

Об авторе
Воронов Юрий Николаевич
(8.V.1941, с. Цабал, Гулрыпшский р-н – 11.IX.1995, г. Сухум)
Выдающийся учёный-кавказовед, видный гос. деятель РА, один из лидеров нац.-освободительного движения абх. народа, действ. чл. Русского геогр. об-ва, чл.-корр. Междунар. Славянской АН. Родился в семье потомственных дворян. Окончил Цабалскую (Цебельдинскую) и Сухумскую шк. № 3 (1960), ЛГУ – вост. отделение по спец. «Египтология» (1965). Работал инструктором об-ва по охране пам. культуры Абх. (1968), м. н. с. Сух. НИИ туризма (1970), с. н. с. (ЦНИЛТЭ) ЦСТЭ ВЦСПС (1973), с. н. с. отд. археологии АбИЯЛИ АН ГССР (1981), вед. науч. сотр. АбИГИ АНА (1993), пред. постоянной ком. Верх. Сов. РА по правам человека и межнац. отношений (1992), зам. пред. Совмина РА (1993), вице-премьером кабинета министров РА (1995). Защитил в МГУ канд. дис. «История Абхазии с древнейших времен до раннего средневековья» (1971), затем докт. дис. «Восточное Причерноморье в железном веке (вопросы хронологии и интерпретации памятников VIII в. до н. э. – VIII в. н. э.) в Ин-те археол. АН СССР (1985). В. – автор около 500 науч. работ, в т. ч., около 50 монографий. Круг науч. интересов – древняя и ср.-век. история и арх. Кавк., Причерноморья, Средиземноморья, Поволжья и Малой Азии, политология. В. определил для Вост. Причерноморья на основе пам. Абх. грань между бронзовым и железным веками, составил наиболее объективные хронол. колонки для пам. урартского, скифского, античного (ранняя и поздняя античность), византийского времени, нашёл ключ к датировке (VI в.) широкого круга раннехристианских церквей Причерноморья типа Цебельдинского церковного комплекса. В. участвовал в раскопках урартской крепости – города Тейшебайни, замка Баграта, позднеантичного Себастополиса, Анакопии; руководил отрядом СКАЭ Ин-та арх. АН СССР, Лемсинской и в течении 20 лет Цебельдинской эксп. и многими другими по раскопкам различных пам. (поселений, могильников, городищ), от палеолита до позднего ср.-век. Создал настольную книгу археологов – «Археологическую карту Абхазии». В. – один из основных авторов пособия по «Истории Абхазии», выдержавшего два издания в 1991 и 1993. Читал лекции студентам АГУ (Абх.), Сорбонны (Франция), Кембриджа (Англия); был активистом общества «Знание», помогал ин-ту по подготовке учителей Абх. Имел удостоверение проф. АГУ № 1. В. выступал с науч. докл. на междунар. (Ереван, Вани, М.), всес. и межрегиональных (Тб., Баку, Майкоп, Новосибирск, Черкесск, Нальчик, Владикавказ, Грозный и др.), респ. (Тбилиси, Сухум) ист. и археол. конгрессах, сессиях, конф., симпозиумах, чтениях и семинарах; был официальным оппонентом на защитах канд. дис. Во время Отечественной войны народа Абх. (1991–1993) В. через центральные СМИ России доносил миру правду об этой войне. Не раз участвовал в переговорном процессе (один раз, 3 сентября 1992, на самом высоком уровне в М.). Работал в системах законодательной и исполнительной власти, В. составлены многие принятые затем законы и проекты культуры и науки Абх. 11.09.1995 В. был застрелен у порога своего дома наёмными убийцами. Похоронен перед Госмузеем Абх., в центре г. Сухум. Его именем названы школы в гг. Сухум и Ткуарчал, а также одна из центр. ул. столицы РА. Награждён орденом «Ахьдз-Апша» I степени (посмертно) и рядом др. правит. наград. В 2011 «за большой вклад в развитие археологического наследия» В. посмертно стал лауреатом Рос. нац. премии «Достояние поколений». Издаётся его 7-томное науч. наследие (вышло 4 тома).
Соч.: Археологическая карта Абхазии. Сухуми, 1969; Тайна Цебельдинской долины. М., 1975; Древности Военно-Сухумской дороги. Сухуми, 1977; В мире архитектурных памятников Абхазии. М., 1978; Древности Сочи и его окрестностей. Краснодар, 1979; Диоскуриада – Себастополис – Цхум. М., 1980; Памятники села Герзеул. Сухуми, 1980 (соавт.); Древности Азантской долины. Тбилиси, 1982; По древним тропам горной Абхазии. Сухуми, 1982 (соавт.); История изучения археологии Абхазии. Сухуми, 1982 (соавт.); Памятники каменного века Военно-Сухумской дороги. Тб., 1984; Материалы по археологии Цебельды. Тбилиси, 1985 (соавт.); Главная крепость Апсилии. Сухуми, 1986 (соавт.); Белая книга Абхазии. М., 1993 (соавт.); Лев Николаевич Соловьев. СПб., 1994; Драма Военно-Сухумской дороги. Сухум, 1994; Боль моя – Абхазия. Гагра, 1995; Древняя Апсилия. Сухум, 1998; Колхида на рубеже Средневековья. Сухум, 1998; Могилы апсилов. М., 2003; Абхазская Атлантида. Сухум, 2010; Научные труды В 7 т. Т. I, II, III, IV. Сухум, 2009, 2010, 2011, 2014.
Лит.: Юрий Николаевич Воронов. Сухум, 1995; Юрий Воронов. Свет и боль. М., 2000.
(О. Х. Бгажба / Абхазский биографический словарь. 2015.)
 (Могила Ю. Воронова в Сухуме. Фото увеличивается.)
|
|
|
|
|
Ю. Н. Воронов
В мире архитектурных памятников Абхазии
Москва, "Искусство" 1978
С ПОМОЩЬЮ ЭТОЙ КНИГИ ЧИТАТЕЛЬ СОВЕРШИТ УВЛЕКАТЕЛЬНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПО АБХАЗИИ И УЗНАЕТ МНОГО НОВОГО ОБ АРХИТЕКТУРНЫХ ПАМЯТНИКАХ АНТИЧНОСТИ, СРЕДНИХ BEКOВ, НОВОГО И НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ, РАСПОЛОЖЕННЫХ НА ЕЕ ТЕРРИТОРИИ.
СОДЕРЖАНИЕ
Владимиру Сергеевичу Орелкину - Человеку, художнику, исследователю - посвящается.
Поистине прекрасна природа Абхазии! Песчаные пляжи, тенистые ущелья, бурные реки, многочисленные озера и водопады, щедрое солнце и живительный воздух, неустанно переносимый ветрами с моря в горы и обратно. Узкая равнинная полоса побережья обрамлена холмистыми предгорьями с перелесками, садами и пашнями. За ними встают заросшие дубом и буком известковые массивы Гагрского, Бзыбского, Абхазского и Кодорского хребтов. Еще дальше поднимаются оледенелые зубцы Главного Кавказского хребта, задерживающего доступ холодным ветрам с севера.
И всюду, будь то вершина горы или узкое ущелье, поверхность прибрежной террасы или альпийский луг, наблюдательный глаз может заметить следы древних поселений, замшелые руины крепостей, храмов и дворцов. Богата природа Абхазии, но не меньший интерес представляют ее памятники культуры.
Коренное население Абхазии - абхазы, народ с древней самобытной культурой, корни которой теряются в глубине тысячелетий. На территории Абхазии известны многие сотни памятников различных эпох. Само расположение страны способствовало тому, что в этот дальний северо-западный угол Закавказья издавна докатывались волны разнообразных культурных влияний из более южных районов Закавказья, Малой Азии, Переднего Востока, Средиземноморья. Доносились сюда и отголоски культурных событий, происходивших к северу от Кавказского хребта и на бескрайних степях Северного Причерноморья и Прикаспия. Все это нашло свое отражение в местной материальной культуре, в древнем оружии, украшениях, утвари, в архитектуре.
Книга эта посвящена памятникам древней и средневековой архитектуры на территории Абхазской Автономной Советской Социалистической Республики - памятникам, представляющим собой большой вклад предков абхазов и других проживавших здесь народов в общую сокровищницу мировой материальной и духовной культуры.
Многие памятники - храмы, крепости, дворцы, жилые и хозяйственные постройки - расположены вблизи дорог и крупных населенных пунктов и потому легко доступны, к другим ведут извилистые тропы через заросли и горы. Но осмотр большинства этих сооружений не потребует значительных усилий - была бы страсть к путешествиям да искренний интерес к познанию края... Наши "дороги к прекрасному" помогут вам лучше разобраться в значении того или иного памятника в истории края; дороги эти не сложны и сводятся к трем уже традиционным маршрутам, каждый из которых начинается в столице республики - городе Сухуми. Путешествуйте, смотрите, любуйтесь, запоминайте...
 1. Сухуми. Замок Баграта. XI-XII вв.
 2. Мост на реке Беслетке. XI-XII вв.
 3. Новый Афон. Анакопийский храм. Архитектурная деталь. VII-VIII вв.
 4. Лыхны. Дворец, абхазских владетелей. XVI-XIX вв.
 5. Пицунда. Пицундский собор. VI-X вв.
 6. Гагра. Гагрский храм. X-XI вв.
 7. Келасурская стена. Приморская башня. XVII в.  8. Моква. Моквский собор. X в.
 9. Бедиа. Фрагмент Ведийской чаши. XI в.
 10. Цебельда. Крепость Цибилиум. Воротная башня. IV-V вв.
 11. Азанта. Большой дольмен  12. Ацангуары — жилища древних пастухов

Вся эта страна изобилует развалинами... А. Берже
Климат Абхазии никогда не способствовал сохранению деревянных конструкций, хотя именно дерево здесь широко использовалось в архитектуре с самых древних времен. При раскопках древних поселений археологи находят следы прямоугольных или округлых в плане жилищ. Дерево сохраняло свое значение в жилищном и хозяйственном строительстве Абхазии вплоть до начала текущего столетия. Однако реальных данных об облике деревянной архитектуры до XIX века, кроме отдельных этнографических наблюдений, почти не сохранилось. Иное дело сооружения из камня.
ДОЛЬМЕНЫ И КРОМЛЕХИ
Если исключить неопределенные и примитивные каменные заграждения, появившиеся здесь еще в каменном веке, то древнейшими архитектурными памятниками Абхазии могут считаться дольмены (от кельтского tol-men - каменный стол) - монументальные гробницы, строившиеся в эпоху средней бронзы (конец III - II тысячелетие до н. э.). На Западном Кавказе известно более двух тысяч дольменов, из них около восьмидесяти находится на территории Абхазии. Среди них выделяются плиточные и корытообразные гробницы (в Эшере, Азанте, Отхаре, Михельрипше и др.). Плиточные гробницы сооружались обычно из шести известняковых или песчаниковых плит, четыре из которых образовывали стены гробницы, а остальные - крышу и пол. Обычно в передней стене высекалось отверстие, через которое человеческие останки вносились внутрь для захоронения. Отверстие затыкалось массивной каменной "пробкой".
В Абхазии известны и кромлехи (от кельтского cromlech - круглое место) - другой вид мегалитических памятников, связанных с культом предков. Это ряды крупных камней, сложенных в концентрические круги, между которыми производились захоронения отдельных костей и вещей умерших. Расцвет монументальной архитектуры на территории Абхазии начинается в эпоху греческой колонизации побережья, когда здесь, первоначально в греческих поселениях, появляются каменные жилые и культовые здания и оборонительные линии. Стены этих сооружений возводились из ломаного камня насухо или с применением глинистого раствора. В отдельных случаях здания облицовывались крупными, хорошо обработанными известняковыми блоками. В конце I тысячелетия до н. э. здесь появились здания, украшенные колоннами (Эшерское городище). В это же время и местное население начало строить укрепления, стены которых возводились "циклопической" кладкой из больших необработанных плит, сложенных насухо (Пацхирская крепость). Деревянные дома в греческих и местных поселениях в последних веках до н. э. покрывались черепицей.
ПАМЯТНИКИ АНТИЧНОГО ВРЕМЕНИ
В позднеантичный период (I - VI вв. н. э.) на побережье Абхазии римлянами и византийцами возводится ряд крепостей - кастелл с мощными каменными стенами на известковом растворе (Себастополис, Питиунт и др.). В кладке этих стен использовались как валуны, так и тесаные блоки и кирпич. Стены укреплялись башнями и контрфорсами. На защищенном стенами пространстве размещались воинские казармы, бани, склады, а в более позднее время - раннехристианские храмы.
Контакты с Римом и Византией дали мощный толчок развитию местного оборонительного зодчества. В IV - VI веках в наиболее важных стратегических пунктах и в крупных поселениях появляются огромные крепости-городища (Цибилиум, Шапка, Ахыста, Тцахар, Трахея и др.). Стены крепостей возводились из хорошо обработанных известняковых квадров панцирной кладкой на прочнейшем известковом растворе. Стены укреплялись башнями с бойницами, дозорными площадками и кладовыми. Крепостные ворота имели каменные арки и перекрытия, были снабжены засовными устройствами и подъемными лестницами. На территории крепостей строились деревянные и изредка каменные жилые и хозяйственные здания.
АРХИТЕКТУРА ЭПОХИ АБХАЗСКОГО ЦАРСТВА
Высокого уровня достигла местная архитектура в раннем средневековье, в эпоху Абхазского царства (VIII - X вв.). Эта эпоха представлена множеством крепостей и храмов, среди которых есть поистине выдающиеся произведения архитектуры. Высокое качество строительных работ способствовало тому, что большинство этих сооружений дошло до нас в прекрасном состоянии. На территории Абхазии выделяются четыре типа раннесредневековых укреплений - городища, крепости, замки и небольшие ограды. Городища формировались на основе значительных (более 0,5 га) поселений, позже обраставших оборонительными стенами; в этих поселениях сохранились остатки жилых и культовых зданий. Крепости (обычно площадью 0,1 - 0,5 га) возникали на стратегически выгодных возвышенностях, на заселенных или на обжитых прежде местах. Замки возводились на особо выдающихся вершинах вблизи поселений и представляли собой обычно башню с оградой, охватывавшей 200-500 квадратных метров. Ограды-укрытия строились вблизи поселений и вдоль важных путей. По конструктивным особенностям к оградам можно отнести отчасти и ацангуары - пастушеские жилые и хозяйственные сооружения того же времени в высокогорной зоне.
Планировка укреплений раннесредневековой Абхазии была тесно связана с условиями местности: стены следуют ее извивам, используя и дополняя ее выгодные в стратегическом отношении возможности. Изредка отмечаются попытки выправить изъяны местности: через глубокие трещины перебрасывались каменные арки для спрямления линии стен и т. д. При сооружении стен почва снималась до скалы, в которой на склонах высекалась ступень, служившая опорой для фундамента. Стены возводились узкими ярусами до высоты в 5-6 метров и изредка венчались зубцами, заслонявшими боевую дорожку, на которою защитники поднимались по выступавшим из стен каменным лестницам.
Стены укреплений в приморской зоне и в горах вдоль важнейших стратегических дорог возводились с помощью панцирной кладки из тесаных блоков с частичным соблюдением рядов, с забутовкой из ломаного камня на растворе с крупнозернистой примесью речного или морского песка и гравия. В отдельных случаях в кладке стен отмечено использование многорядных поясов кирпича либо отдельных его включений. В горной зоне, где добыча и доставка извести была затруднена, а укрепления носили второстепенный характер, применялась нерегулярная облицовочная циклопическая кладка насухо.
Стены городищ и крепостей укреплялись выступающими, как правило, наружу башнями и контрфорсами. В тех местах, где наступавшим легко было подвести стенобитные орудия, башни возводились полукруглыми в плане, а на труднодоступных участках они имели прямоугольный план.
Крепостные башни обычно делались многоярусными, в 2-4 этажа. Межэтажные перекрытия были деревянными и каменными сводчатыми, с опорой на столб или без него. Нижний этаж часто заполнялся бутом, наращивавшим естественную возвышенность. На второй этаж обычно попадали по приставной лестнице или с боевой дорожки на стене. Этажи в башнях сообщались между собой с помощью люков и деревянных лестниц. Стены башен снабжались смотровыми окнами и бойницами. Верхняя боевая и смотровая площадка окружалась по краю каменными зубцами. Башни в замках обычно располагались внутри пространства, огражденного стеной, лишь соприкасаясь с ней, или ставились совершенно обособленно. Башни постепенно утрачивают функциональность внутреннего пространства, принимая колодцеобразную форму, а контрфорсы в некоторых укреплениях представляют собой небольшие выступающие за линию стены полукруглые башни, заполненные бутом и имеющие сверху боевую площадку с зубцами.
Особое значение придавалось воротам, которые на городищах и в крепостях часто отличались большими размерами, имели каменный порог, арочное перекрытие, массивное полотно и бревенчатый запор. В других случаях, особенно в замках, вход в целях безопасности располагался в стене высоко над землей. Внутрь укрепления в этом случае можно было попасть только по переносной или подъемной деревянной лестнице. Иногда каменная лестница встраивалась в стену снаружи. Башни и контрфорсы в районе ворот обычно располагались с таким расчетом, чтобы нападающие находились под обстрелом с правой, не защищенной щитом стороны.
В практике зодчих раннесредневековой Абхазии использовались и другие виды оборонительных сооружений, в первую очередь рвы и валы, располагавшиеся перед воротами поперек перешейков, соединявших территорию укрепления с близлежащей местностью. В отдельных случаях система рвов и валов достигала значительных размеров (Клыч, Сатанжо и др.). Переход через рвы осуществлялся, по-видимому, с помощью подъемных деревянных мостков.
Первые христианские храмы в Абхазии строятся еще в начале IV века внутри римско-византийских укреплений (Питиунт). Начиная с середины VI века, храмы появляются и вне их (Алахадзы, Дранда и др.) - местное население постепенно начинает вовлекаться в круг христианской идеологии.
В развитии храмового зодчества Абхазии раннесредневекового периода довольно четко выделяются 2 этапа. В VI-VII веках здесь строились преимущественно базилики с деревянными перекрытиями. Происходившие в этот период искания в области создания центрических композиций на базиликальной основе привели к тому, что со второй половины VIII века и вплоть до середины X века здесь строили преимущественно большие купольные храмы (Пицунда, Бзыбь, Лыхны, Моква и др.), в то время как некоторые более ранние базилики подвергались основательной переделке.
Характерной чертой раннесредневековых абхазских храмов являются алтарные апсиды, выступающие в восточной части здания. Преобладали трехапсидные варианты, хотя встречаются памятники с одной или двумя апсидами. Снаружи в большинстве случаев эти апсиды были пятигранные, хотя в VI-X веках граненые центральные апсиды сочетались и с полукруглыми боковыми. Наиболее поздним и наиболее выдающимся памятником раннесредневековой храмовой архитектуры Абхазии является знаменитый Моквский собор, построенный в 40- 50-х годах X века.
Влияние византийской архитектуры на раннесредневековое монументальное зодчество Абхазии проявлялось и в планировке, и в конструкциях, и даже в растворах, использовавшихся при возведении стен. Но не только зодчество, но и другие стороны жизни края (хозяйство, торговые связи, быт и т. д.) убеждают в том, что территория раннесредневековой Абхазии была неотъемлемой, хотя и периферийной частью византийского культурного мира.
ПАМЯТНИКИ РАЗВИТОГО И ПОЗДНЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
В период перехода от раннего к развитому средневековью Абхазское царство постепенно перерождается в общегрузинское феодальное государство, окончательное оформление которого падает на последнюю четверть X века. Это оказало решающее влияние на изменение облика монументальных сооружений Абхазии и в первую очередь храмов - наряду с другими изменениями они утрачивают и византийскую гранность апсиды, которая приобретает прямоугольный наружный план в соответствии с традициями восточногрузинской храмовой архитектуры. Первым и наиболее ярким памятником нового стиля является Бедийский собор.
Перемещение центра государственности и культуры далеко на восток и превращение территории современной Абхазии в провинцию Грузинского царства нашло свое отражение и в абхазской архитектуре XI-XIII веков. В этот период здесь строится множество небольших зальных церквей и создаются значительные монастырские комплексы.
В XIV веке в развитии местной архитектуры наблюдается определенный подъем. На побережье появляются генуэзские фактории с оборонительными сооружениями и жилыми и хозяйственными зданиями. Местное население также усиливает внимание к строительству оборонных сооружений для защиты развивавшихся торговых и ремесленных центров и феодальных поместий. Расширяется значение и власть монастырей. Строятся небольшие храмы, старые церкви обрастают новыми пристройками, в них обновляются или делаются заново росписи. Сохраняя преимущественно общегрузинский облик, местная архитектура снова испытывает византийское и западноевропейское (итальянское) влияние.
В результате междоусобных феодальных войн, происходивших на территории Абхазии в XVII веке, возникает крупнейшее оборонительное сооружение Кавказа - Келасурская, или Великая Абхазская, стена. Вместе с тем результатом тех же войн было полное разорение монастырей и храмов, запустение крепостей и башен. Турки, обосновавшиеся на побережье достаточно прочно лишь в XVIII веке, перестроили Сухумскую крепость, а также возвели несколько деревянных мечетей, следов которых теперь не сохранилось.
Сухум мне так понравился, что я даже хотел купить там кусочек земли... И. Е. Репин
Знакомство с городом лучше всего начать с Сухумской горы. Тенистая улица, носящая имя известного грузинского писателя Ильи Чавчавадзе, минуя центральную площадь города и Ботанический сад, переходит в узкое извилистое шоссе, ведущее через парковые заросли к вершине горы. На фотографиях конца прошлого века возвышенность выглядит еще совершенно голой - древний дубовый лес был выкорчеван, а у ее подножья только начинали складываться городские кварталы. Тогда Сухумская гора носила имя В. И. Чернявского. Начиная с 70-х годов XIX столетия, он проживал в Сухуми и сделал немало для благоустройства города. Он был первым исследователем архитектурных и археологических памятников и пещер Абхазии, ее флоры и фауны. В 1949 году трудящиеся Сухуми разбили на склонах горы замечательный парк - ныне одно из наиболее излюбленных мест отдыха горожан и туристов.
С вершины Сухумской горы город виден как на ладони. Правильная сетка улиц, зеленые массивы парков, красные пятна крыш, плавный изгиб берега бухты с черточками пристаней, бескрайняя морская синь, уходящая вдаль, массивы новых жилых районов, тонущих в дымке, лесистые склоны гор справа и слева - такова столица Абхазской АССР Сухуми, город с многовековой историей и яркими архитектурными памятниками.
Первые поселения появились в этой местности около трехсот тысяч лет назад. В каменном и бронзовом веках на отдельных вершинах (Сухумская гора, Гуадиху, Лечкоп) и вдоль побережья на западной окраине Сухуми (район Красного Маяка) возникали целые поселки, состоявшие из нескольких десятков тесно поставленных хижин, прямо у стен которых начинались могильные поля. Здесь жили, трудились и находили последнее успокоение земледельцы, охотники, рыболовы. И чтобы по ту сторону жизни они ни в чем не терпели нужды, в могилы им заботливые родственники клали домашнюю утварь, оружие, украшения...
 Сухуми. Дом правительства и памятник В. И. Ленину
 Сухуми. Могила Неизвестного солдата
ДИОСКУРИЯ
В VI веке до н. э. у устья Беслетки, образующей тихую лиманную бухту юго-восточнее Сухумской горы, все чаще стали бросать якоря греческие корабли, и вскоре здесь милетскими греками был основан город, получивший свое имя от братьев Диоскуров - богов-покровителей и защитников всех путешествующих. Читатель, возможно, слышал о Диоскуриаде - "городе, взятом волнами", как его обычно называли в последнее столетие. Красивая легенда о затонувшем городе, о кварталах дворцов и храмов, будто бы видных особенно в тихую погоду на дне бухты, до сих пор волнует жителей Сухуми и их гостей. А среди археологов возникали одна за другой гипотезы (гигантский оползень, резкое опускание суши, землетрясение и т. д.) с целью объяснить причины гибели прославленного города. Десятки экспедиций прощупали дно бухты, но развалин дворцов и храмов не нашли. А затем началось строительство Сухумского порта, и многочисленные буровые скважины показали геологам и строителям, что грунты в бухте достаточно прочны и не несут на себе следа каких-либо катастроф, происходивших в исторические времена. Так отпали аргументы археологов, говорившие в пользу существования развалин Диоскуриады на дне моря, и тогда вспомнили, что еще в 1886 году археолог В. И. Сизов выявил западнее устья Беслетки, в районе современного здания Драматического театра, значительный слой остатков древнегреческого города. По поводу характера сделанных здесь находок исследователь писал, что "нижний слой канавы по обилию найденных в ней фрагментов греческих сосудов можно сравнить только с насыпными частями горы Митридата в Керчи". Как известно, на этой горе находился один из крупнейших древнегреческих городов Северного Причерноморья Пантикапей - столица Боспорского царства. Раскопки, начатые в Сухуми девяносто лет назад, могут быть с успехом продолжены сегодня - по крайней мере, часть древнего города все еще покоится в береговой толще. Те же его кварталы, которые были размыты морем за последние две тысячи лет (исследования показывают, что за это время море отняло у берега полосу шириной около 100 метров), погибли безвозвратно, покрывшись иловыми наносами вдоль берегов бухты.
СУХУМСКАЯ КРЕПОСТЬ
Войны понтийского царя Митридата с Римом нарушили мир в Колхиде. Диоскуриада пришла в такое запустение, что римляне, сменившие греков на берегах Сухумской бухты, дали своему, возникшему фактически заново поселению новое название - Себастополис ("священный город"). Сходство этого наименования с названием современного города Севастополя в Крыму не случайно. Дело в том, что императрица Екатерина II в свое время распорядилась давать вновь строившимся городам Причерноморья древние наименования. Севастополем назвали новый город вблизи древнего Херсонеса, средневековое название которого отдали нынешнему городу Николаевской области - Херсону, а настоящий древний Себастополис был локализован лишь столетием позже на берегах Сухумской бухты, в основании сте | |