Об авторе

Аджинджал Рисмаг Ермолаевич
(род. 1973)
Лаборант Отдела источниковедения АбИГИ АНА РА. Участник Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 гг. В 1997 году окончил филологический факультет Абхазского государственного университета. О публикуемом нами рассказе "Сила духа" автор пишет: "Этот рассказ получил призовое место на конкурсе, который проводился в АГУ в 90-е годы. Я получил тогда 25 рублей и на эти деньги обмыл медаль товарища, получившего тогда же орден Леона".





Рисмаг Аджинджал

Сила духа

Рассказ

Я стоял на третьем этаже, в коридоре, в новом здании АГУ (бывший ГИСХ). На углу коридора разговаривали знакомые ребята. Я подошел к ним и поздоровался, у одного из них, моего бывшего одноклассника, под курткой была видна кобура ПМ.

Что, много имеешь патронов? — спросил я у него.

А ты что, можешь дать? — сказал он и вытащил обойму.

В ней был один патрон.

Зачем ты его таскаешь, если у тебя только один патрон?

Ты так не говори, один раз он мне сильно жизнь поправил...

— Это было зимой. Я ехал на братухиной "шестерке", возвращался из Сочи, где лечился после ранения. Клянусь мамой, на сцепление костылем нажимал. Уже было темно. На Пицундском повороте тормознули меня трое в форме: двое с автоматами, один — без, два абхазца, один русский. Ну, я их посадил, жалко — всё же три часа ночи, кто их возьмет. Минут через пять тот, кто спереди сидел, вытаскивает штык-нож и начинает резать переднее сиденье.

— Братуха, — говорю ему — ты что делаешь? Это ведь моя машина.

— Знаешь что, эта машина меня прикайфовала. Довезешь нас до Аацинского поворота и слезешь, а там, не спеша, к следующему утру на костылях сам дойдешь до дому.

Я сперва подумал: может шутят; ну знаешь, такие козоёбские варианты... Потом смотрю: они это серьезно базарят. А по ходу такой колотун, задних стекол не было, еду и правой рукой за левый бок держусь, чтобы согреться, а левой управляю. Знаю: если меня там высадят, то точно умру, если не от голода, то от холода наверняка; кто меня поднимет так поздно.

— Братуха, — говорю — ты воевал?

— Да.

— Ну и я тоже, видишь — раненый. Как тебе совесть позволяет мне такое говорить?

— А мне всё по ...!

— Что хотите делайте, машину тоже забирайте, никто вас искать не будет, только до дома довезите, я ведь сам не дойду, на верную смерть не оставляйте.

А про машину это я так сказал, кто бы этим козлам автомобиль даром отдал.

Тут русский, который сзади сидел, говорит первому: "Может, не стоит? Раненый как-никак", — а этот поворачивается и наезжает на него: "Ты что, падла? Если боишься, зачем с нами пошел?"

Автоматы были у того, кто со мной сидел и у того, кто сзади. Ну, думаю, и так и так помирать. Торможу машину, вытаскиваю волыну и прямо в лоб первому приставляю. Слышу: тот, кто сзади, начинает играть предохранителем. На него навожу и говорю: "А ну, сука, кто кому раньше башку прострелит — посмотрим. Оставляйте автоматы и вылетайте из моей машины".

Они побросали автоматы и вышли. Я завел мотор и поехал дальше.

("А по ходу и нельзя было им стволы оставлять", — вставил кто-то из слушавших. —изрешетили бы".)

— А дня через два... Не пойму, как они так быстро меня нашли, уже здесь, в городе... Маханя кушать приготовила, только сел я за стол, как ко мне во двор заходят какие-то фраеры, человек семь. Ну, такие, знаешь, мужики солидные, лет по тридцать — тридцать пять. Меня зовут. И втирают мне: "Как тебе не стыдно, раз раненый, можно, что ли, на пацанов наезжать и стволы у них отбирать?"

И это они мне говорят; смотри, как всё перевернули. Я спрашиваю: "А где эти пацаны?" Те позвали их, и, знаешь, заходят во двор как скромные абхазские невесты: плечи опущены, головы, вниз смотрят. Мои близкие были на хате, как этих увидели — стали их бить. Мужики, что их привели, тоже удивились, "не въехали", в чём дело: кто волыну вытащил, кто гранату... Я — к ним и говорю: вот так и так дело было. Самый старший из них подошел ко мне и, клянусь, поцеловал и извинился. А потом рукояткой пистолета сам стал бить тех пацанов. Я это увидел, говорю им: «Что хотите с ними делайте, хоть убивайте, но не у меня же во дворе».

"Автоматы, значит, у тебя остались?" — спросил я.

— Нет. Где-то через две недели ко мне приезжает тот же мужик и говорит: "Мне стыдно обращаться к тебе после всего произошедшего, но понимаешь, с ребят стволы требуют в части, их могут зацепить в тюрьму. Хотя, конечно, если ты их не вернешь, никто, клянусь, тебе слова в упрек не скажет". Я вытащил из дома автоматы и отдал ему. Пригласил его на пару стопок — по обычаю, по-абхазски (как будто он мне сто лет нужен). Мужик отказался, сел в машину и уехал.

А тех пацанов я пару раз видел в городе…

В это время из деканата вышел лектор, которого я дожидался. Я попрощался с друзьями и пошел к нему. И долго потом в голове у меня вертелась одна мысль: "Хорошего бойца голыми руками (всего двумя автоматами) не возьмешь".

г. Сухум, 1994 год.

(Материал предоставлен автором.)


Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика