Валентина Копсергенова

Об авторе

Копсергенова Валентина Зазуевна
(род. в 1943, а. Кубина, КЧР)
Известный абазинский писатель, член Союза писателей России, автор множества книг. Главный редактор детского журнала "Марамыз" (г. Черкесск). После окончания младших классов в сельской школе продолжила учебу в школе-интернате, так как в то время не было в сельских школах старших классов, где дети могли бы продолжить обучение. После окончания интерната Валентина поступила в педагогический институт в городе Карачаевске. Первые произведения написала в годы учебы, они были опубликованы в газете «Коммунизм Алашара» («Абазашта»). Изучение классической литературы в школе и в институте, интерес к национальной литературе побудили ее к созданию собственных творений. Первое серьезное произведение (рассказ на абазинском языке «В ливень») появилось уже после окончания института. После удачного дебюта, который принес ей известность, выходит ее книга «Колдовство», куда вошли рассказы (в том числе «В ливень»), новеллы о любви, о женских судьбах. Книга получила хорошие отзывы от читателей. К. известна еще и как детский писатель. У нее вышли четыре книги детских рассказов: «Медвежонок», «Косолапый Мишка», «Искорка слова», «Курочка-хохлатка». Под руководством К. вот уже 20 лет выходит детский художественно-иллюстрированный журнал «Марамыз» («Созвездие»), на русском и абазинском языках. Кроме того, К. автор учебника на абазинском языке «Книга для чтения для 3-4 классов», двух пособий для внеклассного чтения. Несколько лет назад вышла ее книга «Песни Абазашты», которая получила теплый отклик от читателей. В этом сборнике осуществлена серьезная попытка не только собрать, но и сохранить прекрасную музыкальную культуру абазинского народа. Она издала интересную книгу о приметах и поверьях абазин «Серебряные нити», собрав и обработав множество древних преданий. Последняя книга, которая вышла недавно, называется «Шумеры» и представляет собой исследовательские изыскания о древнешумерском народе и их общности и родстве с народами Малой Азии и Северо-Западного Кавказа.
(Источник: http://iskra.yuga.ru/.)





В. З. Копсергенова

Cеребряные нити

Приметы и поверья

СОДЕРЖАНИЕ


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Перед Вами уникальная в своем роде книга, в которой по крупицам собраны жемчужины так называемой несказочной прозы одного из древнейших народов Кавказа. Богатое устное народное творчество абазин, представленное в различных жанрах, впервые дает возможность русскоязычному читателю получить представление о преданиях, мифах-быличках, бывальщинах, народных приметах, поверьях, в которых четко прослеживается исторический путь народа, этапы роста его самосознания, формирования богатой духовности.
Автор книги – член Союза писателей России, редактор первого в Карачаево-Черкесии детского журнала на абазинском и русском языках «Марамыз» («Созвездие») Валентина Копсергенова уже хорошо известна читателям своими интересными художественными и популяри-заторскими работами.
В новой книге она знакомит с мало изученным фольклорным пластом неиссякаемого кладезя народной мудрости. Все, собранное ею в абазинских аулах республики, она бережно обработала, сохранив, где это необходимо, особый синтаксис изложения, дабы не нарушить общую структуру фольклорного материала, имеющего, без сомнения, огромную научную и культурную ценность.
Свою новую книгу Валентина Копсергенова назвала «Серебряные нити». В самом названии заложен глубокий смысл, несущий особую историческую, этнографическую, нравственно-этическую и моральную предпосылку к философским обобщениям и соответствующим выводам.
Сборник «Серебряные нити» не претендует на всеобъемлющий охват предмета внимания писательницы, а тем более не является научным исследованием. Такую задачу и не ставила перед собой В. Копсергенова.
Ее цель – сохранить и донести до нынешних и грядущих поколений духовную мудрость ушедших веков, заключенную в целостной системе традиций и обычаев народа, его фольклора и национальной культуры. Поэтому эта книга будет интересна писателям, ученым, журналистам, учителям, всем, кто интересуется литературой и искусством народов России и Карачаево-Черкесии.

Д. Лагучев, народный поэт Карачаево-Черкесии, член Союза писателей России


К ЧИТАТЕЛЮ

Нет народов, которые не подошли бы к порогу цивилизации, обойдя философскую мудрость примет и поверий, накопленную тысячелетиями. Не могу не предположить, что приметы и поверья принадлежат к баснословной древности. Еще до появления какой-либо религии народы стремились обуздать величественную силу природы и жить в гармонии с ней. Свои наблюдения за явлениями природы человечество отождествляло с божественной силой.
За последние десятилетия вышло немало книг, в которых по крупицам собраны сказки, былины, легенды и мифы народов Кавказа, удивляющие своей разнообразной тематикой, богатой образной системой, необычным взглядом на явления природы и жизни. Среди них необходимо отметить фундаментальные работы известных абазинских ученых – профессора В.Тугова, Н.Табуловой, В.Меремкулова. Причем, как правило, они рассматривали и охватывали в своих монографических исследованиях многие жанры фольклора. За исключением, пожалуй, примет и поверий этот пласт богатого устно-поэтического творчества народа остался, практически, не изучен.
Почему мы мало говорим об обычаях и образе жизни наших предков? Очень жаль, что бытовая сторона многих народов в своем прошлом почти потеряна. В сказках, былинах, в приметах, поверьях и легендах встречается очень много правды о доброй старине, передается характер века с его обычаями, понятиями.
Сюжеты примет и поверий пока не стали предметом научных исследований. В какой-то мере я решила восполнить этот пробел и собрать воедино все, что услышала от стариков в абазинских аулах в течение последних лет.
Работая над этой книгой, я вновь и вновь утверждалась в мысли, что народное творчество не только уникально по своей сути, но имеет и яркую специфическую окраску. Впрочем, справедливо по этому поводу пишет один из современных исследователей В.Калугин: «Обращение к вековому опыту народа, к его духовному наследию приобретает в наше время не меньшее значение, чем острейшие экологические проблемы сохранения природных богатств, экологического равновесия. Фольклор – это наше духовное богатство, наша экологическая среда, точно также требующая сохранения и защиты, восстановления естественных связей человека с историческим и духовным наследием своего народа, прошлого с настоящим.
Мы многие годы жили с уверенностью, что нельзя повернуть «колесо истории» вспять, что движется она семимильными шагами только вперед. А если и обращались к истории и фольклору, то с оглядкой на пресловутую «патриархальность», ярлык которой навешивался как один из самых тяжелых идеологических грехов. Только сейчас мы начинаем понемногу осознавать, что без такого постоянного возрождения прошлого в настоящем немыслимо и само будущее. Все мировые культуры проходили через свои эпохи возрождения; «колесо истории» всегда поворачивалось вспять – к забытому духовному наследию своего народа…
Горели рукописи, в пепелища превращались целые библиотеки. Только память народную не смогли уничтожить никакое лихолетье истории, никакие Батыевы нашествия.
Память народная сохранила, донесла до нашего времени это живое наследие веков…»
Хочу отметить одно существенное обстоятельство. В предлагаемой книге представлены не просто легенды, а легенды о поверьях. Мои информаторы, главным образом наши милые старики, уходя мысленно в прошлое, рассказали мне о бытовавших и бытующих народных поверьях в счастье, в силу любви, в предначертанье судьбы через систему закрепившихся в памяти не одного поколения абазин. И каждая из них – это история самого народа, его постоянных поисков и обретений, нелегких этапов духовного развития.
Например, мне интересным представляются рассказанные народные поверья об ангелах (маляиках). Вот одно из них:
«С незапамятных времен, когда только Бог закончил творить мир и создал людей, тогда, когда еще не было религии, вот с тех самых пор к нам начали прилетать ангелы (маляики) и учили жить нас».
По мнению стариков, Бог и ангелы небесные – вот главная сила во всех приметах и поверьях. Я не могу не согласиться с такой постановкой вопроса. Более того, в беседах с информаторами пыталась не только запомнить все до мелочей, но и, что немаловажно, записать все так, как передавали старики. Полагаю, такой способ закрепления богатого фольклорного материала позволит нынешним и грядущим поколениям самим делать правильные выводы и в полном объеме оценить мудрость ушедших веков.
В процессе работы над книгой не обошлось и без трудностей. И вот какого характера. Часть стариков в некоторых аулах начала убеждать меня в том, что мы живем так, как они позволяют нам жить. На вопрос: «Кто они? Бог или ангелы?» Они отвечают: «Нет, Богу мы отдаем душу, у него свои ангелы, а есть еще высшая сила, от нее тоже прилетали ангелы». Часто между стариками возникал спор: одни говорили о том, что Бог един и его сила велика. Другие, наоборот, что Бог нам дает душу и свою душу мы ему возвращаем после смерти, а живем так, как позволяет нам жить высшая сила».
Откровенно говоря, такая постановка вопроса поначалу несколько смутила меня. Но потом я решила следовать общей канве целого ряда поверий, а именно – есть Бог и его ангелы. А высшая сила – это нечто другое.
Но в период работы над рукописью, в руки попалась книга Мурата Ягана1, представителя древних абазинских корней, ашхарца, проживающего ныне в Канаде в небольшом городке Верноне «Я пришел с гор Кавказа». И каково же было мое удивление, когда я обнаружила в ней поверье, которое мне поведали старики-абазины – поверье о высшей силе.
После смерти отца за воспитание Мурата Ягана взялись старейшины, представители родственных племен, оказавшиеся, по воле судьбы, на чужбине: абхазы, убыхи, черкесы, абазины. И вот, что пишет Мурат Яган:
«Когда за меня взялись старейшины – большинство из них составляли убыхи и абхазы. Я не услышал от них ничего такого, что противоречило бы вещам, усвоенным мною раньше. Собственно говоря, они учили меня вовсе не религии, а тому, что стоит над религией. Вместо ортодоксального учения ислама, которое опирается на идеи воздаяния, кары и наших обязательств перед Творцом, мне говорили о Любви. Причиной всего сущего, как гласит абхазская мудрость, стал некий любовный союз, заключенный в Космосе. Мы – плоды этого любовного союза. Как существа, наделенные сознанием, мы причастны к источнику этой творческой силы. Я слушал старейшин, но тогда их слова меня не интересовали.
Иногда приходили трое-четверо пожилых черкесов и забирали меня, одетого, как они сами, на долгую прогулку в горы. Мы бродили там по семь дней и ночей – они шли, смеялись, подшучивали друг над другом, а я учился прислуживать им, мыл ноги каждому по очереди и делал все, что требовалось. Мне давали разные задания – например, забраться в труднодоступное место, чтобы достать оттуда что-нибудь или принести моим спутникам воды, не пользуясь сосудом.
Из меня воспитывали воина. Чтобы укрепить мышцы рук, я должен был ежедневно упражняться с глиной. Я упражнялся с одной и той же глиной по несколько дней. Человек, натренированный таким образом, способен с легкостью пробить рукой стену или стол, а если понадобится выпустить из врага кишки.
Меня учили обращению с саблей, учили на всем скаку ратно разрубать саблей подвешенное на веревочке яблоко. Акробатические упражнения, которые я должен был выполнять, скача верхом, тоже предназначались для того, чтобы сделать из меня умелого воина.
Когда мои наставники говорили, что человек не умирает, это казалось мне бессмыслицей. Когда они объясняли, что у человека множество тел и хоронят только одно из них, а прочие продолжают существовать, я смеялся про себя. Мне говорили, что похороны – это лишь способ почтить тело, которое выполнило свою работу, что таким образом мы отдаем дань уважения этому телу и сообщаем об этом другим телам. Я думал, что мои соплеменники темны и невежественны. Кроме всего этого, меня заставляли выполнять особые упражнения, позволяющие в полной мере развить способности моего тела, а также учили контролировать и активизировать внутренние точки, которые назывались «космическими гнездами». «Все это чистая техника, – говорили они, – духовное очищение – это цель. Твои действия тут абсолютно ни при чем. С помощью упражнений ты лишь пробуждаешь и развиваешь дремлющие в тебе силы и таким образом подготавливаешь тело к тому, чтобы оно привело тебя к высшей цели».
В традиционном абхазском учении это излагается весьма ясно и совершенно открыто.
В течение двух лет меня развивали физически и умственно, передавая мне крупицы знания, после чего я услышал от своих наставников, что они – слуги некоей силы, которая существует где-то в иных краях. Мне помогут вступить в связь с этой силой, но и после первого контакта с нею я буду продолжать свое обучение. Все это было для меня непостижимо. Только годы спустя, когда я давно уже перестал обучаться у своих соплеменников, это, наконец, случилось. Я не знаю, почему это произошло. Мой контакт с высшей силой, о которой мне говорили, был призрачным, точно нереальным. Кто поверит, если я расскажу, что увидел во сне банку с красной краской, а, проснувшись, обнаружил, что эта краска осталась на моих пальцах? Лучше я назову этот контакт призрачным, потому что таким он показался мне с самого начала. Чтобы достичь этого состояния, нужна полная самоотреченность, глубочайшая вера, искреннее покорство, и, когда это случилось, я был очень податливым, чрезвычайно способным, много-обещающим учеником. Тогда я не знал, почему, – но теперь знаю, что я продукт многих жизней, от которых мне досталось что-то по наследству. Мое приобщение к силе – к Источнику – не было изолированным событием. Меня наделили телом, и я приобрел способность по настоящему владеть им».
Пусть простит меня мой дорогой читатель за столь пространную выдержку из книги Мурата Ягана. В ней, как мне видится, – главная мысль, лежащая в основе предлагаемой книги. Наши предки были намного умнее нас, а мудрость послужит еще не одному поколению. Впрочем, каждому делать свой собственный вывод.
Вот почему структура книги покажется многим несколько необычной. Я решила не менять ни синтаксис, ни орфографию текстов, рассказанных мне старожилами легенд о поверьях. Полагаю, в определенной степени это поможет современному читателю получить представление об образе мысли наших предков, умеющих объемно, по своему воспринимать и отображать в своем сознании и мироведении окружающий мир и явления природы.

В. Копсергенова, член Союза писателей России, главный редактор детского журнала «Марамыз» («Созвездие»)


ЧТО АБАЗИНЫ ГОВОРЯТ О СЕБЕ?

Народы, земли, языки! Народы исчезали и возникали новые. Кто-то смог сохранить себя и свой язык, а кто-то стал могущественным, сохранив земли и создав свое государство, а кто-то уже на грани исчезновения.
Каждый народ – большой, маленький или исчезающий – жил и живет под сводом своих неписаных законов, выпестованных веками и тысячелетиями.
Наш маленький народ не исключение. Не записать и не донести до народов все то, во что верит и верил наш народ, мы не можем. Пусть это будут приметы и поверья, обычаи и традиции, легенды и сказки. Интересно и то, как народ складывает легенды о себе.
Хутов Рауф Даутович из маленького аула Койдан, сын блестящего сказителя Хутова Даута, передает так легенды:
«Наш народ живет с незапамятных времен. Нас создал Бог Ан (Анчва) первыми после того, как создал Дуней (мир, планета Земля). Мы отошли от груди Ан (Ан лкIыкIа хIгIаццII). Кости наши Бог сотворил из своего ребра, а тело из глины с морского дна. Раньше, очень далеко, так далеко, что человеческая память не способна воспринять, вот с тех самых пор к нам прилетали ангелы (маляики) и учили нас выращивать пшеницу, делать вино. Нам предсказывали, когда умрем и какими болезнями мы можем заболеть и как нам избавиться от них. Через ангелов мы были связаны с высшей силой. Бывало «чистых» людей забирали с собой в космос, часто и наших мертвецов. Некогда народ наш был сильным и могущественным. Нас стало очень мало лишь только потому, что мы позабыли Бога Ан (Анчва). И если мы возвратимся к нему, мы заново возродимся и будем сильным и могущественным народом. Когда установился земной мир, все говорили только на одном языке. Один мудрец предложил обратиться к Богу Анчва (Ан), чтоб поделил один существующий народ, с одним языком на различные языки, чтобы от них пошли различные народы. Чтобы добраться до Бога Ан (Анчва) и передать свое прошение, начали строить высокую башню. Достроили до определенной высоты, как вдруг башня развалилась, и Ан (Анчва) им говорит с небес: «Сколько камней в развалинах, столько и будет языков. Объединяйтесь в группы, берите по камню». Так и сделали. Камни закончились в развалинах, но осталась одна группа людей. Еще раз обратились к Богу: «О, великий Бог Анчва (Ан)! Осталась еще одна группа людей, им не достался даже самый маленький камешек из развалин». «Ну и пусть, – ответил Бог, – пусть они говорят на старом своем языке. Надо же сохранить кому-то первый язык. Вы им добавьте от своих новых языков по чуть-чуть». Так и сделали, потому мы – абазины, понимаем и легко усваиваем другие языки, а наш язык никто не понимает. Все позабыли свой первоначальный язык.
Когда люди забыли о своем создателе, он разгневался на них и решил уничтожить мир водой. Бог возлюбил одного единственного, который никогда не забывал о Боге – создателе и доверил ему все. Это был наш Нух (Ныхв). Его звали вначале по-другому, когда он стал фигамбаром (пророком), Бог дал свое имя – Нух (Ныхв). Перед потопом Бог его предупредил: «Сохрани себя и свой род. Я водой уничтожу весь мир и человечество. Построй корабль. Только корабль может спасти тебя». Нух поверил Богу, ибо он знал, что Бог намеревается делать, и что у него записано, чтобы уничтожить мир три раза: первый раз – огнем, и это уже он сделал, второй раз – водой, третий раз – ветром, если люди забудут Бога, своего создателя.
Нух решил сделать корабль, но где взять лес, чтобы построить огромный корабль. Он решил обратиться к людям-великанам, которые не могли никогда наедаться. Они выполняли любую работу за еду. Этих великанов называли Губыж (ГIвыбыжь). Нух попросил одного из них, чтоб собрал лес для строительства корабля за еду. Он (Губыжь) валит лес, складывает за уши, чтобы отвезти Нуху, но откуда ни возьмись, появляется Иблис (дьявол) и говорит великану: «Нух тебя обманывает, откуда у него найдется столько еды, чтобы тебя накормить». Он бросает все, возвращается к Нуху и рассказывает все, что рассказал Иблис. Нух возмутился и попросил великана: «А ну-ка, потряси себя». Великан потряс себя, и из его ушей посыпалось столько леса из тех, что закладывал за уши, что Нуху хватило построить огромный корабль. А великану он предложил произнести магическое слово «псимлахI» и поесть молока с кукурузной лепешкой. Тут великан, который никогда не наедался, наелся от одной лепешки и кружки молока. Вот с этих пор, чтобы пища была калорийной для съедаемого, произносят магическое слово «псимлах».
Нух построил огромный корабль, поставил на берегу моря. А злые люди, не верные Богу Ан (Анчва), решили посмеяться над Нухом и изгадили корабль. Нух посмотрел на них и ответил: «Скоро, очень скоро сами же уберете свои же нечисти». Ночью по просьбе Нуха-пророка Бог Ан покрыл их страшной экземой. Один из них случайно попал в свои же нечистоты, затем помылся, и куда делась экзема. Увидев это, все вывалялись в своих же нечистотах, чтобы избавиться от болезни. Так они очистили корабль. Вскоре Нух в корабль начал сажать каждой твари по паре (хвыкIи бзыкIи). Только Нух успел посадить девяносто пар, как началось наводнение, землетрясение. Все живое спасается, как может.
А корабль плывет дни и ночи. Но, вот беда! В корабле появляется течь, и вода начала просачиваться.
Нух обращается ко всему живому, кто на корабле, и просит помочь закрыть дыру и спасти корабль. «Я закрою дыру», – вскрикнула змея. «Тебе будет предначертано мною есть самое вкусное мясо на земле», – ответил Нух. Змея подползла к дыре, легла, надула свое змеиное тело и закрыла дыру. Так они плыли и доплыли до Эльбруса. Нух обратился к Эльбрусу: «Эльбрус, ты можешь укрыть меня от наводнения?» «Почему же не смогу, смогу!» – ответил Эльбрус. Тут Нух рассердился и вскрикнул: «Бог уничтожает нас за то, что мы о нем позабыли, о нашем создателе. Ты тоже позабыл о нем. Почему ты не сказал: «Скрою тебя по воле божьей». Я тебя наказываю за это!». Нух вонзает свой корабль в гору, верхушку Эльбруса рассекает на две части и плывет дальше. Вот почему Эльбрус стал двуглавым.
Нух поплыл дальше и вскоре приплыл к небольшой горе. Тут Нух опять спрашивает: «Сможешь ли скрыть мой корабль от наводнения?» Маленькая гора ответила достойно: «Скрою тебя по воле божьей!» Нух остановил корабль у маленькой горы. Вода начала спадать, показалась земля, и Нух выпустил на землю все живое с корабля и предложил сварить суп (цца) из различных зерен. У кого-то оказалось жменька кукурузы, у кого-то пшеница, у кого-то пшено. Все вместе ссыпали в один котел, сварили суп и спасли всех от голода. Нух-фигамбар (пророк) этот день объявил священным и праздничным днем для супа (цца) и назвал его щура. С тех пор потому мы и варим из разных зерен суп щура из семи круп и угощаем всех.
Только люди пришли в себя, змея подходит к Нуху и говорит: «Нух, ты обещал мне позволить есть самое вкусное мясо, когда я своим телом закрыла дыру в корабле». «Хорошо, – ответил Нух, – я сейчас пущу комара, чтоб испробовал и определил чье мясо самое вкусное». Комар полетел выполнять свое поручение. Он облетел всех, возвращается, а навстречу полетела ласточка и поинтересовалась: «Комар, а ну-ка скажи, чье же мясо самое вкусное?» Комар ответил: «Самое вкусное – это человеческое мясо, и змея должна есть только человеческое мясо».
«Что, что ты сказал, комар, я не расслышала, повтори погромче? – переспросила ласточка. Комар раскрывает рот пошире, чтоб повторить громче, а ласточка клювом своим вырывает язычок у комара. Комар прилетает к Нуху, только жужжит и ничего не может сказать. А ласточка приходит на помощь комару и щебечет: «Я знаю, о чем говорит комар?» «О чем же?» – спросил Нух. «Комар говорит, что самое вкусное мясо – это мясо лягушки, и змея должна есть только лягушек». «Так и быть», – ответил Нух и наделил змею есть только лягушечье мясо. Так маленькая ласточка спасла человека от змеи. А змея со злостью ударила ласточку, и хвост ласточки рассекла на две части».
Так сказитель Рауф закончил свою первую легенду и поспешил передать вторую без устали:
«…Какой-то мужчина потерял свою дочь. Ищет и нигде ее не находит. Тогда он обратился к пророку. Пророк ответил: «Ищи ее по ту сторону, откуда восходит солнце». Так и сделал мужчина.
Шел, шел и натолкнулся на прекрасный сад. Каких только фруктов в нем не было. Ему захотелось попробовать. Берет один – червивый, второй – червивый. Обошел весь сад и нашел только одно маленькое яблочко. Удивился и пошел дальше. Шел, шел и встретил высокое дерево. На дереве сидит огромный орел и читает священную книгу – Коран. Внизу, под деревом, лежит мертвец. Орел слетает с высокого дерева, поклюет мертвеца, залетает обратно и продолжает читать Коран. Мужчина удивился и пошел дальше. Шел, шел и наткнулся на собачку. У собаки в животе щенята лают друг на друга. Удивился мужчина и подумал: «Все, что я увидел, неспроста. Это какой-то знак. Скорей бы вернуться домой и обо всем расспросить пророка».
Вскоре мужчина находит дочь, но мертвую, предает ее земле и возвращается домой. Приходит к пророку и рассказывает об удивительных вещах, что он увидел. «Да, – ответил пророк, – ты все это видел не зря. А что это такое, послушай: деревья с червивыми плодами – это люди, которые превратят себя в безнравственных, лживых, не умеющих держать слово. Орел, клюющий мертвечину – это тоже про людей, которые начнут питаться недоброкачественной пищей. А щенята, лающие в утробе матери, – это тоже про людей, которые потеряют родство, уважение друг к другу, нрав. Будут «лаять» друг на друга: сестра на брата, брат на сестру, сын на отца, отец на сына. А тебе, абазину, это показал Бог потому, что вы никогда не обманываете. Всегда держите свое слово. И потому, что вы чистосердечны, открыты. Не теряйте свои обычаи, свой ъадаб-намыс (Высший нрав), свой крар (кърар – честь) и тогда вас сохранит Бог Анчва (Ан). Иди, все, что видел и слышал, расскажи другим народам.
– А я вот, рассказывая тебе об этом, выполняю волю пророка. А ты напиши и тоже донеси до людей», – с ухмылкой добавил койданец.


ПОВЕРЬЕ В ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЬБЫ

«Каждый наречен своей судьбой. Кому предназначена какая судьба – такова она и будет, и тут ничего не сделаешь. Есть Бог судьбы – Лах' (Лахьы), который наделяет каждого судьбой», – говорят мудрые сказители.
В поверьях абазин Бог судьбы – Лахьы считается сильным Богом, решение которого никогда не сможешь изменить.
«Раньше, как гласит поверье, когда Боги и люди жили вместе, судьбу каждого предписывали на его лбу. Верхнюю часть лба можно было открывать, но считалось страшным грехом открывать и заглядывать, чтобы узнать судьбу человека», – говорят сказители.
«… Жила была женщина. Она часто выходила замуж. И, когда вышла замуж в седьмой раз и опять ушла от мужа, отец выгнал ее из дома. Она ушла в лес, соорудила тахIвану (домик в виде норы из различных хворостин). Питалась фруктами и орехами, что собирала в лесу. Вдруг она заболела и, когда женщина почувствовала приближение смерти, вернулась домой. Отец опять не пустил ее в дом, чтобы избавить себя от позора, тогда она обратилась к джьамагIат (Совету старейшин), к совету мудрецов. Мудрецы подумали так: «Бог не разрешает открывать лбы и заглянуть, кому какая судьба предписана, а может этой бедной женщине было предписано выходить замуж семь раз?» Судили, рядили и решили открыть ее лоб и заглянуть. Заглянули, а там ей было предписано выходить замуж семь раз. Тут они осудили ее отца, а женщину похоронили достойно. «Вы осуждаете мужчину, который не поверил в предписание судьбы, а сами переступили через мой запрет – никогда не открывать лбы и не заглядывать, кому сколько предписано, – заговорила уахIйа (небесная сила, божий голос с небес), – я теперь наказываю вас тем, что будут рождаться люди, у которых лбы никогда не будут открываться».
«Так и случилось, но с тех самых древних времен родилась пословица «Замужество не порок», – утверждал сказитель.
«…С самого начала, когда только Боги сотворили множество людей и люди сами начали творить свои судьбы. Богу судьбы – Лахьы (Лахи) это не понравилось и, обеспокоенный этим, послал своего ангела (маляика) распределять судьбы. Ангел возвращается и говорит Богу: «О, великий Бог, не смог я распределить судьбы». «Почему? – спросил Бог. «Да потому, что одни люди красивые, другие страшные. Одни умные, а другие дураки. Одни трудолюбивые, а другие ленивые. Одни воспитанные, а другие нет. Когда я спустился на землю, решил разыскать жилище своего старого знакомого. Смотрю, приближаются ко мне две девушки друг за другом, несут воду на коромыслах. Я подошел к первой девушке и спрашиваю, где проживает мой знакомый. Девушка и глазом не повела, подняла ногу и показала: «По ту сторону», – и пошла дальше. Дождался вторую девушку с ведрами. Я спросил и у нее, где проживает мой знакомый. Девушка поставила ведра, положила коромысло около ведер, побежала, нашла того, кого я искал, и привела ко мне…»
Бог подумал и ответил задумчиво: «Потому я обеспокоен за людей. Вот этой девушке, которая небрежно ногой указала на дом твоего знакомого, предопредели ей самого лучшего парня, а той, которая проявила вежливость, предопредели самого худшего парня в селе. Распределяй судьбы так: умного с дураком, красивого с некрасивым, ленивого с трудягой, и тогда у моих людей будет равномерная жизнь на Земле».
А вы подумайте, пронаблюдайте за людьми… Разве не так живут семьи? Если муж красавец, то жена куцая, как градом побитая. Если мужчина умный, степенный, то жена как бы от моськи рожденная, болтливая, скандальная», – заметил сказитель.
«…Молодого красавца никак не могли женить. Все выбирали и выбирали для него девушек, но он никак не смог выбрать себе девушку.
Приглашает его отец и говорит: «Съезди-ка ты, сынок, в дальнее село к своему другу, может там встретишь свою суженую, погостишь».
Парень приехал к другу. Друг обрадовался, собрал весь аул и устроил целый праздник. Пригласил красавиц из аула и предложил выбрать себе невесту. Три дня и три ночи продолжалось торжество, но парню так и не понравилась ни одна девушка. Гости разошлись, и все легли спать. Ночью парень сквозь сон услышал ржанье своего коня. Он решил, что кто-то хочет выкрасть коня и выскочил во двор. Заглянул в хлев, конь стоит на месте. Смотрит: кто-то в белом одеянии открывает ворота и уходит со двора. Парень догоняет и видит старика. «Ты хотел украсть моего коня?» – спрашивает парень. «Да нет, твой конь на месте. Я и не думал об этом», – ответил старик. «А кто ты такой?» – не угомонится парень. «Я тот, кто предопределяет судьбы. Я был у ваших соседей и предопределил судьбу только, что родившейся девочки», – ответил старик. «А кого же ты предопределил новорожденной девочке?» – спросил парень. «Тебя», – ответил старик и исчез. Парень не мог смириться с такой судьбой. Он подкрался к дому, раскрыл окно, залез и распорол животик девочки и вылез. Рано утром, попрощавшись с другом, уехал.
Прошло еще восемнадцать лет. Парень приехал погостить еще раз к своему другу. Друг опять устроил вечеринку, собрал девушек и предложил ему еще раз выбрать себе невесту.
Вдруг у парня загорелись глаза, как увидел одну из девушек. Он подзывает друга и говорит: «Если я не женюсь на этой девушке, я никогда не женюсь, я просто умру». Договорились и молодую невесту привели в дом. Прошла свадьба. Первая брачная ночь. Девушка разделась, и парень увидел на животе рану. Он вспомнил рану, нанесенную им девушке в младенчестве, восемнадцать лет тому назад…
От предначертанной судьбы не убежишь. У Бога много забот. Изменять судьбы, заново предписывать новую судьбу ему просто некогда, – проговорил сказитель задумчиво, – когда ребенок зачат, через сорок дней Бог предписывает ему, сколько еды он должен съесть за всю свою жизнь. Еще через сорок дней предписывает ему судьбу его, а еще через сорок дней его суженую, и по этим трем предписаниям проходит вся его жизнь. Если не успел во внутриутробном развитии предписать, то предписывает ему сразу после рождения. А затем начинается работа ангелов (маляиков). Когда ребенок родился, через неделю маляики искупали его водой – он будет ученым, грамотным человеком. Если он будет злым, вредным человеком, убийцей, то он будет гореть огнем в первой неделе после рождения. Если маляики (ангелы) надули на него ветерок, то будет брехуном. Если обложили его землей, будет трудягой».
«…Один князь отправился в путешествие. Много видел и много слышал. На обратном пути шел через лес и в лесной чаще увидел дом: «Дай, – думает, – посмотрю на этот дом». Только приблизился к дому, а дом отодвинулся, и так целый месяц не мог войти он в дом. Затем дом остановился, он входит и видит: сидит человек и что-то пишет, не поднимая головы. Князь поздоровался, а он не отвечает, затем начал здороваться на всех языках, а он не поднимает головы и не отвечает.
Тогда князь хватается за оружие, чтобы выстрелить, но оружие не стреляет. Чуть погодя, когда мужчина закончил писать, поднял голову и сказал: «Ты хотел убить меня, но я не боялся, ибо мне Богом предопределено быть распределителем судеб, потому и не боялся. А последнее, что я предписал – это судьбу твоей дочери. Пока ты вернешься, родится дочь. А в твоем доме в прислугах мужчина и женщина, у них родится сын, и он будет твоим зятем».
Князь вернулся сам не свой. Созвал своих приближенных и приказал взять беременную женщину, отвезти в лес и убить. Так и сделали. Когда она умирала, плод вышел из нее. Так бывает. Мальчик оказался живой, начал кричать. Неподалеку паслась коза и услышала плач ребенка. Коза подползла к ребенку и начала кормить. Хозяин козы наткнулся на них и принес мальчика домой. Мальчик вырос, стал красавцем, умельцем на все руки.
Как-то князь пошел на охоту. Поохотился и пришел отдохнуть в дом, который стоял у леса. Князь увидел мальчика и догадался, что это сын его прислуги, который выжил как-то. Тогда князь распорядился срочно отвезти записку в свой дом. Сам же поручил это парню и приказал не читать. Парень – человек чести и благородства, записку князя не прочел. Ночью ему не открыли ворота. Он прилег около ворот с запиской в руке и заснул. От ярких лучей, исходивших от него, просыпается дочь князя и подходит к спящему. Берет из его рук записку и читает: «Убейте этого парня». Она ему в руки кладет другую записку: «Не отпускайте парня, срочно жените его на моей дочери». Так и сделали. Князь вернулся и удивленно произнес: «Да, судьбу не изменишь».
«…Красавица Загидан с мужем и сыном вышли к берегу моря отдохнуть. Смотрят: около пенька, поодаль от них сидит какой-то белобородый старичок и все время пишет, пишет. Загидан попросила супруга подойти и узнать, кто такой этот старичок. Муж Загидан подошел и спрашивает: «Кто ты такой? И о чем все время пишешь?» Старик отвечает: «Я пишу, судьбы распределяю. Вот только что закончил писать судьбу твоего сына, с кем твоя жена сидит на берегу». «И какова судьба моего сына?» – спросил муж Загидан. «Он будет в браке со своей матерью», – ответил старичок и скрылся. Муж вернулся и рассказал все своей супруге Загидан. Она сказала: «Я нарожу еще тебе кучу детей, а этого мальчика убьем, выкинем в море». Они смастерили коробку, посадили туда мальчика и выкинули в море. Мальчика в коробке увидел какой-то рыбак и спас. Взял в дом, где уже было семеро детей. Мальчик вырос, а его семеро братьев и отец умерли. С тоски и печали он начал путешествовать. Шел, шел и набрел на какой-то аул. Он подошел к старикам, рассказал о своем одиночестве. «Раз так, – решили старики, – тут живет одинокая богатая вдова, ты сойдешься с ней, и вместе украсите свое одиночество». Она тоже согласилась, и мудрецы совершили обряд бракосочетания. Перед тем, как парень должен был зайти к ней в опочивальню в первую брачную ночь, из грудей ее полилось молоко. Она прибегает и рассказывает мудрецам, что этот парень может быть ее сыном.
«Как ты могла бы узнать своего сына?» – спросили старики. «У моего сына под правой лопаткой была родинка», – ответила вдова. Проверили и действительно было так.
Да, от судьбы предначертанной не уйдешь», – ответил один из стариков-сказителей задумчиво».
«…В дом к многодетной женщине постучался мужчина и попросил переночевать. «Нет, – ответила женщина, – в доме нет мужчины, да и дети голодные, мне не до тебя. Да и заходить в дом, где нет мужчины, не пристойно. Еще накличешь мне позор». «Нет, не бойся женщина, я ангел (маляик), посланник Бога, наоборот пришел тебе помочь. Сейчас постучат к тебе в окно и попросят помочь роженице. Ты иди, а я посижу с детьми. Что-либо тебе преподнесут, и ты накормишь голодных детей».
Только успел проговорить последнее слово посланник Бога, постучали в окно и попросили прийти на помощь, так как рожает невестка. Она собралась войти, а ангел говорит: «Сначала загляни в окно, а потом зайди к роженице». Женщина так и сделала. Роды прошли успешно, ее одарили продуктами, и она с радостью вернулась и накормила детей.
«А сейчас опять тебя пригласят помочь. Ты сходи, но не забудь, прежде чем зайти к роженице, заглянуть сначала в окно, а потом зайти в дом», – предупредил ангел. Женщина так и сделала. Она вернулась счастливая, что есть, чем кормить детей несколько дней. Тут посланник Бога спрашивает: «Ну, расскажи, что ты видела?» «Когда заглянула первый раз в окно, я видела, как над роженицей стоял красивый мужчина при военных доспехах, – ответила женщина, – а второй раз видела, что над роженицей висел мальчик на веревке лет пятнадцати».
«Первый станет крупным военным, как ты видела, а второй ребенок в пятнадцать лет повесится – такова его судьба», – ответил ангел».
«В народе бытует еще и такое поверье, что Бог дает человеку две судьбы. Одна судьба при жизни, а другая – при ахрате (в потусторонней жизни), в жизни после смерти. Может быть суженый при жизни, он же может быть и при ахрате», – добавил другой сказитель и продолжил:
«…Жил один мужчина с женой очень плохо. Никогда не находил общего языка. Вскоре умирает жена. Он берет троих малолетних детей и идет просить милостыню. Остановился у одного еврея. Он накормил его детей и уложил спать. Еврей обладал способностью предвидеть будущее. Ночью он смотрит на будущее несчастного мужчины и утром говорит ему: «Твоя жена умерла рано из-за того, что вы не были предназначены друг другу. Та, которая должна была быть твоей женой, пасет большое овечье стадо в горах. Стадо охраняется маляиком (ангелом). Вот она будет твоей судьбой в ахрате (в потусторонней жизни). Их просто перепутал ангел. Мужчина решил посмотреть на свою суженую, которая будет в ахрате. Взял своих детей и начал искать девушку-пастушку. Нашел. Она, как посмотрела на него, упала и умерла. Большое овечье стадо маляик (ангел) оставил мужчине и сказал: «Своей жене по ахрату из этих овец сделай поминки» Мужчина сделал поминки и сказал: «Мать моих детей была мне женой при жизни, а по ахрату (в жизни после смерти) тоже умерла. Я больше не женюсь, буду ждать смерти и свою суженую на том свете…»
«…Как-то раз Бог предопределил судьбу незаконнорожденной девочке, родившейся на востоке с единственным сыном царя, проживающего на западе. Тут один из ангелов (маляиков) был удивлен такому предопределению судьбы, собрал всех лесных зверей и сказал: «Я удивлен поступком Великого Бога. Он распределил судьбу двух людей, находящихся на таком расстоянии. Сможет ли кто-либо из Вас сломать эту судьбу?» Все отказались, не пошли против Бога, а орел-гриф согласился. Гриф выкрал незаконнорожденную девочку в люльке и спрятал в лесу. Прошло восемнадцать лет. Царевич путешествовал по всему миру. Как-то на востоке остановили корабль. Царевич вышел на палубу и увидел прекрасный лес. Решил прогуляться по лесу. Вошел в лес и начал бродить. Вдруг услышал шум на вершинах деревьев. Посмотрел наверх и увидел человека, ловко скачущего по веткам. Человек скрылся в какой-то большой норе. Царевич поднялся на дерево, добрался до норы, заглянул, а там девушка-красавица вся в изысканных перьях. Он берет за руку девушку и выводит из норы. К этому моменту подлетает гриф и видит все это.
Гриф начал неистово кричать на весь лес…»


ПОВЕРЬЕ В ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЕ СЧАСТЬЯ

Есть такое поверье, что счастье спускается с небес. Бог через своих ангелов (маляиков) и по божьим законам счастье в семье привязывает к кому-либо из членов семьи, может привязать к дому или к хлеву, или даже к какому-либо из членов семьи. Один старик рассказал такое поверье:
«…Как-то раз Бог приглашает к себе ангела (маляика) и говорит: «Спустись на землю и раздай счастье нашим людям». Ангел спустился и начал присматриваться, кому же подарить счастье. Он заглянул в одно окно и видит: лежит женщина в грязи и спит. Посуда грязная, дети грязные, сама грязная. Мухи ползают кругом. Затем заглянул ангел в другое окошко и видит: женщину в чистоте, уюте. Сидит всю ночь, то прядет, то вяжет, то шерсть перебирает, варит еду – все успевает. Ангел растерялся, призадумался и не знает, кому же из двух женщин подарить счастье. Так и не смог решить что-либо и обратно взлетел в небеса.
Приходит к Богу и говорит: «О, великий Бог, не смог я выполнить твою просьбу. Не смог людям предопределить счастье». «Почему? – удивился Бог. «Да потому, – ответил ангел, – заглянул в одно окно, а там женщина утопает в грязи и спит. Заглянул в другое окно, а там женщина в чистоте и порядке и всю ночь работает, работает. Так кому же я мог подарить счастье?» «Да, – ответил Бог, – ты должен был подарить счастье грязнуле несчастной, чтобы совсем не пропала. А другая трудолюбивая – сама своими руками добудет себе счастье. Так сохранится мой род человеческий».
«Присмотритесь, присмотритесь внимательнее, а разве в жизни не так? А разве счастье не у того, от кого не ожидаешь?» – улыбаются сказители и продолжают:
«…Жили, были старик со старухой. У них был единственный сын. Вскоре его женили.
Как-то раз старик встал ночью и около ворот на снегу увидел следы. Стал идти по следу, подумав: «А может невестка не верна моему сыну?» След идет и он за ним. «В чем же тут дело, – подумал старик, – почему я вижу след, а чьи это следы не вижу?» Не выдержал старик и заговорил со следом: «Кто ты такой? И что ты преследуешь?» «Я тот, который раздает счастье. Могу и тебе подарить счастье. Могу и богатство, выбирай, что хочешь. Можешь пойти и посоветоваться со своей семьей».
Старик возвращается в дом и рассказывает семье о случившемся. Старуха говорит: «Мы с тобой уже постарели, зачем нам ждать еще какого-то счастья, лучше пусть нам даст богатство». Сын тоже поддержал мать и согласился на богатство.
Старик обратился к невестке:
– Невестушка, почему ты молчишь? Сгвагва (сгого)', скажи и ты свое мнение?
– Дада, если вы мне позволите выразить свое мнение, то хочу сказать, что богатство, как роса, покажется и исчезнет. Сегодня оно есть, а завтра его не будет, нам нужно счастье, которое никогда не иссякнет.
– Ты, сгвагва2 (сгого), права, – ответил старик.
Ночью появился опять след. Старик пошел за ним, так они дошли до окраины села и тут след заговорил:
– Ну, что, старик, что предопределить тебе: ум, счастье или богатство?
– Мне не нужно богатство, верни в мой дом ъадаб-намыс (высший нрав, честь), счастье и ум.
– Хорошо, старик, – ответил след, – я тебе возвращаю счастье, ъадаб-намыс и ум. Ты правильно сделал, что послушал невестку, счастье в твоем доме привязано к невестке.
С тех пор в доме у старика согласие и уважение друг к другу, счастье».
«Присмотритесь внимательнее, а разве семья, где есть любовь и уважение друг к другу, взаимопонимание, не счастлива?» – повторяются сказители.
Как гласит поверье, счастье иной раз само сбегает от ангела (маляика) и идет с радостью в тот дом, где любовь, согласие и взаимопонимание. Само счастье завидует такой семье и остается в этой семье.
«…Жил да был один мужчина. Он был очень счастлив во всем. Богатство все прибавляется да прибавляется, не знает, куда деть. Он идет к ангелу (маляику) и спрашивает: «Что же мне делать? Куда деть столько счастья? Счастье все прибавляется да прибавляется?!» Ангел послушал и ответил: «Возьми себе еду на месяц, попутешествуй и возвратись».
Мужчина так и сделал. Возвратился, а тут счастья хоть отбавляй! Он опять пришел к ангелу и говорит:
– О, великий посланник, что же мне делать? Я был в путешествии месяц, как ты мне предложил, вернулся, а тут счастья видимо и невидимо! В чем же тут дело?
– Скажи, – спрашивает ангел, – когда ты ел, ты подбирал крошки с того местечка, где ты ел?
– Да, подбирал и не оставлял ни крупиночки. Этими крупинками подкармливал птичек.
– Да кто тебя осмелится сделать несчастным, ты никогда не будешь несчастным, если ты к птице относишься так бережно. Каждый свое счастье кует сам, – ответил ангел, – кто стремится быть счастливым, тому и Бог дает…»
«…После смерти жены мужчина остался с дочерью и вскоре женился. В дом привел женщину с дочерью. Вскоре падчерица, дочь мужчины, начала худеть. Добрые соседи это приметили, взяли девушку и отвели к мудрецу – (уасаражв). Старик посмотрел на девушку и сказал: «Она худеет потому, что не доедает, но лучше всего отведите ее на свадьбу. Тут недалеко свадьба, там мудрая невестка, она расскажет, что ей делать». Так и сделали. Невестка как увидела девушку, подозвала к себе и сказала: «У Вас во дворе растет дерево, твоя мачеха зарыла под деревом порчу. Как только дерево засохнет, ты умрешь. Чтобы этого не случилось, отведите ее туда, где расходятся семь дорог, и попросите Бога, чтобы сохранил тебя и дерево. Но твое счастье привязано к твоему башмачку, помни об этом и никогда не теряй свои башмачки».
Вскоре добрые люди отвели девушку к разводу семи дорог, где она попросила Бога дать счастье, здоровье и сохранить дерево во дворе. Возвращаясь домой, она потеряла башмачок.
Через несколько дней слух «растекся» по семи ущельям: принц нашел башмачок и ищет, кому он подойдет. Как только об этом услышала мачеха, заставила спрятаться падчерицу под корыто. Принц не обошел и их дом. Вошел во двор. Ему навстречу мачеха с дочерью. Но башмачок оказался маленьким.
Только собрался принц выйти со двора, как корыто зашевелилось и кто-то чихнул под корытом. Он удивился, поднял корыто, а там девушка-красавица. Она, как увидела свой башмачок, попросила вернуть. Принц одел ей на ногу и башмачок, и он ей как раз пришелся.
Вместе с башмачком он забрал ее в свое царство…»
Роль женщины в народных поверьях высока. Народ верит, что счастье рода, семьи зависит только от благодатной и мудрой женщины в доме, от которой исходит обилие и доброта.
«Дай нам невестку, от которой исходит обилие и мудрость, а не такую, у которой в ладони засыхает пища» («О! АллахI, хIнатIа данцIа абаракьати, акъыльи гIазшIыхIвау; данумцIан-арызкъы знапIыцIагIва»),– говорят абазины.
«…Муж и жена собрали деньги и решили купить хорошую корову. Муж поехал на базар, купил хорошую корову и идет домой, радуется счастью.
Вдруг откуда ни возьмись, появился всадник на красивой лошади с прекрасным снаряжением. Поздоровались, всадник спрашивает:
– Где ты был?
– Да вот, впервые купил корову и с радостью иду домой.
– Да зачем тебе корова, – отвечает мужчина, – с одной коровой разве разбогатеешь? Лучше давай поменяйся со мной. Будешь иметь лошадь – будешь иметь все.
Мужчина подумал и решился обменять свою корову на лошадь. Едет на прекрасной лошади, с золотыми сбруями, радуется, не нарадуется. Вдруг, откуда ни возьмись, едет всадник, а на голове шапка из золота.
Поздоровались, и всадник спрашивает: «Где был, что видел?» Мужчина рассказывает, что он купил корову, поменял на лошадь, а всадник говорит: «Зачем тебе лошадь. Имея одну лошадь, когда ты разбогатеешь? Лучше поменяйся со мной. Я тебе дам свою шапку из золота, а ты мне лошадь».
Мужчина подумал и согласился. Идет домой и думает, как он продаст золотую шапку, купит и корову и лошадь. Устал и спустился к речке напиться воды. Нагнулся, шапка падает с головы, и ее уносит река.
Тут мужчина понял, что всего лишился, идет домой печальный.
А у окраины села, где всегда собираются мудрые старики, ждут его односельчане, чтобы посмотреть на корову и достойно оценить. Мужчина подошел к ним и рассказал о беде, которая с ним приключилась. Старики подумали и сказали: «Это не зря так приключилось с тобой. Бог хочет дать нам какой-то знак. Это знаковое явление». Самый мудрый из мудрых говорит ему: «Расскажи все, что с тобой приключилось своей жене. Если она проявит к тебе мудрость, мы восстановим тебе и лошадь, и корову, и шапку, но ты говори с ней так, чтобы мы слышали».
Мужчина пришел домой, сел около забора-плетенки, где можно услышать все, о чем говорят.
Подозвал жену, она подбежала радостная и спрашивает:
– Дорогой, где корова?
– Я купил корову, но по дороге поменял на лошадь.
– Ой, какое счастье, а где же лошадь?
– Я лошадь поменял на золотую шапку.
– О, какое счастье! А где же золотая шапка?
– По дороге домой я захотел попить воды, спустился к речке, нагнулся выпить воды, и шапка слетела с головы, упала в речку и вода унесла шапку.
Женщина вскочила, обняла голову мужа и сказала: «Дорогой, ты живой, здоровый, вернул свою голову домой – это счастье, а все остальное мы еще наживем.
Старики за забором послушали женщину, вошли во двор, подозвали мужа и жену и сказали: «Бог еще раз показал нам, что счастье в доме связано в семье с женщиной, и мы выполним свое обещание». Так ему подарили старики корову, лошадь и золотую шапку…»
«…Как-то маляик (ангел), предопределитель счастья, остановился переночевать у одного старика, сдружился с ним. Ангел и решил чем-то отблагодарить и спрашивает у старика:
– Что тебе подарить: скот или счастье?
– Зачем мне счастье, дай мне скот.
Ангел так и сделал. Вскоре у старика пал скот, и он остался ни с чем.
Второй раз предложил ангел старику:
– Что тебе дать: овец или счастья?
– Зачем мне счастье, дай мне овец.
Так и сделал ангел, но вскоре пали овцы и старик опять остался ни с чем.
Третий раз ангел предложил опять на выбор: лошадей или ъадаб-намыс (высший нрав).
Старик ответил: «Нет, мне твой ъадаб-намыс (высший нрав) не нужен, дай мне лошадей». Ангел так и сделал. Вскоре лошади пали, а ангел исчез, и старик опять остался ни с чем. За всем этим наблюдала невестка старика. Она обратилась к свекру: «Дада, тебе маляик (ангел) хотел счастья и благополучия, а ты отказался». Старик понял свою ошибку, кинулся искать ангела, а его нет. Стал искать везде – нет. Вышел со двора, начал искать, нет ангела нигде. Тут старик вспоминает, что он – ангел, может видеть его и начал звать его:
– Ангел, ты здесь?
– Здесь, – отвечает ангел и отходит, а старик за ним.
– Ты здесь, ангел? – спрашивает старик.
– Здесь, – отвечает ангел и отходит.
Так ангел завел в огромный сугроб старика и крикнул:
– Ну, что тебе, старик, лошадей, коров, овец или счастья.
– О, маляик, я знаю, что не понял твоего добра ко мне, дай мне адаб-намыс (чести и благородного нрава), не нужно никакого богатства и верни меня домой.
Когда старик стал соблюдать ъадаб-намыс (высший нрав), пришло к нему счастье…»


СИЛА ЛЮБВИ

«С любовью не считаться нельзя, – несчастен и подобен больному тот, на кого упала искра любви. («Абзибарала швымхъвмарин, дрыцхIапI, ачымазагIв дигIвызапI абзибара ачIвец гIазквшваз»)», – говорят старики.
Многочисленные пословицы и легенды о любви, сохранившиеся в народе, из бездны времен говорят о силе любви. Вот некоторые из пословиц: «Любовь – дура!» («Абзибара лагапI»); «Кто не знает любви, тот несчастный» («Бзибара зымдыруа дрыцхIапI»); «Велика сила любви» («Абзибара акъару дупI»).
Редко какой матери нравится выбор сына, а сыновья всегда отвечают своим матерям так, как в этой маленькой бывальщине:
«…Молодой парень привел в дом невестку. Мать, как увидела невестку, ахнула: «Сынок мой несчастный, как мог ты жениться на такой некрасивой?» «Матушка моя родная, посмотрела бы ты на нее моими глазами», – ответил сын».
«…Недалеко друг от друга жили две семьи. Одна была богатой, другая многодетная бедная семья. В богатой семье росла красавица Лейла, а в бедной семье красавец Хабас. Молодые полюбили друг друга. Ни дня не могут жить друг без друга. Вскоре отец девушки узнает об их любви и, не пожелав дочери такой судьбы, переехал в другое место. Хабас тоже решил уехать и больше не возвращаться в родной аул, где нет Лейлы. Сельчане решили попрощаться с Хабасом, собрались, и один из мужчин говорит: «Что ты нас покидаешь из-за нее. Да и не красавица Лейла вовсе, с козьими глазами». Хабас, как это услышал, никуда не стал уезжать, а ушел в лес к козам. Для них косил сено, ласкал и целовал глаза, которые напоминали ему Лейлу, так козы привыкли к нему, и со временем появилось огромное стадо.
Как-то раз забрели к нему охотники и удивились. Разговорились, и Хабас рассказал о своей любви к Лейле. Один из охотников оказался ее мужем. Он спрашивает: «Если мы тебе покажем Лейлу, что ты нам дашь?» «У меня только козы, и их вы получите». Привели к дому Лейлы Хабаса с козами. Они, как увидели друг друга, потеряли сознание. Он пришел в себя и ушел со двора, а козы возвратились вслед за ним.
Хабас попрощался с козами и начал скитаться в поисках работы. Вскоре находит одного князя, который хотел обучить своих детей грамоте. Хабас знал грамоту и согласился. Обучает детей и после каждого тяжелого вздоха произносит: «О, Лейла!» Дети тоже начали после каждого вздоха произносить: «О, Лейла!» Князь обратил на это внимание, объяснился Хабас с князем, в чем тут дело. Князь пожалел Хабаса и решил взять с собой в Хадж. Приехали в Хадж, князь говорит: «Прежде чем переступить порог Хаджа, Хабас, надо попросить у Бога все, что хочешь, и все сбудется». Хабас так и сделал: прежде чем переступить порог Хаджа, он громко воскликнул: «О, Аллах! Возвеличь мою любовь к Лейле в семь раз». Аллах услышал слова Хабаса, возвеличил его любовь к Лейле. Хабас не выдержал и сгорел от любви.
Вскоре, услышав об этом, Лейла уезжает в Хадж и также просит Аллаха, и Лейла сгорает от любви. Ее похоронили рядом с Хабасом. На их могилках выросли в обнимку два прекрасных деревца».
«От любви можно сгореть», – гласит пословица.
«…Был один горец, который кроме плохого ничего хорошего не делал: грабил, убивал, обманывал и уже в преклонном возрасте призадумался: «Как же мне быть? Ведь на том свете мне это не простится, спросят сполна. Как же искупить свои грехи?» Решил посоветоваться с мудрецом. Мудрец говорит ему: «Пойди и у трех дорог разложи костер, в огромных котлах вари вкусную еду и угощай всех, кто проходит, никого не пропускай, пока не испробуют твоей еды. Горец так и сделал. Варит вкусную еду, всех угощает, всех благодарит за то, что испробовали его пищу, и так две недели. К концу второй недели едет всадник, спешит. Горец с трудом остановил всадника и просит его, чтоб попробовал его угощения, а затем проехал. Всадник отпирается, не хочет, кричит, что спешит, что ему срочно надо ехать. Всадник с трудом вырвался и поскакал. Горец разозлился и выстрелил ему в спину и убил. Затем приходит к мудрецу и говорит: «Я не смог сдержаться и опять убил человека». «Нет, ответил мудрец, – ты искупил все свои грехи, убив этого всадника. Он спешил разнять двух влюбленных, созданных Богом друг для друга. Ты убил его и сохранил любовь, и Аллах простил все твои грехи. Силу любви так ценит Всевышний».
«…В каком-то княжестве жил один парень небывалой красоты. Единственный сын вдовы. Бог одарил его еще силой, трудолюбием. О том, что он стрелял метко и был прекрасным наездником, говорили все как о каком-то чуде. «Ты достоин княжеской дочери», – говорили ему. А князю и его дочери говорили о нем, как о самом достойном и прекрасном юноше. Юноша решил принять участие в конном состязании, объявленном князем, и заодно посмотреть на девушку, дочь князя, которую все ему предрекают. Он принял участие в конном состязании, победил и преподнес девушке свой приз. Он потерял голову, как увидел ее. «Я полюбил тебя так, что готов для тебя сделать все. Я готов ради тебя каждый день проводить конные состязания», – говорит ей. «Я не верю, что ты меня так сильно полюбил, – ответила девушка, – но раз ты готов сделать все, даю тебе первое задание: далеко-далеко стоят рядом две высокие горы. Они все время качаются. Но за этими горами маленькая поляна. На этой поляне растут цветы, которые издают прекрасные звуки. Я хочу, чтоб ты такими цветами, издающими прекрасные мелодии, украсил мой двор, и тогда я выйду замуж за тебя».
Все слышали о таких цветах. Все знали, что это опасное дело, но что делать, парень без ума от любви с первого взгляда.
Много ли шел, мало ли шел, но парень добрался до качающихся скал, залез, перелез скалы и нашел поляну с цветами, издающими прекрасные мелодии. Он, сохраняя каждый лепесток, вырыл цветы с корнями. Держа одной рукой цветы, обратно перелез скалы и принес цветы княжне – возлюбленной и посадил их. Утром княжна проснулась от какой-то прекрасной мелодии. Посмотрела: цветы за ночь разрослись так, что покрыли весь ее двор и издают небывалые прекрасные звуки.
Парень пришел к ней. Все ждут с нетерпением ее согласия. А она говорит: «Ты выполнил мое первое задание, а теперь тебя ждет второе: где-то в далеком лесу живут птички, птички-певички, которые говорят на человеческом языке. Они очень страдают за своих птенцов. Их съедает коршун. Помоги птицам, убей коршуна и привези мне птичку-певичку и дай мне послушать, вот тогда я выйду за тебя замуж».
Мало ли шел юноша, много ли, но дошел до поющих птиц. Спрятался, выследил коршуна и убил. Птички окружили парня и говорят: «Ты спас наш род, проси у нас что хочешь». Он попросил, чтоб несколько птичек прилетели в сад к княжне и дали ей послушать их пение. Птички с радостью выполнили просьбу парня.
Утром просыпается княжна от пения птиц. Народ собрался и слушает прекрасное пение птиц. Парень подошел к своей любимой.
«Ты выполнил мое второе задание, а теперь жди третьего», – сказав так, зашла к себе. Парень ждал три дня и три ночи. Девушка выходит и говорит: «Если ты так любишь меня, докажи еще раз – вынь сердце матери из груди и принеси мне на ладони».
Все опечаленные разошлись, такого задания никто не ожидал, не ожидал и парень. Он вернулся домой. Места себе не находит. Мать заметила и спрашивает: «Что с тобой, сынок?» Он объясняет ей всю свою печаль. «Что же делать, сынок, придется тебе вынуть мое сердце и отнести любимой девушке, бери мое сердце». Парень вынул сердце, положил на свою ладонь и несет девушке. Тут неожиданно он споткнулся и чуть не упал, а сердце материнское на ладони заговорило: «Что с тобой, сынок, ты не ушибся?»
Тут парень очнулся, осознал, что одолела колдовская сила любви, вернул сердце матери и пошел к девушке рассказать, что не смог выполнить третье задание.
Пришел и видит: птички-певички улетели, цветы в саду завяли, а ее красавицу не узнать – вся сморщенная, жалкая, страшная. Все поняли, что Бог наказал ее за третье задание.
Парень взял ее за руку и сказал: «Это божье испытание. Мне Бог вселил любовь к тебе, и я не отказываюсь от своей любви к тебе».
«…У дороги, в тех же местах на Кавказе, мы наткнулись на большой камень. Мои путники начали внимательно приглядываться к камню. Я тоже присмотрелся к камню и определил по виду двух обнявшихся людей. По реакции моих спутников я понял, что камень носит в себе какую-то легенду и попросил их рассказать.
– Это случилось очень давно. Когда русские еще не знали о Кавказе. На юге турки еще не знали о нас, а только любовались нашими горами. Горы как бы нас прикрывали. Абазины жили тогда богато, все восхищались их мужеством. Другие народы, проживающие рядом с ними, их ценили и уважали, приезжали к ним с дорогими подарками. Об их мужестве рассказывали все.
У абазин тогда был князь Асланбек. Он был богат, своими прекрасными лошадьми, прославлял Кавказ.
Но больше говорили о его красивой дочери. О ее красоте говорили везде, по семи ущельям. Каждый мечтал увидеть дочь князя Асланбека. Звали красавицу Лана. Многие сватали, предлагали много приданого, но Асланбек был непреклонен. Он все гордился своей дочерью.
В этот период в районе села Эльтаркач жил один бедный абазин. Он делал оружие, изделия из серебра и металла и этим жил. Можно было днями любоваться его изделиями. Асланбек услышал о нем и пригласил к себе в дом, чтобы выполнить различные заказы. Звали его Туган. Он как-то раз увидел Лану и полюбил ее. Тайно от всех начал делать ей прекрасное колье из бриллиантов и жемчуга, обрамленное серебром. Бриллианты и жемчуга он выкупил у грабителей, которые когда-то ограбили фарсов (персов) – путешественников. На один бриллиант, самый большой, который приделал к середине ее колье, невозможно было смотреть – так блестел.
Когда закончил, он встретил Лану и повесил ожерелье ей на шею. Она тоже полюбила Тугана. Они решили сбежать в сторону моря, знали, что отец Ланы никогда не разрешит им быть вместе. Они встречались у родника среди кустарников. Вскоре слуга Асланбека Дубар это заметил и раскрыл тайну их любви. Они в этот же день встретились у родника среди кустов и сбежали. Отец и слуги поскакали за ними. Туган и Лана выбежали из кустов и побежали в сторону густого леса. До леса было далеко, а скакуны бежали быстро. «Убей меня! – вскрикнула Лана, – Все равно мне не жить без тебя!»
Туган поднял ее, и они стали бежать быстрее. «Оставь меня и беги, спаси себя, – кричала Лана, все равно нас убьют». Тут Туган повернул на юг в сторону солнца, чтобы лучи солнца попадали в глаза лошадей Дубара и Асланбека. Лучи солнца, заставили лошадей замедлить шаг. Туган с Ланой стали бежать берегом, чтобы от мелких камней лошади замедлили шаг. Вскоре Дубар решил не бежать берегом, а бежать поперек и перерезать им путь. Туган это увидел и понял, что не смогут спастись. «Ты меня любишь, Лана?» – спросил Туган. Лана не ответила. Она сильно обняла и поцеловала его. Туган снял с ее шеи ожерелье и разбил его о камень. Они обнялись и застыли. Дубар и ее отец наткнулись на большой камень…


МШРАЖВ – ЗАПРЕТНЫЙ ДЕНЬ

У каждого абазинского рода был один день запретным днем. Называть эти дни запретными, наверное, будет неправильным, скорее всего правильнее будет их назвать почитаемыми днями, где в честь какого-либо дня запрещалось роду что-то делать.
Вспоминает Кунижева Куля (108 лет) из аула Псыж: «…Запретные дни (мшражв) устанавливали мудрые старики, которые обладали ясновидением или какой-то тайной мироздания, известной только им самим: только они знали, как входить в контакт с высшими силами, перед которыми они преклонялись. К сожалению, это все не дошло до нас. Они же устанавливали запретные дни в силу обстоятельств, возникших по какому-либо несчастью.
У разных родов запретные дни совпадали. Один и тот же день мог быть запретным у нескольких родов. Я помню, наш запретный день совпадал с запретным днем Джанаевых. По вторникам нашему роду, роду Кунижевых, запрещалось дотрагиваться до шерсти (не пряли, не вязали, не чесали шерсть). Не выносили мусор и золу со двора, не стирали. В этот день прятали мыло далеко, чтобы кто-то ненароком не постирал. В этот день ничего из дома нельзя было выносить, особенно муку, сито. Кроме запретного дня у нас – Кунижевых, считали плохой приметой раздавать, одалживать яйца, живую птицу. Однажды я вывела много индюшек, увидела это моя соседка и попросила одну наседку для разведения. Я ей обещала дать последнюю наседку, как только выведутся цыплята. Свое обещание я выполнила, но с тех пор в моем доме не стали выводиться цыплята. Попыталась несколько раз купить цыплят, но все напрасно: до утра ни один из них не доживал. Нам определили запретный день после того, как убило молнией Кунижева Мухамеда. Табу наше строго настрого должны были соблюдать и наши невестки. Когда-то одна из наших невесток нарушила заведенное правило и отправилась в запретный день стирать белье к своей сестре, которая была замужем за Муковым. Вернувшись домой с постиранным бельем, едва успела его развесить, как вокруг все потемнело, загремел гром, ударила молния и убило двух кунижевских девушек, сидевших под навесом за вязанием. С тех пор и наши невестки начали соблюдать Кунижевские табу. У рода Куловых запретным днем считался тоже вторник. В этот день они не расчесывались, никому ничего не дарили, начиная от иголки и куска хлеба. Если в этот день что-то выносилось из дома (двора), считалось, что с этим терялось нечто большое и значимое. Вот все, что я помню».
Вспоминает Тезада Тхайцухова: «По понедельникам Тхайцуховы не белили, не стирали, не сеяли, не сажали. Нам, Тхайцуховым, было вообще запрещено сажать красный горький перец. Семена всходов не давали, а нарушение этого запрета могло повлечь за собой для нашего рода беду. Очень хорошо помню, что Шовгеновым запрещалось брать в руки головешку горячую, горящую спичку, угольки из печи. Из рук Шовгеновых всегда возгорался пожар. В своем собственном доме самим с собой были очень осторожны. Запретным днем у Кишмаховых была пятница. Они по пятницам не выносили золу со двора. Кишмаховы еще отличались тем, что никогда не говорили неправду. Старики часто говорили: «Хочешь узнать правду, иди к Кишмаховым». Лечиться всегда ездили к ашхараовским абазинам. Там был абазинский род – Цикисовы, они обладали способностью лечить людей (азагIвазара рылан). Хачуковы могли лечить плачь ребенка. Знали заговор от плача, но кто-то из хачуковских стариков, который знал заговор, умер и не успел передать по наследству. Хачуковы никогда не разводятся (мужчины) с женами, а зятья бывают неудачные. Хутовым по понедельникам запрещалось шить и выходить из дома. Кто выйдет из дома, с ним приключалась какая-то беда. Туговы и Мхце по средам не расчесывались и не выносили мусор. Мамхяговы по средам не белили».


ГАДАНИЕ (ЛАХЬБАГА)

Гадание возникло, скорее всего, со времени язычества, когда существовало поклонение злым и добрым Богам. Как и у многих народов Кавказа, у абазин распространено гадание на фасоли. Есть большие знатоки, которые могут на фасоли предугадать будущее.
Было распространено гадание на бараньих лопатках, а сейчас вряд ли можно встретить умеющего читать баранью лопатку. После рассказов стариков приходишь к такому мнению, что лопатка баранья служила каким-то экраном для тех стариков, которые обладали способностью контактировать с высшими силами, ясновидением.
Рассказывают родственники Пазова Музакира – бывшего кадрового офицера: «…В июне месяце 1943 г. он приехал на побывку к своим родствен-никам. Вечером его дядя, Пазов Мыза, зарезал овечек в честь племянника. Все собрались на торжество. К концу торжества собравшиеся попросили старика посмотреть баранью лопатку, ибо все знали, что он знаток. Мыза посмотрел и сказал следующее: «Как можно быстрее и побольше запасайтесь продуктами». Затем он спросил племянника, кадрового офицера, когда он должен возвратиться на службу. «Через три дня»– ответил племянник. На это старик ответил так: «Если возвратишься через 5 дней, останешься живой, и тебя за это не накажут, будет большая война».
Племянник тут же начал собираться, объясняя всем, что он нужен будет там, если будет война. Но старик крикнул на него: «Ты останешься живой и принесешь больше пользы фронту, чем ты бесцельно погибнешь!» Слово старшего было законом, и он задержался на пять дней. Через три дня объявили войну. Он отстал от своей части, которая погибла полностью. Его направили в другую, где отвоевал всю войну и дошел до Берлина. Вернулся живой и невредимый. Вот так по овечьей лопатке могли все предвидеть…»
По поводу умения гадать на овечьей лопатке бытует много бывальщин, вот одна из них: «…Молодой парень после женитьбы возвратился на свою кошару, к месту постоянной работы. Вечером в честь молодожена старшие пастухи зарезали овечку. После трапезы решили посоревноваться, кто лучше умеет гадать по лопатке. Сначала взял лопатку один из стариков, посмотрел на лопатку и сказал молодожену: «К сожалению, твоя молодая жена сегодня ночь проводит не одна. Рядом с ней, вижу, лежит молодой мужчина. Тогда лопатку берет второй старик, смотрит и говорит: «Нет, он не прав. Да, твоя жена не одна, рядом с ней лежит не мужчина, а ребенок, мальчик». Тут оба знатока поспорили. Молодожен обратился к ним с просьбой разрешить спуститься в аул, посмотреть и разрешить спор. Они согласились. Молодожен прискакал к себе в дом. Зашел к молодой супруге и видит, что она спит с пятилетним мальчиком, со своим младшим братиком, которого привели навестить свою сестру. Молодожен вернулся на кошару и разрешил спор между двумя знатоками по гаданию на овечьей лопатке…»
Самым сильным гаданием, как вспоминают старики, было гадание по печени и почке овечек. Тут предсказывалось все: от неурожайных годов, природных катаклизмов, войн.
Ну, а суженого определяли через церемонию «смотрения в зеркало» («гIвыгатапшы»). Так еще определяли, живы или нет родственники, находящиеся на фронте.
В этих целях использовали молодую непороч-ную девушку, укладывали в постель и перед ней ставили зеркало. Она должна была заснуть, смотря в зеркало и проговаривая: «Зеркало, зеркало, покажи моего суженого» или: «Зеркало, зеркало, скажи, живой ли мой отец или уже погиб на фронте». Чтобы увидеть суженого, с двенадцати ночи заглядывали в колодец. Были и такие знатоки, которые по звездам определяли кто, когда выйдет замуж, женится и когда лучше сыграть свадьбу.


В ДОМЕ МОЛОДАЯ НЕВЕСТКА

У абазин есть такое поверье, что в молодоженов влюбляются злые духи, влюбляются в их красоту и молодость. Злой дух (мужского пола) может полюбить молодую невестку, после чего она может заболеть и отказаться от супружеских обязанностей и не подпускать к себе молодого супруга. Такое может случиться и с женихом, поэтому, прежде чем завести невестку в опочивальню, все четыре угла обстреливал дружок жениха. Всю первую брачную ночь стреляли вокруг дома, чтобы злые духи не позарились на молодоженов. У порога опочивальни жгли серу. В надворный туалет невестку вели, обкуривая ее серой. Сейчас жгут спички внутри и около нее, а, если есть сера обкуривают туалет. Сера и только сера может остановить злых духов, которые практически не переносят ее запаха. Клали и кладут молодой невестке под подушку священную книгу – Коран.
«Брать в дом благодатную невестку, от которой исходит обилие (берекет) – хорошая примета. А как же узнать, какая же невестка будет благодатной. Пословица гласит: «Смотри на мать и женись на ее дочери» («Ан уылпшыта апхIа дгIаг»). И это правда, девушка всегда похожа на мать и характером, и душой. У устоявшейся женщины, прожившей жизнь и воспитавшей детей, народ видел, что она представляет из себя», – убеждает старик и продолжает свой рассказ.
«Бог часто в уста младенца вкладывает многое из того, что может случиться, и особенно по отношению к молодой невестке. Поэтому надо всегда прислушиваться, о чем говорят младенцы. Я расскажу тебе об одном случае из жизни», – говорит сказитель и вспоминает маленькую бывальщину:
– В доме молодая невестка, все готовятся к свадьбе, около печи сидит и греется старик, у которого на коленях мальчик. Вдруг запели горящие головешки в печи: «Цу-у-у!» Мальчик вскрикнул: «Я знаю, о чем поют головешки». «О чем, внучек?» – спросил дед у него. «Они поют о том, что молодая невестка – источник несчастья (уагIвырсыз)».
После свадьбы умер дед и пал скот…»
Выбору невестки народ придавал и придает огромное значение и потому в народе бытует много бывальщин. И вот, что передал сказитель из а. Псыж Рауф Молхозов:
«…У одного отца было три сына. Когда он заболел, собрал своих сыновей и объявил о своем завещании. «Я скоро умру, после моей смерти ведите себя достойно. Оплакивать, страдать чересчур не надо. Все мы умрем, а пройдет год, женитесь, только не берите в жены тех, которые проживают рядом. Советую посетить самых старших из трех сел, и женитесь на тех, кого посоветуют старики».
Прошел год. Старший сын решил не нарушать завещания своего отца. Он поехал в ближайший аул – Гвым (Красный Восток), спросил, кто старший в селе и остановился у него. Гостил три дня. Хозяин дома, по обычаю, у него ничего не спрашивал. По истечении трех дней старик – хозяин дома спросил: «По каким делам ты приехал, сынок, что тебе нужно?» Молодой человек ответил: «Я выполняю завещание своего отца. Он завещал посоветоваться со старшими трех аулов и затем выбрать невесту. Пришел к Вам, как к старшему из этого села». Старик, к кому приехал молодой человек за советом, выглядел гораздо старше своих лет, был очень морщинистый и седой. Он ответил: «Сынок, спасибо, что ты выполняешь волю отца. Проживешь жизнь счастливо и спокойно, не спотыкаясь, но в ауле Кубина живет старик гораздо старше меня. Спроси у него, кого брать в жены, он направит тебя на праведный путь». Молодой человек поблагодарил за гостеприимство и поехал в Кубину. Старший в ауле Кубина был родным братом старика из Красного Востока, где гостил парень.
Молодой человек погостил в Кубине три дня и после этого рассказал, как гостил у его брата в Красном Востоке и зачем ездил туда. Старший из Кубины послушал и сказал: «А наш старший брат живет в селе Дударуковском, он и направит тебя на более праведный путь».
Парень поехал в село Дударуковское, погостил три дня, и старший из братьев спросил: «По каким делам ты приехал, сынок, что тебя волнует?» Он также рассказал о цели своего приезда. Тогда старший из братьев, проживающий в селе Дударуковском, ответил: «Спасибо, что выполняешь завещание отца, но, прежде чем ответить мне на твой вопрос, мы с тобой съедим холодный арбуз из подвала». Позвал свою жену и попросил: «Спустись в подвал и принеси один холодный арбуз». Старуха принесла арбуз. «Этот арбуз не холодный. Иди и принеси другой», наказал старик и еще раз жену послал в подвал. Старуха безмолвно принесла еще один арбуз. Старик посмотрел на арбуз, пощупал и сказал: «А этот арбуз незрелый, принеси другой». Старуха еще раз спустилась и принесла третий арбуз. Старик посмотрел и одобрил: «Ага, этот арбуз хороший» – разрезали и съели с парнем.
После этого старик пригласил парня в подвал посмотреть на арбузы. Парень смотрит: нет ни одного арбуза.
– Дада, чтоб твое старшинство было долгим. Скажи, откуда твоя жена брала арбузы, когда здесь нет ничего?
– Чтобы помочь тебе выполнить завещание твоего отца я супругу три раза спустил в подвал за арбузом. Она знала, что в подвале один арбуз, и я знал, но она, не возмущаясь, не оговариваясь, выполняла мою просьбу, чтобы помочь тебе и мне ответить на завещание твоего отца.
Я тебе желаю, сынок, вот такую покладистую, уважающую тебя, супругу. Когда умирал мой отец, он тоже, как и твой отец, сделал такое завещание: «Сынки мои, не берите в жены красавиц, у красавиц много поклонников. Если жена красавица, муж всегда в ней сомневается, ревнует даже к дереву, которое растет во дворе. Если в лунную ночь от дерева, растущего во дворе, отходит тень, он думает, что кто-то пришел к его жене и с саблей выскакивает, ищет, не находит покоя, и от этого он стареет быстро. Второе завещание моего отца: не берите в жены богатую невестку. Вы у них будете и не богатые и не бедные. И заставят вас вести собак своих на водопой. Третье завещание отца: берите в жены тех, которые сами вас просят, а не тех, которых вы просите».
Четвертое завещание нашего отца: «Смотрите на мать, прежде чем брать жену».
Пятое завещание: «Берите жену из многодетной семьи. Только, чтобы она была не старшей в семье и не младшей. Старшая, всегда присматривая за младшими сестренками и братишками, не успевает быть полноценной женщиной: уметь шить, валять бурку, вязать, готовить. Младшие всегда капризны, так как ее все старшие ласкают, уделяют излишнее внимание…»
Когда старик закончил свой рассказ, парень спросил:
– Дада, ответь на вопрос, почему твой младший брат, который живет в Красном Востоке, выглядит гораздо старшим, чем ты? Он весь в морщинках и согбенный.
Дударуковец ответил:
– Потому, что он не выполнил завещание нашего отца. Его жена была красавицей, потому он и состарился так рано.
Выбрали невестку, но еще и еще проверяют ее воспитанность на благородство. Как бы случайно приглашают в гости к подружкам, а перед тем, как ей перейти порог, кладут веник. Если девушка, наступив на веник, перешла порог и зашла в дом – никогда из нее не получится благородной, благодатной женщины. Если же подняла веник, поставила в сторону и перешла порог, то будет из нее толк, и в ней заложено женское благочестивое начало. Самой благодатной женщиной считается и считалась женщина, которая дарит природе много детей.
– В доме нет детей – плохая примета. Этот дом не посещает счастье.
«…У мужчины жена оказалась бездетной, и он вынужден был взять вторую жену. Вскоре родился ребенок. Он, как не зайдет ко второй жене с ребенком, там смех, радость. Это приметила первая жена и спросила: «Почему столько смеха и радости, как зайдешь ко второй жене?» Он ответил: «От беззубого!» Первая жена взяла и вырвала свои зубы. Он зашел в очередной раз к первой жене, но не обращает никакого внимания на нее. Она опять спрашивает: «Я беззубая, почему ты у меня не смеешься?» «Я имел в виду ребенка»,– ответил муж…»
– Перед вводом в дом невестку обсыпать зерном и деньгами – хорошая примета. Ей будет всегда сопутствовать обилие.
– Первый раз, отправляя невестку за водой с подарками для встречных – хорошая примета. Вода, которую она будет заносить в дом, всегда будет выпита к счастью, здоровью.
– Не проводить церемонию прощания с девичьим платком после свадьбы – плохая примета. Нарушается божий брак на небесах. Торжественно самый маленький представитель рода жениха (мужа) должен с невестки ложкой снять девичий платок и подарить самой старой женщине из рода.
– Если невестка в первые дни после свадьбы и вообще берется за мужские дела: любит возиться с молотком, гвоздями, где-то что-то подправляет, забивает гвозди, ремонтирует конское снаряжение, бричку, седло – плохая примета. Около такой женщины не сохраняются мужчины в доме. Они будут вымирать.
– Если после свадьбы невестка начинает убирать хлев – не к добру. Может исчезнуть род.
ПсатхIа (Псатха). По поверьям абазин, Псатха – это дух (Бог адаба = намыса и традиций). Он (ПсатхIа) приходил ночью к молодой невестке, которая не соблюдала обычаи и традиции, и начинал ее душить. Сковывать руки и ноги. Ему (Псатхе) особенно не нравится, когда молодая невестка, не соблюдая обычаи, называет по имени свекра, свекровь, деверя, золовок, когда она должна была дать им новые имена и обращаться только по новым именам. Что невестку ночью посещает Псатха и душит, оповещают ее родителей, родственников. Они, безусловно, приезжают к ней, молодой невестке, с козой. Козу режут в честь Псатха и просят простить ее. Кости от съеденной козы очищают и закапывают около порога ее дома. После таких церемоний она, не отступая, соблюдает обычаи и сохраняет нравственный устой в семье.
– Уважать старших и особенно свекра и свекровь, относиться с почтением к ним – добрая примета. Сохраняется жизненачало человеческого рода.
«…Жили-поживали невестка со своей свекрухой. Свекруха была больна. Она попросила невестку сварить курицу, обдать чесноком и дать ей поесть. Невестка вместо курицы забила кота, обдала чесноком и подала слепой свекрухе…
Старуха умерла, а невестка постарела, заимела тоже своих невесток, приболела и просит свою невестку: «Невестушка, свари курочку, обдай чесноком и накорми, так мне захотелось курятины с чесноком». Молодая побежала приготовить пожелание старухи. Свекруха ждет, все ждет, а невестка не приходит с курочкой. Она не выдержала и позвала невестку: «Невестушка, в чем дело, почему так долго готовишь курицу?» «Мама, я не знаю в чем дело, – ответила невестка, – ловлю курочек, режу, а они превращаются в котов». «Да, доченька. Я знаю, что это такое. Ты здесь не виновата, вина во мне самой. Сделав зло, не жди добра».
Так невестка не смогла накормить свекровь курятиной».


Воспитание одного ребенка – стоит жизни одного человека.
Абазинская пословица

Особое внимание в народе уделяется зачатию ребенка. И если мужчина зачал ребенка, не соблюдая правил гигиены, есть такое поверье, что может родиться ребенок калекой или с какими-либо отклонениями.
Ребенок зачат. Беременной женщине создаются особые условия. Она освобождается от многих физических работ, и угождают ей во всем, особенно в еде, так как у беременной изменяется вкус к еде. Есть такое поверье – не выполнишь просьбу беременной женщины, то самые хорошие вещи в доме могут прогрызть мыши или они будут съедены молью.
– Угождать в еде беременной женщине – хорошая примета. Угождаешь Богу, ибо способствуешь рождению здорового ребенка. И по этому поверью в народе бытует такая бывальщина:
«…В доме молодая беременная женщина, свекор и свекровь. С самого утра беременная женщина не находит себе места, ходит из угла в угол, страдает. Свекровь, которая следила за ней, спросила:
– Что с тобой, доченька? Может, тебе приготовить чего-нибудь поесть?
– Я голодна, я очень хочу чего-то съесть, мама, но не могу об этом сказать, – ответила невестка.
– Тебе плохо, скажи, что тебе надо. Я все тебе приготовлю, чего бы ты ни пожелала.
– Мама, мне стыдно признаться.
– Нет, скажи, я не допущу смерти своего внука в утробе, – настояла свекровь, и невестка раскрылась.
– Мама, если я не съем змеиное мясо, то просто умру.
– Ничего, доченька, бери ведра и иди к речке за водой, а пока ты вернешься, я присмотрю змею и прибью. Тут недалеко в огороде я видела как-то змеиную нору. Невестка взяла ведра и пошла к речке, а свекровь прибежала к своему старику и попросила быстро взять ягненка, отнести соседям, зарезать и дать ей одну кишку и куски внутреннего жира и мяса. Старик так и сделал. Они к жиру и мясу молодого ягненка добавили немного съедобной травы, начинили кишку, отнесли и положили под колючую ограду, набросав несколько камней. Невестка успела поставить ведра, как свекровь с камнем в руке окликнула невестку:
«Доченька, быстрее сюда, помоги забить змею!» Невестка подбегает с камнем и обе «забивают» змею.
Свекровь берет «змею», моет, кладет в сковородку и жарит. Пожарила, отнесла в укромный уголок дома, дабы никто не увидел, и посадила невестку есть. Она с жадностью поела и вынесла помыть и почистить сковороду. Свекровь спрашивает: «Ну, как, доченька?» «Мама, такой вкуснятины я никогда не ела». «Слава Аллаху, родится здоровый ребенок», – ответила старуха».
– Чтобы не родился ребенок путоногим и развивался свободно, нельзя во время беременности заплетать волосы.
– Чтобы ребенок свободно ощущал мать в утробе, нельзя затягиваться и застегиваться на все пуговицы, надевать бусы и различные украшения.
– Возиться с шерстью во время беременности запрещено – может родиться волосатый ребенок.
– Воровать или что-то класть за пазуху во время беременности – плохая примета. Может родиться ребенок с коричневыми пятнами на лице или теле.
– Беременной женщине смотреть на мертвеца – плохая примета. Может родиться ребенок с желтым цветом лица. Если женщина не беременеет, берут винтовку, из которой еще не стреляли, заливают в дуло воду, полоскают и дают отпить.
– Беременной женщине отрезать волосы – плохая примета. Плохо будут расти волосы у ребенка.
– Чтобы злые духи не прикоснулись новорож-денного, три раза заносили и выносили младенца в курятник, а затем его комнату обкуривали серой (тгIвыш).
– Все время следили за темечком ребенка. Старались заставить ребенка произнести слово «ХIахъв» (Камень), и тогда темечко зарастало твердо.
– Если ребенок плохо спит, то ночью под подушку кладут ножницы и нож, сложив их накрест.
– Когда режутся зубки, не подносят ребенка к зеркалу, чтобы случайно не взглянул на зеркало и не увидел свои зубки. Зубы будут расти медленно. А отцу и матери запрещено заглядывать в ротик. Ребенок понимает, что это родители и начинает плакать, кричать еще больше, говоря на своем языке: «Если б вы знали, как мне больно, то не произвели меня на свет».
– Никогда вслух не говорят: «Режутся зубки» – это плохая примета. Усиливается боль у ребенка. А надо просто говорить: «Выходят едалки» («Йчагаква гIаццIитI»).
– Если ребенок, делая первые шаги, упал и головой ударился о пол, то это место пола, где прикоснулся головкой, очерчивают ножницами или мелом и его головку обводят вокруг три раза. Ребенок оберегается от последующих ударов головой.
– Чтобы не сглазили ребенка, лобик между бровями закрашивают сажей и к волосикам на лбу прилепляют ароматный воск (тIатIи).
– Если уж сильный сглаз, то ребеночка несут к старушкам, знающим магический заговор от снятия сглаза. Она произносит их семь раз и после каждого раза дует на ребенка и сплевывает:

Ша, ша, щапсыркIыга Спсып щакьаропI
Сыбыз мчыропI
Адгьыл алапши
Апсчва рылапши
Абзачва рылапши
йбхъсцотI (йухъсцотI). Ша, ша, щапсыркыга Спсып щакьароп
Сыбыз мчыроп
Адгьил алапши
Апсчва рылапши
Абзачва рылапши
йахсцот.

Текст полностью перевести невозможно, но заканчивается словами: «Снимаю с тебя сглаз земли, сглаз мертвых и сглаз живых». Это магическое выражение применяется и для взрослых. А для детей еще напевают магическую песенку от сглаза:

АпхIвысапщ кIасапщ
лхъопI
ЦкIапщ льшвопI
АмгIапщ лхъопI
Хападопщ лышвопI
Алапш лхъыхта –
ТажвкI анахь йлыта Апхысапщ касапщ
Лхоп
Цкапщ лышоп
Амгапщ лхоп
Хападопщ лышоп
Алапш лхыхта
Тажк анах йлыта

Красная женщина в красном платке
В красном платье
В красной обуви
В красных чулках
Сними сглаз.
Отнеси куда-то далеко старушке.

Произносят тоже семь раз и после каждого раза дуют на ребенка семь раз с ног до головы и три раза сплевывают.
– Есть такое поверье, что отец и мать часто могут сглазить ребенка. И, чтобы избавить его от родительского сглаза или других взрослых, берут кусочки тканей от их одежды, или выдергивают какую-либо ниточку из одежды взрослых, поджигают и им обкуривают ребенка и комнату, затем дают понюхать ребенку.
– Вслух восхищаться красотой ребенка – плохая примета. Можно навлечь внимание злых духов. Все время вместо восхищения надо говорить: «Пу, пу, такой некрасивый!» (Пу, пу, гымха!»). «Некрасивые ножки! («ИщапIычкIвынква гымхапI!»). «Некра-сивые руки!» («ЙнапIычкIвынква гымхапI!»).
– Никогда не восхищаются и не произносят вслух про хорошие взаимоотношения родителей и детей. Просто говорят: «Он (отец) так плох к своим детям» («ГIарила закIыта дгымхапIта»). «Она (мать) так плоха к своим детям» («Мать так плоха к своим детям!»). «Отец и сын так плохи между собой» («Аби апи закIыта йгымхапIта!»).
– Считается плохой приметой не кормить ребенка грудью и всячески оберегают роженицу, чтобы не потеряла молоко: не обременяют физическим трудом, следят за питанием. И кормить следует в спокойной обстановке. За этим обычно следит свекровь. И по поводу этого бытует такая бывальщина: «…Поехала невестка с грудным ребенком к своей матери на побывку. Приехала молодая невестка и рассказывает, как ее угощали дома, какие вкусные яства готовила ей мать. А свекровь спрашивает: «Невестушка, когда тебя мать угощала, где был младенец, мой внук?» Невестка ответила возмущенно: «Как где был? У меня на коленях». «Тогда ты ничего не ела, – ответила свекровь, – ты не была свободна и спокойна».
– Смеется во сне ребенок – его смешат шайтаны (нечистая сила).
– Плачет во сне – обижают шайтаны. В таком случае читают соответствующую молитву и отгоняют от ребенка нечистую силу.
– Если ребенок спит, разложив ручки около головки – ребенок здоров.
– Если ребенок целый день смотрит между ног – жди гостей.
– Будет ли ребенок счастлив или нет, определяли по ногтям на пальцах рук. Если на ногтях рук белые полоски – будет счастливым человеком.
– Черноглазые здоровее, чем голубоглазые.
– Зеленоглазые – женолюбивые.
– Если на голове у мальчика две макушки, то женится дважды. В историко-этнографическом очерке (г. Черкесск, 1989 г., стр. 173-176) Л. Кунижевой, кандидата исторических наук, доцента собрано немало поверий о рождении ребенка. И, чтобы у читателя сложилось целостное представление об абазинских приметах и поверьях, сочла необходимым включить собранное ею.
«…Беременной женщине полагалось соблюдать ряд дородовых запретов. Так, беременная женщина не должна была смотреть на лягушек — родится пучеглазый ребёнок. Нa змей – родится бесхребетный ребёнок. На зайца — у ребёнка будут длинные уши, заячья губа, нa людей с физическими и нравственными недостатками. На последних днях беременности женщине не разрешали посещать похороны.
Нельзя было есть куриный желудок – у ребёнка будут синие губы. Какой бы то ни был – язык – ребёнок будет болтливым. Есть мёд – ребёнок будет страдать обильным слюноотделением. С момен¬та первого шевеления плода матери посмотреть на веник гарантировало ребёнку красивую, внешность.
В народе верили в приметы, по которым определяли пол будущего ребёнка. Так, острый живот считался признаком того, что родится мальчик, округлый или раздавшийся в ширину – родится девочка. Часто прибегали к гаданию с помощью куриного яйца или клочка шерсти. Куриное яйцо клали у горячего очага и смотрели, как от жара лопнет скорлупа: если с треском, то родится мальчик, если неслышно – то девочка. В очаг бросали клок шерсти и следили: быстрое сгорание означало рождение мальчика, медленное – девочки. В очаг также бросали пузырь (бараний, козий): если жидкость будет бить тонкой струёй вверх, будет мальчик, если растечётся – девочка.
Роды, как правило, проходили без какой-либо медицинской помощи. Принимала бабка-повитуха (пхIвысрхьагIв, асаби дщтIызхыз). Во время родов все мужчины покидали дом. Для облегчения родовых схваток прибегали к магическим приёмам: в доме, где находилась роженица, открывали все замки, раскрывали ножницы, женщины расслабляли или совсем снимали пояса, роженице расплетали волосы. При особо трудных родах во дворе стреляли из ружья, полагая, что звук выстрела испугает роженицу, и она быстрее родит. Так переосмыслился один из древних приёмов апотропеической магии. Во время родов в дом старались не пускать посторонних людей.
Повитуха перехватывала пуповину левой рукой, перевязывала её у основания и перерезала. Ранку присыпали пеплом от сожжённых волос матери. Ребёнка заворачивали в чистую пелёнку и клали на постель возле роженицы. Абазины не заготавливали пелёнок и детской одежды заблаговременно, считая это нехорошей приметой. (И сейчас многие придерживаются этой традиции). Избегали также сохранять и передавать вещи от одного ребёнка к другому: боялись, что вместе с вещами передадутся недуги, которыми страдал первый ребёнок. Бабке-повитухе за труды дарили кусок мыла, отрез на платье, сласти. В зависимости от того, где проходили роды, одаривали её либо родители мужа, либо родители роженицы.
Воду, использованную при родах, сливали где-нибудь в чистом, то есть недоступном для ног, месте. Там же рыли ямку и закапывали послед, чтобы его не выкопали собаки. Перед тем как закопать послед, в ямке разводили огонь, чтобы уничтожить нечистую силу. Всё это было заботой свекрови, вообще, по поверьям абазин, самое первое время после рождения ребёнка считалось наиболее опасным для роженицы и ребёнка. Чтобы отогнать злых духов, в течение семи дней окуривали серой помещение, где находилась роженица, а также весь дом снаружи.
Появление ребёнка было всеобщей радостью. Особенно радостно встречалась весть о рождении сына-наследника, продолжателя рода, защитника семьи, женское бесплодие или отсутствие среди детей сына могло стать причиной развода. Подростки, которые во время родов постоянно держались недалеко от дома, сразу же после появления на свет ребёнка отправлялись сообщить об этом родственникам новорождённого. По обычаю их щедро одаривали. Подарок назывался гвыргьаша (дословно: плата за радостную весть).
По истечении недели, если этому не препятствовало состояние здоровья роженицы, ей разрешалось вставать с постели. К этому времени перевязанная часть пуповины уже засыхала и отваливалась. Отвалившуюся часть вмазывали в стену дома. Считали, что это поможет ребёнку дожить в доме в добром здравии до глубокой старости. Часто от отвалившейся части пуповины брали кусочек, держали над огнём в очаге, растирали в порошок, и этим порошком посыпали грудь матери перед кормлением ребёнка. По поверью это делало ребёнка неуязвимым для нечистой силы. В день, когда у ребёнка отпадала пуповина, его купали второй раз, и теперь уже купали каждый день. Делала это свекровь.
На десятый день ребёнку шили первую рубаху-"сабиас" (детская рубаха). В этот же день совершали обряд первого укладывания ребенка в колыбель (гаралацIа). Первенцу колыбель дарил дед со стороны матери. Колыбель затем переходила от одного ребёнка к другому.
На обряд укладывания приглашали родственниц, готовили для них угощения из курятины, баранины, сладких жареных в масле мучных изделий и специально предназначенной для этого случая хал вы (гарамажвадза) – люлечного теста.
Гости приносили подарки, обычно одежду для ребёнка. Колыбель готовили свекровь или с её разрешения пожилая родственница. Перед укладыванием ребёнка в колыбель ненадолго помещали туда кошку. Этот магический приём, видимо, связывал с живучестью и спокойным нравом кошки. Имеется много поговорок и пословиц, характеризующих кошку именно как живучее и спокойное животное: «Ацгвы быжьпсыщ ахъащ» (у кошки семь душ). Укладывая ребёнка, трижды произносили заклинание: «Ацгвы апшта – хъагIата, тынчта уычв» (спи также сладко и спокойно, как кошка). Затем кошку убирали, и свекровь укладывала в колыбель ребёнка, завёрнутого в шубу деда или же в шубу какого-либо долгожителя из рода с заклинанием: «Чтобы ты прожил столько, сколько прожил этот дед".
С обрядом первого укладывания мальчика был связан другой обряд – примирение двух враждующих семей. Виновная семья заблаговременно узнавала о дне первого укладывания мальчика и, приготовив подарки для деда с бабкой (если их не было, то для родителей ребёнка), а также для самого ребёнка и в сопровождении доверенных своего рода поручителей, приходила в дом, где совершали обряд. Доверенные поздравляли всех членов семьи с рождением продолжателя рода и просили по случаю радости простить вину и положить конец вражде. Такое обращение, всегда имело положительный исход. В наши дни обряд первого укладывания ребёнка сохраняется, но связанный с ним обряд примирения полностью исчез.
Чтобы уберечь ребёнка от злых духов, к колыбели привешивали амулеты (дуа), раковины каури (ащтанчIвхъа), продырявленные красивые камни, клали под подушку Коран, а также узелок с кусочком засохшей пуповины. Ребёнка никогда не оставляли одного в комнате, а в случае крайней необходимости выйти, рядом с колыбелью ставили веник. Существовало поверье, что веник охраняет от нечистой силы. Сама колыбель окружалась рядом магических запретов. Так, нельзя было в неё садиться (ребёнок будет плохо спать), качать пустую колыбель (она опустеет), качать ее ногой (ребёнок будет косолапый), оставлять её открытой (нечистая сила заберётся) и т.д.
Ко дню первого укладывания ребёнка в колыбель обычно приурочивали наречение имени, Первенцу часто имя давал дядя со стороны матери (анща). Давший имя обязательно делал ребенку подарок. В прошлом им могли быть конь, седло, украшенная уздечка, мужской пояс с серебряными пряжками. Девочке дарили «золотую шапку», набор для женского рукоделия и т.п. Вообще, дядя со стороны матери пользовался у абазин, также как у других народов Кавказа, особым уважением, в чем нельзя не видеть пережиток авункулата.
Первый год жизни ребёнка сопровождали рядом магических обрядов. Когда ему исполнялся год, совершался обряд первой стрижки волос. Это также делал дядя со стороны матери, за это дядя получал подарок. Первые волосы ребёнка «хъабрапшка» (досл: мягкие волосы) не выбра-сывали, а заворачивали в тряпочку и хранили где-нибудь в укромном уголке сундука, магические действия с волосами совершались и в последующем. Например, если ребёнок заболевал, то часть волос относили к мулле или знахарке, которые нашептыванием превращали их в оберег. Такие волосы зашивали в кусочек сафьяна и в качестве амулета подвешивали в изголовье колыбели или ребёнку на шею. Мальчикам волосы стригли каждый год, девочкам – ежегодно первые 5-6 лет, а затем их уже не трогали, давая им расти. Длинные густые волосы считались гордостью девушки. Не выбрасывались также первые остриженные ногти. Их заворачивали в тряпочку и прятали между листами Корана, в кошельке, в сумочке, где женщины хранили нитки и иголки, и т.д. Верили, что это влияет на судьбу ребёнка: мальчик станет муллой или вообще богатым человеком, девочка – рукодельницей.
Особо следили за появлением первых зубов. Как только они начинали прорезаться, бабка, а за её отсутствием мать, независимо от времени года, брала горсть проса и разбрасывала в огороде. Это был приём имитативной магии, рассчитанный на то, что зубы будут прорезаться также дружно и безболезненно, как всходят зёрна проса. Когда молочные зубы начинали выпадать, совершали магические действия, рассчитанные на то, чтобы новые зубы были крепкими. Брали выпавший зуб, крупинку соли, кусочек угля из очага и забрасывали всё это на крышку дома со словами: «Пыцыжв уститIта пыц шIыц гIастх» («даю старый зуб, дай мне новый). Когда ребенок начинал ходить, устраивали обряд первого шага (гыларгвыгв), в котором магический приём «развязывания ног» совмещался с известным обрядом «выбора профессий». Участниками его были женщины, подростки, старики, соседи, все из близлежащей округи. Готовили угощение. На середину комнаты ставили низкий столик с различными предметами: Кораном, кинжалом, деньгами, уздечкой, книгой, ручкой, ножницами, зеркальцем. Бабушка вносила в комнату нарядно одетого ребёнка с ногами, связанными ниткой, и пускала его к столику. Ребёнок делал несколько шажков, бабка перелезала ножницами нитку, освобождала ноги от пут, и внимательно следили, какой из лежащих на столике предметов ребёнок возьмёт в руки. Так угадывалось и, по поверью даже предопределялось его будущее. Если мальчик брал кинжал, то он станет храбрым воином, молоток – кузнецом, строителем, деньги – богатым, если девочка брала зеркальце, то она станет модницей, предметы женского рукоделия – мастерицей и т. д.
К обрядам детского цикла принадлежал и суннет. Он считался желательным, хотя и не строго обязательным. Определённого времени совершения суннета не было, но он должен быть сделан не позднее, чем к 9 годам.
До 5-6 лет дети обоего пола находились под наблюдением матери, после чего девочки оставались при матери, а мальчики поступали на попечение мужской части семьи…»


У живота спросили: «Куда идешь?»
Живот ответил: «Терять совесть…»

Абазинская пословица

– Женщине, девушке есть мало считается у абазин хорошим тоном, а есть много и с жадностью – бесстыдством и плохой приметой. Девушка, съедающая целую вареную кукурузу или кукуруз-ную лепешку, тарелку куриного соуса (дзырдза), не будет рачительной, здоровой и не сможет содержать свой дом, вести хозяйство, став зависимой от еды. И часто девушку выбирали по культуре еды. Удивительно, что эта примета и многие традиции до сих пор, по истечении ста пятидесяти лет, сохраняются у абазинской диаспоры (махаджиров) за рубежом. На одной из торжественных встреч с абазинской диаспорой, я попала рядом с представителем княжеских родов Коковым Сатой, сыном Бакира, крупным бизнесменом из Парижа. Нам подали традиционное блюдо – соус с курятиной. Почему-то куски мяса оказались большими. По абазинскому этикету, я не должна была дотронуться до большого куска, а пропустить его. По европейскому, российскому – должна попробовать то, что подали, а если начала есть, то должна съесть до конца. Я, не зная, как поступить, решила попробовать кусочек мяса от большого куска. «Мой» князь посмотрел возмущенно и сказал: «Ты хочешь съесть такой кусок?» Я была счастлива! Я поняла, что он хотел во мне, исконной кавказке, увидеть традиции Кавказской культуры.
– На каком-либо торжестве, если кто-то из тех, кто за столом ведет себя неприлично, то есть ест много и с жадностью, то ему не делается замечание во всеуслышание, а кто-нибудь из старших произносит излюбленное: «У живота спросили: «Куда идешь?» Живот ответил: «Терять совесть», («Амгва, уабацауа-хIва йанац/уа: «Напахъыхра» – ахIватIйа»), и тогда каждый из сидящих за столом сдерживает себя, и никто не понимает, про кого это было сказано.
– Если в доме была еда, и ты это скрыл, спрятал, и если тебя попросили в долг еду и ты отказал, несмотря на то, что полны твои закрома – плохая примета. Тебя ждет божья кара. И на этот счет бытует такая пословица: «Пожалев то, что лежит в закромах, не успел съесть то, что лежит в котле (кастрюле) («Ац йтаз йахъыбрыз, ачуан йтаз гьйымфахтI»). Относясь к пище, как самому святому, придается огромное значение тому, с кем делил ачкахбаста (АчкIахбаста). «АчкIахбаста» – слово состоит из двух частей: чкIа – соль; баста – густая кукурузная каша, которая заменяла хлеб.
– Если человек проявил к тебе хлебосольство – ты должен ценить и к этому относиться свято. И, если ты когда-то ел чей-то ачкахбаста (хлеб, соль) и забыл про это – плохая примета. Рано или поздно за это будешь наказан Богом (Анчва). В недавнем прошлом такого считали законоотсупником, ибо отступился от обычаев и традиций. Бытует такая бывальщина:
«…Как-то раз у одного одинокого старика украли лошадей. Вором оказался парень с дальнего села. Его поймали, привели к старику и сказали: «Вот твой обидчик, накажи его по законам гор». Старик спросил у парня, чей он, с какого аула, кто его отец, кто дед. Парень назвал своего отца и деда. Старик промолчал, а затем ответил: «Я его наказать не могу, ибо я ел ачкахбаста (хлеб и соль) его деда. («Йабаду йчкIахбаста сшIапI»). Я не могу унизить божий дар – пищу». Так безнаказанно отпустили парня».
Не забыть съеденный кусок хлеба у кого-то, не забыть его ачкахбаста (хлеб и соль) – считалось высшим нравом, благородством, от которого отступить нельзя. Это сближало людей, народы. «Если ударят тебя камнем, а ты ударь пищей», – гласит пословица. Здесь имеется в виду: накорми, поделись ачкахбастой (хлебом и солью) даже со своим врагом. Самое главное, чем должна отличаться хозяйка, как отмечают сказители, она всегда должна делиться куском хлеба. Если зашли в дом даже случайные люди, не накормить их, хотя бы не предложить кружку чая, то такая женщина считается, что в ней нет женщины («ПхIвысра гьлылам»). У хозяйки всегда должно быть в запасе, чем можно накормить, попотчевать незваных гостей.
– Класть продукты для приготовления пищи на грязный стол, вспотевшей, усталой и грязной приниматься за приготовление пищи – плохая примета. Пища не принимает унижения и теряет вкусовые качества, поэтому женщина должна умыться, отдохнуть, а затем тщательно подготовить стол, поглаживая выложить продукты приговаривая: «Будь вкуснее всех блюд, что я до сих пор готовила». («Рызкъыта исчпаз зымгIва рацкIыс ухъагIаха») и просить Бога, чтобы еда стала обильной и была съедена на радость. На свадьбах или каких-либо торжествах приглашают традиционных умелых женщин для приготовления вкусной еды из национальных блюд. Но, прежде чем пойти и стать над огромными котлами, она купается, надевает чистое белье и только тогда принимается за работу.
– Ругать вкусовые качества пищи перед употреблением – плохая примета. Когда поставишь готовую пищу на стол, она с содроганием говорит: «Поругают ли меня или съедят с удовольствием?». Чего опасается пища, чтобы она не подгорела, и ее не выбросили.
– Съесть подгорелую пищу – добрая примета. В доме всегда будет изобилие. «Нет плохой пищи. Надо любить и ценить любую пищу, и она ответит тем же», – говорят абазины. В народе бытует и такая бывальщина: «… По маленькому аулу галопом скачет всадник и у последнего дома резко остановился и крикнул: «Есть мужчина в доме?» Женщина выскочила на крыльцо и крикнула: «Да, есть, мой сын-подросток». Мужчина быстро спешился, поднимаясь на крыльцо, крикнул: «Я голоден и очень спешу, накормите». Подросточек подал стул и выскочил во двор, чтобы привязать и напоить лошадь, как подобает гостеприимству, а женщина подала на стол очень скудную еду. Путник посмотрел на скудную еду, затем на женщину и резко вытащил кинжал и положил на обеденный стол. Женщина посмотрела на кинжал с легким испугом, но промолчала. Мужчина поел, отблагодарил женщину и подростка, вскочил на лошадь, попрощался, женщина пожелала доброго пути, извинилась и спросила: «Ответь мне, добрый путник, почему ты вытащил кинжал во время еды? Я не поняла, в чем тут дело?» Путник ответил: «Я понял, что ты бедна, но если бы ты хоть как-то выразила недовольство к скудной пище, которую ты поставила, унизила бы пищу, я бы тебя ранил этим кинжалом. Любая еда – это божий дар, и она не делится на плохую и хорошую».
– Сбивать долго яйца – хорошая примета. Яйца на радостях становятся пышнее и начинают петь свою излюбленную песенку: «Сбивайте нас хорошо, сбивайте долго, тогда нас хватит надолго» («Бзита хIыжвг/вы, бзита хIыжвгIвы, хIрызхъвуштI швгIвы»).
– Когда квасишь молоко, произносить имя брехуна – добрая примета. Заквашенное молоко становится густым и вкусным.
В ауле Псыж произошел такой случай. «…У одной старушки квашеное молоко получалось очень густым, хоть режь ножом. Вскоре слух об этом разнесся по всему селу. Все приходили и смотрели. Действительно, хоть режь ножом ее кислое молоко. И тогда хозяйки начали выуживать у нее, имя какого брехуна она произносит при закваске молока. Старуха долго не раскрывала секрет, но все же ее вынудили раскрыть ее тайну. Она ответила: «Я называю при закваске молока имя «колхоз», а кто безжалостно обманывает народ, как ни колхоз?»
– Около теста шуметь, стучать, громко разговаривать – плохая примета. Тесто любит тишину и покой. Оно может испугаться и не подняться.
– Сметать крошки хлеба со стола на пол – плохая примета. Сметаешь счастье и обилие в доме, а съедать крошки хлеба со стола, наоборот, к обилию в доме. Всегда к пище относились бережно, чтобы привить эту бережливость детям, народ придумывал различные поверья.
– Оставлять на стенках чаши крупинки пшена – плохая примета. Крупинки плачут, причитая: «Если бы мы не остались на стенке чаши, а попали бы вместе со всеми в котел (кастрюлю), где варится еда, какое же обилие мы создали» («Араъа хIагIакIыдымхалуата, ачуан хIташвазырквын закIыта йхIрыбаракьатуашынта»).
– Оставлять пищу недоеденной – плохая примета. Оставляешь свое счастье.
– Делиться с соседями приготовленной вкусной едой, приглашать к обеду кого-нибудь из друзей, соседей делить пищу по старшинству – добрая примета. Не теряется добрососедство, а старики чувствуют радость старшинства и от радости продлевается их жизнь. Белое мясо курицы – грудинку, всегда подают самому старшему в доме, а другие куски раздаются по старшинству, по принципу – лучший кусок старшему. Также поступают, когда и зарежут овечку.
– Любую пищу выносить из дома до 12 часов дня – плохая примета. Семья будет в убытке, а если кто-то, что-то принесет до 12 часов дня, к прибыли.
– Отказываться от поминальной пищи, особенно от той, которую раздают при выносе мертвеца – плохая примета. Мертвец обижается на том свете, что не испробовали его пищи.
– Во время приема пищи кусок упал изо рта (БшIацIахъвы бшIышвттI») – кто-то спешит. Упавшую пищу поднимают с пола и со словом «прости», кладут отдельно для домашних животных. Но если рассыпана соль – жди ссоры и, чтобы не было ссоры в доме, необходимо закинуть зерницу соли через голову и залить водой.
– Выбрасывать хрящ (даш) – плохая примета. Перестают расти волосы у женщин в доме. Потому сваренный хрящ всегда раздают девушкам – чем больше съешь, тем волосы будут длиннее. Было и такое поверье: в студеную зимнюю пору никогда не замерзнешь в дороге, если перед дорогой съешь чарачыму (чварачвыма). Блюдо из сырой кукурузной муки, смешанное с кислым молоком, отрубями и сметаной. Бытует в народе и такая бывальщина: «…Продвигалось по холодной зимней дороге казачье войско. Мороз был такой сильный, что лопались рога у быков. Вдруг откуда ни возьмись, скачет на коне молодой парень в легком одеянии, поет и едет не спеша. Казаки остановили его и спросили: «В чем дело? Почему в такой мороз поешь и одет налегке. Молодой всадник ответил: «Мне жарко, я и не мерзну, ибо ел чарачвыму». Он объяснил, что это такое, и командир казачьего войска перед зимними походами всегда заказывал абазинкам чарачвыму».
– Стол накрыт для еды. Семья собирается садиться за стол, и вдруг кто-то заходит – хорошая примета. Зашел хороший человек, который всегда может делать только добро. Отсюда и пословица: «АгIв бзи йайшва хIазырпI» (Для хорошего человека всегда накрыт стол»).
Был и есть особый этикет приема пищи. Перед едой всегда произносили молитву – благодарение Богу, а сейчас произносят магическое «псимлах» («псимлахI») до приема пищи, а после трапезы – «альхамдулилах» («альхIымдурльахI»).
– Не мыть лицо перед завтраком – плохая примета. Вместе с едой твой завтрак поедают невидимые злые духи – шайтаны.
– Держишь кусок хлеба во время еды и неожиданно берешь второй – муж голодный.


СГЛАЗ

По поверьям абазин и других народов от сглаза может умереть человек. Больше всего сглазу подвергаются дети, красивые девушки, парни, коровы, дающие много молока, красивые лошади, красивая посуда.
В каждом селе уже знают, кто глазливый и даже глазливый род. Чтобы спасти себя от чар глазливого, сказители без сомнения предлагают произнести про себя: «Мой ноготь попал в твой глаз» («СнапIхы уыла йыцIашватI»). Или же проговорить несколько раз про себя: «На шее у меня висит боярышник») («ХIамшвкIвытI сыхъвдапI! ХIамшвкIвыт сыхъвдапI!»).
Вспоминают сказители из а. Красный Восток Джемакулов Магаруф и Физиков Мухамад: «…Как всегда после обеда у ворот восседали старики. Старший из сидящих посмотрел и видит, что приближается справная карачаевская арба с прекрасными упитанными быками. Старший знал, что рядом с ними сидит глазливый. Испугавшись, что он может сглазить чужих быков, подумав о том, что позора не оберешься, произнес поспешно: «Пропустите чужую арбу, не «стреляйте» в него». Глазливый понял, что это сказано для него, не сдержался и ответил: «Я уже «выстрелил» в быков, но не попал, потому что быки у него запряжены занозой из боярышника» («РчвхIвчIвы ахIамшвкIвытI йгIалхпI»). Старики не поверили и поспорили. Решили догнать арбу и проверить. Так и сделали. Окликнули, догнали, спросили, и парень показал занозу из боярышника».
Чтобы ребенка не сглазили, вешали на люльку продырявленный, прожженный кусочек ветки боярышника, вешали веточку и на шее ребенка, а также ракушку.
В годы войны клали кусочек ветки боярышника в карман тем, кто уходил на фронт. Пастухи пасут скот, овец и хворостиной из боярышника, конец которой слегка прожжен на костре. По поверьям народа, близко не подходят волки и не бывает падежа скота. Самое главное условие, чтобы спасти себя от сглаза с помощью боярышника – сорванную ветку боярышника для использования нельзя переносить через воду (речку, речушку) и овраг. Надо обойти все это и занести в дом (Адзы йгIаруга гьауам, акIвар йгIахъга йгьауам).
Красивым женщинам, коровам и лошадям вплетают красную ленту или веточку боярышника, чтобы не сглазили. Было и есть такое поверье, что лошадь, которую сглазили, обычно стоит, как вкопанная и не может двигаться, нести тяжесть, а корова перестает давать молоко. Тогда берут кусочек нитки от одежды глазливого и обкуривают вымя коровы или читают соответствующую молитву. Многие используют заговор от сглаза для детей или используют различные амулеты, приготовленные муллой.


Пусть мы будем здоровы, с обилием и никогда не лишены воды.
Абазинское благопожелание

Абазины всегда относились к воде и дождю с благоговением, как необходимому к существованию. Проживая у берегов рек, озер и морей, абазины придумывали различные обряды, следили, и умело примечали повадки воды. Вода у абазин считается живой:
– Если река стонет, раздается шум воды с гулом – не к добру. Если простонала день, два – к утопленнику или наводнению. Если стонет часто, то к не спокойствию в обществе.
– Если шум реки слышится только с юга (агIвадахьыла), то будет хорошая погода. Если шум воды слышится только с севера (алагъьла) – жди плохой погоды.
Вспоминает лето 1941 г. Гергева Н.Б. из а. Эльбурган:
«…Я была маленькой. По аулу прошел слух, что вода в реке стонет. Мы с матерью пошли к бабушке, которая жила около реки, послушать, как «плачет» река. Все слушали в тревоге бесконечный стон воды. Ждали тревожных событий в обществе, что и случилось. Через месяц началась война…»
– Есть такое поверье – река всегда помнит свое русло («Адзы ахагIва адырхитI») и там, где когда-то река поменяла свое русло, рано или поздно возвращается к старому руслу: или при наводнении, или, когда вода в реке увеличивается. Поэтому около старых русел рек не разрешали старожилы вести хозяйство, строить дом, говоря: «Рано или поздно, через пятьдесят, сто лет все равно сюда, по старым руслам пойдет вода и снесет все»…
– Собирать коряги (адзы йгIанагуа амшIква) на реке – плохая примета. Вода влюбляется в человека, и он может стать утопленником. «Так бывает очень часто. Те, которые собирают коряги, тонут» – подтверждают свою примету старики.
– Коряги заносить в дом – плохая примета. Унесет наводнение.
– Набирать воду в реке ладонью вперед по течению – плохая примета. Вода живая, и она обижается, что не выказали уважения, набрали ее ладонью вперед, и ухудшаются вкусовые качества воды.
Такую бывальщину передают старики из Красного Востока:
«…Бывает, что вода в реке на рассвете останавливается для отдыха, на несколько минут, «засыпает». И если ты увидел «спящую воду» – хорошая примета. Надо просить у Бога все, что хочешь и все сбудется.
Клычев Быда из аула «Красный Восток» (Гвым) увидел раз, как на мгновение «заснула» вода в реке. Он, помня о поверье, быстро попросил у Бога: «О, великий Бог Анчва! Пусть мой род Клычевых никогда не покидает счастье, ум и мудрость!» Так и получилось. Из рода Клычевых вырастают образованные и богатые.
«А вы присмотритесь к каждой семье клычевской. Кто образован, а кто и коммерцией занимается», – лукаво заметил старик и продолжил:
«После того, как попросили Бога, необходимо воду в реке выводить из спящего состояния. Для этого надо прикоснуться к воде кончиком большого пальца на ноге. А если это мужчина и он с саблей, необходимо прорезать саблей по воде. Мужчина «убивает крокодила», остановившего воду в реке».
Вода в реке обычно останавливается в последнюю ночь уразы. Рано утром, в три или четыре утра после последней ночи уразы, нужно брать воду и искупаться – хорошая примета. Вода целебная, и можешь избавиться от различных заболеваний».
– По пятницам нельзя вечером приносить воду из речки (крана). Ибо по пятницам вечером на небесах дерутся чудища: Харута и Марута. Они так дерутся на небесах, что капельки их крови могут попасть в воду, и кто выпьет этой воды, может стать калекой.
– Целебной водой считается вода, которую находят в лощинах, а также вода, которую находят сами с помощью забитых кольев.
«Нарты, – убеждены старики, – пили только ту воду, которая бьет из-под земли. Считали эту воду чистой и целебной. Отдельные источники они использовали для лечения. Потому напиток «Нарзан» происходит от слова «нарты».
Чтобы найти подтверждение словам стариков, я обратилась к этимологии. Вот, как объясняет происхождение слова «нарзан» выдающийся абхазский ученый, доктор исторических наук, профессор Шалва Денисович Инал Ипа: «Нар», «Нарты»; з(зы, дзы) – название воды на абазинском и абхазском языках; Ан – имя главного Бога абазин и абхазов. В дословном переводе слово «Нарзан» звучит так «Нартская вода Бога Ан».
– Целебной считается вода в любом роднике с 4 до 5 утра. Можно пить такую воду и мыться, чтобы избавить себя от различных болезней.
– Вечером, когда звезды уже заглянули в воду, приносить воду из реки, родника, колонки – плохая примета: вода теряет особые вкусовые качества и отрицательно влияет на здоровье человека. Если все же пришлось принести воду, то берут горящую головешку и опускают в ведро с водой – вода приобретает утерянные вкусовые качества, свою энергию.
– Чтобы остановить наводнение, бросают в воду обувь женщины, родившей близнецов или приносят в жертву Богу козленка.
– Грязную воду от покойника выливать во дворе или улице, где ходят люди – плохая примета. Все болезни покойника переходят к другим. Вода выливается в специальную вырытую ямочку, где-то в огороде.


КОГДА ЗЕМЛЯ БЛАГОДАТНА

В прошлом были мудрые старики, которые по небу, звездам и луне определяли урожайность на три года вперед и предлагали запастись урожаем помимо собранного урожая. Выезжали в другие регионы, где не было засухи, и закупали зерно. А сейчас только по луне определяют, будет ли год урожайным или будет засуха.
И вот приметы стариков:
– Если у полумесяца кончик серпа задран кверху так, что можно «закинуть» ведро – жди засуху. Если же нельзя «накинуть ведро» – жди дождя. С луны ручейком будет «стекать» вода, которая превратится в дождь.
– Луна лежит на боку – к хорошему урожаю.
– Луна лежит рожками вверх – к засухе, а рожками повернута к восходу солнца – будет дождь.
– Травы, леса, деревья, урожай – все растения освещаются, обогащаются луной. Луна помогает росту.
– Если полная луна окружена лучами – жди плохой погоды.
– Луна каждый день меняет свое положение. Она меньше солнца в тридцать шесть раз.
– При закате солнца небо розовое – к хорошей погоде.
– Чистое прозрачное солнце – к дождю.
– Бог луны Амыз (Мзы) не любит, когда часто произносят его имя. Надо просто произносить «Алашара» («Светило»).
– При новолунии нельзя говорить вслух слово «новолуние» – в доме разбивается посуда. Если случайно произнес слово «новолуние» и разбилась посуда, улыбнись и о чем-то хорошем проси Бога.
– Если в воздухе запахло дождем – жди дождя.
– Если топор выпадает из рук – жди дождя.
– Если по небу рассеяны облака тонко и в длину – испортится погода.
– Если огонь в печи горит как бы «кусаясь», сильно обжигая – к непогоде.
– Утром упало много росы – днем не жди дождя.
– Мало росы утром – испортится погода.
– Если нет дождя, и выпадает много росы – жди хорошего урожая. Роса помогает росту урожайности.
– Роса упала ночью на несобранные валки – плохая примета. Такие валки собирать нельзя в копны. Коровы есть не будут такое сено, особенно, если оно засохнет в копнах. Надо дождаться, когда оно хорошо просохнет.
– Радуга встает к ясной погоде.
– Дождь идет с востока (абаштола) – хорошая примета. Дождь с востока всегда в пользу урожая.
– Не ругают и дождь, идущий с юга (акъабльала), он тоже не приносит вреда.
– Не доверяют дождю, идущему с запада (ангIарала). Если потускнело с западной стороны, надо быть готовым к неприятностям: граду, ливню.
– При белых облаках небо затемнело – к граду.
По поверьям абазин Бог града слепой, потому, когда бьет град, бьет в одном месте очень сильно, а в другом совсем нет. Желательно вслух не произносить слово «Агъ» (град), чтобы не разозлить, просто надо говорить: "Идет белый» или «Бьет белый» (АшкIвакIва гIаитI: АшкIваква гIаситI). Чтобы успокоить град, бросают под град металлические изделия: кочергу, топор, обязательно острием вверх, тяпку, ведра.
– Ругать, небрежно ударять о землю – плохая примета. Земля ответит тем же.
– Появление обилия красных червей – к хорошему урожаю.
– Много змей – к хорошей траве.
– Срывать молодую зеленую траву – плохая примета. Жди божьей кары.
– Чтобы был хороший урожай, была такая примета – начинать пахать землю с периода «пестрого бычка».
(«Ачвкъвлан азаман учвагъварных бзипI»). Под «пестрым бычком» народ подразумевает такой период весны, когда земля уже оттаяла от снега, но кое-где покрыта еще не растаявшим снежком, что напоминает черно-белого пестрого бычка.
– При пахоте пласт пышный – жди хорошего урожая.
– Тыкву сажать вечером к приходу коров из пастбищ – добрая примета. Тыква вырастет большой, сладкой и красивой. Обязательно семена тыквы при посадке поругать всякими непристойными словами, чтобы «разозлить». От злости она становится еще лучше.
– Чтобы не было пустоцвета, зацветшие огурцы, арбузы, дыни, тыкву, имитируя биение, касались штанишками первенца (ащыпа йайквала).
– При первой прополке картофеля, бывает, выскочит маленькая молодая картошка. Обрадоваться вслух – хорошая примета. Картошка будет благодарна за радость и вырастет большой.
– Собранный урожай засыпают в закрома, но будет ли зима холодной или нет, определяют через мышей. Много мышей – к холодной зиме.
Посадили урожай и начинаются различные богопрошения, праздники.
– Как и все народы, абазины, преклонялись Земле, и как милостыни выпрашивали у нее урожай. Первый праздник в честь Бога плодородия – Нып. Проводится первая борозда и начинается праздник. Основной атрибут праздника – испечь огромный каравай из пшенной или кукурузной муки. За день, за два с поля присылали молодых ребят, которые должны были оповестить сельчан, что заканчивается пахота. Вестников щедро одаривали подарками, давали «Гвыргъьаша» – подарок за радостную весть. И сельчане готовились к празднику. Парни рыли яму для каравая, затем обжигали и в горячую яму клали огромную сковороду, сделанную из коры деревьев. Затем в сковородку из коры деревьев заливали тесто, приготовленное на сметане и молоке из пшенной или кукурузной муки, сверху сковороду накрывали такой же деревянной корой. Замазывали глиной и сверху делали костер. Праздник отмечали в священной роще или у какого-либо священного дерева или леса. В честь Бога плодородия «Нып» приносили в жертву животных. Народ придавал всем обрядовым действиям магическое значение, потому каждый из присутствующих на празднике обязательно должен был испробовать божественную пищу: жертвенного мяса и кусочек испеченного каравая, и каждый из присутствующих должен был принимать активное участие в играх, соревнованиях, танцах, проводимых в честь Бога плодородия «Нып» и просить хорошего урожая. Само слово «Нып» не переводится в современном абазинском языке, но все знают, что это Великий Бог.
А когда только показалась зеленая травка, в первый день выгона скота на пастбище проводился новый праздник богопрошения «Даукая» («Даукъайа»). Даукая считался Богом травы и пастбищ. Пастухи, овчары, табунщики с заранее заготовленными длинными кнутами, плетенными из пяти кожаных ниток, резко размахивая по воздуху, выкрикивали «дау». Кнуты захлестывались и издавали громкие звуки, как будто стреляли. И этими звуками как бы «будили» Бога травы и пастбищ от зимней спячки, чтобы быстрее пошла трава. Ему напевали песенку «Даукая» («Даукъайа»).

Даукъайа Даукая
Ауасахга «дау» – йхIвитI Овчар «дау» – кричит
Даукъайа! Даукая!
Атшыхча «дау» – йхIвитI Табунщик «дау» – кричит
Даукъайа! Даукая!
Арахвхча «дау» – йхIвитI Пастух «дау» – кричит
Даукъайа! Даукая!
УгIашIыха ахIвра йачIва Проснись и пусти
ГIаущт. Зеленую траву!

– У абазин, как и у всех народов мира, много поверий по вызову дождя. Самыми распро-страненными являются вызов дождя через лягушку и проведение всенародного праздника – богопрошения «Дзиуара». Дзиуара – Бог дождя.
Где-то в пруду вылавливают лягушку, шьют ей маленькие тапочки, шортики, маечку. Вяжут юбочку с кофточкой. Одевают и бросают в кадушку с водой. Сколько дней лягушка барахтается в кадушке, столько дней идет дождь. Когда считали, что дождя достаточно, лягушку вытаскивают из кадушки, раздевают и отпускают в пруд. До процедуры с лягушкой вызывают дождь с помощью вкусной еды, специально приготовленной для Бога дождя «Дзиуара», чтобы вызвать его милость.
Приготовленную пищу поднимают как можно выше, чтобы Бог обратил внимание. Закапывают высокий столб и на самый верх ставят еду, или же поднимали на крышу и там оставляли пищу, прося у Бога дождя. И, если и это не помогало, тайно крали обувь женщины, имеющей незаконнорожденного ребенка и бросали в речку. И, если это не помогало, то собирались целомудренные девушки Биджевского рода и три раза в день купались, чтобы вызвать дождь. Эту церемонию проводил определенный род в каждом ауле. Ну, а если не помогло ни то, ни другое и пошла сильная засуха: высохли речушки, уменьшились реки, тогда поднимался весь народ и поквартально в каждом ауле проводил традиционный праздник вызова дождя «Дзиуара».
Для проведения церемонии берут деревянную лопатку, рисуют глаза, брови, нос, рот. Ставят ручкой вниз и прибивают к лопатке накрест ровную деревянную палку, имитирующую руки. Затем одевают в старое платье, кофту. Дают имя ХIанцIыргваща (Ханциргваща). И уже готовую «куклу» берут двое под руки и ведут по аулу, за ним пристраивается целая колонна с корзинами, ведрами, напевая песенку-закличку дождя «Дзиуара», заходят в каждый двор. Тут их окатывают водой и дарят что-либо из еды: курицу, яйца, мясо, конфеты, фрукты, овощи. Намокшие, босые обходят дворы, напевая песню, обращаясь к Богу дождя «Дзиуару».
– ЦIаракIвыжв сакIкпI!
Дзиуара, Дзиуара!
Ханциргваща хочет пить.
Дай немного дождя,
Дай немного воды.
О, Бог Анчва великий!
Пусть прольется дождь.

Затем с собранными продуктами спускаются к реке, напевая песню:

Дзиуара, Дзиуара!
Мы отдаем тебе Ханциргващу
Дай немного дождя,
Дай немного воды.

Бросают в речку Ханциргващу. После того, как вода уносит Ханциргващу, все начинают обливать друг друга водой, бросать друг друга в воду. После «купания» все садятся у костра и съедается еда, приготовленная для Дзиуара.
Сказители, рассказывая о празднике вызова дождя, отмечают, что в этот день обязательно прольется дождь после тяжкой засухи, и с каким-то лукавым упреком добавляют: «А вы, богоотступники, попробуйте объяснить такое явление?»
Праздник богопрошения «Дзиуара» с языческих времен сохранился и до наших дней.
Как же определяли и определяют хорошую, благодатную землю, и какие же приметы и поверья сохранились, связанные с землей?
Есть земля не благодатная, которая не может родить. Такую землю называют – къамышIа адгьыл (камыша земля). А благодатную землю называют – шан адгыл. Когда-то, с незапамятных времен, абазины называли землю всю – земля шан, а затем забыли. А сейчас редко кто из стариков плодородную землю называют «шан адгьым» (земля шанов). Молодежь совершенно не помнит об этом. Для поселения, создания очажного двора (хакв) выбирают землю – шан адгьыл, благодатную, хорошую.
В этих целях роют яму любой глубины (0,5, 1, 1,5 м), а затем обратно заполняют яму этой же землей. Если яма наполнилась и еще осталась земля сверху бугорком, то есть осталась лишняя земля, то это благодатная земля – шан. Здесь можно поселиться, выстроить дом.
В прошлом веке жители села а. Кубина поселились в Учкурке (Учкъвыл). Старики то здесь, то там начали рыть ямы и проверять землю на благодатность. Получилось, что ни одной вырытой ямы не хватило земли. Ямы до верху не заполнялись землей. Так они проделали несколько раз, и каждый раз ямы оставались не заполненными, и тогда Совет джамагата (Совет старейшин) решил не оставаться на этой земле и переселились в то место, где они сейчас проживают, предварительно проверив землю.
– Когда земля подобрана, для создания очажного двора (хакв) выбирают «чистую» землю от злых духов. В этих целях берут длинный тонкий березовый хворост и проводят осторожно по земле. Если кончик березового хвороста зашатается, задрожит, то в этом месте не строят дом. Считают не чистой землей, где сидят неведомые злые духи. Березовым хворостом проводили только с правой стороны и строили дом только с правой стороны.
Строить дом так, чтобы окна и двери выходили на юг – хорошая примета.
Построили дом, прошло несколько лет, и решили построить еще новый дом или какую-нибудь летнюю кухню, сарайчик, то от уже выстроенного ранее дома отступать на шаг или на полшага назад – плохая примета. Семья вымрет и не будет счастливой. Надо строить на уровне старого дом или чуть впереди старого.
– Класть в фундамент дома металлические двадцатикопеечные монеты – хорошая примета. Этому дому всегда будет сопутствовать счастье. Если в новом доме завелась змея – хорошая примета. Семье будет сопутствовать счастье, убивать такую змею считается большим грехом.
– Дом, в котором не живут люди, быстро разрушается.
– Огородили очажный двор, выбрали место для строительства дома, и в первую очередь сажают деревья. И здесь своя примета. Никогда деревья не сажает один мужчина или одна женщина. Деревья не будут плодоносить, сажают вместе мужчина и женщина (муж и жена).
– Жечь костер в лесу или же в поле – плохая примета. Любой костер – это живая сила. И оставлять без присмотра нельзя. Он оживает все сильней да сильней и радуется тому, что много чего может сжечь, показать свою энергию. «Да и там, где присела «красная корова», траве не расти»,– подтвердил свое поверье добрый старичок-мудрец народной пословицей, – Обычно огонь называют «Красной коровой», желательно не произносить слово «огонь», чтобы не накликать где-либо пожар».


НЕЗЕМНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

По поверьям абазин и других народов есть добрые и злые духи, которые живут в своем измерении. Они способны видеть людей, а люди их не видят. Они существуют везде и могут стать причиной различных явлений. Они оживляют все в мире и повелевают всем, творя добро и зло. Управляют путями планет, взывают регулярную смену времен года. «Духи тоже созданы Богом Анчва (Ан) и каждый должен нести свою божью службу, а нам людям не надо вмешиваться в их дела, мешать им, потому вечерами выносить мусор или выливать, особенно теплую воду, во двор нельзя, ибо вечером спускаются различные духи и Ангелы с небес и оседают около ворот, во дворе поближе к человеку, к человеческому очагу. Поэтому раньше в старину всегда окна закрывали ставнями, а сейчас этому придают мало значения. Надо хотя бы на ночь завесить окна, чтобы не заглянули злые духи.
Духи очень часто влюбляются в людей, особенно в детей. И, чтобы вызволить понравившегося им человека из дома и увести, окликают его именем у ворот или звонят в дверь. Если около ворот никого нет, а его окликают, или же после звонка никого не видно и не слышно, надо крикнуть: «Его нет дома. Он взял решето и пошел за водой» («Алыхвта найахвын адзхъа дцатI»), и тогда отступают темные силы. Если ты сам услышал свое имя, не надо отзываться, надо промолчать», – предупреждают мудрецы.
К неземным духам абазины, как и другие народы, относят: джиннов, шайтанов, ведьм-удов, хададжады-приведение, циклопов-айныжв, алмасты, къвылбыста-русалок (ашхарское), дзкIврычв (ашуйское); дзызлан – (абхазское), пчагIв-домовых, бнагIв (лесного человека), псатхIа – духа, Бога нравов, обычаев и традиций.
Джинны, по поверьям абазин, духи, подобные людям, но очень маленькие, имеют свою веру. Есть джинны черные, которые творят только зло: сводят людей с ума, распространяют различные болезни, вносят раздор между супругами. Есть белые джинны, которые творят добро. Они выходят на контакт к людям и помогают им в лечении всяких болезней. Учат лечить различные заболевания, учат ясновидению, обучают своему письму. Через свое письмо передают различные заговоры для лечения заболеваний, где медицина бессильна. Отказываться от джинновского учения ни в коем случае нельзя. Можешь заболеть неизлечимым заболеванием. Люди, которые вошли в контакт с ними, видят джиннов, а другие их не видят. В поверьях абазин нет такого понятия, как «колдун». Всякая колдовская сила исходит от джиннов, то есть любой колдун – есть ученик джиннов. Конечно, без народных бывальщин и джинны не могли обойтись:
«…В ауле Псыж жил очень красивый и статный мужчина из рода Кунижевых. Долго не мог жениться и часто исчезал: когда на месяц, когда на два месяца. Вскоре все поняли, что у него есть жена и она из джиннов. И перед очередным уходом из дома его связали. Но он каким-то образом отвязался и исчез навсегда. Больше жена-джиннка не пустила его к своему роду. Это было в 1918 году».
Об одной из таких бывальщин пишет абазинский русскоязычный писатель 18 века Каламби Кешев в книге «Записки черкесов» в разделе «Ученик джиннов»:
– Оставшись один в кунацкой, я решился до прихода дяди набросать на бумагу рассказ об удивительном человеке. Личность Хаджимета сильно заинтересовала меня: до того времени я не подозревал о существовании между моими соотечественниками настоящих чародеев. Но Хаджимет, судя по всем его действиям, никак не мог стать наряду с лживыми героями народной фантазии. Он действовал среди белого дня, при многочисленных свидетелях, к тому же действия его приносили народу больше пользы, чем вреда. Он лечил такие болезни, которые, по мнению народа, происходили от враждебных человеку сил,– лечил такими средствами, которые не были известны весьма искусным горским врачам и костоправам.
Я не мог себе никак объяснить, каким путем дошел Хаджимет до своих познаний во врачебной науке. Где он нашел, от кого, узнал средства к тому? Эти сомнения и догадки я надеялся разрешить, познакомившись с самим учеником джиннов. К счастью, без большого труда мне удалось достигнуть этого знакомства... Между тем как я набрасывал то, что уцелело в памяти из рассказа дяди, он вернулся из мечети, да еще вместе с учеником джиннов.
Едва вошли они в кунацкую, как дядя подвел меня к Хаджимету, отозвался обо мне с весьма хорошей стороны и прибавил, что я от души желаю поближе с ним познакомиться.
– Я очень рад, – отвечал чародей, окинув меня своими кошачьими глазами, – да и могу ли я отказаться от знакомства с человеком, тебе близким, будь он хоть гяур.
Тотчас я разговорился с интересным лицом. Меня удивили его необыкновенный ум и опытность. О чем бы ни спросил я его, о чем бы ни говорил, он всегда находил что отвечать; и ответы были так кстати, так рассчитаны, что я без всякого труда понял то необыкновенное влияние на умы, которые производил мой собеседник. Кажется, и. я произвел на него благоприятное впечатление, потому что он разговаривал со мной без всякого стеснения, чего я не заметил в нем в обществе стариков. На первый раз этого было довольно: мы расстались друзьями. Я нарочно отложил отъезд домой еще на четыре дня. В этот короткий срок я хотел объяснить себе загадочную личность Хаджимета.
Прошел один день из назначенного срока – я не видел Хаджимета. На второй день у дяди было большое собрание по какому-то делу, касавшемуся интересов аула. Тут, разумеется, был и таинственный наш сосед. Начались беседы, жаркие споры между посетителями. Все принимали участие в общем деле, все более или менее горячились и старались дать перевес своему мнению, но больше всех страдал бедный мой дядя: ему не давали ни минуты отдыха. Посетители один за другим выводили его из кружка и, расположившись где-нибудь на траве, тихо с ним шептались. То же делали и все прочие между собой. Только один Хаджимет не принимал никакого участия в общей суматохе и оставался в кунацкой: от нечего делать он вырезывал ножом какие-то фигуры на дверях сакли, где и без того было бесчисленное множество значков, стихов из Корана и ничего не означавших каракуль. Я подошел к нему.
– У всех здесь свое дело, – начал я, – а у нас с тобой нет ничего; давай-ка о чем-нибудь потолкуем.
– Пожалуй, – отвечал он, – если тебе угодно.
Мы тоже вышли из сакли и расположились подальше от отдельных совещательных кружков.
– Много я слышал от дяди о твоих удивительных делах, – проговорил я не без смущения, – но я желал бы услышать что-нибудь от тебя самого.
– Пусть другие рассуждают обо мне, – отвечал Хаджимет, – зачем же мне о том рассказывать? Ведь ты знаешь, как зовут человека, который только о себе говорить любит.
– Знаю, только сила в том, каков человек и кому он про себя рассказывает. Если мне хочется узнать кое-что о твоих делах, то, поверь, я хочу знать это только для себя. Разве не любопытно мне узнать, как ты вылечиваешь самые трудные болезни? Поверишь ли, что даже в России, где так много ученых докторов, не умеют лечить таких болезней.
Заметно было, что последнее замечание сильно польстило самолюбие моего собеседника. Его серенькие глазки запрыгали и заблестели таким живым огнем, что другой на моем месте приписал бы это влиянию нечистой силы.
– Да! – многозначительно возразил он. – Русским докторам и во сне не видеть того, что я знаю. Я понимаю язык всякого растения! Посмотрю на больного и пойду вечерком в степь; тут все травы заговорят в один голос: «Возьми меня, Хаджимет, возьми меня! Я помогу твоему больному». Только не всякой траве надо верить, а надо выбирать такую, которая точно нужна.
Как же ты узнал язык растений?
– Зачем тебе знать это? Если Аллах не сообщил этой мудрости, то, значит, она тебе не нужна.
Хитрости! — возразил я, желая подстрекнуть чародея и тем заставить его высказаться.
– Как хитрости? – живо проговорил он. – Да знаешь ли ты, что я могу хоть над тобой сделать то, чему сам не рад будешь? Да хочешь я сделаю то, что ты едва ступишь шаг в темноте, то задрожишь от лихорадки и беспрестанно будешь оборачиваться назад: так и будет тебе мерещиться, что хватают тебя за шиворот.
Я улыбнулся и передал Хаджимету один рассказ о том, как пономарь обманывал какого-то попа в деревне.
– Как? Ты сравниваешь меня с гяурами, да еще с попом гяурским? — возразил чародей обиженным тоном. – Ну да Бог с тобой, я ссориться не люблю. Ведь не сам ты говоришь это: твоими устами говорят те проклятые книги, которым тебя учили русские: уж лучше я сделаю тебе услугу, за которую ты поблагодаришь меня как следует. Скажи мне откровенно: есть ли у тебя на примете любимая девушка?
– Нет, а на что тебе это?
– Известно на что: я бы привязал ее к тебе, так что днем и ночью она только бы о тебе думала.
– Мудрено что-то,— заметил я.
– Правда, мудрено, да не для меня; я расскажу тебе один такой случай. Был у меня добрый знакомый, довольно богатый человек. Он сильно заболел горячкой и прислал, к несчастью, за мной, когда приближался на край могилы. Я прискакал, посмотрел больного – и ахнул. По глазам было видно, что ему не жить и трех дней. Досадно мне стало за бедного друга, а делать нечего. Обругав всех родных больного за позднее уведомление, я ушел, потому что и лечить не стоило. Больной между тем очнулся и потребовал меня. Бросились искать меня по всему аулу – подняли суматоху. Послали гонцов, и как ни старался я скорее пробраться домой, но меня догнали, и я принужден был воротиться. Нечего тебе рассказывать, как больной укорял меня за побег; я все перенес, а больного все-таки не мог вылечить, да и облегчить его боли было уже поздно. Вот в ауле и пустились издеваться над моей неудачей; каждый раз, как слуга мой водил лошадей на водопой, одна служанка, стоя на дороге, насмехалась над ним и надо мною. «Что, – говорила она, – Хаджимет твой не вылечил своего друга? Верно, джинны от него отказались! Так-то он умеет обманывать народ! Сжечь бы его, проклятого, как сжег он невинных женщин!» Такие ругательства повторялись два дня сряду. Стыдно стало, наконец, моему молодцу переносить оскорбление от низкой твари; он пришел ко мне и рассказал все как было. Не бойся, – говорю я ему, – покажи мне только негодную, а там я сумею с ней справиться. Тот выждал, пока служанка показалась на улице, и прибежал ко мне запыхавшись. Я наскоро написал на бумажке два слова и вышел следом. Служанка с корзиной в руках шла к соседям и на повороте улицы столкнулась с нами. Я показал ей бумажку и тотчас спрятал ее в руке, потом мы спокойно вернулись в кунацкую. Наступила ночь. Больной на время успокоился и заснул: я тоже пошел немножко отдохнуть, но едва лег на постель, как кто-то стукнул в двери. Слуга хотел было отворить дверь, думая, что пришел кто-нибудь от больного, но я остановил его, зная, что это за посетитель. Стук все усиливался; я запретил товарищу говорить. Стучавший перешел к окну, как раз к моему изголовью и давай царапать доски, словно голодная кошка. Строго наказав товарищу не отворять дверей и ничего не отвечать, я решился заснуть: да не тут-то было! Проклятая служанка, потеряв всякую надежду войти в саклю, завыла не хуже степного ветра: «Впуститe, говорит, правоверные мусульмане!» И чего она не говорила!...Черт дернул слугу потушить огонь и тихонько отворить двери: ворвалась проклятая да и давай кланяться мне в ноги: «люблю, говорит, тебя больше всего на свете, не отгоняй меня, ради Аллаха!» Я толкнул ее ногой и ушел вон из сакли. Она было за мной, да слуга, спасибо ему, задержал ее... Тут Хаджимет улыбнулся так лукаво, что я понял смысл недоконченной фразы.
– Да что же такое написал ты на бумажке? — спросил я.
– Известно что, воззвание к джиннам!
Тут кто-то крикнул ученика джиннов по имени: он встал и подошел к какому-то черкесу в шубе; тот что-то шепнул ему на ухо и оба скрылись. Больше я ничего не успел выпытать от таинственного ученика джиннов. И в тот вечер, и на следующие дни он стал тверже на язык, и на все мои вопросы отвечал или словами: зачем тебе знать? Или подозрительным взглядом своих кошачьих глаз...
Шайтаны. По поверьям абазин и других народов, шайтаны тоже духи. В отличие от джин-нов, они обладают способностью перевоплощаться в облики людей. И, единственное, что они не могут – это перевоплощать свои ноги. У шайтанов пятки впереди, а носки сзади. Основная задача шайтанов – осмеять человека, обмануть и свести с ума. Шайтаны боятся только магического слова «псимлахI». Стоит произнести это слово, как они тут же исчезают. Джинны владеют абазинским языком, а шайтаны владеют адыгским языком. И у них есть излюбленная песенка на адыгском языке.
Как трактует бывальщина, одна черкешенка во дворе на большом костре, в большом котле варила домашнюю колбасу из внутреннего животного жира. Такая колбаса по абазински называется тубар, а по черкесски – джьарума. У костра собрались множество соседей. Старуха присмотрелась, заметила, что у окруживших ее костер, где варится жирная колбаса, пятки находятся впереди. Она не поспешила сказать магическое слово «ПсимлахI», а тихо зашла в дом и вынесла большой деревянный черпак, набрала жирный горячий бульон и окатила им шайтанов. Как известно, жирный бульон очень обжигает. Шайтаны начали убегать, крича:

Джьарума льапсым уйса?
Джьарума льапсым уйса?
Уйса4, уйса, уйса!

* * *
Ты обжегся бульоном
из жирной колбасы?
Обжегся, обжегся, обжегся!
С тех пор они напевают эту песенку. У шайтанов была и своя любимая песенка: «Хе,чу чумата». Они обычно пели, когда привязывались к одному человеку в облике его друзей, знакомых, напевали, подшучивая: «Не говори то, что говорят. Не смотри вниз».

Хе,чу! Чумата!
Хе,чу! Чумата!
Чуматира чумата!
ЙырхIвауа уымхIван.
Ац/ахьыла уымшиин.

* * *
Хе,чу! Чумата.
Хе,чу! Чумата!
Чуматира чумата!
Не говори то, что говорят.
Не смотри вниз.

Первые две строчки не переводятся на русский язык. Окрученного ими человека не дозволяли смотреть вниз, отвлекая его всякими движениями рук в танце. Посмотрев случайно вниз, он мог увидеть, что у окруживших его людей пятки-то впереди, а носки сзади, не как у людей!? И тогда он мог произнести магическое: «Пу, псимлахI!», и они бы исчезли.
Бытует такая бывальщина:
«…Как-то житель аула Кубина ХIаджьым (Хаджим) поздно вечером возвращается домой с поля. Смотрит навстречу ему целая компания: поют, танцуют, играют на гармонике, и среди них его неженатый друг. «Что случилось? Вы куда?» – спросил Хаджим. «Твой друг женится на девушке из Карапаго. Не возвращайся в аул, пошли с нами». Хаджим и пошел. Шайтаны завели Хаджима на такую высокую скалистую гору, что он испугался высоты и случайно произнес «ПсимлахI». Тут шайтаны исчезли. Хаджим очнулся, пришел в себя и понял, что он на труднодоступной высокой горе. Он оттуда в сторону аула начал кричать, звать на помощь. Аульчане услышали и различными приспособлениями его сняли со скалы.
Вскоре Хаджим заболел, затем сошел с ума и умер. А скалистая гора до сих пор называют Горой Хаджима (Хаджьым йыбхъв)…»
«Бывает часто, – говорят сказители, – лает собака во дворе. Мы выглядываем, никого не видим и начинаем ругать собаку, что она брешет. Нет, собаки не брешут никогда, просто они видят шайтанов и лают на них, а мы их не видим. Одна польза от них: там, где шайтаны пели и плясали, трава вырастает обильной, и называют эти злачные места «Шайтан кIвашарта» («Место, где выпля-сывали шайтаны»)».
Алмасты. Часто в научных кругах можно услышать о снежном человеке. Кто-то доказывает, что они есть, что напали на след, а кто-то, что их нет. Старики-сказители не подвергают сомнению, что есть снежный человек, и это никто иной, как алмасты. Это особая человеческая особь, покрытая длинными черными волосами, обитает у речных пещер, иногда и в лесу, обладает различной маги-ческой силой. Перед исчезновением этой особи, они начали входить в контакт с человеком, особенно женские особи в поисках мужского пола, чтобы сохранить свой род. Исчезать они начали оттого, что рождались только особи женского пола. Сейчас алмасты встречаются очень редко. Они легко перенимают любой язык. Не любят запах пороха. Если алмасты заглянула в дуло винтовки, винтовка переставала стрелять.
Если алмасты приходила в дом, принимали спокойно, дабы не допустить ее проклятий. Первое и обязательное требование ее, чтобы главный мужчина в доме был ее сожителем. Избавлялись от алмасты по-хорошему, чтобы только не прокляла род. По поверьям абазин, любое проклятие алмасты сбывалось. Бывало, от отдельных алмасты избавляться было очень трудно. Тогда они избивали ее сильно и заставляли произнести высшую магическую клятву – уашхо (уашхIва): «Уашхо! Никогда не подойду к Вашему дому» или «Уашхо! Никогда не будут проклинать Ваш род».
Стоило добиться от алмасты слова «Уашхо» («УашхIва»), можно было быть спокойной, ибо она никогда не нарушала высшую клятву. По поверьям абазин, «Уашхо» («УашхIва») – это высшая клятва. Народ верит в таинственную силу «УашхIва» и нарушить клятву, данную с именем Бога клятвы «Уашхо» считалось плохой приметой. Бог всегда наказывал за нарушение клятвы данной с его именем «УашхIва» («Уашхо»).
Алмасты заставляли клясться не только именем Бога, а часто со словом «Дикъан». «УашхIва-дикъан» (Уашхо-дикан, дикан – свидетельство). После чего она становилась смирной, спокойной и помогала по дому, двору. Или уходила в лес. После того, как ушла, старались не произносить ее имя. По поверьям абазин, каждый раз, как произнесешь ее имя, она делает семь шагов в твою сторону, чтобы опять встретиться.
Мужчины, которые вошли в контакт с алмасты, жили долго, А если не хотели войти с женщиной-алмасты в контакт, у мужчин был такой простой метод: они, как бы извиняясь перед ней, осуждали себя во всеуслышанье: «Ты думаешь, я на что-то способен, нашла мужчину? Ты думаешь, я обладаю каким-либо мужским достоинством? Я не способен ни на что». («Сара сахIа хъацIа дбмаухтI. Сара хъацIара сыладзыпщитI. КIара сашIысдзыпщитI»). Тогда стыдливо уходили некоторые алмасты со двора и больше к этому дому не возвращалась и не тревожила домочадцев.
Иногда помогало и такое избавление: лепили вареники (дзчашв), брали новую иголку, новый неиспользованный гребешок и бросали рано утром в воду, просили, чтобы она – алмасты, не подходила больше к их дому.
Айныжв (Айныжв) – циклоп одноглазый, человекоподобный, сильный исполин, обитал в высокогорных местах Кавказских гор. Они крали девушек и превращали их в жен, крали стада для еды и прятали в труднодоступных местах. Сами проживали в пещерах. Украшали пещеры каменьями с золотом.
Бытует такая бывальщина:
«…Как-то один охотник решил заночевать в лесу. Ночью он сделал костер и начал на костре жарить ляжку убитого им тура. Запах мяса услышал циклоп, приблизился к костру и сел. Охотник начал срезать кинжалом прожарившиеся куски мяса. Циклоп не выдержал и начал просить у охотника мяса. Охотник стал кормить циклопа, так они съели ляжку тура. «А теперь уходи, циклоп, дай мне поспать», – начал прогонят охотник. А циклоп говорит: «Я уйду, если дашь мне остатки сырого мяса от тура». Охотник не согласился, завязалась драка. Охотник смертельно ранил циклопа. Истекая кровью, циклоп начал удаляться. Охотник шел за ним по следу крови и набрел на пещеру. Циклоп упал и потерял сознание. А там, в пещере у костра, видит красавицу: «Кто ты? Ты из рода человеческого или ведьма?» «Нет, я не ведьма, я человек, забери меня отсюда. Меня выкрал этот проклятый циклоп». «А чей ребенок в люльке?» «Это мой, я родила от него, побежали, пока он не пришел в себя».
Она взяла ребенка, и они выбежали из пещеры. «Мы пойдем через эту высокую скалу, чтобы он нас не нашел», – предложила девушка и ловко забралась на скалу и оттуда кинула ребенка со словами: «Пусть будет проклят твой род». Они спустились со скалы и направились вниз к селу. По дороге девушка рассказала, кто она, чья.
Сначала в дом к родителям девушки зашел охотник и спросил, была ли у них дочь, как ее звали. Все подтвердилось, и тогда он им вернул дочь».
По поверьям абазин, уды – ведьмы. Обладают способностью перевоплощаться в котов. Основное зло, которое совершают они – душат понравившегося им младенца. И почти в каждом ауле ходит такая бывальщина, что отец того или иного младенца застал кота, сидящего в люльке над изголовьем ребенка и душащего его. В результате у ребенка синяки на шее. А коту обязательно опаливают лицо и ломают лапу. На следующее утро у подозреваемой в ведьмовских делах старушки «оказывается» лицо опалено и сломана рука. Она не выходит во двор, на улицу, чтобы никто не видел ее рану и не догадался, что она ведьма. Ежегодно уды (ведьмы) после посадки урожая проводят соревнования в высокогорных пастбищах. Они спорят. Часть из них хочет, чтобы урожай был хороший на полях, другие наоборот, чтобы урожай был хороший в огородах. Чтобы одержать победу, соревнуются в беге, держа кувшины с водой. Кто победил, свою воду выливают в огород или поле. Это соревнование в беге с водой называли «Нсанахв кIьарда» («Нсанах кярда»), «Нсанахв» в переводе с абазинского – имя женское, «КIьарда» – (половинчатая, недоразвитая). У победительницы в ее ауле и на аульских полях будет богатый урожай. А для проведения соревнования в высокогорных местах уды добираются на метлах. Обмазывают себя особым составом, садятся на метла и летят на соревнования.
Хададжады – привидение. Ко всей неземной цивилизации абазины, как и другие народы, относятся благосклонно, считают, что они выполняют божью участь, созданы высшей силой, за исключением хададжады (приведения). Выходить из могилы после смерти и пугать людей – считается богоотступничеством.
«Он прожил столько, сколько было ему предписано Богом, а зачем еще выходить на свет божий и выражать свое неудовольствие, что ты умер? А когда выйдет приведение, оно обязательно приходит к себе домой, воет и стучится в окна, пугает всех домочадцев и соседей», – сетуют сказители.
Чтобы привидение больше не выходило из могилы, по поверьям абазин, кто-то из членов его семьи должен взять топор, разбить челюсть тому мертвецу, который вышел из могилы, как привидение (хIададжьады). Тогда привидение возвращается в могилу и больше никогда не беспокоит ни семью, ни аул.
В каждом ауле есть один или два рода, у которых их родственник выходит из могилы, как привидение, но об этом говорят по секрету, чтобы не обидеть тот или другой род.
«…Жили свекровь с невесткой. Свекруха была очень жадной и никому никогда не делала добра, никому не протягивала кусок хлеба, не делилась с соседями вкусной едой. А, по поверьям абазин, Бог наделяет каждого человека двумя тарами. Одна – псапатара, тара для добра. Сделал добро, и в псапатара откладывается одно доброе деяние; вторая – гымхатара, тара отрицательных деяний. Сделал плохое, и в твою тару для плохих дел – гымхатара – откладывает одно недоброе деяние. По соседству от них жила многодетная семья. Невестка крала хлеб у своей свекрухи и угощала тайком детей. Вдруг в отсутствие свекрухи отелилась корова и принесла двух телят. Невестка быстро украла одного теленка и подарила детям. А корова давала много молока. Невестка тайно крала молоко, давала детям. Так они вскормили теленка. Теленок вырос – семья была спасена.
Вскоре умирает свекровь. Через пятьдесят два дня смотрят: кто-то воет в огороде и вырывает стебли молодых побегов урожая. Невестка с мужем проследили, а там приведение в облике ее свекрови. Она воет и срывает стебли: «Я голодная на том свете, меня не кормят. Моя псапатара – тара для добра пустая, поделись со мной добротой из твоей тары». «Хорошо, бери все мое добро, что я нажила. Я еще наполню свою тару добра, только не срывай стебли урожая и больше не выходи из могилы, как хададжьады, как приведение».
Тут подбежал с топором сосед – самый старший из округи и перебил ей челюсть. А утром на ее могиле забил кол из льацIа (бирючина)».
Къвылбыста (кулбыста) – русалка. По поверьям ашхарских абазин русалки обитают в воде. Они часто влюбляются в парней, которые приходят купаться к речке. Она прекрасная девушка в рыбьей чешуе и рыбьим хвостом. Русалки выпрыгивают из воды и пугают людей, детей. И, чтобы отвязать ее от своей речки, заставить ее отплыть куда-то вдаль, где нет людей, делали в честь русалки «НыхIва-ныпхьа» («Ныхо-ныпхе»), то есть торжество, праздник в честь кого-либо, вознесенной к лику святых. «Ныха» («Ныха») – святая. Ныпхьа («Ныпха») – трудно переводимое слово. Богопрошение. Разновидность слова «просить». ХIлыхIвитI – хIлыпхьитI («Ныхва-ныпхьа»).
Русалка удостаивалась особой чести – проводить своеобразный праздник: варили для нее вареники, покупали кусочек красивой ткани, меняли деньги на пятаки и вечером торжественно относили к речке и бросали в воду, преклоняясь, просили: «О, Святая Квылбыста! Съешь вареники (дзычашв). Из ткани сшей себе платье. Из пяточков (пятикопеечные монеты) сделай себе украшения». Часть вареников обязательно возвращали для тех, которые видели церемонию посещения русалки, но не пошли к воде. Они обычно ждали у села, каждый из них должен был откусить кусочек вареника.
У ашуйских абазин сохранилось название русалки – дзкIврычв, Старики аула Псыж сохранили название русалки на абхазском языке – дзызлан.
ПчагIв (домовой), по народному поверью пчагIв (пчагу), привязывается к дому по своему выбору, а как он выбирает, где будет жить, никто не может объяснить. Некоторые семьи привыкают к проделкам пчагIв (пчагу), а другие меняют место жительства. Вспоминают старики аула Эльбурган из рода Мац-Амаршан (Туковы): «У нас в доме всегда был пчагу (пчагIв – домовой). Маленькое человекоподобное существо. Он мог иной раз показать себя, а в основном не показывался. Ходил по воздуху. Часто, не показываясь, играл с нами: то прятал гребешки, то они плавали по воздуху в комнате, и мы их не могли поймать, и тогда просили его успокоиться, так как у нас много работы по дому. Часто невестки в доме оставляли своих младенцев присмотреть за ними. Обычно они спрашивали: «Ты здесь?» Они никогда не говорили, а постукиванием, шуршанием давали знать о себе. И они просили: «Посмотри за ребенком, пока подою коров». Бывало, зайдешь в комнату, а люлька качается, и не видно, кто качает. Когда выселили семью в Сибирь, как семью «троцкиста», дом разрушился и никто не стал жить в нем».
БнагIв (Бнагу). О мифологическом существе бнагIв (бнагу) собран материал профессором В.Б.Туговым в книге: «Память и мудрость веков».
«…Бнагу, лесной человек, имеет человеческий облик, но тело покрыто густыми щетинообразными волосами, на груди – острая кость, напоминающая лезвие топора, которым он убивает (или пытается убить) человека, прижав его к себе или навалившись на него.
Лесной человек, словно Пан в греческой мифологии, наводил панический ужас на людей. А встретившись с ним, люди пытались уйти от него или убить его. В одной сказке говорится, что охотник в глухом лесу готовил себе обед. В это время из леса вышло какое-то существо. Охотник жарил мясо, а лесное чудище, присев к костру, жарило коровьи лепешки. Все, что делал Мхамат, лесное чудище повторяло.
«Посмотрю-ка я, будет ли это чудище делать то, что я сейчас сделаю», – сказал Мхамат, взял уголек из костра, положил себе на колено и стал дуть на него. Лесное чудище все это повторило. Волосы на теле чудища загорелись, и оно с криками убежало в лес. Охотник выстрелил и ранил его. Пошел по «кровавому следу» и попал в подземелье. Мхамат убил лесное чудище, забрал золото и вернулся в лес.
Таким образом, Лесной человек, как и Длиннобородый, живет в подземелье, владеет богатством. Более подробных сведений о нем нет. В народе сохранились лишь неясные воспоминания о враждебном человеку существе…»
Байбуракъ – кентавр. По поверьям абазин Бог вначале создал маленького кентавра с человеческим лицом без крыльев. Посмотрел Бог на свое творение, и ему не понравилось. Тогда создал он большого кентавра с крыльями и человеческой головой. На этот раз творение Богу понравилось, и тогда он создал несколько кентавров. Проходит время, Бог опять призадумался и говорит: «Нет, я должен создать себе подобных с руками и ногами». И создает тогда он человека. Но кентавров не уничтожил, сохранив их, и наделив способностью свободно облетать планеты и изучать состояние атмосферы (апсабара аъаща). Один раз в столетие они прилетают и к нам на планету. Купаются то над деревьями, то на пшеничных полях, не сломив ни веточки, не уронив ни единого пшеничного зернышка в колосьях. И затем улетают на свою планету, в свой мир.


ОТ ПОВЕРИЙ К ТРАДИЦИЯМ

Основным принципом традиционно-бытовой культуры абазин является подчинение младших старшим, независимо от его происхождения, образования, положения в обществе. Культ старших и культ мужчины являются основными законами наших обычаев, которые выработаны долгой историей и способствовали прогрессивному развитию семьи и общества.
Форма отношений в обществе легла в основу обычаев и традиций, что породило много поверий в силу старшинства.
Когда коснешься вопроса старшинства, старики с какой-то печалью на лицах говорят непонятно, то ли крылатыми выражениями, то ли говорят просто от себя. Думается, что они говорят так, как мыслят, а нам кажется, что они говорят устоявшимися пословицами: «Нет счастья в том доме, где не соблюдается старшинство» («АхIбара-айцIбара ъаным аунагIва насып гьыгIвнам»). «Где нет старшего, нет и младшего» («АхIба дъаным айцIба дгьаъам»). «Горе и гибель народу, у которого младшие перестают почитать старших» («АхIбачва хвы зкврымцIауа ауагIахъа – йыдзуаш уагIахъапI»). «Знаете ли как, _ продолжают свои мысли старики, – соблюдение старшинства – это продлевание жизни народа. Окруженный заботой, вниманием, старик горд, оказываемой честью, от чего добреет душой и это продлевает ему жизнь. Много прожил, много видел – много мудростей накопил и многое успел передать подрастающему поколению. Вот почему говорят: «На Кавказе старики живут долго».
«…Когда-то, очень давно, люди жили очень долго, и стариков, достигших определенного возраста, сажали в специально плетеные корзины и вывозили в лесную глушь на съедение воронам.
Сын и внук одного старика повезли в лесную чащу, повесили на дерево и вернулись. Внуку стало очень жаль своего деда (даду). Он тайно вернулся, снял с дерева корзину с дедом, отнес в пещеру и спрятал. Три года внук носил деду еду в пещеру, ухаживал за ним, рассказывал новости. Однажды, весной внук пришел к деду и поведал о беде, которая приключилась с людьми; они голодают, съедены все запасы семян для посева, и сеять уже будет нечего. И вот что тогда посоветовал дед внуку: «Иди к людям и скажи, чтобы они пропахали обочины дорог. Вырастет хороший урожай».
Мальчик так и сделал. Вскоре взошли прекрасные колосья пшеницы и люди вспомнили о мальчике. «Как же ты догадался предложить вспахать обочины дорог и спасти нас от голода?» – спросили люди.
Мальчик ответил, что это не он, а его дед. Тут и открылась тайна. С этого времени люди решили не отдавать своих стариков на съедение воронам, не дождавшись их смерти, ибо мудрость стариков всегда будет нужна молодым. Дедушку мальчика, напевая родившуюся тогда песню: «О! Уара, дада!». Скорее всего, под «Уар» наши далекие предки подразумевали какого-то Бога. Сравнивая с Богом «Уар», прославляя его мудрость, торжественно восклицая: «О, Уара, дада!» («О, ты Бог УАР, дада!») забрали из пещеры со всеми почестями.5
Власть старших над младшими, главы семьи над членами семейного коллектива у абазин сохраняется и по сей день.
Соблюдать систему ценностей, которые созданы коллективным разумом, и передавать их из поколения в поколение считается доброй приметой:
– Подобрать себе супругу из семьи, где соблюдается старшинство.
– Никогда не вести себя развязно и самонадеянно в присутствии старших.
– Считать необходимым встать при появлении старшего и не садиться пока старший не займет место.
– Мужу и жене обнимать, ласкать своих детей в присутствии родителей и вообще стариков считается верхом неприличия, и неуважения старших. Если ребенок в присутствии бабушки и дедушки по привычке подбежал к отцу, отец должен, не обнимая, отсылать ребенка к своему отцу (дедушке) или же поднять ребенка и посадить на колени своему отцу или матери. Этим поступком он показывает свое величайшее уважение к ним. А как приласкать своих внуков, старики знают.
– Не позволять себе сесть, развалившись, рядом со старшим.
– Не говорить лишнего и не прерывать речь старшего.
– Большое значение для соблюдения хорошего тона имеет умение при необходимости тактично промолчать.
– Не пересекать дорогу старшему при встрече.
– Не входить раньше старшего в помещение
– Почтительно стоять, когда старший произносит речь или тост.
– Раньше старшего не садиться за стол и не уходить без дозволения старшего.
– Не допускать лжи и обмана по отношению к старшему.
– Нецензурные и непристойные слова и выражения совершенно исключаются.
– Подать старшему огонь, если он курит, но никогда старшему не показывать, как сам куришь.
В народе много случаев из жизни, связанных с почитанием старшинства. В Тлисовском квартале аула «Апсуа» («Часть души», «Душеподобный») во время сумерек шли по улице два молодых парня. Один решил закурить. Только зажег сигарету, как из ворот выходит старик. Молодой, дабы не нарушить этикет, не обидеть старика, зажженную сигарету зажал в кулак и прожег ладонь…
– Из-за уважения к старшему молодые не садятся на его место.
– Плохой приметой и верхом непорядочности считается, если невестка садится на кровать или стул свекра или старшего деверя.
– Если старший садится на лошадь, младшие поддерживают ему стремя, в машину – открывает дверцу машины, ворота.
– Дочь никогда не позволит себе говорить о своих чувствах с отцом, старшим братом и другими близкими родственниками.
– О любви и о женщинах в присутствии старших говорить не принято.
– В присутствии старших обнимать или ласкать своих детей не принято.
– Тот, который хорошо разбирается во всех тонкостях абазинского этикета, не сразу выпьет кружку воды в присутствии старших. Чтобы напиться, надо сначала осведомиться у присут-ствующих, не желает ли кто-нибудь из них утолить жажду и, только получив отрицательный ответ, станет пить, отвернувшись в сторону.
Бывает кто-то из старших хочет пить, но отказывается от предложенной кружки воды, чтобы не помешать утолить жажду, а решается попросить позже. За такую «оплошность» младший должен извиниться.
– Очень редко старших называют по имени, могут позволить себе это только сверстники. Обращаются вежливо: «Дада!», «Дад!» («Дедушка!»); «Нана!» («Бабушка!»); «Отец!» («ХIаба!»). В недавнем прошлом, чтобы подчеркнуть, что к старшему относятся с честью, обращались вежливо, называя имя его отца и добавляя слово «сын». Сейчас это можно услышать редко, например: «СальыхI йпа» («Сын Салиха»), «Кьарим йпа» («Сын Кьарима») или называют фамилию, добавляя слово «сын»: «Хачвыкъва Йпа» («сын Хачуковых»), имея в виду фамилию его рода Хачуковых, «МалхIваз Йпа» («сын Малхозовых»).
– В семье, где есть старики, младшие (внуки, правнуки, невестка) подают перед сном таз с водой для мытья ног или моют ноги (по желанию старика), убирают постель и утром заправляют, выливают воду после омовения.
Устоявшиеся традиции ведут свое начало из глубины веков.
В конце 18 (XVIII) и начале 19 (XIX) вв. русское царское правительство направило на Кавказ одного из ярких представителей прогрессивного русского офицерства Федора Федоровича Торнау. Он собрал и опубликовал в книге «Воспоминание кавказского офицера» многочисленные материалы по истории, этнографии, исторической географии Западного Кавказа, дающие широкую картину жизни кавказских народов. Вот что он пишет, побывав в гостях в селе Агипсоу: «…Чтобы избавить меня на первый раз от их нескромного любопытства, Карамурзин остановился в одном доме, а я, Имам Хази и Сефер-бей поместились от него подальше, у другого хозяина. С удовольствием вспоминаю о первом впечатлении, какое сделал на меня Агипсоу. Сдав лошадей, мы пошли в кунацкую, в которой слуги суетились, расстилая для нас ковры, подушки и разводили на очаге огонь. В этом отдаленном уголке гор существовал еще патриархальный обычай, по которому дочь хозяина обязана умывать ноги странников; но и тут, впрочем, обычай этот удержался в виде одной наружной формальности. Когда мы уселись на приготовленных для нас местах и сняли обувь, в кунацкую вошла молодая девушка с полотенцем в руках, за которой служанка несла кувшин с водой. В то мгновение, когда она остановилась передо мною, кто-то бросил в огонь сухого хворосту, и яркий свет, разлившийся по кунацкой, озарил девушку с ног до головы. Никогда я не встретил подобной изумительной красоты, никогда не видал подобных глаз, лица, стана; я смешался, забыл, что мне надо делать, и только глядел на нее. Она покраснела, улыбнулась, и молча наклонившись к моим ногам, налила на них воды, покрыла полотенцем и пошла к другому исполнять свою гостеприимную обязанность. Между тем свет становился слабее, и она скрылась в дверях тихо, плавно, подобно видению, более я ее не видел. Хази долгое время сидел в каком-то оцепенении, вперив глаза на пустое место, где она стояла перед ним за несколько мгновений; и, наконец, сказал мне по-татарски: «Брат Гассан, видал ли ты в жизни подобную красоту? А я не видал, и увижу разве только в раю, если грехи позволят в него войти». Долго еще после того Имам Хази не мог забыть агипсоуской абазинки…»
– Старшему в первую очередь подают еду, затем отцу семейства, а затем другим членам семьи по старшинству. Желательно подавать через детей в доме, чтобы дети обратили внимание на соблюдение старшинства.
– Молодой человек, встретив старика или старуху, любого старшего по возрасту, несущих ношу, должен взять и понести.
– В традиционных абазинских семьях и до наших дней сохраняется обычай не появляться на глаза старших молодым с момента обручения и до свадебных обрядов, а также обычай запрета разговаривать со свекровью и свекром. Сошлемся на одну бывальщину, которая, как говорится, основана на действительном случае и которая имеет широкое распространение среди абазин. Некогда один мудрый старик решил совершать обряд «Рчважвара» (обряд снятия запрета разговора невестки со свекром). Собрал уважаемых людей, зарезал быка, купил подарок невестке. Она первое доброе слово произнесла свекру. Все довольные и веселые разошлись с торжества. Проходит три дня. Старик снова извещает всех родственников, друзей уважаемых людей аула о том, что зарезал трех быков и срочно просит явиться к нему.
Все явились и с недоумением спросили: «Что случилось?» «А случилось то, – ответил старик, – что я собрал вас три дня назад, чтобы совершить обряд снятия запрета разговаривать с невесткой. Вы были свидетелями, что в честь этого зарезал быка. А теперь я зарезал трех быков, чтобы моя невестка снова замолчала и приняла обет запрета разговаривать со мной. В честь этого зарезал трех быков».
Эта бывальщина говорит о том, что невестка оказалась нетактичной, грубой в разговоре со старшим и не соблюла обычай старшинства.
– В присутствии третьего лица жена никогда не называет супруга по имени, также поступает и супруг. Допускают такие формы обращения друг к другу: он, она, хозяйка, хозяин, мать детей, отец детей. Или еще проще: невестка моей матери.
Богопрошение – одно из распространенных народных поверий. По сравнению с праздниками богопрошения «Нып» и «Дзиуара», «БараныхIва» (Бараныхва) считается самым святым и самым почитаемым древним праздником богопрошения. Этимология слова «БараныхIва» нам показывает, что этот праздник посвящался самому главному Богу – Ан (Анчва).
Бар-ты; ан-мать (в переводе с абазинского); ныха – святая. Ты святая мать Ан. По поверьям абазин, Бог Ан (Анчва) – наша прародительница и прародительница всех людей на земле, мы, отошедшие от ее груди (Ан лкIыкIа йгIаццIыз хIуагIапI). Мы, вышедшие из ее тела – шкуры: Ан – мать; чва – шкура (в переводе с абазинского). После языческой веры Бог Анчва – самый главный и единственный Бог в облике отца и в облике матери. С принятием мусульманства наряду с именем Аллаха применяют имя Бога Анчва. Праздник богопрошения «БараныхIва» проводили лишь тогда, когда народ столкнулся с какой-то бедой: при наводнении, землетрясении, при различных массовых заболеваниях, когда увеличилась смертность, а также перед боем во время военных действий. По различным бывальщинам, сохранившимся в народе, не было случая, когда не помогло богопрошение «БараныхIва». Добрые старики и сейчас убеждают возвратиться к богопрошению «БараныхIва», так как народ наш перед большой бедой – перед исчезновением. «И то место, где когда-то провели всенародное прошение Богу Анчва, становится святым местом. Затем каждый мог уже пойти туда и просить все, что хочет, конечно, соблюдая все обязательные ритуалы. Обязательно приносить в жертву козла. «Бог Анчва принимает в жертву только козла», – говорят старики. Вместе с тем, они называют святые места в районе Зеленчука и Урупа, где когда-то проводилось богопрошение «БараныхIва». Один из сказителей г. Черкесска, уроженец поселка Псху в Абхазии – Псху Хизир вспоминает: «Когда мы жили в Псху, была святая гора. Там, около этой горы проводили когда-то богопрошение, и потому место стало священным. Многие из моего аула Старокувинск помнили это место. Одна старушка взяла своего родственника, взяла живого козленка и поехала в Псху. Они остановились около святой горы, зарезали козу в честь Бога Анчва и попросили вернуть ее внучке слух и речь. Пока старуха вернулась, внучка начала говорить и слышать. Она с радостью: «Нана, я слышу, и уже говорю!» – открыла калитку своей бабушке. Это я видел своими глазами…»
Для проведения праздника богопрошения «БараныхIва» выбирали самый красивый уголок, чтобы была гора или пригорок, лес, и обязательно родничок или речушка. Привозили одного или несколько козлов, рассчитанных на количество людей, принимавших участие в богопрошении. Желательно было присутствие представителей каждого рода и как можно больше мужчин. Принимали участие и женщины, и дети. Когда все приходили к единому мнению по выбору места для проведения церемонии, все мыли руки, умывались. Чистыми руками вытянутыми вверх к небу просили прародительницу семь раз, выговаривая четко свою просьбу. Сначала семь раз называли ее имя: «О, бара, ан, ныха!», «О, бара, ан, ныха!», («О, ты, ан, святая!»). Быстро проговаривая обращение к Богине, получалось одно слово «БараныхIва» Так родилось единое общее название. Затем готовили коз к жертвоприношению. Перед жертвоприношением опять с вытянутыми руками вверх обращались к Богине, четко проговаривая просьбу: «О, бара, ан, ныха! Прародительница наша избавь народ от тяжкой болезни!» («О бара ан йныху! ХIгIазшаз хIан, хIачвхъыхча йгIахIылалыз азгIвачвчьа!»). «О, бара, ан, ныха! Сохрани нас от землетрясения!» («О, бара ан ныха! ХIгIазшаз! ХIачвхъыхча ачIвылацIсра, хIгIахча!»). Затем резали коз, разделав каждую, готовили вертела и одевали мясо, почки, печень и жарили на заранее приготовленных кострах. Перед употреблением мяса вертела с нанизанными кусками обращали к небу и опять просили Бога Анчва, выражая свою просьбу, и только тогда приступали к трапезе. Кости принесенных в жертву козлов зарывали в яму. Есть мясо жертвенное с чем-либо запрещалось. Можно было запивать водой из родника и речушки, около которого проводили богопрошение. Просили Бога Анчва семь раз. После семи раз столько, сколько угодно. Чем больше, тем лучше.
«Построил дом, купил машину, посадил сад, купил корову, произошло доброе событие – благопожелание любому делу – добрая примета. «Бог слышит каждое слово и может так случиться, что воспримет твои слова, потому говори всегда добро», – учат старики.
Совершенно забыт народом старинный рождественский обряд богопрошения. Сохранилась только песенка – колядка: «О, Нана!»6, как память о христианской вере. Перед тем, как колядовать, брали большую ветку, очищали ножом до бела, украшали различными рукодельными игрушками: куклы, яйца в сеточках, вышитые носовые платочки, кошельки. Сами одевались, как лесные звери, изображая медведей, лис, волков, и ходили по дворам, собирали вкусную еду. Затем собирались в большом дворе, закапывали ветку, вокруг ставили свечи и просили с вытянутыми руками вверх благополучия в Новом году.
Древнейшая песенка, которая сохранилась в народе, без сомнения, отделяет Богиню Нану от главного Великого Бога – Анчва. В песенке сначала идет обращение к Богине Нанне: «О, Нанна йгIахIылтпI!» («О, Нанна даст нам!»), а затем к главному большому Богу – Анчве: «Анчва йдуу йгIахIитпI!» («Анчва великий даст нам!»).
Может быть наши предки тоже, как и древнейшие шумеры, считали Нанну Богом Аннунаком. По древнешумерским мифам, Аннунаками считались божества, которым Бог небес Ан приказал родиться. Нанна считалась в начале Богиней Луны, затем городов, очага.7 Нана в переводе с абазинского – бабушка самая старшая, приравниваемая к Богине и хранительнице очага. Очень много названий древнешумерских Богов, которые свободно переводятся на абазинский язык, но здесь требуется другая исследовательская работа. В данной песенке два шумерских Бога: Нанна и Анчва, которых абазины считают тоже своими Богами.

1. О, Нанна!
О, Нанна даст нам, –
Великий Бог – Анчва даст нам.
И Мухамед даст нам,–
И Жирный Тобар даст нам, –
Великий Бог – Анчва даст нам. 3. О, Нанна даст нам, –
Великий Бог – Анчва даст нам, –
И Али даст нам,–
И меткий стрелок даст нам, –
И много орехов лесных даст нам,
Великий Бог – Анчва даст нам.
2. О, Нанна даст нам, –
Великий Бог – Анчва даст нам.
И Фатимат даст
нам, –
И горячие лакумы даст нам, –
Великий Бог даст нам.

Рассказывает Х.Ашба из аула Старая Кува (Хъвыжв ду), ныне проживающий в г. Черкесске: «Ашхараовские абазины просили Бога (НыхIвара акIвдыршун) у святого дерева. Святое дерево называли «Налкъвыба (Налкуба). Когда-то в горах Кавказа росло красивое дерево с прекрасными плодами желтого цвета. Плоды – несъедобные, по форме напоминали подкову. Отсюда и название дерева «Налкъвыба». В переводе с абазинского нал(ь) – подкова; къвыба (мкъвыба) – кубышка. На ночь, перед дорогой, ставили под деревом обувь, чтобы возвратиться живой и здоровой. Кто оставлял одежду, хорошую еду и просили благополучия. После свадьбы оставляли еду от свадьбы и что-либо из одежды невесты и просили святое дерево, чтобы невестка была благодатной, родила много детей. Раз в год святому дереву приносили жертву.
Ребенок родился, сделал первые шаги, все шли к святому дереву, организовывали торжественное богопрошение около дерева. Напевая песенку первого шага ребенка, водили ребенка вокруг дерева:

Ди, ди, дныкъвитI
Хаша, мтшаша дннкъвитI
АхъацIа хахва дныкъвитI
(АпхIвыспа хьапщ дныкъвитI)
Гвыргъвахъвыла дныкъвитI
ЙгIайит улпха Налкъвыба

Когда спустились с гор Архыза и Теберды на равнину, то выбирали или дуб (джъчIвы), или другое многолетнее большое дерево, объявляли святым и поклонялись ему. Любое дерево, которое объявлялось святым, называли «Налкъвыба». Бывает, в семье часто болеют, мужчина часто делает аварии на своей машине, не везет с работой – обращаются к старушкам, которые умеют хорошо просить Бога (Бзита йхIвахIвитI), и их просьба воспринимается Богом. Идут к таким старушкам с подарками. Старушки семь раз все это обводят вокруг того, о ком просят, и раздают малообеспеченным семьям как долю божью».
«Как-то раз повздорила молодежь, – рассказывают старики, – и один из них, чтоб доказать свою правоту, не сдержался в споре, вытащил оружие и застрелил ни за что одного из них. Испугавшись своего поступка, быстро «взлетел» на коня и ускакал. Опомнившись, другие помчались за ним. Преследуя убийцу, они оказались у ворот одного старика. Они пригласили старика и говорят:
– У тебя скрылся сейчас убийца. Выдай его нам.
– Нет, – ответил старик, – он мой гость. Он объявил себя гостем, и я принял его, как гостя, не могу нарушить традиции гостеприимства.
– Молодежь посовещалась и решилась открыть правду старику.
– Ты прости нас, дада. Да будет твое старшинство долгим. Отдай нам убийцу. Он обидел тебя.
– Как же он меня обидел? – переспросил старик.
– Дада, он убийца и убил он твоего сына.
Старик, покачиваясь, присел, опустил голову и молчал. Все с нетерпением ждали, когда он выдаст своего гостя. Мудрец поднял свою голову и говорит:
– Я потерял своего сына, а если я потеряю свои традиции, я потеряю свой народ. Он мой гость и нарушить традиции гостеприимства не могу.
Молодежь отступила. Старик своего гостя накормил, затем оседлал своего коня и вместе с гостем выехал за ворота, и, охраняя его, повез убийцу в его село и в его дом…»
«В период доброй старины, как рассказывают старики, – мы это не застали, а нам рассказывали старики, что раньше была такая традиция – уходить в путешествие на три года. Молодым людям давали только оружие, и они в течение трех лет должны были сами добывать еду, уметь защитить себя от холода. Им поручалось изучить климатические условия, землю. Узнать, где можно поселиться и что можно выращивать. Узнать новые племена, их обычаи и традиции. Если кто-то из путешественников не выдержал и возвратился, то его не пускали в аул – плохая примета: переведутся мужчины, сильные духом, мужественные. Мужчина приравнивался к Богу, и если теряются мужские достоинства, то теряется мужское божественное жизненачало, теряется народ. Прекращается человеческая жизнь».
– Семья, где не главенствует мужчина, обречена на гибель.
– Мужчину небрежно толкнуть ногой, унижать недостойными словами, отказывать в сексуальных потребностях – плохая примета. Потеряет свое мужское начало.
– Ударить мужчину веником, хотя бы случайно – плохая примета: его жизнь будет сметена, как мусор.
– В семье у мужчины спрашивать: где ты был, чем занимался? – недобрая примета. Надо его всегда держать в чести, уважении и доверии, так как он мужчина.
– Мужчине подробно рассказывать все, что видел или услышал жене и домочадцам – не к добру. Надо семье всегда оставлять мужскую надежду, для решения проблем, чтобы всегда семья думала: «Он мужчина, он решить все». Всегда все подробно рассказывать – перестанут постепенно уважать в собственной семье, а затем и другие, тут недолго потерять и достоинство.
«Раньше, уважающая себя девушка, не выходила замуж за парня, пока она не увидит, как он спит. Это дело поручалось кому-нибудь из родственников, чтобы тайно выследил, как жених спит.
Если молодой человек заснул и во сне согнулся и руки держит в паховой области, то он неблагородный и недостойный мужчина. Если же спит на боку и одну руку держит под головой, вторая рука лежит сверху одеяла, или же обе руки под головой, то он человек чести и благородства. Поверьте – это сущая правда», – вспоминают старики.
– Женщина – хозяйка в семье, лучший кусок бережет для мужа (отца семейства), сыновьям, а сама будет есть что-либо попроще. «Желудок мужчины всегда смотрит на женщину», – гласит абазинская пословица. Считается, что женщина у котла нет-нет да перехватит всегда кусок и не бывает голодной. А мужчина только два раза в день садится за стол. В народе на этот счет бытует поверье о щебетании ласточки: «Мужчины едят дважды, женщины – трижды! Если говорю неправду, да захлебнусь я кровью!» (Ахъачваква – гIванчара, апхIвысква – хынчара! Мыц схIвузтын аща гIасшIыжжытI!»). Повторяющийся звук «ж» удачно передает щебетание ласточки».


О ДРУГИХ ПРИМЕТАХ И ПОВЕРЬЯХ

Из предлагаемых нами примет и поверий вам уже что-то известно, а что-то и нет, но мы не задавались целью открывать новое. Наша задача систематизировать, соединив лучшее из существующего в народе и придать завершенную форму и собрать воедино то, что сохранилось и хранится в народной памяти.
Можно было бы рассказать о многом по народным приметам и поверьям, но нельзя объять необъятное:
– Переходить дорогу идущему – плохая примета. Ему не повезет ни в чем.
– Встречать с пустыми ведрами идущего – плохая примета: не решится ни один вопрос из его проблем.
– Проклинать человека – плохая примета. Слова проклятия вернутся к тому, кто их произносит.
– Если случайно надел одежду наизнанку – плохая примета: не повезет в делах.
– Чешется щека – к слезам.
– Чешутся губы – жди вкусного мяса.
– Чешется ступня (щаргвыцIа) – к дороге.
– Чешется нос – к выпивке.
– Дергается правый глаз – жди радости.
– Дергается левый глаз – жди слез. Правый глаз – хороший глаз («Ала бзи»), левый глаз – плохой глаз («Ала гымха»).
– Если звенит правое ухо – к добру. И как только зазвенело ухо, обязательно загадывают что-либо и спрашивают: «В каком ухе звенит?» Если угадали, то сбудется загаданное.
– Если ухо горит – кто-то осуждает.
– Абазины говорят: «Сшан гIаитI» («Идет мой шан»). Слово «шан» не подлежит переводу, может, когда-то знали значение этого слова и потеряли? Второе слово переводится «идет», то есть: «Идет мой шан». Имеется в виду: изредка зудящий проток в носу. Если прошел такой проток по носу – жди гостей. Это поверье самое распространенное, как одно из поверий, которое обязательно сбывается по мнению абазин.
– Если смотреть поверх всего сосредоточенно в одну точку (Хъырпшылра) – жди гостей.
– Если у женщины дети маленькие и вдруг зачешется грудь, то кто-то из детей заболеет. Она – мать, получает сигнал и своевременно начинает следить за детьми и предотвращает их от глубокой болезни. А если у женщины взрослые дети и где-то они в отъезде, и вдруг зачесалась грудь – кто-то из детей голодный.
– Свистеть в комнате – плохая примета: высвистишь в доме счастье.
– Разобьется зеркало – плохая примета: разбиваешь свое счастье.
– Чистые глаза – чистое сердце.
– Человек с густыми бровями – носитель добра.
– Брови, расположенные близко – к быстрой женитьбе.
– Если у девочки брови расположены далеко друг от друга – выйдет замуж где-то далеко.
– Каждый человек имеет три звезды: первая звезда – звезда рождения. Каждый человек рождается под какой-то звездой; вторая звезда – звезда смерти. Каждый человек умирает под своей звездой смерти. Третья звезда – звезда счастья.
– На новую Луну не указывают пальцем и не говорят вслух, что новая луна, а приседают и просят счастья у звезды своего счастья. Можно присесть с серебряной монеткой и просить Луну, чтобы в этом месяце появились деньги или просто держаться за деньги. Месяц будет прибыльным.
– Если изо рта выпал кусок – жди гостей. Большой кусок выпал изо рта – жди мужчину, маленький – женщину.
– Если у порога запел петух – жди хороших вестей, гостей.
– Если после обеда запели петухи по селу – плохая примета: по селу идет человек, который не любит это село.
– Кричать вслед и спрашивать: «Куда идешь?» – плохая примета: можешь неожиданно для себя сглазить предстоящие дела человека.
– Плакать вслед – плохая примета: может не возвратиться.
– Подставив руку к подбородку и смотреть на свою семью – плохая примета: кличешь беду в семью.
– Перед поездкой на службу (или в годы войны на фронт) дают призывнику откусить кусок хлеба. Откушенный кусок хлеба следует беречь до его возвращения со службы – добрая примета: он всегда возвратиться к своему недоеденному куску хлеба.
– Застегивать пуговицы сверху вниз не к добру. Надо застегивать снизу вверх.
Без примет не остался и очажный костер:
– Костер горит, искорки стреляют на тебя – кто-то обвинит тебя в сплетне. И чтобы этого не случилось, надо поплевать в костер три раза.
– Если горящая головешка встала ровно – готовь стол, непременно будут гости.
– Подправлять горящие головешки и угольки костра надо молча, иначе все деловые или любые другие разговоры превратятся в неправду.
Ночью из дома в дом переносить горящие головешки или же играть ими во дворе – плохая примета: жди недержания мочи.
– Ложь никогда не скроется. Если никто не сможет раскрыть ложь, раскроет хотя бы травка «перекати-поле» – гласит поверье. Такое поверье подтверждается бывальщиной, которая бытует в народе.
«…Два парня, два друга полюбили девушку. Она выходит замуж за одного из них, своего возлюбленного. Вскоре ее мужа убивают. Проходит время, и второй женится на ней. Девушка начала подозревать, упрекая второго мужа, часто повторяла: «Ложь никогда не скроется. Если ты не скажешь, что ты убил моего мужа, расскажет «перекати-поле».
Как-то летом все сидят во дворе, и вдруг подул ветерок и во двор закатил «перекати-поле». Мужчина с улыбкой обратился к жене и говорит: «Что же «перекати-поле» (джьугьальа) не рассказал тебе, что я убил твоего первого мужа, моего друга».
Так, неожиданно для себя, он проговорился. Ночью она убивает второго мужа и себя, завещав похоронить ее рядом с первым любимым мужем…»
«У вора свои повадки, – говорят сказители, – или он покраснеет, или сделает какие-то непривычные ему движения».
Чтобы выявить вора обычно прибегают к таким методам: тот, у кого украли, объявляет, что, если не подбросят украденное, он прибегнет к самым крайним мерам, поймает волчью лягушку (квыджвма ада) и подсадит к костру потухающего очага. Лягушка опухнет и лопнет. Точно также у вора опухнут руки, лопнут и никогда не заживут. Тут раскроется и вор. Есть ли волчья лягушка или нет, никто не знает, но все верят тому, что есть такая лягушка.
«Многие опасаются проводить такую опасную процедуру, так как это чистая правда. Распро-страняется слух о том, что собираются подсадить волчью лягушку к костру, в надежде, что подкинут украденное. Часто срабатывает. Раньше проводили более щадящие процедуры. Резали молодого ягненка и делали из его шкуры пузырь (чырпIи). Дули день, два и постепенно шкурка раздувалась, но пока еще она не лопнула, делали подворный обход и находили того, кто опух – вор пойман», – убеждают добрые сказители.
«Кровь человеческая живая, и никогда кровь крови не прощает, рано или поздно кровь мстит за себя», – говорят старики, и по этому поверью мои сказители сохранили такую бывальщину:
«…У младенца, который был в люльке, убили отца. Убил какой-то пастух. Ребенок вырос, стал пастухом. Как-то раз стадо привел к реке на водопой. На берегу какой-то старик, наклонившись, пьет воду. Напился, отошел и видит, что нет кошелька, который лежал в грудном кармане. Он подошел к пастуху – молодому парню, и начал обвинять его в воровстве, что взял кошелек, который уронил у реки. Пастушок разозлился, что его обвиняют в воровстве и убил старика.
Пастушок пожалел о своем поступке и начал казнить себя во всем. Никак не поймет, что с ним приключилось, почему он убил старика. Вдруг заговорила уахйа (уахIйа) – голос божий с небес: «Ты убил старика не просто так. Он когда-то, когда ты был младенцем, убил твоего невинного отца. Кровь никогда не прощает крови». («ЩакIи щакIи гьаквхум»). Парень успокоился и достойно похо-ронил старика».
– Аллаха можно увидеть только после смерти. И по этому поверью бытует такая быличка.
«…Как-то раз Мухамед не сдержался и в отчаянии поднялся к Аллаху, но его не увидел. Аллах его увидел и промолвил: «Что ты пришел ко мне раньше времени, ты меня увидишь только после смерти, а сейчас лучи, исходящие от меня, не дают тебе меня увидеть».
– Бог любит того, кто любит детей. Самое дорогое – это дети. Если ты наказал детей, которые не различают добро и зло – Бог никогда не простит.
«…Один, кроме зла, добра никогда не делал: убивал, грабил. К старости решил искупить свои грехи – совершить Хадж (Паломничество). Присоединился к какой-то группе, идущих совершить паломничество. Жара, горячий песок, двигаться практически невозможно, и они решили сделать привал. Он – грешник, решил отойти от группы и где-нибудь переночевать. Постучался к кому-то на огонек, и его впустили на ночь. Смотрит грешник и видит такую картину: дети сидят у очага и рыдают от голода, а старуха над очагом в котле варит камешки и, помешивая ложкой, успокаивает детей: «Не плачьте, потерпите, еда скоро сварится». Грешник посмотрел на старуху, она тихо произнесла: «Жду, пока уснут дети. Во сне голод не ощущается». Грешник вышел и пошел добывать еду. Украл теленка, зарезал, накормил детей и поел сам, а остатки мяса обработал и спустил в холодный подвал.
Утром вернулся к своей группе. Все тронулись в путь, а жара все усиливается, и двигаться вперед становится все трудней и трудней. Вдруг тучи заволокли небо, и образовалась огромная тень. Все начали спорить: каждый думает, что его Бог (Аллах) возлюбил и подарил тень и прохладу для совершения Хаджа (Паломничества). И, чтобы убедиться, кому ниспослана прохлада и тень, разошлись в разные стороны. Тень и прохлада отошли в сторону грешника, который накануне спас детей от голода.
Ради детей Бог может простить все, но и может наказать жестоко».
«…В Абхазии, где сейчас находится прекрасное озеро Рица, некогда было село. Край охватил голод после засухи. На окраине села жила старушка с осиротевшими детьми. Старуха пошла по аулу собирать подаяние. Никто не подал ни куска. Женщина вернулась, поставила на очаг варить мелкие камешки. Дети ждали, не дождавшись еды, заснули. Вдруг стук в дверь. Мужчина попросил впустить в дом. «Нет в доме ни еды, ни мужчины», – ответила старуха. «Я ангел, я не сделаю никакого вреда, впусти меня». Старуха открыла двери. Мужчина подсел к очагу, где варятся камешки, и просит накормить его. «Прости, я варю камни, обманываю детей», – ответила старуха. «Нет, – ответил ангел, – открой и посмотри». Старуха открыла, а в котле варится картошка. Она накормила и ангела и детей. После трапезы ангел предложил: «А сейчас быстро поднимись с детьми на самую высокую гору, скоро все село погибнет, Бог наказал это село из-за твоих детей».
Только успела старуха подняться в горы, как завертел смерч. Летели камни, деревья. Вскоре земля разверзлась на две части, и село ушло вниз и покрылось водой. Образовалось озеро. Старуха с жалостью вскрикнула «О, РыцхIага!» С тех пор начали называть озеро «Рица» («Несчастье»)».
Как у всех народов, у абазин бытует тоже такая пословица: «Долг материнский никогда не искупить», но у абазин эта пословица звучит несколько по-другому: вместо «долг» говорят «грех». «Грех материнский никогда не искупить». Бытует и такая бывальщина: «…У одного парня была больна мать. Она была калекой. Семь лет ухаживал за ней, сажал на спину и выносил во двор, на улицу. После семи лет спросил у Бога Ан: «Искупил ли я свой грех перед матерью?» «Нет! Если ты будешь ухаживать всю жизнь, тогда искупишь свой грех», – ответил Бог. Парень продолжал ухаживать за матерью. Но однажды ему надоело ухаживать за матерью, подставил спину, чтобы вынести ее и говорит: «Садись, ты надоела и мне, и Богу, и людям». Как только парень произнес последнее слово, он услышал божий глас (уахйа) с небес: «То, что ты сделал для матери до сих пор, пропало, и ты никогда не искупишь своего греха перед матерью». Так силен грех (изъят) материнский».
– К порогу (ашвхъымса) относятся как к самому святому. Стоять около порога, решать какие-либо вопросы, просто говорить о чем-либо – недобрая примета. Все, о чем говорится, ничего не сбывается и тут же пропадает. Надо обязательно перейти порог.
– Во время примерки готового изделия обшивать клиентку иголкой с ниткой – плохая примета: положительная энергия, исходящая от человека, становится слабой.
– Пройти между двумя людьми и особенно между мужем и женой – плохая примета: уносишь счастье между ними.
– Бывает, неожиданно всем телом содрогнется человек. Это ангел смерти дотрагивается до человека, напоминает о себе.
– Направлять нож к человеку острием – плохая примета: у ножа сразу же появляется желание кого-либо кольнуть или порезать. («АхIваспа хIвапситI»).
– Мягкие волосы – к мягкосердию.
– Если волосинка вылезла на лоб – жди гостей.
– Если есть умершие дети или родители, то ни в коем случае выпавшие волосы после расчесывания сжигать нельзя. Есть такое поверье, что на том свете умерший ребенок слышит запах волос и кричит в паническом страхе: «Горит моя мать!» («Сан дблитI»), а мать в тревоге за своего ребенка на земле кричит: «Горит мой ребенок!» («Ссаби дблитI»). В тревоге и наши создатели: «Наши люди горят!» («ХIуагIа блитI!»), – говорят они и спускают ангелов, чтобы посмотреть на нас, все ли в порядке на земле. Потому рекомендуется зарыть волосы в землю со словами: Вышли мы из земли и входим в землю».
– Есть такое поверье, что часть людей рождены от человека, часть от осла, кое-кто – от собаки-моськи, которая любит без конца полаять.
«…Нух-фигамбар начал искать мастеров для строительства большого корабля, чтобы посадить каждой твари по паре и поплыть, спастись от наводнения. Нашел одного мастера и привел к себе домой. Мастер, как увидел дочь Нуха, которая была неземной красоты, сказал: «Я буду помогать строить корабль, если выдашь за меня свою дочь». Нуху нечего было делать – согласился. Вскоре нашел и второго мастера. Он тоже, как увидел девушку-красавицу, дочь Нуха, заявил: «Я буду строить корабль, если выдашь за меня дочь. Нух и тут согласился. Находит и третьего мастера. Он тоже обещает помочь в строительстве корабля, если выдаст за него свою дочь. Нух соглашается и в третий раз.
Корабль готов, и все три мастера начала напоминать Нуху о дочери. Нух в отчаянии обращается к Богу с просьбой помочь и подсказать, что делать. Бог ответил: «Отведи своего осла в одну из своих комнат, оставь там, в другую комнату заведи свою собачку-моську и оставь там.
На следующее утро приходит к Нуху первый мастер и требует дочь. Нух отвел его к своей дочери. Подоспел и второй мастер. Нух отвел его в ту комнату, где оставил своего осла. Зашли и видят вместо осла дочь-красавицу. За ночь Бог превратил осла в девушку, очень похожую на дочь Нуха.
Доделав свои дела, пришел и третий мастер с опозданием. Нух отвел его в ту комнату, где оставил собачку-моську. А там моська в облике девушки-красавицы. От них начали рождаться дети. От женщины-осла неуклюжие, неподвижные, упрямые люди. От женщины-моськи – люди без конца лающие, скандальные. А от настоящих женщин – настоящие нормальные люди. Вот почему иной раз среди людей попадаются подобие ослов и собак».
«Присмотритесь повнимательнее, а разве не видно, кто от кого рожден?» – улыбается один из милых стариков».
Есть такое поверье, что во время свершения Хаджа (Паломничества) бывает, что Ангелы творят чудеса, играют в свои ангельские игры.
«…Из села Бибердовского четверо отправились в Хадж (Паломничество). Один из них заболел и не может возвратиться. Его сосед и друг решил остаться с ним, а других отправили обратно. Дорога дальняя, ехать было трудно, нужны были деньги, чтобы везти больного обратно. Ухаживая за больным, сосед потратил все свои деньги, а тут и ангел смерти свершил свои дела, и больной начал умирать. Перед смертью попросил воды. Сосед вышел за водой для больного, а больной, чтобы не передать свои деньги соседу, ухаживавшему за ним, взял и съел свои деньги.
Сосед похоронил умершего за последние копейки и остался ни с чем. Ходил голодный, и вдруг его приметил один араб, приютил, накормил и тут добавил: «Кто-то по четвергам приходит в белом одеянии, на белом осле. Он как бы из ваших краев, с Кавказа. Подойди к нему, может, поможет». Он встретился с ним, переговорил, рассказал все, что с ним приключилось. Старик в белом одеянии ответил: «Я тебе помогу, если будешь делать все, что я говорю. Ты сходи на кладбище и ночуй около могилы своего односельчанина и хорошо все запоминай». Он так и сделал. Пришел на могилу и видит, как маляики (ангелы) из одной могилы берут мертвеца и перекладывают в другую могилу. Видит, как вытащили из могилы и уносят куда-то его односельчанина, а на его могилу кладут девушку.
Утром приходит Ших, который в белом одеянии, и говорит: «Сейчас я тебя отправлю домой в мгновение ока». Они оказываются на окраине села Бибердовского, около кладбища, и показывает он могилу, где перезахоронен его друг. «Его сыновья потребуют от тебя деньги их отца, а ты покажи эту могилу, попроси, чтобы откопали, открыли живот и из его живота вытащили деньги. А этот кошелек с деньгами подари вон тому пастуху. Он очень нуждается и очень хороший пастух». Бибердовец сделал все так, как велел Ших и вернулся домой. Только зашел в дом, как прибежали сыновья умершего и начали требовать деньги их отца, мол, у него были деньги. Он вспомнил слова Шиха и предложил откопать их отца из могилы и в его животе поискать деньги. Они не согласились. Тогда подали в суд. Суд решил откопать и заглянуть в живот. Откопали, заглянули и нашли деньги».
«Жадность никогда не прощается человеку», – подчеркивают старики с какой-то гордостью за мудрые изречения.
«Доченька, если ты хочешь привести свой народ обратно к своим истокам, записывая старые хабары (легенды), то не будет лишним, если запишешь о роли племянницы от сестры рода (ахща пха)», – заговорил один из стариков, который все время молчал.
«О, да! Как мы об этом позабыли», – заволновались другие.
«…Племянница – дочь сестры, внучка от дочери, как примечает сама жизнь, видимо, Бог вселил какое-то тепло по отношению к роду своей матери, и она всегда покровительствует и никогда не подводит род по материнской линии. А вы вспомните истории различных малых княжеств, государств, как внучки от дочерей всегда помогали своему материнскому роду. Вот почему родилась в народе расхожая пословица: «Когда приходит в гости дочь сестры, радуются и стропилы дома («Ахща пхIа дангIайуа акъвахI – чахIква хIвачвитI»)», – радуется старик удачной пословице.


КЛЯТВЫ, ПРИВЕТСТВИЯ И БЛАГОПОЖЕЛАНИЯ

Абазинские клятвы своими корнями уходят в глубокое язычество, есть клятвы, которые оставила нам языческая вера, православная вера и клятвы, появившиеся с принятием ислама.
Клятва по-абазински – Аныха (ныха). Само слово клятва – аныха (ныха) исходит от бога Ан (Анчва). В разделе «От поверий к традициям мы показали этимологию слова, всенародного праздника – богопрошения «Бараныхва» («БараныхIва»). Не будем снова возвращаться к этой теме, а только разберем по слогам слово клятва – «аныха». Ан – это то, что мы имеем в имени бога Ан (Анчва»; ы – выступает в роли соединительной гласной; ха – означает главная святая (ой), т.е. Ан-ы-ха (клятва) и есть имя святого бога Ан (Анчва). И когда мы произносит – Аныха (Ныха) – клятва, то мы клянемся именем бога – матери Ан (Анчва). Постепенно бог Ан (Анчва) и клятва (Аныха – ныха) стало восприниматься как единое целое.
В связи с этим весьма интересно вспомнить, что многие имена древних египетских богов, царей произносятся и пишутся также с «ха». Не означает ли это «ха» – святой? То есть бог такой-то «ха» – «святой»? В качестве примера можно привести имена египетских богов и отдельных царей: Бог Птаха (Пта – имя бога, ха – «святой», Пта – святой). Тутанхамон (Тутан – имя, ха – «святой», мон (амон) – бог) – Тутан святой амон. (Тутан святой бог). Сетха Сет – имя, ха – «святой» – Святой Сетха). Название публицистического египетского произведения «Поучение Аменема хата» – (Поучение Аменема святого). Имя одного из египетских мудрецов «Хахаперрасенеб» (ха – святой, ха – святой, Перрасенеб – имя. Дважды святой Перрасенеб. Святее святых Перрасенеб.).
Абхазского царя называли – Апсха. Термин «апсха», как утверждал академик Н.Я. Марр («Страницы истории этнографии абхазов» – стр. 213. 1971 г.). Состоит из двух частей: «пс» и «ха». Первая часть – «пс» происходит от основы племенного названия абхазов – апсуа; вторая часть – «ха» выступает в значении «покровителя, властителя, правителя, князя, господина, владыки». В целом слово «апсха» означает «царь абхазов». Интересно, что «Х», сохраняется и в абазинском слове князь – ах (ахI). Из вышесказанного можно сделать заключение, что абазино-абхазское – «Аныха» (клятва) восходит от единого бога – Ан, где в значении Всевышнего мы встречаем Ан в именах различных владык, начиная с глубокой древности.
У абазин существует такое поверье: если ты поклялся аныхой («аныха» – святое слово и после этого не сделал то, что обещал, то этого человека непременно ждет божья кара и невезение в жизни. Поэтому советуют быть всегда осторожными и не клясться аныхой, дабы не обмануть аныха («Аныха умжьан»).
Приведем несколько вариантов клятв, чаще всего встречающихся в быту абазин. Клянуться абазины луной и солнцем («Амызгьи, амарагьи рнысла ныха схIвитI»). «Отцом и матерью клянусь» («Сани саби рнысла ныха схIвитI»). «Душой своей матери клянусь» (Сан лпсы анысла ныха схIвитI»). Именем всех мертвецов клянусь» («Апсчваква рнысла ныха схIвитI»). «Кладбищем клянусь» («Анышвынтарала ныха схIвитI»). «Куском хлеба, пищей, стоящей передо мной клянусь» («Арызкъы спахь йгылула ныха схIвитI»). «Этой доброй ночью клянусь» («Ари зуахъ хайырула ныха басхIвитI»). «Небом клянусь» («Ари зжвгIвандула ныха шсхIвауа»). «Черной землей, который меня предадут клянусь» («Адгьыл квайчIва сызлалхуашла ныха схIвитI»). «Звездами на небе клянусь» («АйачIваква рнысла ныха схIвитI»). «Клянусь кораном» («Акъвыръан анысла ныха схIвитI») «Именем святого Мухаммеда клянусь» («МухIамад фигIамбар йнысла ныха схIвитI»). Представители старшего поколения еще помнят такую клятву: «Клянусь Евангелием и Торой» («Джангиль йторала ныха схIвитI»). Ряд стариков считают, что есть имя бога клятвы – Уашхо (УашхIва) и она считается самой высшей клятвой. Обманешь, прещаль высшую клятву – Уашхо (УашхIва) – жди божьей кары.
Пытаясь прояснить вопрос о формах проклятий у абазин, я попала в несколько неловкое положение. Наконец на мои неоднократные просьбы старики ответили так: «Сестра наша, мы не будем отвечать тебе на твой вопрос. Сколько же проклятий мы должны произнести вслух. Это не хорошо. Все доходит до Бога, и все воплощается в жизнь. Наши уста должны быть чистыми. И тебе не советуем писать о проклятиях. Пропусти это». Я последовала добрым советам стариков.
Наиболее распространенными формами этикета у абазин являются приветствия. «Добрые слова произнести с утра – хорошая примета», – говорят старики.
Формы приветствия имеют все народы, и у абазин их очень много.
Любое общение начинается с приветствия. Единственное исключение – горевестник, который оповещает близких умершего. Он не должен по обычаю ни приветствовать встречных, ни отвечать на приветствия. Если даже и отвечает на приветствия, то лишь легким кивком головы. На похоронах соблюдается особый ритуал приветствия. Чтобы выразить соболезнование родственникам умершего, односельчане, друзья собираются группами: отдельно мужчины и женщины. Определяется старший группы и заходят во двор так, чтобы старший чуть опережал группу. Легким взмахом правой руки вверх, молча здоровается старший. На такое приветствие родственники покойного и все присутствующие не отвечают. Пришедшие на соболезнование, стоя перед родственниками умершего, произносят молитву (духIа) для покойного, в облегчение его участи на том свете, выставляя вперед руки ладонями вверх на уровень груди. ДухIа (Духа) не произносится ближайшими родственниками. Они стоят, держа руки по швам, с опущенной головой. После молитвы (духа) обеими руками, сначала правой, затем левой проводят по лицу.
Вслед за старшим вся группа посетителей подходит к родственникам покойного поочередно и здороваются с пожеланием: «Да не удостоит Вас бог другого горя, которое могло бы повлечь за собой забвение этого!» (Анчва дшвхъишраштылтI!» «Великий Бог, сделай его одним из тех, кто увидит красоту рай!» (Анчва йдуу джьанат атыдзра збуш дрыуата дичпатI!»). Если пришла выразить соболезнование группа женщин, они со старшей впереди проходят в дом к покойнику, оплакивают, и затем здороваются, обнимают родственников с теми же пожеланиями.
Наиболее широко распространенными традиционными формами приветствия у абазин служат: «Доброго раннего утра!» («Щажьбзи! Щымтахъа бзи!») «Добрый вечер!» (Хъвлапын бзи!») «Добрый вечер!» («Хъвлапын бзи!»). «Добро пожаловать!» («Бзила уагIбатI!»). «Добрый день!» («Мшы бзи!»). Ответные приветствия: «Добро тебе увидеть!» (Абзира ббатI!») «Еще более доброго утра!» (!РахIагьи бзита!») «Вместе нам добро видеть». («ЙсыцубатI!»). При каждой встрече обращаются друг к другу словами приветствия: «Как поживаешь?» («Ушпаъу?»). Следует отработанный стереотипный ответ: «Пойдет!» («ЙауаштI, сбзипI!»). Чтобы подчеркнуть теплое и дружественное отношение к собеседнику приветствует его по имени, но, обязательно, чтоб ударение падало на первый слог: «Как дела Мухамад?» («Ушпаъу, МỳхIамад?»). «Как дела Вáлентина?»). Но с периода демократических преобразований на вопрос: «Как живешь?» начали отвечать: «Живем насильственной жизнью, не имея на это вины!» («ХIырчвбзазитI!»).
На вопрос: «Как твое здоровье?» («УзгIвадара шпаъу?»), отвечают: «Хорошо» («Сбзит!»). Но изредка от представителей старшего поколения можно услышать такой ответ: «Я чувствую себя как Аргь» («Аргь сагIвызапI»). Фигурирующий здесь «Аргь» представляет собой мужской образ из древнеабазинской мифологии, Аргь – бог охоты, войны. Поэтому на вопрос: «Как твое здоровье?» только отвечает мужчина: «Я чувствую себя как Аргь!», то есть силен и крепок здоровьем, как Аргь. На вопрос: «Каков урожай?» могут ответить и женщины при хорошем урожае: «Урожай хорош, как Аргь» («Азаргь йагIвызапI!») в значении чистоты и крепости зерен.
К старшему по возрасту или вышестоящему по должности обращаются с особой вежливостью: «Да поможет мне твоя честь и твоя благосклонность!» («Улпха саутI»). Работающего в поле или огороде мужчину или женщину приветствуют: «Обилия урожая тебе!» («Бажвашце!»). Ответом служит: «Сауапще!». Значение этого слова в народе утеряно. Возможно это означало следующее: «Чтобы и я и ты имели изобилие урожая!» Таким образом приветствуют сейчас друг друга люди пожилого возраста. Молодежь же, в основном, приветствуют проще: «Чтобы сопутствовало тебе (Вам) изобилие урожая!» «Пусть твое гурно будет полным!» («Абажв шваутI!» «Умашв чвытI!») Тех, кто занят каким-либо трудом приветствуют так: «Дело, чем ты занят пусть будет легким и удачным!» («Ууыс ласхатI!»). Человека, собирающегося в путь напутствуют: «Чтоб Бог тебя успешно возвратил обратно!» «Доброй дороги» «Чтоб ты вернулся благополучно обратно!» («Анчва угвыргъвауа угIахъынйнрхIвыхтI!» «МгIва хайыр уыквьлтI!» «Бзила угIалахтI!»).
Мужчина, отправляясь в дорогу обращается к Богу: «О, великий Бог, дай мне благопожелание моей жены, а не матери!». Такая форма обращения к Всевышнему имеет следующее объяснение: любая мать, провожая в дорогу сына, беспокоится о том, что с ним может случиться что-то плохое. А в душе жены одно: «Что же он мне привезет в подарок? Пусть скорее приедет и привезет самый лучший подарок».
К встретившемуся на пути пастуху обращаются с таким благопожеланием: «Пусть твой скот хорошо пасется, добрый пастух!» («УбзахIвытI, арахвхча бзи!»). А попавшемуся на пути охотнику желают: «Бог в помощь!». Тому, кто угостил чем-либо: «Пусть воздастся доля твоя!» («Ухъвы йазхIатI!»). Благопожелание семье, построившей новый дом: «Проживите долго и счастливо, чтоб Вас было так много, чтоб не могли размещаться» («ШвыцIабагIватI, швыгIвнамшвахуа Анчва швичпатI!»). Молодому человеку, который женился: «Пусть шапка твоя будет счастливой!» Тут под шапкой подразумевают свет и добро в новой семье. А вот как звучит благопожелание роду, куда вошла молодая невестка: «Швтаща дкъвабыншвабынта анчва дшвзичпатI!» Это благопожелание не переводится и никто не помнит значение слов, но все понимают, что речь идет о следующем: «Пусть ваша невестка будет детородной и благодатной!» Есть у абазин еще и такое приветствие, где значение применяемого слова никто не понимает, а произносят это слово, когда встречают высокого статного, широкоплечего мужчину нартского телосложения: «О! Ауардаду шпаъу!» «Как поживаешь большой Уарда!?» Многие старики объясняют значение слова «Уарда» так: «Некогда на земле росло кустарниковое растение с огромными широкими листьями. Под ним можно было укрвться от дождя. Сегодня похожее на это растение есть трава, которую абазины называют «Уарда – быгъь», что в дословном переводе означает «листья Уарды».
Как и у всех народов есть благопожелание, которое произносится при рождении ребенка, при первом укладывании ребенка в люльку, при первых шагах ребенка, новогодние пожелания.
Направляющемуся в лес говорят: «Пусть с тобой пребудет милость покровителя леса!» («Абна алпа уаутI!»). При входе в воду: «Пусть с тобой пребудет милость покровителя воды» («Адзы алпха уаутI!»). Занимающемуся торговлей: «Пусть с тобой пребудет милость покровителя торговли!» («АхвгIара – тира алпха уаутI!»).
Первым приветствует подошедший: мужчина – женщину, старший – младшего, всадник – пешего. При этом тот, кто сидит на коне, должен привстать на стременах, ибо нельзя никогда приветствовать в сидячем положении. Широко распространено у абазин приветствие вставанием. Кто бы не зашел в дом – приветствуется вставанием. Если случайно уважаемый человек или старший оказался позади тебя, для такого случая предусмотрены слова: «ЙсзыргIва, сыщтIахьла уъакIашваз!» («Прости, что оказался за моей спиной!»). Ни в коем случае нельзя прерывать говорящего, особенно если он является старшим, но, когда такое все же случиться, обращаются ласковыми словами: «Дада (Нана), пусть Ваше старшинство будет долгим, простите, что прерываю Ваш разговор» («Дада (Нана) уахIбара ауырахатI, йсзыргIва уъапскъьауа!» В речи старшего поколения абазин, которые безупречно соблюдают традиции предков можно услышать отголоски древнего приветствия, что приблизительно звучат так: «Да приму я на себя твою смерть и уйду вместо тебя». («УхъацкIы сцатI». «Узгара сагатI!». Во время официальной выдачи дочери замуж, старше ее рода обращаются к сватам: «Пусть она будет для вас как масло с медом!» Пусть наше родство будет долгим!» («Хайгвара ауырахатI!») «Цхахвшата анчва дшвзичпат!»). Вместе с тем добавляют: «Если будет она огоньком не тушите ее!» «Если будет льдинкой не растопите ее!» («Дмцазтын дшвымрычвын». «ДцхIашвызтын дшвышрыратын»). Тут имеется в виду, чтоб берегли, не обижали молодую в новом доме, роду, какой бы она ни была.
А вот как звучат благопожелания после трапезы: «Пусть ваша еда множится!» «Пусть Бог не лишает вас изобилия!» («Шврызкъы йазхIатI!» «Абаракьат Анчва йшвыгымырхатI, шврызкъы багIватI!»).
Благопожелания в начале и после месяца уразы, во время жертвоприношения, в день поминок: «Пусть Аллах (Анчва) сделает вашу уразу и ваш намаз дозволенным!» («Шыурычрагьи швнамазгьи къабыльхатI!»). «Этот месяц Курман о, АллахI (Анчва) сделай нам частью мусульман, которые принесут доброе жертвоприношение!» «О, Аллах (Анчва, донеси эту сделанную вами пищу до его души, сделай эту пищу дозволенной его душе!» («Рызкъыта йшвчпаз йпсы йазынардза, къабылота йпсы йазычга!»
Одновременное обращение и к богу Ан (Анчва), и к Аллаху можно объяснить тем, что предки абазин были, как известно, язычниками, а когда приняли православие и перешли к единобожию избрали бога Ан (Анчва) единым богом. Следы этого верования сохраняются одновременно и с исламом, который был принят позже.
Кроме основной словесной формы приветствия есть еще приветствия и в форме разных жестов, получившие у абазин широкое распространение. К ним относятся рукопожатия, поцелуи и объятия, кивок головы, сопровождаемый часть снятием или приподниманием головного убора, поглаживание плеча (предплечья) во время произношения добрых пожеланий. Человеку, достигшему особых высот в своей деятельности или же удачно совершившему куплю-продажу, заключившему выгодный договор и т.д., как правило, поздравляя произносят следующие слова: «Солнце стало твоей рубашкой, рубашкой шелковой, и княгиня шелка Дарихан стало твоей невесткой» («Амара уасхатI, уагьи дарихатI, Дарихангим дутацахатI!»).


ВСЕЛЕННАЯ

Согласно представлениям абазин, Вселенная (Дуней) создана верховным Богом Ан (Анчва). Космогонические мифы – хабары8 не уточняют из чего и как сотворена Вселенная, что ему предшествовало. Сказатели просто говорят: «Небо и земля все было едино. Бог решил создать вселенную и для начала отделил небо от чего-то единого…» Объяснения сказителей наталкивают на мысль, что первоначально было что-то перед созданием Вселенной. «Первыми людьми были Адам и Хауа (ХIауа) (Библейские Адам и Ева). Бог хотел, чтобы люди были не земными, а были духовными, размножались через свои души, но Иблис (дьявол) помешал Богу. Он завлек их в райский сад. Они не сдержались, съели яблоко и стали земными. Сестра наша, пусть немного стыдно, но мы тебе расскажем, почему у любого костра, у печи, от всего, от чего исходит тепло, женщина всегда поворачивается спиной и греется, а мужчина всегда греется спереди и никогда не может согреть свои колени. Это Вам – ученым, пригодится. Когда Бог создал Адама и ХIау (Хау), на планете было очень холодно. Почти вся планета была покрыта льдом. Это потом она пошла в свое размеренное русло. Планета была холодной, покрытой льдом, а они не могли присовокупиться, и Адам впервые коснулся Хауа на холодной земле, покрытой льдом, стоя на коленях. До сих пор холод, который испытала Хауа, передается женщинам, а холод от колен Адама – мужчинам. Потому мужчина никогда не может согреть колени, а женщина свою спину.
А ты, сестра наша, присмотрись к женщинам, как они греются, особенно у теплых печей, не спеши нас осуждать и осмеять», – убеждают старики.
Как и все народы мира, абазины представляют Вселенную, состоящую из трех частей: верхний (небесный мир), средний (земной мир) и нижний (подземный мир). «В подземном мире, как на земле, – говорят старики, – есть у них свои Боги и свои государства, свои существа. А на верхнем мире обитает Бог и ангелы, и именно они правят нами. Они в ГIарщ (Гарщ) – в космос часто забирают людей».
Далее сказители подробно рассказывали, как в космос забирают представителей больших родов. И что удивительно, по рассказам стариков, они забирают в основном женщин, девушек, девочек. Рассказывает Лоов Абу: «Я слышал от своей матери, как она видела, как забирали девочку из рода Карабашевых. Вот что рассказала мать: «Эта девочка позвала нас, своих трех подружек к речке Гвым («Кума»). Она указала на берегу другой стороны речки маленькую полянку и сказала: «Я перейду речку и пойду к той поляне и меня заберут. Вчера не смогли забрать меня, а сегодня заберут. И мне не страшно». Попрощалась с нами и, наступая на большие камни, перешла речку и стала на полянке. Вдруг вихреобразное белое облако окутало ее и забрало. Мы пришли к ней домой и рассказали матери. Мать не удивилась, а спокойно сказала: «Как бы то ни было, не отстали от моего ребенка».
Почти в каждом ауле бытует хабар о том, как из того или другого рода забрали девушку. И обязательно, сидящую за рукоделием, и как с ее ног спадает обувь, которая была на ней, то ли правая, то ли левая. И где-то далеко прячется от чужих глаз ее тапочек или туфелька. И когда что-то должно случиться с родом или когда кто-то умрет, на обувке появляется кровь, как бы она предупреждает о несчастии через свою оставленную обувь. И каждый год в честь той, которую забрали в космос (ГIарщ), приносят в жертву овцу. И эту обувь никому не показывают, и все наши старания были тщетны. А может их и нет?
Итак, по представлениям абазин, Космос первичен, а все остальное, в том числе и человек, вторичны. У Космоса было начало и будет конец – ахырзаман (Конец вселенной). Когда будет ахырзаман, никто не знает, а просто отвечают: «Это произойдет по воле божьей».
По собранным материалам профессора В.Б.Тугова абазинское мифологическое сознание полагает, что «Солнце и Луна – муж и жена». У генетически близких абазинам абхазов в прошлом бытовал обряд моления Солнцу. У абазин обряд не зафиксирован, но в языке сохранились выражения, вероятно связанные (теперь трудно уловимыми ассоциативными связями) с почитанием солнца. Когда кому-то в чем-то повезет или повезло, абазины говорят: «Амара йасхатI» («Солнце стало ему рубахой»). «Амара засхаз» («Кому солнце стало рубахой»), «Амара уасхатI» («Пусть солнце станет тебе рубашкой»). Стать рубашкой означает солнцерасположение (типологически близко к богорасположению).
К лунарным мифам примыкают широко распространенные у народов мира повествования о появлении пятен на луне. Абазины полагают, что пятна на луне – это изображение чабана, пасущего стадо баранов на небесном светиле. Существуют разные версии о то, как чабан попал на луну (одна из них запечатлена в сказке «Младший брат и сестра – людоедка»).
Представления абазин о скоплении звезд – Млечном пути – в основных чертах сходятся с мифологическими воззрениями абхазо-адыгских народов. Млечный путь по-абазински называется «Ауасахча йымгIва» («Дорога чабана») или «Ауасаква рымгIва» («Дорога овец»). Такое название созвездие получило потому, что по положению его на небосклоне определяли сроки отправки (откочевки) скота (овец) на горные выпаса (на отгонные пастбища). Если, мол, Млечный путь поднялся на такую-то высоту, пора гнать отары на альпийские луга и дорогу туда укажет «Дорога чабана». Таким образом, для абазин Млечный путь еще и ориентир в пространстве – своеобразная небесная карта. У древних греков было известно сказание о том, как некий царь ушел на войну и долго не возвращался домой. Тогда его жена стала умолять Богов, чтобы они вернули ей мужа. Она подняла грудь к небу, слегка сдавила ее пальцами, и из сосков брызнуло молоко, которое осталось белеющей в небе дорогой. Царь увидел дорогу и, ориентируясь по ней, вскоре вернулся домой.
Интересно, что это легенда бытует и у абазин, так как она зафиксирована как греческое сказание, мы не могли взять ее.
«По народным представлениям Стожары обладают магической силой. Абазины были убеждены, что культурные однолетние растения, в частности кукуруза, не пойдут в рост, пока Стожары не согреют их: «ЙачIваджьыргIа гIарылампхакIва йгьрылахIушым»).
Большую Медведицу абазины называют «Семь братьев и их единственная сестра» («АбыжьыгIв айщгви ауат рахщазаджвыкIи»). О Большой Медве-дице в народе говорят, что семь братьев (семь звезд) постоянно сторожат свою единственную сестру, окружив ее плотным кольцом. Большая Медведица была своеобразным ориентиром во времени и пространстве. По расположению звезд Большой Медведицы определяли стороны света и без труда находили дорогу к дому. Если в летние месяцы хвост Большой Медведицы смотрел в землю, значит наступило утро (рассвет). Бытовало поверье: «Пока Большая Медведица не дотронется до земли, для табунщика не наступит утро». По абазинским мифологическим воззрениям, звезды – это искры (дети?) солнца, рассыпавшиеся по небосводу, и связаны они с судьбами обитателей земли.
Когда абазин видит падающую звезду, он мысленно сожалеет: «Умер какой-то бедняга».
Утреннюю звезду (АшыйачIва) абхазы называют еще «Звездой абазина» – Ашвуа йыйачIва. Абхазы и сейчас называют абазин ашуа (ашвуа), считают, что это их древнейшее название.
Абазины же Сириус называют «звездой, обманувшей армянина» (Армель дызжьаз айачIва). Абазинские предания говорят, что некий армянин, заночевав у абазина, поднялся очень рано и, увидев на небе Утреннюю звезду, решил продол-жить путь. Как хозяин ни отговаривал гостя, армянин не согласился и замерз в пути. С тех пор абазины называют Утреннюю звезду «Звездой, обманувшей армянина».
А в одном абхазском сказании говорится о том, как некоему абазину, находившемуся в горах с группой абхазов, понадобилось срочно попасть на Северный Кавказ. Когда взошла звезда, которую абхазы называют «Цагятла», абазин принял ее за Утреннюю и стал собираться в дорогу. Как ни отговаривали его абхазы, убеждали, что Цагятла не Утренняя звезда и до утра еще далеко, абазин отправился в путь и погиб. После этого случая абхазы стали называть Цагятла «Звездой абазина» (Ашвуа йыйачIва).
К космогоническим мифам относятся и рассказы о солнечном и лунном затмениях. По мифологическим верованиям абазин, затмения Луны и Солнца происходят оттого, что небесные светила пытаются проглотить страшное чудовище Атко (Аткъва). Степень затмения – полное или частичное – зависит от того, какую часть Луны или Солнца успел заглотать Атко. Верили, что если Атко проглотит Солнце или Луну полностью, то наступит конец света – ахырзаман.
Абазинам известны и мифы о развержении небесного свода (открытие небесных ворот – небесное сияние). По-абазински оно называется «ГIвабжьагIващ» («Гобжогош»). По поверьям абазин, кто увидит разверзшийся небесный свод, тот счастливый, богоизбранный человек. Счастливцу, узревшему его, надо обязательно произнести три слова: «джьанат», «насып», «дольят» («рай», «счастье», «благополучие»). Если не успел три слова произнести, надо попросить что-то хорошее и «все сбудется».
Часто слышали, что в а. Псыж проживает старушка, которая видела разверзшееся небо – Гобжогош, и что ей далеко за сто лет. Мы решили навестить ее. Это было летом, после дождя. Мы вошли во двор. Во дворе ее правнучка встретила нас радушно. Мы рассказали ей, что нужна бабушка, и она начала звать ее из огорода и пояснила, что она подсыпает картошку, пока земля не очень подсохла. Из огорода вышла босая старушка. Ноги в грязи (в черной земле). Мы сделали соответствующее замечание, что она может простудиться. И вот что она нам ответила: «Ничего со мной не случится. С юности у меня даже не было головной боли. Хоть бы раз мне чем-то заболеть. Да и не охота мне жить, вот живу с внуками. Я знаю, почему вы пришли ко мне. Вы хотите спросить меня, видела ли я или нет разверзшее небо – Гобжогош. Видела. Я знала, что надо было просить у Бога что-то хорошее. Я испугалась и ничего не вспомнила, никакие мысли ко мне не пришли кроме: «Чтоб я, не болея, прожила долго», вот и живу, не знаю куда себя деть. А небо выглядело тогда так, все равно вы и об этом меня спросите: небо как будто поделилось на две части, и посередине красно-коричневая полоса. Раньше, когда я была маленькой девочкой, слышала от стариков, что бывает небо разверзывается на две части и с неба падает золотое седло. Если упало такое седло, то на земле в течение ста лет будет мир и благополучие».
Кунижева Куля рассказала нам и о других приметах и поверьях.
9«…Более сложные представления о молнии, пишет В.Б.Тугов, – абазинское название которой «ац» («цы»). Вероятно, это – имя божества (Ац; абхазское – Афы). На основании бытующих и поныне в народе поверий можно сделать вывод, что основная функция молнии, как и огня вообще, – очистительная. Молния обычно бьет по скоплениям нечистых сил (в позднее время – черных джиннов). Считалось, что молния никогда не бьет по клену (хьаца), поэтому во время дождя, особенно ливня, рекомендовалось стоять под ним, если он рос поблизости.
Видимо, клен некогда был священным деревом.
С культом огня (Солнца, молнии), возможно, связаны сюжеты о кузнице и специальности кузнеца. В эпосе, как уже говорилось, Бог-кузнец Тлепш – один из самых почитаемых Богов. У абазин по их мифологическим представлениям, как и у абхазов и адыгов, существовал культ кузнеца и кузницы. Кузница для абазин – священное место, а кузнечные инструменты обладают не только священной, но и магической силой. А. Берже писал: «Особенным уважением у абазин пользуется наковальня, ей приносят жертвы, клятва при наковальне считается нерушимой». С кузней, с кузнецом, с кузнечными инструментами связана, по языческим верованиям абазин, очищающая сила огня. Поэтому абазины были уверены, что кузнецы обладают чудодейственной силой, знахарскими способностями, лечебной магией; они после смерти не попадают в ад (в отличие от плотника, которому нередко уготовлено чистилище из-за умерщвления «живого» существа – дерева)» – писал Тугов В.Б. Видимо, в период доброй старины верили в чудодейственную силу огня, и часто жгли кострища, около них устраивали состязания по прыжку через костер.
«С культом огня, скорее всего, связаны и поверья об очаге и связанных с ним предметах. Как и у всех горцев Кавказа, очаг у абазин был священен. Об этом писал еще М.Ковалевский: «…У всех горцев Кавказа очаг и связанные с ним предметы, как-то: котел и цепь, к которой он привешен в большой или меньшей степени считали предметами, связанными и символически выражающими собой семейное единство». Современный этнограф указывает: «У абазин была выработана определенная норма поведе-ния у очага. Например, возле него запрещались какие-либо ссоры, а тех, кто был в ссоре, мирили возле очага; в очаг нельзя было выливать им бросить какие-либо предметы; если кто-либо из гостей или же сосед плюнет в очаг, то с того момента он считался врагом не только для той семьи, где он совершил этот поступок, но и для всего рода в целом. Следовательно, можно считать, что очаг для абазин является домашним культом, и почитание его связано с культом огня». Поэтому, видимо, самое страшное проклятие у абазин: «Чтобы твой очаг потух!» («УытшгIва ычвтI!»). Когда семью (род) постигнет большая беда, говорят: «Наш очаг потух» («ХIытшгIва ычвтI»)».


ПТИЦЫ, ЖИВОТНЫЕ, НАСЕКОМЫЕ
В ПОВЕРЬЯХ

«Все в природе живое, и каждому живому существу предопределена своя участь, и каждый должен носить с достоинством эту участь!» – так поучал мудрый старик проленившегося внука. «Нет, – ответил внук, – самую худшую долю Бог предопределил нам – людям. Трудись с утра до вечера, мучайся, то ли вот курица, вывела себе цыплят и никаких забот. Ей все подсыпают, а она себе клюет да клюет и цыплят созывает». Старик посмотрел на внука и говорит: «А ты спроси у курицы, все ли у нее в порядке?»
«Ну что, курочка, клюешь себе и счастлива, не так ли?», – спрашивает внук.
Курица заговорила человеческим языком:
«Моя участь самая тяжелая, чем твоя – человеческая. Ты видишь цыплят моих, кого я вывела. Каждый из них может стать моим мужем. А я все думаю, изворачиваюсь, чтобы этого не случилось, и мне это удается редко», – ответила курица…»
– Держать в доме собаку и кошку – хорошая примета. Богом Ан (Анчва) предопределено кошке и собаке жить вместе с человеком. Потому каждый вечер спускается к ним с небес ангел (маляик), посланник Бога, и спрашивает у кошки и собаки: «Вас сегодня хозяева кормили?» Кошка сразу жалуется и говорит: «Нет, меня не кормили, я целый день голодная». А собака, всегда защищая человека, отвечает: «Еще не легли хозяева спать, еще успеют нас накормить. А ты, кошка, целый день ходишь под столом (айшва) и просишь еды и каждый раз бросают тебе еду, а тебе все мало». Ангел, довольный людьми, улетает. Поэтому человек всегда относится благожелательно к собаке и считает ее своим защитником и другом.
– Вой собаки предвещает несчастье, смерть.
– Собака радуется – к радости в доме.
– Собака – носитель счастья.
– Собака лает на луну – плохая примета – жди больших природных катаклизмов: наводнения, землетрясения.
– Если собака разлеглась лениво, вытянувшись у порога – плохая примета. В доме кто-то заболеет.
– Собака способна видеть то, что не может видеть человек. Она даже видит шайтана – нечистую силу, существо неземной цивилизации.
Бытует такая быличка: «…Во дворе собака лает без устали. Старик – хозяин дома вышел во двор и начал ругать собаку: «Что лаешь без причины собака-дура». Собака ответила: «А по ту сторону стоит шайтан и смеется, старик, над тобой, что его не видишь, и не понимаешь, почему я лаю!»
– Курица запоет петухом – плохая примета: жди несчастий.
– Ласточка вьет гнездо только в доме хорошего человека. А почему она так делает, помогает нам бывальщина: «…Как-то раз молодая невестка, не предложив свежий мед старшему в семье, начала есть сама. Это увидел свекор и пристыдил невестку. Ей стало так стыдно, что она выскочила во двор, взвела руки вверх и попросила Бога: «О, великий Бог, преврати меня в птичку!» (Уа, Анчвата йдуу, цIиста счпа!) Бог и превратил ее в ласточку. С тех пор ласточка вьет свое гнездо под крышей добрых людей…»
– Если сова приблизится к дому и начнет кричать – плохая примета: кто-то умрет.
– Ломать гнезда птиц – плохая примета: руки покроются бородавками.
– Трогать яйца птиц – плохая примета: не выведутся птенцы. «Прячьте яйца подальше от людей, если они тронут, то наши птенцы не выведутся», – перекликаются птицы меж собой.
– Бог не смог научить голубей вить гнезда для выводков. Голуби всегда выводят птенцов где-то, в каком-либо удобном местечке.
– Если птицы подобрали волосы и устелили в свое гнездышко, жди постоянных головных болей.
– Перед дорогой надо следить за воробышками. Если воробушки падают с дерева вниз, лучше не отравляться в путь.
– Вороны кричат тревожно – к изменению погоды. Собираются в кучу – к холоду.
– Убивать лягушку – плохая примета: кто убил лягушку – убил семь паломников (хаджей). (Ада' зщуа быжь хIаджьыкI йщитI).
– Ловить лягушку, трогать руками – плохая примета: лягушка пугается и со страха может обмочить руку. И тогда рука покроется бородавками (Ада уна'пIы йгIаквкьрарквын унапIква цIынкIьрахитI).
– Гусь прячет свой нос под крылышко – к плохой погоде.
– Гусь стоит на одной ноге – к морозу.
– Разводить гусей не одобрялось пророком из-за неприятного голоса. Голос гуся напоминает один из голосов, раздающихся из ада.
Когда были исчерпаны все приметы о птицах, животных и насекомых и решили перейти уже к другой теме, один из стариков обратился ко мне: «Сестра наша, ты запиши еще песенку про индюшек. Может быть, ангелы оставили нам эту песенку для выращивания индюшек, а может сам пророк узнал от ангелов. С помощью этой песенки пророк созывал индюшек во двор и пел ее во время непосредственного кормления. Считалось и считается, что магические слова, заключенные в ней, воздействуют на рост молодой, набиравшей силы птицы, спасают от сглаза, а индюшек, как известно, выращивать совсем не просто, они очень капризные. Пели эту песенку и женщины и дети во время их кормления».
Слова этой песни не подлежат переводу, за исключением всего лишь нескольких слов: «ХIаджьдада» (мужское имя), «швау», «къау». Слово «швау» используют, выгоняя индюшек со двора попастись на лугу, пощипать траву, а словами «къау», «къау» обычно называют индюков. Сочетание слов в песенке: «ХIаджвдада йгIвына» можно перевести двояко: «В сторону «ХIаджвдады или к сарайчику, кухне «ХIаджвдады», т.е. «Приходите, прилетайте к дому ХIаджвдады».

Песенка индюшек

Физа джьана йаль махIшвируна
Физа джьана йа уахIидун.
ХIажьдада йгIвына къыльа швау, швау!
Йакъа льу, льу! Къау, къау, къау!

* * *
Физа дж¢ана йаль¢ махшируна
Физа джана йа уахи дун
Хад¢ждада йгуна к¢ыля шау, шау!
Йак¢а л¢у, л¢у! К¢ау, к¢ау, к¢ау!

– Курица стоит на одной ноге – к холоду.
– Паук прядет в доме – к прибыли. Если паутина поднимается вверх – к гостям.
– Кошка моется левой лапкой – к плохой погоде, правой – к хорошей.
– Кошка лижет лапу – к хорошей погоде.
– В ту сторону, куда отлетели пчелы, оттуда жди ветра.
– Пчелы в дом всегда приносят счастье.
– Пчелы любят чистоту. Когда они вылетают из ульев, тихо жужжат меж собой, переговариваясь: «За нами ухаживают чисто, давайте принесем много меда».
– Если пчелы вокруг своих ульев и не улетают далеко – жди дождя.
– Корова – кормилица. Запрягать корову – большой грех.
– Чтобы не сглазили корову, к хвосту приплетают кусочек красной тряпки или же кусочек камня с дыркой.
– Когда корова бодается, ее окуривают оленьим рогом.
– Хорошая корова приносит только бычка.
– Коровье молоко надо кипятить очень осторожно, чтобы не сбежало. Сбежит молоко – соски у коровы лопнут.
– Лошадь считалась и считается самым близким другом человека. В народе до сих пор бытует такое поверье, что есть крылатые кони, которых называют «Дурдуль» (крылатые кони). Эта такая порода лошадей, у которых во время быстрой езды от шеи отходят в форме крыльев полоски, от которых кони не могут сдерживать бег и увеличивают скорость, и создается впечатление летящего коня.
Лошадь, по поверьям абазин, всегда приносит счастье в дом. Потому, если лошадь пала, то хоронили только труп без головы. Череп лошади сажали на кол забора, как приносящее счастье очагу дома.
– Веником подметать хлев, сарай – плохая примета. Будет падеж скота. Подметать дозволено только вилами.
– Если корова, теленок или овца отбились от стада ночью, чтобы их не могли найти волки и другие звери, прибегали к магическому наговору, чем «закрывали пасть зверя» («Ала ашIа зларкIуа»). Обычно этот наговор знают старушки. Пастухи или те, у кого пропали животные, прибегали и прибегают к старушкам, которые знали и знают, как проводить церемонию спасения потерявшихся животных.
В этих целях они разнимают ножницы, произносят магическое заклинание семь раз и после каждого раза дуют на ножницы.
После седьмого раза ножницы втыкают в угол комнаты около порога. И когда животных находят живыми и здоровыми, старушка, которая заговорила зверя, должна вынуть ножницы и произнести магическое слово «фаргъаб», чтобы только освободить пасть зверей, чтобы звери не умерли с голоду. Это входит в обязательный ритуал.

Заклинание
Альам нащрахI льакьа, швадракьа
Уа уада на анкьа уызра кьальази
Ан къада жвахIракьа
Уа рафа на анкьа уызра
Инна мали гIвыси юсра
Фаиза фаракьта фаншваб

И после, как найдут животных, еще раз прочитывают заклинание и произносят слово «фаргъаб».

Заговор-заклинание для людей.
Если идешь к какому-либо высокопоставленному лицу, чтобы решить серьезные вопросы, надо семь раз произносить молитву.

БисмильльахIи рахIмани рахIим
ЛамнащрахI льакьа швадракьа.
Уа уазагI на гIанкьа узра кьальази
Ан къада жвахIракьа
Уа рафагI на льакьа закьракьа
Фа иннам уаль гIисра юсра фа
Изза фарагIга фаншваб
Уа ильльа рабикьа фаргъаб

Когда все вопросы будут решены, семь раз произнести «фаргъаб» и имя того, к кому обращались с проблемами, чтобы освободить высокопоставленного чиновника от мысли за тебя.
– Если птица ударяется в окно – к большим нехорошим вестям, а если залетела в дом – жди хороших вестей.
– Саранчу сгоняют от урожая всем народом, издавая металлические звуки: бить в ведра, кастрюли, крышки – издавать как можно больше шума.
– Были и есть свои особые приметы у охотников. Перед охотой вечером надо искупаться, одеть чистое белье. Спать только одному в отдельной комнате, не прикасаться к женщине. Не называть вслух имена (названия) животных и вообще не говорить об охоте. Перед выездом на охоту не говорить ни с кем.
– Есть такое поверье: ужалившая змея сразу же пьет воду, а затем подкрадывается и облизывает ужаленного. Не оближет ужаленного, умирает змея, а если оближет, умирает ужаленный. Потому ужаленного оберегали от змеи. Самый лучший метод уберечь ужаленного от змеи – это убить змею, которая ужалила. Если не смогли убить змею где-то в поле, в лесу, ужаленного необходимо перенести через быструю речку. Змея доверяет всегда воде и, преследуя жертву, спрашивает: «Ты не видела, куда понесли ужаленного мною?» Вода всегда отвечает: «Нет, нет! Я только подоспела, не видела никакой твоей жертвы». Петуха привязывают к стогу сена, чтобы запел, увидев змею.
Вкапывают высокие четыре столба, кладут на них плетень, а на плетень ужаленного. Рядом сажали человека, который следил бы за вкопанными столбами, когда через них подползет змея к своей жертве. Вот тут надо не прозевать, поймать змею и убить.
Ну а родственники пострадавшего напевали магическую песенку, которая преграждала путь змее, создавала трудности:
Нахыбыз нахгвашIа
ХIакв аквпала джьардуца.

Слова трудно переводимы. Может быть, когда-то народ знал значение этих слов, а затем потерял.
– Если змеи сплелись в кучу, то они нашли большой бриллиант и прячут.
– Змея – враг человека лишь только потому, что Иблиса (дьявола) посадил под язык и провел в рай.
– С помощью петуха и свирели находят утопленника. Петуха наряжают: шьют платьице, шапочку, сапожки и привязывают к веревке и идут по берегу реки, играя в свирель, а если нет свирели – в дудку. И там, где лежит утопленник, свирель (дудка, зурна) перестает играть, а петух начинает петь.
– Перед порогом запел петух – жди гостей.
– Перед землетрясением крысы, змеи, мыши, кроты убегают со своих нор, воют собаки, мычат коровы, тогда и человеку надо бежать из дома.
– Появилось много ежей – жди хорошего урожая, но хлев свой надо оберегать от ежей. Ночью ежи имеют привычку сосать коров.
– Сорока садиться на забор, начинает петь и радоваться – к счастью, перемене жизни в лучшую сторону.
– Появилась ласка (дзадзыц) во дворе, хорошая примета – разгонит всех грызунов.
– Перед тем, как посадить квочку, надо ее потрусить над яйцами, чтобы был удачный выводок.
– Чтобы вывелись благополучно цыплята, в яйца подкладывают монету, которой обсыпали невесту на свадьбе перед входом в дом жениха.
– Яйца для наседки кладут молча, и квочку сажают к ним молча. Сажать наседку в шапку – хорошая примета: выведутся все цыплята.
В курятнике надо повесить мертвую курицу, чтобы не было падежа.
– Пока квочки не вывели цыплят весной, из дома отдавать для соседских наседок яйца и брать плохая примета: не выведутся цыплята.
– Квочки все время в движении – жди хороших цыплят.
– Если квочка вывела цыплят не в курятнике, а где-то в стороне, в кустах – к счастью.
– Съедать копчиковые железы у курицы строго запрещено, Богом не дозволено.
– В годы войны (или дальнюю дорогу) отправлявшимся на фронт мужчинам, чтобы возвратились живыми и здоровыми, давали на хранение последнюю фалангу куриного крыла. А фалангу брали у кур, которых резали для поминок.
– Запоет во дворе цесарка (хьыквтIу) – к добру, к счастью.
– Всего Бог создал тысячу животных и насекомых. Из них четыреста животных – на земле. Из четырехсот только одиннадцать животных служат человеку, а шестьсот проживают в морях и океанах.


НАРОДНО-БЫТОВАЯ МЕДИЦИНА

Народы в деле врачевания были предоставлены самому себе веками, и весьма долгое развитие среди народов истинных понятий о сущности заболеваний создали настолько прочные условия для процветания знахарства, что знахарь и в настоящее время представляет из себя силу, с которой приходится считаться. Могут ли народы отрешиться от тех способов врачевания, которые выработали в течение целого ряда веков. Между тем знание народа – это огромный опыт, ядро и корень государства, а медицина частенько бывает и не всемогуща. Многое из народных воззрений и опыта подлежит бесповоротному осуждению, многое – коренной переработке, но есть в этих воззрениях и нечто такое, что может и должно быть сохранено не только как достояние страны, но и как совокупность, на которых должно основываться будущее.
Поэтому многие напрасно думают, что знахарство уже совсем отжило свое время. А разве не удивительно, что и сейчас многие, у которых появляются бородавки, не обращаются к врачу, а бегут к знахарке, которая вылечивает их без каких-либо уколов и лекарств. Или когда врачи сами рекомендуют родителям обратиться к знахарке для лечения детской диспепсии.
И в моем маленьком народе имеются народные целители, которые лечат заболевания различными составами, заговорами, нашептыванием. На вопрос, где и откуда берете заговоры от различных болезней, старики отвечают без сомнения и с уверенностью: «Из поколения в поколение передаются по наследству родственникам, а достались они от наших древних стариков, которые когда-то оставили им ангелы (маляики) еще до появления какой-либо религии, а часть заговоров Бог прислал нам через Коран – священную книгу.
– Чирей лечили, перемешивая серу с куриным пометом и топленым сливочным маслом. Детский стоматит (къвыйара) лечили и лечат хвостом кота. Хвостом кота прочищают болячки во рту ребенка.
– Диарею лечили перемолотыми косточками кизила.
– Различные болячки на ногах, трещины лечили языком собаки.
– Бородавки лечат без заговора просто так: берут белые нитки, считают, сколько бородавок и столько узлов завязывают, а затем нитку кладут под водосточную трубу дома, где стекает вода с крыши. Или же бросают в яму, где собирают коровий помет. Нитка сгнивает, и незаметно исчезают бородавки.
– При заболевании ребенка корью всю комнату, окна, кровать завешивали красной тканью. Запрещалось что-то выносить из дома, давать кому-либо что-то в долг, купаться и купать ребенка. После выздоровления ребенка варили лепешки из кукурузной муки и этой бурдой купали ребенка. Было такое поверье, что есть Бог оспы, его табуированное имя – Заусхан. Он считался могущественным и веселым всадником. Он же был и предводителем всех всадников на белом коне с золотым конным снаряжением. И чтобы раздобрить Бога оспы, пели ему песенку «Созаращ», для него сочиненную. Песенку пели, пританцовывая, весело, с улыбкой около заболевшего ребенка, чтобы обратно забрал болезнь.

Созаращ

Эй, эй, Созаращ, мой господин.
Эй, эй, Созаращ, это ты.
Твои бусинки –
Жырго-жырго – танцуют.
Забери свои бусинки.
Эй, эй, танцуют весело.
Жырго-жырго, ей!

Ребенку перевязывали руки, чтобы он не расчесал свое тело, лицо.
Самое главное табу при заболевании корью и оспой – не называть вслух название этих болезней.
Почти в каждом ауле есть опытные костоправы. Основным материалом для наложения гипса является хозяйственное мыло со взбитым белком яйца. Имеются народные целители. Самой опытной считается целительница из а. Псыж Шовгенова Фардаус (урожденная Малхозова). По утверждению целительницы, умение лечить передалось от прадеда и прабабушки и обладает особой энергией. Она имеет дипломы международных и Российских биоэнергетических организаций, сотрудничает с реанимационным отделением республиканского центра, имеет соответствующее разрешение на лечение младенцев. Она помогла детям из Германии, Греции, Афганистана. Умело использует заговор на судорожное состояние младенца:

Бисмиляхи рахмани рахим!
Ля – ху – ля, Льа – ху – льа,
Иля – биля – хи, Ильа – бильа – хи,
Гали – юль – гажим. ГIали юль гIажвим.

Произносит три раза по семь раз. Всего двадцать один раз. И после каждого седьмого раза дует на ребенка три раза и сплевывает.
Затем берет деревянную палочку длиной 15-20 см кусочек хлопчатобумажной ткани, семь маленьких железок, завернутых в тряпочку, и, произнося этот же магический заговор, дует по очереди на тряпочку, палочку и кусочки железа семь раз и предлагает матери следующее: ночью полочку положить под матрасик младенца, тряпочку между пеленочками и обвернуть ребенка. Железки положить под голову ребенка. Утром деревянную палочку мать должна обвести вокруг себя и вокруг ребенка, вынести во двор и со словами: «Бог Ан, избавь моего ребенка от болезни» (Анчва, ссаби йгIайыдсылыз азгIва йкъвга»), бросить через голову. А заговоренные семь железок и тряпочку приносит обратно целительнице. Целительница уже без ребенка и матери три ночи по семь раз заговаривает и тряпку и семь железок уже другим магическим заговором:

Бисмиляхи размани рахим!
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Я – да – ря; я – ма – нью.
Конец лечения.

Лечение детского (младенческого) паралича.
Магический заговор:

Бисмиляхи размани рахим!
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.
Ля – ху – ля; и – ля.

О, Великий Бог Ан! Ты многим помог, многим сделал добро, помоги и этому ребенку. (Анчва ду! Убзира щардагIвы йрыквшвахьатI, ари сабигьн убзара йыквыршва, дырбзиха!). Так произносится три раза по семь. Всего двадцать один раз, и после каждого седьмого раза дует на ребенка и сплевывает. Затем точно так же семь раз заговаривается деревянная палочка, кусочек ткани, семь железок. С ними проводится такая же процедура, как при болезни судороги ребенка. Здесь, при лечении детского паралича заговаривается еще и баночка кипяченой воды. Заговор произносится также три раза по семь раз и после каждого седьмого раза дует на воду. Эту заговоренную водичку дают пить ребенку, протирают все тело, ножки, ручки.

Детская диспепсия.
Магический заговор.

Бисмиляхи рахмани рахим!
ХIа – ма – дун.
Фа – ма – дун.
Шва – ма – дун.

Заговор произносится три раза по семь раз, и после каждого седьмого раза дует на ребенка и сплевывает. Повторяется такая же процедура с тряпкой, семью кусочками железа, палочкой деревянной и кусочком ткани. Здесь, как и при лечении детского младенческого паралича заговаривается баночка кипяченой воды. Воду дают пить младенцу три раза в день, протирают водичкой тело младенца.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Фольклор абазин, как и других народов Северного Кавказа, многожанровый. Наиболее значимыми из них являются сказки, сказания, предания, легенды, хабары, притчи, былички, бывальщины, героический Эпос «Нарты». Все они имеют свой сюжет и композицию, обладают устойчивой художественно-эстетической тканью, их передача из уст в уста требует определенной аудитории, а также соответствующего места и времени.
В современной науке существует утвердившееся мнение, что фольклор является не только отражением, но и ключом к пониманию истории народа. Фактически нет ни одного фольклорного произведения, лишенного всякого историзма. Поэтическое творчество любого народа отражает историю и философию жизни, специфическую ментальность, главным образом, через художественное осмысление фактов и событий далекого и недавнего прошлого. Известный абхазский фольклорист С.П.Басария по этому поводу писал: «Правда не всегда все то, что рассказывает бесписьменный народ в соответствии с историческими данными, но все же при исследовании страны – в историческом отношении то, что говорит народное предание, есть источник для выводов».
Именно поэтому нет никакого сомнения, что все предания, мифы–былички, бывальщины и народные приметы тесно и неразрывно связаны с судьбой и историей абазинского народа.
Классификация традиционных фольклорных жанров несказочной прозы абазин, ярко представленной в книге В.Копсергеновой «Серебряные нити» показывает, что каждый из них имеет свои формы бытования, особые, только им свойственные, художественно-выразительные средства, свою неповторимую специфику.
В открывающемся читателю многообразии тематики несказочной прозы читатель найдет наиболее характерные, совершенные в художественном отношении образцы, в которых аккумулирован исторический, этнографический и эстетический опыт абазинского народа.
Сюжетно-композиционное построение сборника, его идейная насыщенность позволяет определить и выявить некоторые закономерные явления специфики национального характера, образа жизни и философии мышления народа.
Своеобразны легенды, рассказывающие о явлениях природы гор. Не менее интересно поданы мифологические образы в представленных быличках и бывальщинах. Оба жанра в несказочной прозе абазин являются одним из архаических пластов в абазинском фольклоре. В мифах-быличках нет никаких обобщений и прямых нравоучений. В них, как правило, говорится о конкретных и, как бы, единственных случаях столкновения человека с представителями антимира, потусторонних духов.
Несомненно, удачей автора стало включение в сборник произведений фольклора разного жанра, дающее возможность проследить общее и специфическое, сделать собственные выводы и анализ. В сборнике помещены также топонимические предания, а также этнографические этюды и зарисовки, что значительно обогащает представленную богатую палитру несказочной прозы абазин.
Одна из характерных особенностей новой книги В.Копсергеновой – стилистика подачи фактического фольклорного материала в различных жанрах. Автор, сохраняя оригинальность и специфичность высказывания, без стилистической интерпретации, в непринужденной форме доносит до современного читателя дыхание давно ушедшего времени, мысли и чаяния предков, умевших мудро жить и преодолевать трудности. И писательнице, на мой взгляд, эта нелегкая задача – сохранение поэтических особенностей фольклорных повествований – оказалась по силам.
Полагаю, сборник В.З.Копсергеновой «Серебряные нити» найдет своего благодарного читателя и поможет всем, кто проявляет живой интерес к богатому устно-поэтическому творчеству народов Карачаево-Черкесии и Северного Кавказа.

А.Х.Дзыба, кандидат филологических наук, старший научный сотрудник, заместитель заведующего отделом литератур народов Карачаево-Черкесии республиканского института гуманитарных исследований
_________________________________________________________


(Материал взят с сайта: http://www.abazashta.com.)


Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика