всего 46 лет, но за свою короткую жизнь внес неоценимый вклад в изучение истории и этнографии абхазов. Его труды посвящены традициям и обычаям абхазского этноса, их быту. Званба объездил почти всю Абхазию в поисках этнографических материалов. Соломон Званба родился в дворянской семье. Помимо русского и абхазского языков, он свободно читал и писал на французском. Первый сборник его статьей «Этнографические этюды» увидел свет к 100-летнему юбилею ученого. Его составил и опубликовал историк Георгий Дзидзария. По словам этнографа Юрия Аргун, статьи Соломона Званба все еще представляют большую научную ценность. «Он описывает религию, обряды абхазов середины 19 века. Соломон был первым, кто стал изучать убыхов и джигетов», - отмечает он. Соломон Званба был кадровым военным царской армии России. Он погиб в чине подполковника в сражении на Ингуре во время Крымской войны 1853-56 гг. (Источник: http://www.abkhaziya.org.)

Соч.: Этнографические этюды, под ред. и с предисловием Г. А. Дзидзария. - Сухуми, 1955; Абхазские этнографические этюды. Сост.: Дзидзария Г.А. - Сухуми. 1982.





Соломон Званба

Зимние походы убыхов на Абхазию

Газета "Кавказ", 1852 г., № 33.

Скачать статью "Зимние походы убыхов на Абхазию" в формате PDF (2,81 Mб)

(Материал взят с сайта: http://kubangenealogy.ucoz.ru/. Обработка сканов - Абхазская интернет-библиотека.)


HTML-версия:

Зимние походы убыхов на Абхазию

Ежегодные походы убыхов на Абхазию заслуживают особенного внимания по многим обстоятельствам и в особенности по необыкновенным затруднениям с какими они совершаются. Земля, населенная убыхским племенем, мало способная к разведению хлебопашества, может однако же обеспечить продовольствием населяющее ее в настоящее время племя; но убыхи делают набеги на соседние племена и на Абхазию, не вследствие недостатка средств к
существованию, а из неугомонной страсти к приключениям и грабежу.
До 1824 года они делали набеги на Абхазию в каждое время года. В 1825 году партия убыхов, состоящая более чем из 1000 человек, под предводительством Сааткерея Адагва-ипа Берзека, предприняв поход в Абхазию в летнее время, при спуске на абхазские равнины, была замечена в горах пастухами. Предупрежденные абхазцы приняли меры предосторожности, дали партии спуститься с гор, заняли все горные проходы, чрез которые враги могли сделать отступление и уничтожили всю партию. Предводитель ее пал жертвою своего удальства. С тех пор убыхи делают на Абхазию набеги только в зимнее время, и постоянно делают их в следующем порядке.
Перед выступлением партии избирают предводителя. В это звание может попасть только человек известный уже своею храбростью. Происхождение тут не имеет никакого влияния. Избираемый человек должен быть человеком обстрелянным, который находился уже в нескольких походах простым воином, после начальником небольших партий от 10 до 30 человек и оказал примеры мужества и распорядительности. Кроме того, требуется от предводителя, чтобы он был крепкого телосложения, мог переносить голод и холод, и чтобы во всем служил примером для партии. Избранный пользуется во время похода безусловным повиновением, и каждый воин, без различия происхождения, переносит от него терпеливо брань и даже побои, за что в другое время тот же предводитель заплатил бы своею жизнью. Таково безусловное повиновение убыхов избранному вождю, тем более замечательно, что они по настоящее время не признают у себя никаких властей.
Новый предводитель назначает место для сбора. Выбирается обыкновенно какое-либо необитаемое ущелье, отстоящее не более как на один переход от последней деревни, лежащей на пути к той стране, куда намерена направиться партия. Сбор продолжается около двух недель. От похода никто не отказывается, исключая стариков и малолетних; партия должна заключать в себе от 800 до 3000 человек.
Желающие участвовать в походе должны иметь с собою необходимую одежду и съестные припасы. Одежда каждого воина должна состоять из бурки, башлыка, полушубка, двух или трех пар теплых носков, сшитых из войлока или горского сукна. Провизия состоит из следующих припасов: пшено (гомия), копченое мясо, сыр, масло, перец, соль и тесто, вареное на меду. Такого рода провизии каждый человек может нести на себе месячную пропорцию и более. Кроме оружия каждый воин должен иметь с собою пару лыж. Для перевозки провизии и прочих тяжестей не берут ни лошадей, ни вьючного скота, а все, что необходимо в походе каждый воин несет на себе. От этого никто не освобождается, какого бы знатного происхождения он не был. Один только предводитель не несет провизии, потому что во время похода он по обстоятельствам должен перебегать от одного фланга партии к другому.
Когда кончится для сбора назначенный срок, то предводитель собирает воинов своей деревни или околотка и отправляется на сборное место. По получении о том известия, туда спешат тоже и все приготовившиеся к походу. Тут каждая деревня составляет отдельную часть. У всех прибывающих предводитель делает смотр провизии и платья. Горе тому, кто осмелится прибыть без определенного количества провизии или одежды: его самым постыдным образом изгоняют из отряда.
Когда соберутся все, то предводитель проверяет число партии. Это делается двумя способами. Предводитель приказывает стать двум человекам друг против друга, взять палку одному за один конец, а другому за другой и приподнять ее выше головы, сам становится в стороне и приказывает всей партии проходить между этими двумя людьми, по мере того как воины проходят, он их считает. Эта поверка называется подпалочною. Другой способ поверки состоит в том, что предводитель приказывает прислать себе от каждой партии столько камушков или зерен кукурузы, сколько в части находится воинов, и сосчитав камушки или зерна, определяет число людей, поступивших под его начальство.
В собранной партии воины каждой деревни или околодка составляют особое отделение, которое называется отдельным огнем, по имени деревни или околодка. В таком отделении бывает от 10 до 100 человек и оно имеет своего старшину или начальника, который делает наряды и ведет очередь, кому из воинов следует идти на стражу, на работы и т.п. В важных случаях он ходит к предводителю для совещания и за приказаниями; в обыкновенное же время посылает за приказанием каждый день по утру и в вечеру расторопных воинов. В каждом отделении назначаются кашевары и дровосеки. На обязанности их лежит приготовление пищи; дровосеки обязаны на ночлегах и дневках заготовлять дрова, строить шалаши, расчищать под них места, занесенные снегом, а так же расчищать по дороге встречающиеся снежные обвалы и другие препятствия, для этого они должны иметь топоры и лопаты. Впрочем при экстренных случаях, как например, когда встретится надобность навести мост, расчистить дорогу и т.п., то работают все без исключения. Собственной прислуги иметь никому не позволяется, но свойственное горцам уважение к людям пожилых лет, заставляет молодых прислуживать старикам, хотя бы те были гораздо ниже их происхождением.
Каждый воин имеет собственную провизию, но все одного огня едят вместе, и для того кашевары принимают ежедневно по ровной части провизию от каждого для приготовления пищи. Пища состоит из крутой каши, приготовленной из пшена, называемой паста или абыста, или супа с мясом и пшена, приправленного стручковым перцем. Суп этот есть самая необходимая пища для убыхов в зимних походах, она заменяет им водку, согревает и укрепляет их.
Расходовать провизию без ведома целого отделения строго воспрещается. Если кто-то по неопытности, или невоздержанности израсходует что-либо скрытно, то за это подвергается большому стыду и это считается предзнаменованием неудачи или какого-либо несчастья.
После поверки и осмотра партии предводитель назначает авангард и арьергард и на другой день убыхи выступают в поход. Со сборного места поднимаются к северо-востоку к снеговым горам, и дойдя до самого хребта, следуют по нем до того места, с которого можно уже спуститься на абхазские равнины.
В походе вся партия движется в две шеренги, т.е. по два человека рядом, плотно одна пара за другою. Переходить из назначенного места каждому строго воспрещается. Пока партия еще находится в своих пределах и не опасается внезапного нападения, то авангард и арьергард не отделяется от главной силы. С вступлением же в места опасные, авангард и арьергард отходят от главной партии на полверсты и более, смотря по местности. Авангард высылает еще от себя вперед трех или четырех человек, хорошо знающих местность. Люди эти, отойдя на некоторое расстояние, расходятся по обе стороны дороги, по которой должна следовать партия, осматривают овраги и леса и обо всем, что заметят дают знать авангарду, а тот с своей стороны, если сочтет нужным, уведомляет предводителя. Впрочем, если предвидится опасность, то предводитель всегда сам следует в авангарде.
Походы убыхов совершаются обыкновенно в январе или феврале месяцах. В это время ущелья в горах занесены снегом, по затвердевшей поверхности которого партия проходит без всякой опасности. Если же сделается оттепель или упадет свежий снег так обильно, что трудно по нем пройти, то пять или шесть рядов с правого фланга надевают лыжи, которых пару должен иметь каждый воин, идут вперед, протаптывают тропу и по ней движется вся партия.
Хотя партия следует по снежной и безлесной цепи гор, но ночлеги распределяются всегда в таких местах, где есть лес или кустарник, чтобы иметь огонь для варки пищи и для просушки промокшей во время дня обуви. Места ночлегов определяются еще до выступления партии в поход. По прибытии на место ночлега, если не предвидится опасности, все снимают с себя лишние тяжести и приступают к устройству шалашей, заготовлению дров, расчистке места и разведению огней. Шалаши устраивают всегда в виде четырехугольника, наподобие нашего каре, и наружную сторону оставляют открытою, чтобы в случае тревоги можно было без замешательства стать в ружья.
Если убыхи находятся в пределах враждебного им племени, или ежели по каким бы то ни было причинам, нужно принять воинскую предосторожность, то версты за три или четыре до места ночлега, они останавливаются и посылают из авангарда трех или четырех человек для осмотра местности, и когда посланные доставят сведение, что не имеется никакой опасности и следов неприятеля, то партия идет к месту, назначенному для ночлега. Авангард разделяется на несколько
пикетов и занимает все места, чрез которые мог бы пройти неприятель; партия же приступает немедленно к заготовлению всего, что нужно для ночлега, но арьергард останавливается от главной силы в таком расстоянии в каком следовал днем, и подобно авангарду, располагается на всех местах, чрез которые можно ожидать нападения врагов. Предводитель осматривает места, занятые авангардом и арьергардом, и не сменяет их другими людьми, пока не разведут в отряде огней и не устроят всего, что нужно для ночлега; когда все приготовления сделаны, то предводитель приступает к расчету сколько нужно людей для ночного караула, приказывает им первоначально переменить мокрую обувь , ведет сам на пикеты и в то же время спускает авангард и арьергард из занятых ими мест. Если мороз небольшой, то ночные караулы остаются без смены на целую ночь, в противном случае назначается две или три смены, но не более. Для ночлегов выбирают места неприступные, которых очень много в горах, поэтому в ночные караулы не много выходит людей. С рассветом партия снова выступает в поход.
Ежели погода благоприятствует, то партия никогда не делает дневок. Благоприятною же погодою считаются ясные бестуманные дни и крепкие морозы. Были примеры, что партия, застигнутая в половине дня метелью, не в состоянии будучи следовать вперед, ни возвратиться к прежнему ночлегу, должна была оставаться на месте и теряла много людей от стужи. Поэтому если до выступления из ночлега, заметят признаки непогоды, то остаются на месте несколько дней, иногда и несколько недель, до тех пор, пока не восстановится ведро. Таким образом, убыхи на переход в Абхазию употребляют от трех до пяти недель. Такая медленность в походе служит им в пользу: потому что абхазцы, хотя бывают всегда предупреждены о походе убыхов, но утомившись долгим ожиданием, полагают, что партия от непогод возвратилась обратно или взяла другое направление, пренебрегают предосторожностью и оставляют входы в свой край без надлежащих караулов.
Когда партия пройдет часть снежных абхазских гор и дойдет до места, где предполагает спуститься на абхазские равнины, то поворачивает направо к юго-востоку и, дойдя до самого перевала, где начинается лес, выбирает хорошую позицию в расстоянии одного усиленного перехода от места, на которое хочет сделать нападение и располагается на ночлег. Если партия прибудет к месту перед вечером, то не располагается ночевать, а отдохнув немного и поужинав следует далее; если же прибудет поздно, что не в состоянии будет после отдыха прибыть на рассвете к селению, обреченному на грабеж, то останавливается ночевать и на другой уже день вечером выступает далее. Такой порядок соблюдается потому, что убыхи делают нападения только в ночное время, за полчаса до рассвета.
Перед самым рассветом предводитель делает расчет: всю партию делит на три части, первые две, в которые назначает самых отборных и опытных воинов - для нападения, в остальную часть отделяет людей старых, молодых и неопытных кашеваров и дровосеков, и из них составляет резерв, который подчиняется одному опытному воину и оставляет его на месте со всеми лишними тяжестями. Первые две части, назначенные для нападения, делит еще на три части, одну часть назначает в авангард, вторую для грабежа, а третью в арьергард. Тогда убыхи выступают и стараются прибыть на грабеж за полчаса до рассвета.
Ежели жители Абхазии предупреждены о нападении, то зовут соседей из ближайших деревень к себе на помощь и когда соберется значительное число вооруженных, то половина из них располагается скрытно в тех местах, по которым должны пройти убыхи, остальные же в ожидании неприятеля, помещаются в деревни, из которых выводят заблаговременно женщин, детей и стариков со всем домашним скарбом и прячут в безопасное место.
Партия хищников, двигаясь к предназначенной для грабежа деревне, выбирает обыкновенно самый тесный проход, чрез который караульные абхазцы пропускают ее свободно, не давая ни малейшего признака о своей там засаде. Когда же убыхи, подойдя к деревне, встретят там приготовленный отпор и убедятся, что абхазцы уже проведали о них, то поворачивают назад и попадают между двух огней. Таким образом партия бывает иногда разбита наголову.
Не лишним нахожу сказать здесь несколько слов о боевых качествах абхазцев и убыхов. Убыхи хорошо действуют массами в открытом поле, и в этом отношении имеют преимущество над абхазцами; абхазцы же между горскими племенами считаются отличными стрелками, дерутся очень хорошо врассыпную, пользуясь с особой сметливостью местоположением, и в местах лесистых, перерезанных оврагами, всегда одерживают верх над убыхами.
Если абхазцы не проведали о прибытии партии, то она свободно спускается с гор, быстро проходит к деревне рядами в две шеренги, имея впереди авангард, в середине грабителей, а сзади арьергард. Подойдя к деревне авангард расходится вправо и налево, обходит беглым шагом деревню и останавливается, составив около деревни густую цепь. В то же время часть, назначенная для грабежа разделяется на две партии, по четыре и более человека, бросается в дома и захватив жителей врасплох, вяжет их, а в случае сопротивления убивает и забирает все, что попадется под руку.
Убыхи на месте грабежа остаются не более половины или трех четвертей часа. По данному предводителем сигналу, грабители оставляют деревню с пленными и всем, что успели захватить; арьергард, отступая, образует сплошную массу и составляет уже для отступления авангард, а часть его рассыпается по сторонам партии и прикрывает добычу. Бывший при нападении авангард теперь превращается в арьергард и удерживает натиск абхазцев, которые собираются наскоро при диком шуме грабежа. Но в такое короткое время абхазцы не могут собраться в значительном количестве и убыхи, отстреливаясь, отступают в порядке к своему резерву. Абхазцы в таких случаях зная, что убыхи не остаются долго на грабеже, торопясь как можно на помощь своим соотечественникам, не успевают даже надеть теплой обуви, и потому могут преследовать партию только до снежных гор, откуда возвращаются назад, подбирая по дороге убитых и раненых своих и неприятельских.
Когда убыхи увидят себя свободными от преследования абхазцев и дойдут до безопасного места, то предводитель их останавливает партию для кратковременного отдыха и заботится о снабжении пленных необходимою одеждою, потому что захваченные врасплох, во время сна, они бывают часто одеты более нежели легко. Каждый из убыхов дает им что-нибудь из своей одежды. Вообще они с пленными своими обращаются очень человеколюбиво. Бывали примеры, что партия на обратном следовании, застигнутая вьюгой и метелью, останавливалась по несколько раз на одном месте, многие отмораживали себе ноги, но одежду выданную пленным назад не отбирали.
По прибытии на место ночлега партия занимает свои шалаши. Женщин отделяют особо, поручают надзору одного добросовестного старого воина и назначают ему в помощь караул. Такой порядок охранения пленниц продолжается на всех ночлегах во время следования партии обратно. Лекарь осматривает раненых и дает им возможное пособие, а предводитель назначает людей к носилкам раненых и убитых. От этой обязанности никто не увиливает, напротив, считает для себя священным долгом. На другой день партия выступает в таком же порядке, как следовала в Абхазию и на ночлеги останавливается в тех местах, на которых останавливалась при движении на грабеж.
По прибытии на свое первое сборное место, всех пленных и добычу оставляют в отдельном месте. Из среды партии выходит старый воин и произносит краткую молитву следующего содержания: "Боже великий! Благодарим тебя за дарованную нам победу и за хорошую добычу, и вперед просим твоего покровительства" и т.п. По окончании этой молитвы приступают к разделу добычи и совершившему молитву выдается из добычи одна из лучших вещей. Предводитель, по обычному своему праву, выбирает для себя одного пленного или пленницу и из всех награбленных предметов по одной вещи. Остальная же часть добычи, за исключением людей, делится по ровной части между участвовавшими в походе, исключая однако ж кашеваров и дровосеков. На каждого убитого и взятого в плен назначают добычу вдвое более против прочих, в пользу их родственников. Лишняя часть добычи полагается на поминки по убитым, а для взятых в плен, на их выкуп. Обыкновенно пленных абхазцев никогда не бывает столько, чтобы они могли быть разделены поровну между участвовавшими в походе, до для раздела их, делят партию на столько частей, сколько имеется пленных и каждая часть получает по одному абхазцу. Впоследствии пленных продают и выручку за них делят между собою. По окончании раздела добычи, партия выступает из сборного места и расходится по домам. Подходя к своим деревням они поют победные песни, стреляют из ружей и пистолетов и тем дают знать своим родным и знакомым о благополучном окончании похода. Об убитых и взятых в плен извещают родственникам следующим оригинальным образом: один из участвовавших в походе приближается к сакле убитого или взятого в плен, становится на возвышенном месте, вызывает одного из его семейства и спрашивает: - "Возвратился ли из похода такой-то?" Это значит, что названный воин не возвратился, что не возвратится он никогда, что в чужой земле посмеются и поругаются над его телом враги... и тогда в семействе убитого убыха начинаются плач и громкие рыдания, словно на похоронах.

г. Сухум-Кале

(Опубликовано: Газета "Кавказ", 1852 г., № 33. Воспроизводится по изданию: Абхазия и абхазы в русской периодике (XIX-нач. ХХ вв.). Книга I. Составители: Агуажба Р. Х., Ачугба Т. А. Сухум, 2005. С. 114-124.)

(Сканирование, вычитка текста - Абхазская интернет-библиотека.)



Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика