Алексей Папаскир

(Источник фото: http://gazeta-ra.info/.)

Об авторе

Папаскир Алексей Луманович
Абхазский историк и литературовед. Доктор исторических наук. Автор многих статей и книг ("Обезы и их грузинские истолкователи", Сухум, 2004; "Обезы в древнерусской литературе и проблемы истории Абхазии", Сухум, 2005; "Абхазия в русской прозе XIX столетия", Сухум, 2010, и др.).





А. Папаскир

К вопросу о научном "мастерстве" тбилисских абхазоведов

Печатается по книге: К вопросу о научном "мастерстве" тбилисских абхазоведов. Сухум: Абхазский госуниверситет. 2003 г.

Рецензенты:
В. К. Кварчия - кандидат филологических наук, доцент;
Р. М. Лагвилава - кандидат экономических наук, доцент, член-корр. РНАН,

Брошюра издается в авторской редакции.
В настоящей брошюре исследуется сущность и цель политических миграционных процессов, имевших место в Абхазии, начиная с конца XIX в. Автор, на основе официальных итогов переписей населения и других документальных источников, проводит анализ динамики естественного и механического приростов населения Абхазии в рамках одного столетия (1886 -1989). В работе также вскрывается технология фальсификации тбилисских абхазоведов на материале трудов одного из ведущих грузинских историков - М. Д. Лордкипанидзе.

© Папаскир А.Л. 2003.
Фонд общественной науки АГУ

Подлинные причины горячих точек не следует искать на поверхности. Они чаще связаны с завалами сталинизма, с особенностями истории и культуры того или иного народа. Если бы «архитекторы» горбачевской перестройки разминировали этнические мины, расставленные «вождем всех народов» прежде, чем вести людей методом дикого шока к рыночному «раю», то наши народы, несомненно, избежали бы чудовищного кровопролития, с которым столкнулись в течение последнего десятилетия XX в.

Истории малочисленных народов при Союзе чаще фальсифицировались в пользу многочисленных, которые таким образом подводили «научную» базу под свои колонизаторские притязания. С особым усердием это делалось там, где «малые империи» лихорадочно спешили поглотить территории малочисленных народов. Подобные «упражнения», о которых в прошлом непозволительно было даже говорить (возражавших преследовали, а то и репрессировали), с появлением гласности и демократизации стали обнажаться. Преднамеренный брак в науке, как известно, может существовать лишь при родившем его тоталитарном режиме. Ученые малочисленных народов в нынешних условиях получили какую-то возможность объективно освещать истории своих народов и стран, чего теперь не могут простить «малые империи», прибегающие к силовым «аргументам» при помощи танков. Во всяком случае в абхазо-грузинских отношениях было именно так.
Что бы ни говорили грузинские ученые, научный анализ истории абхазо-грузинских отношений показывает, что Грузия издавна стремится к присвоению соседней страны абхазов. В этом случае грузинские власти делают ставку не только на военную силу, но и на историческую науку. Заингурские историки заявляют: нельзя забывать «основное - историю... Если мы откинем историческую основу и скажем, что Абхазия не является нашей родиной... то эти земля потеряна для Грузии.»1 Политическая (а не научная) подоплека этого тезиса очевидна. Следовательно, нельзя отрицать, что в основе абхазо-грузинского хронического неблагополучия лежат политические и исторические корни.

Желание политической элиты Грузии господствовать в Абхазии настолько велико, что на пути к этой заветной цели она не раз позволяла себе чудовищные преступления. Вспомним хотя бы два из них. Первое (после разгула грузинских меньшевиков в Абхазии) коварное преступление было задумано при сталинщине. Используя благоприятную для Грузии, но бесправную для Абхазии эпоху Сталина и Берии (грузины по происхождению), тбилисские власти решили форсировать насильственное огрузинивание стотысячных аборигенных абхазов в самой Абхазии, чтобы прибрать к рукам и абхазов, и их территорию. Для этого, как известно, была проведена мощная политическая миграция,2 которая извратила этническую карту Абхазии, о чем будет сказано ниже. Но практических действий оказалось недостаточно для осуществления этой антиобщественной акции. Срочно были приняты меры и в идеологической сфере: советская грузинская историография в этом случае оказалась находкой. Ни для кого уже не секрет, что многие грузинские историки по указанию «сверху» целенаправленно стали искажать историю абхазов, причисляя их к грузинским племенам, а их территорию объявлять землей фузин.
В целом это была «программа-максимум», которая предусматривала не только присвоение Абхазии, но и ассимиляцию ее населения. Но завершить эту «программу» не удалось - помешала смерть Сталина. Наследники сталинизма в Грузии в застойные годы не расстались с замыслом поглощения Абхазии, но вынуждены были действовать более осторожно. Таким образом, гражданам Абхазии по сей день приходится пожинать плоды «научно-практической деятельности» грузинских националистов периода их господства в Абхазии (1931 -1991 гг.).

С наступлением хрущевской оттепели в 50-х гг. национально-освободительное движение абхазов активизировало свою антиколониальную борьбу. В конечном итоге, в особенности после событий 1978 г., связанного с «Письмом 130», стало очевидным, что «программа-максимум» провалилась, и она бесперспективна. И тогда руководство Грузии вынуждено было переключиться на «программу-минимум» (овладеть Абхазией хотя бы без абхазов). Родился зловещий лозунг «Абхазия без абхазов!» Его перед войной открыто стал подбрасывать сам тогдашний президент 3. Гамсахурдия, который писал: «Абхазская нация исторически никогда не существовала. Если эти племена поймут это, мы встанем рядом, но только при том условии, чтобы они... уступили нам нашу землю и обосновались там, откуда пришли...»3.

Подобные провокационные выпады самого президента привели его сторонников к истерическому разгулу в Абхазии. Пользуясь численным превосходством грузинского населения (результат политической миграции), они приступили к разделу Абхазии по количественно-национальному признаку. Разделили театр, телевидение, Союз писателей, университет. Оставались лишь транспорт и гастрономы. Приходится затрагивать этот вопрос в силу того, что многие грузинские и прогрузински настроенные авторы тенденциозно освещают события предвоенных лет в Абхазии, представляя дело так, будто «агрессивные» абхазы вероломно готовились к войне, провоцируя Грузию. А «мирные» грузины не знали, как предотвратить эту катастрофу.4
Второе чудовищное преступление грузинские власти совершили в 1992 -1993 гг. Ослепленные жаждой захвата Абхазии, они вероломно развязали безумную грабительскую войну против Абхазии. Поражают авантюра и цинизм, проявленные хунтой Э. Шеварднадзе при подготовке к агрессии. Э. Шеварднадзе и сомнительная компания дождались развала СССР в 1991 г., совершили государственный переворот, свергли антиконституционным путем законного президента 3. Гамсахурдия (начало 1992 г.). Власть захватили Т. Китовани и Д. Иоселиани, о которых последний не без основания в печати острил: «К власти в Грузии пришли известный вор и неизвестный скульптор»5. Шеварднадзе принял власть с рук этих лидеров криминала, после чего в июле 1992 г., как ни удивительно, ему удалось добиться принятия Грузии в ООН (?!). Парадоксально, что этот же Шеварднадзе, одобривший антиконституционный переворот у себя, вооружил своих солдат, в том числе и уголовников, выпущенных из тюрем, и отправил в Абхазию устанавливать там конституционный порядок (?!).

Грузинские политики и военщина были готовы выполнить «программу минимум» (Абхазия без абхазов) любой ценой. Жуткий способ осуществления этой «программы» озвучил сумасбродный генерал Г. Каркарашвили, заявивший абхазам: «Если... погибнет 100 тыс. грузин, то из ваших погибнут все 97 тысяч... Хочу дать совет... Ардзинбе: пусть он сделает так, чтобы абхазская нация не осталась без потомков...».6 Этот чудовищный ультиматум, по сути, был повторением слов Э. Шеварднадзе, который перед этим, 15 августа, охваченный эйфорией «благополучного» начала войны против Абхазии, под бурные аплодисменты Госсовета говорил: «...в борьбе за сохранение территориальной целостности... мы ни перед чем не остановимся... готовы погибнуть сами, но и уничтожим всякого... ».7
Не все проповедовали поголовный геноцид. Были и более «либеральные» проекты решения захвата Абхазии. Один из них предлагал министр по делам Абхазии Г. Хаинд-рава, который считал, что достаточно «уничтожить 15 тыс. абхазов - всех молодых мужчин», чтобы сломить абхазское сопротивление.8

А что касается идеологического аспекта абхазо-грузинских отношений, в частности историографии, то нет необходимости ломиться в открытые двери. Многие грузинские ученые теперь вынуждены признавать факт беспрецедентного извращения истории Абхазии. Достаточно привести слова Т. Гордадзе о том, что книга П. Ингороквы «Георгий Мерчуле» (1954 г.) была «научной гимнастикой» огрузинивания абхазского этноса.9 (Подобных высказываний в адрес заингурских абхазоведов множество). А в решении коренных вопросов истории Абхазии позицию П. Ингороквы так или иначе сегодня разделяют почти все ведущие медиевисты Грузии. Правда, многие наши оппоненты на словах отмежевываются от одиозной личности Ингороквы, но в основу своих работ они, как правило, кладут эту «научную гимнастику».
Выше было отмечено, что грузинские абхазоведы фабриковали свои сочинения по заказу «сверху», но этого было недостаточно. Требовалось ухищренное «мастерство» изложения ложных исторических сюжетов. И многие стали «специализироваться» на абхазском материале. А оппонирование со стороны абхазских ученых, мягко говоря, не поощрялось. Многие из них преследовались, немало книг было изъято и уничтожено. Так в грузинской науке беспрепятственно создавалась и теперь накопилась обширная тенденциозная литература на тему грузинизации всего, что можно назвать абхазским. А сейчас, хотим или не хотим, придется серьезно пересматривать этот брак в науке, чтобы ликвидировать это тяжелое «наследие», что явилось бы одним из наиболее серьезных и верных путей к добрососедскому примирению грузинского и абхазского народов.

В грузинской историографии прослеживается немало исходно-установочных сюжетов по коренным вопросам истории Абхазии, вызывающих серьезные сомнения. К ним относятся:
1) отрицание средневекового абхазского этноса вообще;
2) объявление древней и средневековой Абхазии дву-аборигенной страной;
3) борьба абхазских царей якобы за объединение феодальной Грузии, а не за расширение своих владений;
4) объявление царства абхазов грузинским политическим образованием;
5) приписывание Тао-Кларджетскому княжеству геге-монной роли в деле возведения Баграта III на абхазский престол в 978 г.;
6) объявление собственно Абхазии Западной Грузией и многое другое.
Все эти, на мой взгляд, ложные установки, по сей день используемые в качестве надежных аргументов, существуют со времен сталинщины и застоя. Их сочиняли тогда, когда «малой империи» (Грузии) позволялось многое. В первую очередь надо расчистить все эти завалы прошлого. В противном случае не удастся реабилитировать историю абхазов. Для того, чтобы дать надлежащую научную оценку трудам наших оппонентов, необходимо выявить всю технологию фальсификации, при помощи которой им удалось реализовать и сохранять в академической историографии указанные ложные сюжеты.

Настоящая работа так или иначе служит решению этой задачи. При этом обращается внимание и на то, как трудно «вырубить топором» то, что написано пером заингурских историков. Тем не менее, избавиться от этого брака надо, и никто, кроме нас, не сделает эту работу. Но Грузия оставила тяжелое «наследие» не только в науке. Она оставила разграбленную и разрушенную Абхазию, где целенаправленно сожжены все архивы и научные учреждения. Поэтому тяжелейший труд, предстоит абхазским ученым.
Усугубляется положение тем, что в историографии Грузии прослеживается далеко неутешительная тенденция. В самом деле, если до горбачевской перестройки наши оппоненты из Тбилиси негласно запрещали писать историю Абхазии, то в период гласности они открыто стали заявлять о неправомерности развития науки об абхазах, поскольку, мол, история Абхазии -составная и неотъемлемая часть Грузии, что непозволительно ее вводить отдельно в учебные планы и т. д. А перед войной (с 1989 г. по август 1992 г.) грузинские историки и публицисты небывало усилили антинаучную истерию о принадлежности Абхазии грузинскому миру. Удручающее впечатление оставляют особенно те статьи, книги и публикации, которые подписаны авторами с высокими титулами «писатель», «кандидат» или «доктор» наук, «профессор», «академик» и т, п. Не удержались от этого не только писатели и профессора, но и «генералы» грузинской науки - акад. Т. В. Гамкрелидзе и др.
Казалось бы, научная и политическая верхушка Грузии должна чему-то научиться у истории. Но она в послевоенное время, как ни парадоксально, еще больше усилила свои воинствующие голословные притязания на Абхазию. Об этом говорят такие сборники как «Распятая Грузия» (1995 г.) и особенно «Разыскания по истории Абхазии/Грузия» (1999 г.). В последнем сборнике 20 ведущих историков Грузии пытаются демонстрировать итоги своих достижений в области абхазологии.

Грузинские историки, как известно, пытаются внушить миру, что в Абхазии во все времена и эпохи с незапамятных времен проживали грузины, причем, в преобладающем большинстве. Из этой, явно сомнительной, версии, которую чаще других муссирует проф. М. Д. Лордкипанидзе, вытекает другое, не менее ложное, положение о том, что в Абхазии не было никакой демографической экспансии со стороны Грузии, будто 17% абхазов и 44% грузин для Абхазии всегда были характерны. При этом Мариам Дмитриевна иногда, как бы мимоходом, пытается убедить, что существуют какие-то грузинские и иностранные источники, свидетельствующие о большинстве грузин и меньшинстве абхазов в разные эпохи. Но, насколько мне известно, нигде никаких источников она не называет.
27 мая 1989 г., как помнят многие, М. Д. Лордкипанидзе, обращаясь к абхазам по телевидению, сообщила: «Абхазская АССР - это грузинская республика, это грузинская земля... Исторически всем должно быть известно... что... всегда, испокон веков, с того времени, о котором какие-нибудь письменные источники существуют преобладающее большинство (в Абхазии - А. П.) составляли грузины».10 А через год она в печати продолжала: «Когда мы указываем на преобладание грузинского населения в Абхазской АССР - это закономерное явление... С древнейших времен здесь (в Абхазии - А. П.) проживал грузинский этнос...». А абазги и апсилы «здесь всегда являлись меньшинством».11

«Вечное» преобладающее большинство грузин в Абхазии дает нашим оппонентам, в лучшем для них случае, «основание» утверждать, что абхазы живут на грузинской земле, а в худшем случае оно «свидетельствует» о двуаборигенности Абхазии. Более того, госпожа Мариам Дмитриевна, как ни странно, из этого «учения» пытается извлечь тот вывод, что никакая политическая миграция из Грузии в Абхазию не проводилась. Такая «перспектива» весьма соблазняет многих грузинских историков.
Однако сейчас уже в самой Грузии растет число исследователей, которые воспринимают работы М. Д. Лордкипанидзе и учеников ее «школы» как неблагополучный вчерашний день. Т. е. многие историки и публицисты вынуждены признавать не только нелепость двуаборигенности на такой маленькой территории как Абхазия, но и то, что 17% абхазов у себя на родине - это «результат начатой Лаврентием Берия грузинской демографической экспансии», в результате которой «грузин в два с половиной раза больше» стало в Абхазии, чем самих абхазов.12

Правда, М. Д. Лордкипанидзе с одним из своих учеников (3. В. Папаскири), опираясь на поддержку властей, через официальную прессу не замедлила выступить и пригрозить «вольнодумцу», авторитарно заявив, что «Единственный приоритет- незыблемость, целостность государства». Тем не менее и Мариам Дмитриевна вынуждена сдавать некоторые свои неправедные позиции. Это видно из того, что она сейчас допускает переселение нескольких тысяч грузин в Абхазию, хотя, по ее мнению, это «не могло серьезно повлиять на общее соотношение», мол, «ни один абхаз от этого не пострадал». Более того, эта демофафическая экспансия, если верить госпоже М. Лордкипанидзе, была организована в интересах самого абхазского народа (?!) для «расширения экономического потенциала Абхазии» (?!).13

Отвечая на эти циничные суждения, попытаемся уточнить, о каких тысячах должна идти речь в данном случае - о нескольких тысячах, о десятках тысяч или же о сотнях тысяч переселенцев, которые как раз серьезнейшим образом повлияли на этническую ситуацию в Абхазии, где грузинское население именно после этого стало превышать самих абхазов в 2,5 раза. От этого ли ни один абхаз не пострадал?

Итак, источники, говорящие о большинстве грузинского населения в Абхазии издавна, как отмечено выше, не существуют. А сохранившаяся литература на эту тему, напротив, свидетельствует об обратном. Но наши оппоненты закрывают глаза, обходят молчанием очевидные факты, несмотря на то, что ученые не раз обращали внимание на эти материалы. Поэтому вкратце вспомним еще раз о некоторых из них.14

Абхазо-адыгские племена в древнейшие эпохи обитали, судя по всему, не только на своих нынешних территориях. Научные разработки по этой проблеме начались еще на заре советской власти, и было установлено, что они занимали не только всю Колхиду, но и часть Малой Азии и другие места. Речь идет о той эпохе, когда предков грузин на Кавказе еще не было. По этому поводу археолог О. М. Джапаридзе указывает, что в V - III тысячелетии до н. э. на территории Западного Закавказья, в том числе Абхазии, бытовали абхазо-адыгские племена.15

Вот, что писал И. А. Джавахов (И. А. Джавахишвили): «Прародина грузинских племен лежала значительно южнее, чем теперь, а именно в Халдее, Месопотамии, Малой Азии, по южному и юго-восточному побережью Черного моря и Армении, и только впоследствии, оттесненные различными индоевропейскими племенами, они продвинулись на север и заняли принадлежащие им ныне места.»16

Грузинские историки, пока делали вид, будто что-то разыскивают, «упустили» из виду, что весь мир давно учится по учебникам совершенно иного содержания, ставшими уже хрестоматийными. В самом деле, еще в 1970 г. в вузовском учебнике появился текст: «Древнейшим этническим субстратом (хеттов-А. П.) были хаты.., говорившие на языке абхазо-адыгской группы.., тесно связанные с Кавказом.»17

В другом учебном пособии, составленном на основе новейших достижений науки, читаем: «Причиной (выделения мегрельского языка из общекартвельского - А. П.) могли послужить... уход группы картвельских племен со своей прародины и передвижение их в Колхиду и Понт, ранее занятых племенами абхазо-адыгской группы».18

Эту же мысль в 1930 г. еще позволяли утверждать тому же И. А. Джавахову (но уже И. А. Джавахишвили), который писал: «С XI по VII вв. до Хр. Э. шла борьба» между предками грузин и соседившим с ними Ассирийским царством. «Вследствие этой борьбы грузины покидали Малую Азию для переселения в Закавказье, в котором грузины обосновались. По археологическим данным, до появления в Закавказье грузин, страна была заселена различными племенами, которые были оттеснены грузинами на Северный Кавказ».19

Абхазо-адыгские племена, с древнейших времен обитавшие в исторической Абхазии, во всей Колхиде и даже за ее пределами, по всей вероятности, были многочисленными и не только в те далекие времена. Даже в первой половине ХIХ в. им еще принадлежало численное преимущество по сравнению с другими кавказскими народами. Материалы генерального штаба Отдельного кавказского корпуса свидетельствуют, что в 1833 г. абхазо-адыгов на Кавказе было 661 тыс. душ, тогда как картвельских племен было 611 тыс., дагестанцев (без туркоязычных) - 500 тыс., чеченцев с ингушами -218 тыс. и т. д.
В ХVII в. Евли Челеби обнаружил 500 тыс. абхазов в рамках их этнических фаниц между р. Ингур и местечком Анапа, где он насчитал 25 фупных абхазских обществ.21

По данным 3. Д. Чичинадзе, численность абхазов в середине XVII в. доходила до 600 тыс. чел. К 1770 г. их количество уменьшилось до 400 тыс. душ. А к концу XVTII в. их уже осталось 200 тыс.22

Подсчеты краеведа К. Д. Мачавариани показывают, что в 1913 г. в Абхазии проживало всего 113548 душ, среди которых абхазы составляли 64,2% (72958 чел.), грузины -12,5% (14280 чел.), другие - 23% (26310 душ).23

Сведения, собранные в Абхазии в 1925 г. научным сотрудником Ассоциации востоковедения при ЦИК СССР В. А. Курко-Кряжиным, близко перекликаются с выводами К. Д. Мачавариани. Согласно демографической таблице, созданной этим ученым путем «сопоставления различных данных», в Абхазии перед Первой мировой войной проживало 132538 душ (без городского населения в 50 тыс.), из которых абхазцев - 91450 чел., что составляет 69%, мингрелы-грузины -14731 чел., составляющих 11,1%, остального населения - 25362 чел., т. е. 20%.24

Материалы, собранные до 1810 г. одним из авторитетных кавказоведов С. Броневским25, свидетельствуют, что численность абхазов доходила в те времена до 300 тыс. душ.26
По сведениям же Дюбуа де Монперэ (1833 г.), только в двух округах Абхазии из пяти, проживало 52300 абхазцев; Ф. Ф. Торнау (1835 г.), определяя численность абхазов, называет цифру 127800; А. П. Берже (1857 г.) насчитывает абхазцев до 144546 чел.27 Эту же цифру (144552 чел.) назвал и А. Дюма (см. его книгу «Кавказ», Тбилиси, 1988, с. 28).

«Численность абхазов, - пишет Г. М. Туманов, - постепенно убывает; еще не так давно в половине 30-х годов, их было около 128800 душ»28. Та же цифра приводится и в Энциклопедическом словаре Брокгауза, где сказано, что «число всех абхазов - 128800»29. На странице 103 этого же источника подчеркивается и небезызвестный факт о том, что в XV в. «абхазы могли выставить до 30000 воинов». Один из самых авторитетных кавказоведов академик И. А. Гюльденштедт, объясняя причины миграции абхазов на Северный Кавказ их многочисленностью, писал: «абхазы, умножаясь в полуденных горах состоять более не могли»30. По данным одного из кавказских календарей, в середине XIX в. абхазов с абазинами насчитывалось до 145292 чел.31

При определении этнической структуры прошлой Абхазии нельзя не учитывать и то обстоятельство, что, как установлено специалистами, в течение XIX столетия в Турцию и другие восточные страны вынуждены были эмигрировать около 340 тыс. «абхазцев или абазинцев»32.

Таким образом, из приведенных материалов видно, что ни один источник не подтверждает пресловутый тезис о том, что в Абхазии во все времена обитали грузины, да еще в преобладающем большинстве. Напротив, они, вопреки грузинским историкам, говорят:
1. Картвельские племена впервые попали в Колхиду и Понт не ранее XI - VII вв. до н. э.
2. Грузинский этнический элемент приступил к демографическому освоению Абхазии лишь после депортации абхазов, т. е. с конца XIX столетия.
3. Преобладающее большинство грузин в Абхазии оказалось, по крайней мере, не раньше середины 20-х гг. XX в
.

Итак, вопреки необоснованным и голословным утверждениям М. Д. Лордкипанидзе, официальные источники говорят о следующем.
1. В 1886 г. в Абхазии проживало всего - 68773 чел. -100%,
в том числе абхазов - 58960 чел. - 85,7%, грузин - 3985 чел. - 5,7%, других - 6824 чел . - 8 ,6%33 .
2. В 1897 г. проведенная первая официальная перепись Российской империи показала, что в Абхазии проживало всего - 706783 чел. - 100%,
в том числе абхазов - 58697 чел. - 54,9%, грузин - 25640 чел. - 24%, других- 22446 чел. - 21%34 .
3. А вот к 1926 г. мы уже наблюдаем полный перелом в этнической структуре Абхазии. Перепись населения этого года зарегистрировала, что в Абхазии проживало всего -201 016 чел. -100%,
в том числе абхазов - 5591 8 чел. - 27,8%, грузин - 67494 чел. - 33,5%, других - 85533 чел. - 38,7%35 .
4. В 1939 г. в Абхазии уже проживает всего - 311885 чел. - 100%,
в том числе абхазов - 561 97 чел. - 17,7%, грузин - 91968 чел. - 29,5%, других -163720 чел. -52,5%36.
5. В 1 959 г. население Абхазии возросло до 401 738 чел. -100%,
в том числе абхазов - 61 1 93 чел. - 15,2%,
грузин -158221 чел. - 39,3% других -182324 чел. - 45,3%.
6. В1970 г. в Абхазии всего -485956 чел.г 100%, в том числе абхазов - 77276 чел. - 15,9%, грузин - 199595 чел. - 41%,
других - 209085 чел. - 43%.
7. В 1979 г. в Абхазии всего - 505400 чел. - 100%, в том числе абхазов - 83100 чел. -16,4%, грузин - 213300 чел. - 43,8%,
других - 201000 чел. - 34,9%.
8. В 1989 г. в Абхазии всего - 537000 чел. - 100%, в том числе абхазов - 96000 чел. -16%,
грузин - 240000 чел. - 43%, . . других - 213000 чел. - 41%.

Однако приведенные цифры, видимо, нельзя считать безупречными. На эту мысль наталкивают многочисленные источники, сохранившие иную информацию, не всегда совпадающую с данными переписей. Действительно, специалисты не раз подчеркивали о недобросовестном проведении переписей населения. В. А. Курко-Кряжин в 1925 г. писал, что «все переписи, которые до сих пор имели место, составлялись крайне небрежно, «на глаз», или же отражали те или иные националистические настроения».37 Следовательно, в этих материалах не исключены не только ошибки, но и тенденциозность, причем, не в пользу численности абхазского народа, поскольку эти документы обрабатывались не в самой Абхазии, а в Грузии. Чтобы иметь более или менее объективное представление об этнической структуре Абхазии в прошлом, на мой взгляд, необходимо учитывать и другие сохранившиеся источники на эту тему. Таким образом, из приведенных материалов вытекают, по крайней мере, два обстоятельства.
1. При анализе этнического состояния прошлой Абхазии необходимо учитывать и различные источники, принадлежащие ученым, причем, по своей ценности порой не уступающие результатам официальных переписей населения, в силу несовершенства последних.
2. Ни один источник не подтверждает выдвинутый М. Д. Лордкипанидзе тезис о том, что в Абхазии во все времена обитали грузины в преобладающем большинстве. Напротив, все вышеприведенные и другие многочисленные материалы бесспорно говорят об одном: картвельский этнический элемент приступил к демографическому освоению Абхазии лишь после депортации абхазов, т. е. с конца XIX столетия, и преобладающее большинство грузин в Абхазии оказалось не раньше середины 20-х годов XX в., и оно вызвано политической миграцией в Абхазию и ассимиляцией коренного абхазского народа, которые проводились сначала грузинскими меньшевиками, а затем сталинщиной, эпохой застоя и т. д.

Таким образом, налицо беспрецедентное извращение этнической структуры Абхазии не в пользу аборигенных абхазов. В самом деле, в течение одного столетия, с 1886 по 1989 г. численность грузинского населения в Абхазии увеличилась в 58 раз, тогда как численность самих абхазов - лишь в 1,6 раза. И все это при одинаковом естественном приросте населения грузинского и абхазского народов (1% в год). Если в 1886 г. численность абхазов в Абхазии превышала численность грузин в 15 раз, то в 1989 г., напротив, численность грузинского населения Абхазии в 2,5 раза превышала численность самих абхазов.
Анализ вышеприведенных общеизвестных результатов официальных переписей населения говорит о многом. Поэтому теперь попытаемся разобраться в этой статистике, прослеживая за демографической динамикой на протяжении одного столетия (1886-1989 гг.). В течение 11-ти лет (1886-1897) грузинское население Абхазии возросло на 21655 чел. при естественном приросте лишь,в 392 чел.38 Следовательно, механический прирост здесь равен 21263 чел. А за этот же период абхазское население, напротив, убавилось на 263 чел,, несмотря на то, что естественный прирост абхазов составил 6811 чел. Непонятно, куда делись 7074 абхазов, если за пределами Абхазии тогда их было не более одной тысячи.39 За 29 лет между двумя переписями населения (1897 и 1926) численность грузин в Абхазии увеличилась еще на 41854 чел.40, хотя естественный прирост не превышает 9250 чел. Механический прирост, таким образом, и здесь составил 32604 чел. Абхазов за эти 29 лет стало еще меньше на 2679 чел., несмотря на их естественный прирост в 18073 чел. Трудно объяснить исчезновение и этих 20752 абхазов.

За 13 лет (1926 -1939) к грузинскому населению Абхазии прибавилось еще 24471 чел., хотя естественный прирост здесь равен 9218 чел.41 Поэтому 15253 чел. следует отнести к механическому приросту. А численность абхазов в течение этих же 13-ти лет выросла только на 279 чел.42 А где, спрашивается, остальные 7439 чел. естественного прироста абхазов?

Наиболее интенсивная мифация в Абхазию происходит с 1939 по 1959 гг., когда за эти 20 лет численность грузин в Абхазии выросла еще на 66256 чел.43, хотя естественный прирост этого периода составил 19121 чел. Следовательно, 47135 чел. относятся к механическому приросту. А численность абхазов в это время выросла лишь на 4996 чел.44, тогда как естественный их прирост должен был составить 12359 чел. Куда могли исчезнуть отсюда 7363 абхаза, если в течение этих двух десятилетий отток в другие республики Союза составляет менее двух тысяч?

В 60-х гг. уже не было Сталина и Берии, но руководство Грузии не рассталось с их «стратегическим» планом своеобразного демографического освоения Абхазии. Только в течение одиннадцати лет (1959 -1970) численность грузинской национальности в Абхазии увеличивается еще на 41374 чел.45 при естественном приросте в 18259 чел. Таким образом, и здесь механический прирост составил 23115 чел. Необычным здесь оказалось то, что среди абхазского населения впервые наблюдается механический прирост в количестве 9018 чел. Такого количества абхазов не было во всех других республиках Союза, если бы даже все они вдруг решили вернуться, что, естественно, не могло иметь место в реальности. Поэтому, надо полагать, органы статуправления, которые, вероятно, нередко произвольно регулировали численность народов, в зависимости от той или иной политической ситуации, взяли этих 9018 абхазов из числа также произвольно неучтенных во время предшествующих переписей.

Совершенно иную картину дали результаты двух последних переписей населения (1979 и 1989 гг.). Несмотря на то, что миграция грузинского населения в Абхазию продолжалась, и она никогда не прекращалась до начала войны в Абхазии, о чем свидетельствуют документы паспортного режима и другие материалы, перепись 1979 г. не зарегистрировала не только ни одного представителя механического прироста, но около пяти тысяч (4994) из числа естественного прироста упущено.46 А что касается абхазов, то здесь впервые наблюдаем увеличение их численности, примерно, на столько, на сколько позволил естественный прирост (8084 чел.). Незарегистрированные переписью 2260 чел. могли выехать в другие республики.

Эти необычности, не встречающиеся до 1979 г., очевидно, объясняются обострением абхазо-грузинских отношений с 1978 г., когда общественность не без основания выразила недоверие к работе органов республиканского статуправления. Продолжавшееся межнациональное обострение привело к неожиданностям и во время переписи в 1989 г., результаты которой показывают, что последнее десятилетие прибавило грузинскому населению Абхазии 17 тыс. и абхазскому населению -13 тыс., хотя естественный прирост абхазов не превышает 7784 чел. Непонятно, с какого «резерва» взяты 5216 чел., составляющие непривычный механический прирост абхазов. Такое могло случиться, если бы вдруг в это десятилетие вернулись все абхазы, проживавщие в других республиках, чего, естественно, не было. А говорить об ассимиляции грузин абхазами в это время также нет никаких оснований. А грузинское население Абхазии в течение этого десятилетия в целом выросло с 213 до 240 тыс., при этом составляя механический прирост почему-то лишь 4385 чел. (А разница, составляющая 22615 чел , относится к естественному приросту). Эта цифра, 4385, явно занижена, так как, по неофициальным данным, только в 1989 г. в Абхазию переселилось 2,5 тыс. грузин.

Итак, результаты переписи 1989 г. показали 240 тыс. грузинского населения в Абхазии, а мои подсчеты показывают 255032 чел. Эту разницу (15032), которая относится к механическому приросту, власти, судя по всему, скрыли, не показалитогда из-за политической нестабильности в Абхазии.

В целом, по моим подсчетам, за одно столетие с 1886 г. в Абхазию было переселено 153493 чел. грузинского населения, что относится к механическому приросту. И если к ним прибавить исходное число 3985 чел., то получим 157478 чел. А естественный прирост за это столетие в целом составил 97554 чел.

Таким образом, в Абхазии до 1992 г. (до начала войны) проживало, примерно, 255032 чел. грузинской национальности, хотя последняя перепись, как отмечено, зарегистрировала 240 тыс.47 Как видим, еще перед войной стала наблюдаться тенденция некоторого торможения роста грузинского населения в Абхазии, но это, скорее, являлось регулированием, вызванным событиями национального движения.48

Однако, никакая тенденция уже, когда численность грузин в Абхазии в 2,5 раза превышала самих абхазов, не спасала дело коренной нации. Как говорится, дело уже было сделано - судьба этнической культуры абхазского народа была обречена. Одного естественного прироста грузинского населения Абхазии было достаточно, чтобы растворить в своей массе абхазов, если даже полностью исключили бы механический прирост, чего, конечно, никто не собирался делать. Необходимо было срочно вводить условия режимной республики в Абхазии, хотя бы для того, чтобы не ускорить исчезновение абхазского этноса.

В грузинском энциклопедическом словаре справедливо сказано, что «население Абхазии быстро растет», и дана соответствующая таблица динамики этого ускоренного роста в тысячах по годам переписей (106,8,211,7,311,9,404,7, 487,505,4 и т. д.).49 Но авторы несправедливо умалчивают о том, за счет кого и чего население Абхазии так быстро растет. И это не случайно. Кое-кому, видимо, недостает мужества признать, что этот невероятно быстрый рост населения был вызван организованной мощной политической мифацией, осуществленной насильственно, под разными предлогами социальной необходимости и добровольно-поощряемым способом со стороны руководства Грузии и их наместников в Абхазии нередко ив лице абхазских национал-карьеристов.

Профессор М. Д. Лордкипанидзе, давая своеобразную оценку этой переселенческой политике, высказывает не совсем обычную мысль о том, что преобладающее грузинское население в Абхазии «предопределено историей...»50 От этого веет ретроградством, но дело не в этом. Она считает, что нет источников, свидетельствующих о переселении в Абхазию такого количества грузин, как 200 тыс.51

Но здесь, вольно или невольно, упускается из виду следующее. Чтобы довести численность грузинского населения в Абхазии до 200 или 250 тыс. необязательно было всех их мигрировать извне. Достаточно было переселить из Грузии в Абхазию в общей сложности около 150 тыс. грузин, что и было реально осуществлено (хотя от этого абхазскому этносу не стало легче). Остальное, как говорится, дело естественного прироста.
Наследующих таблицах показана динамика численности этнической структуры абхазского и грузинского населений Абхазии в течение одного столетия, начиная с 1886г. Таким образом, численность абхазов сейчас достигала бы 170 тыс., не окажись они жертвой произвола. А если бы Грузия в конечном итоге не развязала кровавую бойню в Абхазии, то не исключено, что численность абхазов уже приближалась бы к 200000 чел.

Таблица №1 Грузинское население

Годы Исходные числа Естественный прирост Ожидаемое кол-во Механический прирост Результаты переписей
1886-1897 3985 392 4377 21265 25640
1897-1926 25640 9250 34890 32640 67494
1926-1939 67494 9218 76712 15253 91965
1939-1959 91965 19121 111086 57135 158221
1959-1970 158221 18259 176480 23115 199595
1970-1979 199595 18699 218294 -4994 213300
1979-1989 213300 22615 235915 4085 240000 52

Таблица №2 Абхазское население

Годы Исходные числа Естественный прирост Ожидаемое кол-во Механический прирост Результаты переписей
1886-1897 58960 6811 65771 -263 58697
1897-1926 58697 18073 76770 -2679 55918
1926-1939 55918 7718 63636 - 56197
1939-1959 56197 12359 68556 - 61193
1959-1970 61193 7065 68258 9018 77276
1970-1979 77276 8084 85360 - 83100
1979-1989 83100 7784 90884 5116 96000


Теперь обратим внимание на то, какая демографическая перспектива ожидала абхазов (не говоря уже о других вопросах национально-прогрессивного развития), не коснись их судьбы вся эта указанная политическая миграция. Этому вопросу посвящена следующая таблица №3.

Таблица №3

Годы Исходные числа Естественный прирост Ожидаемое кол-во
1886-1897 58960 6811 65771
1897-1926 65771 23258 89029
1926-1939 89029 12298 101327
1939-1959 101327 22409 123736
1959-1970 123736 14312 138048
1970-1979 138048 12931 150979
1979-1989 150979 15805 166784

Общее количество естественного прироста абхазов за столетие, как видно из последней таблицы, должно было составить 107824 чел., из которых официальные переписи учли лишь 37040 чел. Каким образом исчезли около 70 тыс. (69784) абхазов? Надо полагать, подавляющее большинство этих абхазов сумели ассимилировать при помощи специально созданных для згой цели условий. По существу 98% грузинского населения Абхазии, как видно, появились здесь после 1886г. И такое катастрофическое для абхазской нации безвыходное положение, при котором абхазы оказались на грани растворения, не может радовать даже недругов.

Из всего сказанного логично и неизбежно вытекает следующее.
1. Тезис о проживании грузин в Абхазии во все времена в преобладающем количестве активно муссируемый М. Д. Лордкипанидзе и другими нашими оппонентами, ничем, в том числе ни одним источником, не подтверждается. Во
всяком случае, ни один грузинский ученый еще не представил науке подобного источника.
2. Напротив, многочисленные приведенные и неприведенные источники свидетельствуют о том, что картвельский этнический элемент стал активно перебрасываться в Абхазию с конца XIX в., после всех этапов насильственного переселения абхазов в Турцию и другие восточные страны. В период сталинизма эта миграция стала носить целенаправленный ассимиляторский характер, что продолжалось и во времена застоя.
3. Запущенная в ход очередная ложная версия о численном преимуществе грузин в прошлой Абхазии, рассчитанная на обывателя и направленная на утверждение другой, не менее ложной, концепции о двуаборигенности Абхазии, не выдерживает никакой критики.

Известно, что наши тбилисские оппоненты Абхазское царство VIII - X вв. не без умысла и без основания, не считаясь с первоисточниками, называют Западногрузинским царством. А Абхазское, или Абхазо-Картлийское царство XI -XII вв. они также преднамеренно и голословно стали именовать «Абхазо-Картвельским царством», или «царством абхазов и картвелов».

Многое началось с того, что М. Д. Лордкипанидзе однажды решила изменить название Абхазского царства на выдуманное ею «Эгрис-Абхазетское царство». При этом, пренебрегая средневековыми источниками, она предложила парадоксальный аргумент: «Эгрис-Абхазетское царство, -пишет она, - лучше выражает как состав, так и содержание этого государства» (?!!!). (Очерки истории Грузии. Т. II. -Тбилиси. 1988. С. 286).

Такую же беспрецедентную вольность в науке она позволила себе и при искажении наименования Тао-Кларджетского государства. По этому поводу она, также закрывая глаза на первоисточники, заявляет, что «более приемлемо называть эту политическую единицу... Картвельским царством...» (?!!!). (Очерки истории Грузии... С. 306).

С момента вступления Баграта III на абхазский престол (978 г.) его царство, как свидетельствуют источники, получило дополнительное наименование - «Абхазо-Картлийское царство», или «Царство абхазов и картлийцев», хотя по прежнему чаще употреблялись термины «Абхазия» и «Абхазское царство».

М. Д. Лордкипанидзе и на этот раз не удержалась от свойственного ей «терминотворчества». «Царство абхазов и картлийцев» она стала искаженно называть «Царством абхазов и картвелов», «картвелизуя» страну Баграта III.

Все это, разумеется, делалось для того, чтобы размыть и упразднить могущественное Абхазское, или Абхазо-Картлийское царство, превратить его в объединенное грузинское государство, которого еще не было в природе (были отдельные Тао, Кахети, Эрети, Тбилисский эмират и др.).

Изменение названия Абхазо-Картлийского царства и превращение его в «царство абхазов и картвелов», естественно, потребовало и соответствующего титула для царя этого государства. Поэтому Мариам Дмитриевна решила «организовать» титул «царь картвелов» для Баграта III, хотя у последнего, согласно средневековым источникам, был свой законный титул «царь абхазов», или «царь абхазов и картлийцев», что по сути одно и то же.

Итак, профессор М. Д. Лордкипанидзе царя абхазов и картлийцев Баграта III стала именовать «царем абхазов и картвелов», чтобы в конечном итоге дать приоритет второй («картвельской») части этого титула и объявить его грузинским царем грузинского государства.

Сначала, судя по всему, она надеялась на то, что не обратят внимание на разницу между двумя созвучными грузинскими терминами «картлийцы» и «картвелы». Но специалисты разобрались, и тогда она попыталась унаследовать титул «царь картвелов» для Баграта III от его деда по отцу- от Баграта II Регуени (на груз. яз. - простак, глупый), который носил домашний или шутовской прозвищный титул «картвельский царь».

Однако ничего из этого не вышло, потому что отец Баграта III Гурген не унаследовал отцовский титул «царь картвелов», т. к. не нуждался в шутовском титуле своего слабоумного отца.

Не сумев организовать для Баграта III интересующий нас титул от родного отца, М. Лордкипанидзе замыслила добиться этого по линии неродного отца, т. е. от Давида Куропалата. Но здесь еще меньше оказалось шансов: Давид Куропалат никогда не обладал титулом «царь картвелов», он был правителем лишь Тао-Кларджетского княжества.

Не вдаваясь во все детали хитросплетений, к которым прибегает М. Лордкипанидзе, пытающаяся приписать Баграту III титул «царя картвелов» (подробности надеюсь сообщить в другой работе), здесь отметим лишь то, что ложная версия о Баграте III как о царе абхазов и картвелов по сей день бездоказательно муссируется в грузинской историографии.

Более того, это измышление, к сожалению, проникло и в лучший наш учебник по истории Абхазии, в котором есть даже подзаголовок «Царство абхазов и картвелов». Здесь сказано: «к концу X века восточная политика Абхазского царства... завершилась созданием нового государства -«царства абхазов и картвелов», позднее известного как объединенное грузинское царство». (История Абхазии. -Гудаута. 1993. С. 90).

Между тем никакого нового государства, а тем более под названием «царство абхазов и картвелов» никогда «не создавалось. Политический статус Абхазского царства не претерпел изменения оттого, что законный наследник (Баграт III) в 978 г. занял абхазский престол и Картлийское княжество, принадлежавшее ему еще с 975 г., присоединил к своим владениям, после чего его стали величать и «царем абхазов и картлийцев» (но не картвелов).

Таким образом, Баграт III получил от абхазского царского дома и корону, и Картлийское княжество. Присоединение Хартли к Абхазскому царству означало расширение последнего, но не формирование нового государства, как этого добивается М. Лордкипанидзе.

Однако еще задолго до М. Лордкипанидзе кому-то очень хотелось термин «картлийский» из титулатуры абхазских царей заменить термином «картвельский» с целью огрузинить («окартвелить») абхазских царей и их царство. К примеру, заголовок одного из разделов «Картлис Цховреба» представлен как «Царь картлийский и абхазский Баграт...» (Картлис Цховреба. Т. I. -Тбилиси. 1955. С. 291 -на груз. яз.). А в тексте под этим заголовком, как ни странно, читаем: «Баграт царь абхазов и картвелов...» (Картлис Цховреба. Т. 1... С. 293).

Понятно, что «картвелы» - поздняя вставка. Не было такого Баграта, который владел абхазами и картвелами, был Баграт, владевший абхазами и картлийцами, о котором идет речь в данном случае. Учитывая все эти обстоятельства, Г. В. Цулая перевел этот контекст как «царь абхазов и картлийцев». (Летопись Картли. - Тбилиси. 1982. С. 65).

Наши оппоненты проходят и мимо того факта, что титулатура Баграта 111 порой парадоксально выглядит: «царь абхазов, картвелов, ранов, кахов, эров...». Нет сомнения в том, что в первоисточнике здесь был термин «картлийцы», а не «картвелы», ибо «картвелы» и «кахи» (кахетинцы) не могут быть однородными, стоящими в одном ряду.

То же самое наблюдаем и в описании встречи юного Баграта IV, возвращавшегося из Византии. Его встречали: вельможные эриставы и азнауры таоисские, месхи и картвелы...» (Картлис Цховреба. Т. I... С.289).

И в этом случае Г. В. Цулая термин «картвелы» совершенно справедливо перевел как «картлийцы» (Летопись Хартли... С. 64). Действительно, термины «месхи» и «картвелы» не сочетаются в одном ряду, т. к. первый - видовое понятие, а второй - родовое. Это все равно, что сказать: встречали русские, славяне и др.
Приведенные явные искажения, наблюдаемые в грузинских источниках, в частности, в

«Картлис Цховреба», вероятнее всего, были допущены еще в XVIII в. при переработке этого памятника Вахтангом VI и его комиссией («ученые мужья»). Они решили продолжить старый грузинский летописный свод (по сути историю Картли), который обрывался XIV столетием. Их двигало желание иметь историю всей Грузии, а не только Картли, и довести ее до XVIII в. Поэтому комиссия Вахтанга не только дополнила «Картлис Цховреба», собирая материалы даже из устных рассказов, она по-своему отредактировала (?!) старый свод, кончавшийся XIV веком.

«Картлис Цховреба» в целом, конечно, является ценным источником, но специалисты, по вышеприведенным причинам, советуют подходить к нему с осторожностью. (См.: Источниковедение истории СССР. - М. 1973. С. 178; Григолия К. Г. О чем поведала Картлис Цховреба. - Тбилиси. 1973. С. 14; Меликишвили Г. А, Политическое объединение феодальной Грузии... -Тбилиси. 1973. С. ,134 и др.).

А что касается досадной ошибки, оказавшейся в нашем учебнике по истории Абхазии, то необходимо ее исправить при переиздании. А пока преподаватели могут сами вносить соответствующие коррективы в своих лекциях и уроках, чтобы не вводить в заблуждение учащихся, будто абхазы совместно с грузинами (картвелами) в конце X века создали какое-то новое государство «царство абхазов и картвелов». . Абхазское царство никем не упразднялось. Оно существовало не только до нашествия монголов, но продолжало функционировать и после того, когда в 1245 г. монголы отбили от него восточную часть, главным образом Картли, и создали там Грузинское царство. По этому поводу армянский историк Хетум сообщает: «Это царство (Абхазское, или Абхазо-Картлийское. - А. П.) разделяется на две части. Одна часть называется Грузия, а другая Апвас (Абхазия. -А. П.). Там всего было два царя, один из которых, т. е. грузинский царь, подчиняется самодержцу Азии, а абхазский царь силен народами и неприступными твердынями, поэтому ни самодержец Азии, ни монголы не могли взять его под свое иго...»(Цит. по Истории Абхазии... С. 99).

Страну восточнее Лихских гор (после середины XIII в.) называют Грузией, а западнее этих гор - Абхазией и армянский ученый Вардан Вардапет в своей «Географии», и турецкий поэт Ахмеди и многие другие. (См.: Гумба Г. Значение терминов «Грузия» и «Сакартвело» в средневековых источниках. - Сухум. 1994. С. 9 -10).

Еще немного о творческой лаборатории Мариам Дмитриевны. Грузинский историк и географ XVIII в. Вахушти царевич (который, кстати, оказался тенденциозным исследователем, но это другая тема, а на этот раз он прав) один из разделов своей «Истории Грузии» озаглавил так: «Названия Западной Грузии». А подзаголовок этого раздела также недвусмысленно представил как «История страны Эгриси, или Абхазии или Имерети».53 Далее в тексте автор разъясняет: «Сия страна (Эгриси. -А. П.) имеет три общих названия: первоначальное - Эгриси, второе -Абхазия и третье -Имерети».54 Еще ниже Вахушти дает расшифровку: «Сей Леван (абхазский царь Леон П.-А. П.) воцарился... и овладел всей Эгриси; он же свое царство назвал Абхазией - и перенес название своего эриставства на Эгриси».55 Более того, Вахушти на других страницах этого же труда уточняет: Леон II «назвался царем абхазов, распространил название своего эриставства (читай - царства. -А. П.) на Эгриси»56; «Леон, овладев всей Эгриси, назвал ее не Эгриси, а Абхазией...».57

Казалось бы яснее ясного, что страна Эгриси сначала называлась Эгриси, а в конце VIII в. Леон II, создавая Абхазское царство, овладел и страной Эгриси, которую присоединил к своему царству. Поэтому, находясь в составе Абхазского царства, страна Эгриси теперь, естественно, не могла сохранить своего наименования (Эгриси), а приняла общее название царства абхазов, куда она была введена. И, разумеется, прав Вахушти, когда говорит, что Леон II «свое царство назвал Абхазией - и перенес название своего эриставства на Эгриси».
А что касается госпожи М, Д. Лордкипанидзе, которая всячески пытается обосновать заведомо ложный тезис о том, что Абхазское царство являлось западно грузинским («Эгрис - Абхазетским») царством, не без умысла решила все вышеприведенные сведения, оставленные царевичем Вахушти, перевернуть и поставить с ног на голову. Так, допуская неслыханные в науке вольности, в более чем странном «терминотворчестве», в частности, произвольно заменяя название Абхазского царства на выдуманное ею «Эгрис-Абхазетское царство», она пишет: «Название «Эгрис-Абхазетское царство» лучше выражает как состав, так и содержание этого государства (?! -А. П.), ибо в источниках того периода понятия «Абхазети» и «Эгриси» перекрещиваются».

Чтобы показать, как эти понятия («Абхазия» и «Эгриси») перекрещиваются, она решила использовать цитату из «Истории Грузии» Вахушти Багратиони, но не цитируя, а комментируя, чтобы легче было искажать. По этому поводу она сообщает: «Вахушти считает, что страна имеет три названия (почему-то замалчивая название этой страны. - А. П.): сперва она именовалась «Эгриси», затем «Абхазети» и наконец «Имерети».59 При этом М. Д. Лордкипанидзе ссылается на указанный труд Вахушти, где, как мы убедились выше, черным по белому написано: «История страны Эгриси...», которая «имеет три общих наименования...»

Возникает вопрос: если Мариам Дмитриевна под загадочным словом «страна» имеет в виду страну Эгриси, как и Вахушти, то почему она умалчивает название этой страны? Дело, однако, в том, что исследовательница, искажая мысль Вахушти, имеет в виду не Эгриси, а Абхазию, которой, вопреки Вахушти и реальной действительности, приписывает три наименования, и при этом она ложно ссылается на Вахушти, хотя прекрасно понимает, что он противоположного мнения.

Таким образом, по Вахушти, три названия имела страна Эгриси, а по Лордкипанидзе, три названия имела Абхазия. Приписывание Абхазии трех наименований устраивает Мариам Дмитриевну, т. к. в таком случае Абхазия называлась бы и такими грузинскими терминами как «Эгриси» и «Имерети». Отсюда был бы один шаг до ее заветного перекрещивания двух понятий («Эгриси» и «Абхазия»), чего Лордкипанидзе добивается ценой неимоверных ухищрений. А это, как ей кажется, может позволить Абхазское царство переименовать в Эгрис-Абхазетское, или Западногрузинское царство.

«Технология» этого примитивного обмана заключается в том, что уважаемая профессор пытается представить читателю дело так, якобы Вахушти считал, что страна Абхазия (а не Эгриси) имела три названия, тогда как он недвусмысленно сообщает, что три названия имела страна Эгриси. Сначала она называлась Эгриси, после этого -Абхазией (в силу того, что страна Эгриси вошла в Абхазское царство), а затем - Имеретией. И никаким перекрещиванием здесь не пахнет.

Указанный, явно умышленный, подлог госпожи М. Лордкипанидзе ввел в заблуждение простых читателей, но не специалистов. Тем не менее, она, видимо, убедила себя в том, что сумела ловко ввести в заблуждение всех и без всякого стеснения стала извращать массу ценных средневековых источников, переименовывая Абхазию и Абхазское царство в Западногрузинское государство, а порой просто в Западную Грузию.

Спорить можно о чем угодно, но не о том, как цитировать источники - правильно или искаженно. Например, в источнике написано: «...Марушисдзе пожелал привести Баграта царем в Абхазию».60; «Привели его в Абхазию, короновали царем...».61 А проф. М. Д. Лордкипанидзе эти места источника цитирует и комментирует так: «с... Марушисдзе решил воцарить Баграта в Западной Грузии»62 (?!); «...его возвели на западногрузинский престол».63 Совершенно необычно здесь и то, что исследовательница искажает, игнорирует не только первоисточник, но и собственный перевод этого памятника.64 Далее источник недвусмысленно сообщаете «...всех царях Абхазии и Картлии...».65 Но М. Д. Лордкипанидзе настойчиво, по-своему, даже в своем переводе этого источника соблазнилась написать о царях «абхазских и картвельских»66. Черным по белому источники одинаково свидетельствуют, что на первом месте титулатуры абхазских царей, в том числе и царя Баграта III, стоял «царь абхазов»67. Но наша оппонентка неумолима в своем утверждении, что «...на первом месте был титул «царь абхазов» (т. е. «царь Западной Грузии»)»66, хотя никакого царя Западной Грузии источники не знают. (Да простит читатель, но чем это не старый восточный анекдот о халве?..).

В работе З. В. Анчабадзе сообщается: «...все население возникшего царства - картвелов (эфисцев, сванов, картов), собственно абхазов и др.»69 В данном случае М. Д. Лордкипанидзе не стала цитировать З. В. Анчабадзе, вероятно, понимая, что комментирование удобнее для искажения мысли, которую она передает следующим образом: «...жители Западной Грузии (мегрелы и чаны, карты, сваны, собственно абхазы)...»70 (?!). Чего ученая добилась путем этого комментирования, отказавшись от цитирования З. В. Анчабадзе? Она добилась того, что из мысли З. В. Анчабадзе исчезло этническое отличие абхазов от картвельских племен. И сделано это нехитрое дело тем, что абхазов она ввела в скобки, поставив их в один ряд с картвельскими племенами. А для того, чтобы это искажение не выглядело грубо, а приобрело более «изящный» вид, она убрала обобщающее слово «картвелов», стоявшее перед скобками, заменив его «жителями западной Грузии»71. Вряд ли Мариам Дмитриевна найдет такое «мастерство» науки в работах абхазских ученых, о которых она говорит весьма нелестно.

Все вышеприведенные грубые искажения истории Абхазии обнаруживаются не в какой-то газетной статье или книге времен сталинизма, а в академическом издании II тома восьмитомных Очерков истории Грузии, изданного на четвертом году горбачевской перестройки, и редактором является сама М. Д. Лордкипанидзе. Специалисты долго ждали этого издания в надежде на то, что реформа заговорит в грузинской историографии, но, увы?!.. И автор всех этих извращений - не какой-то рядовой исследователь, а профессор ТГУ, обучающий студенчество, при этом грубо и голословно упрекающий абхазских ученых в искажении истории Грузии. Если в таком солидном фундаментальном издании так безбожно обращаются с историческими фактами и источниками, то легко можно представить, что допускается в массовой научной литературе.

Рамки данной публикации не позволяют говорить и о других не менее поразительных искажениях научного материала, которые допускаются не только М. Лордкипанидзе, но и многими другими грузинскими абхазоведами. Эти факты наглядно показывают, каким образом в Тбилиси сочиняют ту историю Абхазии, которую они ввели в академическую науку, где она и по сей день вводит в заблуждение читателей. На этом ложном материале воспитано и обучено не одно поколение грузинского общества, что граничит с преступлением и усугубляет абхазо-грузинские отношения. Избавиться от этого тяжелого «наследия» необходимо не только абхазам. Ничего хорошего оно не сулит и грузинскому народу. Решительный отказ от этого брака в науке улучшил бы добрососедские отношения двух наших народов.

1 «Эхо Абхазии», 2000, №17. С. 1,4.
2 Абхазия: документы свидетельствуют, 1937 - 1953 (сборник материалов). Сухум, 1992.
3 "Советская Россия", 1991, МвбЗ, 15 марта.
4 Некая Червонная С. пытается отыскать черного кота в темной комнате... Рассуждая о фактах разжигания войны и обвиняя в этом абхазскую сторону, в адрес автора этих строк она, как ни странно, пишет (во всяком случае, подписывает): «Для науки, - писал А. Папаскир, - кровность абхазского и грузинского народов - пустой звук, метафора. Кровного родства между этими народами нет. Оно имеется между абхазами и адыгами». (Распятая Грузия, СПб., 1955. С. 53.). Я, как исследователь, именно такого мнения. Если госпожа Червонная располагает иными материалами, то это «открытие» могла бы предложить науке, но главное в другом. У грузинских историков есть «стратегическая» задача - присвоить Абхазию, поэтому они пишут. Их, как говорится, можно понять. Мы, абхазы, им возражаем. Нас тоже можно: понять. А чем продиктована неприкрытая антиабхазская работа Червонной? Какие цели она преследует, если не корыстные? Она может сказать, что чувства справедливости побуждают, жажда познания истины не дает покоя и т. д., на что она, бесспорно, имеет право. Но почему в таком случае она плотно закрывает глаза на провокационные лозунги самого бывшего президента Грузии, о которых говорилось выше. По словам Червонной, абхазы, оказывается, разжигали войну и тем, что хотели ввести в учебный план историю Абхазии (?!). Но ее совершенно не интересует, почему до 1992 г. абхазским детям не позволялось то, что позволяется всем детям мира - изучать истории своих народов.
5 «Московские новости», 1993, №22. С. 11.
6 Шария В. Абхазская трагедия. Сочи, 1993. С. 43.
7 Там же.
8 Там же.
9 «Кавказский Акцент», 2000, №16. С. 10.
10 Из записи на магнитофонной ленте.
11 Лордкипанидзе М. Д. Абхазы и Абхазия. Тбилиси, 1990. С. 58. См. также ее статью в газ. «Заря Востока», 1989, №168.
12 Бердзенишвили Д. Единство посредством разделения // «Кавказский Акцент», 2000, №5
13 «Свободная Грузия», 2000, 13 мая. С. 3.
14 В основе этих демографических материалов лежит работа Кварчия В. и Ачугба Т., опубликованная в «Литературной Абхазии», т. II, Сухум, 1991.
15 Джапаридзе О. М. К этнической истории грузинских племен по данным археологии. Тбилиси, 1976. С. 266 -291 (на груз. яз.). Об этом же, как известно, писали П. Ушаков, Д. Гулиа, А. Чикобава, 3. Анчабадэе, М. Трапш, И. г Дьяконов, Ш. Инал-Ипа и многие другие.
16 Энциклопедический словарь Русского библиографического института Гранат, т. 17. С. 192.
17 История древнего мира, ч. I, M., 1970. С. 167.
18 Федоров Я. А. Историческая этнография Северного Кавказа. М., 1983. 9.38.
19 БСЭ, т. 19, М., 1930. СТб. 558.
20 Абдоков А. И. Фонетические и лексические параллели абхазо-адыгских языков. Нальчик, 1973, С. 3; Аргун Ю. Г. Быт и культура современных абхазов. Сухуми, 1976. С. 8 (на абх. яз.).
21 Евли Челеби. Книга путешествия. Вып. Ill, М., 1983. С. 39 - 55.
22 Чичинадэе 3. Д. Превращение в магометанство грузин, или отатарива-ние грузин. Тифлис. 1915. С. 148(на груз. яз.). См.: Гулиа Д. И. Собр. соч., т. VI, Сухум, 1986. с. 257.
23 Мачавариани К Д. Описательный путеводитель по Сухумскому округу. Сухум, 1913. С. 139, 150, 179, 116.
24 Курко-Кряжин В. А. Абхазия. М. ,1926. С. 8. В указанной таблице Курко-Кряжина отдельной графой приводятся и сведения о демографической структуре Абхазии начала XX в., собранные здесь Н. В. Фон-Дервизомч исходившим весь этот район. В этой графе указано, что всего в Абхазии 135455 душ, из которых 72867 абхазов, составляющих 51 %, самурзаканцев - 31486 душ, что составляет 23,2%. А в графе «мегрелы-грузины» указаны 7464 чел,, составляющих 5,5%. (Курко-Кряжин В. А. Абхазия.... С. 8).
25 Бержэ А. П. Этнографическое обозрение Кавказа. СПб., 1879. С. 33. 28 Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о
Кавказе. Ч. I, М., 1823. С. 58-61.
27 См. таблицу, составленную Ю. Г. Аргун в его книге «Быт и культура современных абхазов», Сухуми, 1976. С. 14 (на абх. яз.).
28 Туманов Г М. Словарь кавказских деятелей. Тифлис, 1890. С. 187
29 Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А. Новый энциклопедический словарь, т. I, СПб 1907-1915. С. 104.
30 Гюльденштедт И. А. Географические и исторические известия о новой пограничной линии... // Месяцеслов... СПб., 1779. С. 162.
31 Кавказский календарь на 1856 г. Тифлис, 1857. С. 269.
32 Ленинградское Отделение Архива АН СССР/ф. BOO, H. Я. Марра, д. 188, л. 4; Дзидзария Г А. Мэхаджирство и проблемы историй Абхазии XIX столетия, Сухум, 1975. С. 270. Историк В. Авидзба, работающий над турецкими источниками, считает, что четыре века назад абхазов было около одного миллиона. («Республика Абхазия», 2000, №122. с. 2.).
33 Свод статистических данных о населении Закавказского края, извлеченных из посемейных списков 1896 г. Кутаисская губерния, Тифлис, 1893, раздел «Сухумский округ»; Аргун Ю. Г. Быт и культура нынешних абхазов, Сухум, 1976. С. 18 (на абх. яз.); История Абхазии, Гудаута, 1993, С. 207-208.
34 Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Кутаисская губерния, СПб., 1905. С. 32; Дзидзария Г А. Махаджирство и проблемы историй Абхазии XIX столетия, Сухум, 1975. С 440.
35 Всесоюзная перепись населения 1926 г. ССР Грузии. ССР Абхазия. М., 1930, т. 14, табл. 10. С. 100 —102. Такое резкое уменьшение абхазского населения и увеличение фузинского произошло не только в результате миграционных процессов, но и ассимиляции сэмурзаканских абхазов, из 30-ти с лишним тысяч которых 18 тысяч в 1926 г. были записаны грузинами. (См.: Аргун Ю. Г. Быт и культура нынешних абхазов. Сухуми, 1976. С. 15. (На абх. яз.)
36 Источники, содержащие результаты переписей населения с 1939 по 1989 г., не приводим, т. к. эти общеизвестные сведения содержатся в любом справочнике по Абхазии.
37 Курко-Кряжин В. А. Абхазия. М., 1956. С. 9-
38 Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Кутаисская губерния. СПб., 1905, С. 32; Дзидзария Г. А. Махаджирство и проблемы истории Абхазии XIX столетия. Сухум, 1975. С. 440.
39 Напротив, в силу национальных особенностей (культура, быт, язык, трудовой опыт), миграция абхазов за пределы своей страны крайне ограничена. Официальные переписи свидетельствуют, что в 1897 г за пределами Абхазии проживало около одной тысячи абхазов; в 1926 г. - три тысячи; в 1959 г -4237 чел. (см.: Фейзба Я. Р. Развитие и размещение производительных сил Абхазской АССР, Сухум, 1969. С. 23; Народное хозяйство СССР, 1922 - 1982 гг., М., 1982. С. 3; Население СССР, 1987 г. Статистический сборник, М., 1988. С, 100).
40 Всесоюзная перепись населения 1926 г. ССР Грузии. ССР Абхазия, М., 1930, т. 14, табл. 10. С. 100 - 102.
41 Народное хозяйство Абхазской АССР. Сухум» 1967, С. 24.
42 Там же.
43 Там же.
44 Народное хозяйство Абхазской АССР Сухум, 1967, С. 24.
45 Лежава Г. П. Изменение классово-национальной структуры населения Абхазии. Сухум, 1989. С. 26.
46 В 70-х гг, естественно, исключались всякая ассимиляция грузин абхазами, а также отток грузинского населения из Абхазии.
47 При отсутствии механического прироста грузинского населения в Абхазии, естественный прирост повысил бы численность этого народа к настоящему времени лишь до 11652 чел., так как исходное число в 1886 г составляло 3985 чел.
48 А что касается роста численности в Абхазии других народов вместе взятых, то наиболее интенсивно этот процесс проходил с 1926 по 1939 гг, и когда в течение 13 лет этот показатель вырос на 178184 чел., главным образом, за счет русских и армян, хотя в конечном итоге удельный вес каждого из этих двух народов в Абхазии не превышал 15-16 процентов, тогда как грузинское население здесь составляло 44%, абхазы - в пределах 17%, а все остальные - около 35%.
49 Грузинская Советская Энциклопедия. Грузинская ССР. Тбилиси, 1981. С. 223.
50 Лордкипанидзе М. Д. Некомпетентность - в ранг истины // «Заря Востока», 1989, №168, 21 июля.
51 Там же.
52 Надеюсь на то, что допущенные неточности при составлении таблиц не выходят за рамки единиц или десятков, хотя ошибки даже в сотнях в принципе не меняют положения.
53 Вахушти Багратиони, История Грузии // Абхазия и абхазы средневековых грузинских повествовательных источников, перевод Г А. Амичба, Тбилиси, 1988, С. 142.
54 Там же. С. 142-143
55 Там же. С. 128.
56 Там же.
57 Там же.
58 Очерки истории Грузии, т. II, Тбилиси, 1988. С. 286.
59 Там же.
60 Картлис Цховреба, т. I, Тбилиси, 1955. С. 275 (на груз. яз.).
61 Там же.
62 Очерки истории Грузии, т. II, Тбилиси, 1988. С. 374.
63 Там же.
64 Матиане Картлиса, перевод М. Д. Лордкипанидзе, Тбилиси, 1976. С. 39.
65 Картлис Цховреба, т. I, Тбилиси, 1955. С. 278 (на груз, яз.); Летопись Каргли, перевод Г. В. Цулая, Тбилиси, 1982. С. 59.
66 Матиане Картлиса, перевод М. Д. Лордкипанидзе, Тбилиси, 1976. С. 40.
67 Картлис Цховреба, т. I, Тбилиси, 1955. С. 278, 281; Матиане Картлиса, перевод М. Д. Лордкипанидзе, Тбилиси, 1976. С. 41 -42; Летопись Картли, перевод Г В. Цулая, Тбилиси, 1982. С. 60-61.
68 Очерки истории Грузии, т. II, Тбилиси, 1988. С. 377.
69 Анчабадзе 3. В. Из истории средневековой Абхазии, Сухум, 1959 С. 118
70 Очерки истории Грузии, т. II, Тбилиси, 1988. С. 285.
71 В литературе уже отмечалось, что отдельные грузинские историки (Ш. А. Бадридзе и др.), «явно приписывая собственные вымыслы покойному 3. В. Анчабадзе, делают его соучастником... фальсификации». (Труды АГУ, т. VI, Сухуми, 1988. С. 129). М. Д. Лордкипанидзе в данном случае продолжает это неблаговидное дело.


(Материал перепечатывается с сайта http://www.abkhaziya.org.)



Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика