Александр Тариа

(Источник фото: http://www.apsnypress.info/.)

Об авторе

Тариа Александр Миктатович
(15.IV.1924, с. Лыхны, Гудаутский уезд – 10.II.2015, г. Сухум)
Общ. деятель, ветеран ВОВ 1941–1945, чл. СЖ СССР (с 1969). После окончания 9-го кл. Лыхненской СШ (1942), Т. зачислен в Тб. воен.-пехотное уч-ще. Будучи курсантом, участвовал в обороне перевалов Адзапш, Аллаштраху. Воевал в составе 808-го стрелкового полка 394-й див. на Краснодарском направлении (1943). В боях за Усть-Лабинск был тяжело ранен. В 1944 уволен по инвалидности. С окт. 1944 по июнь 1946 работал воен. рук. Новоафонской СШ. С 1946 – инструктор, затем зав. отделом кадров Гудаутского РК комс. С сентября 1949 по март 1951 – студент Кутаисского горного техн. В 1951 избран секр. ком-та. комс. шахты № 2 треста «Ткуарчалуголь». В 1953 – инспектор ЦСУ СССР по Гудаутскому р-ну. С сентября 1954 по июль 1957 – слушатель трёхгодичной партийной шк. при ЦК Компартии ГССР. С марта 1958 по октябрь 1972 – зав отделом пропаганды марксизма-ленинизма, зам. ред. газ. «Аԥсны ҟаԥшь». В 1972–1978 – зав. Домом политпросвещения Абх. обкома КП. В 1972–1978 – внештатный корр. по Абх. ж. «Агитатор» (орган ЦК КПСС). С марта 1978 по октябрь 2007 – дир. Абх. гос. музея. Избран пред. респ. орг. ветеранов войны и труда (1987), проводя на этом посту большую общ.-полезную работу. Во время груз.-абх. войны 1992–1993 сумел сохранить до 99 % экспонатов и 100 % худ. произв. гос. музея, связанных с историей и культурой народа Абх. За проявленное мужество и стойкость в годы ВОВ 1941–1945 награждён орденами Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Отечественной войны 2-й степени, медалями «За отвагу», «За оборону Кавказа», «За воинскую доблесть», «За победу над Германией» и более 25 памятными подарками и Почётными грамотами. Т. присвоены звания: «Почётный гражданин с. Псху», Засл. пропагандист ГССР, Засл. работник культуры РА (2011).
Соч.: Схватка с Эдельвейсом. Сухум, 1987; Девять огненных лет. Сухум, 2001; Книга памяти. Сухум, 2002; Абхазские соколы в небе. Сухум, 2006; Символ воинской доблести. Сухум, 2008; Мстители в тылу врага. Сухум, 2010; Братья защищали Родину. Сухум, 2012 (абх. яз.); Автобиографическая повесть. Сухум, 2013 (абх. яз.).
(Б. Е. Сагариа, А. И. Джопуа / Абхазский биографический словарь. 2015.)





А. Тариа

Статьи:


ПСХУ - СЕЛО МНОГОСТРАДАЛЬНОЕ

Страницы истории нетленны

До 1864 года село Псху было заселено абхазами. В мае 1864 г. с перевалов Санчара и Доу с большим трудом сюда спустились царские войска, имея в своем составе пехотные части и артиллерию. Считается, что пятью годами раньше под степями дагестанского аула Гуниб закончилась известная Кавказская война, однако последний бой Кавказской войны был в селе Псху, где к тому времени сосредоточилась легкая конница черкесов, отступивших с других территорий Кавказа под давлением царских войск. Русская артиллерия без особого труда разгромила эту конницу, а жители Псху все до единого ушли в Турцию.

О трагедии псхусцев очевидец Тарас Анчабадзе (Ачба) рассказывает: «Ужасно было видеть, с какой нежностью жители Псху прощались со своей родиной. С утра до вечера были слышны душераздирающий плач женщин и детей, их крик, грустные песни. Вечерами по старым обычаям приносили жертвы, резали овец и кур, готовили на дорогу бастурму, сыр, пекли каду, в бурдюки наливали вино. Прощальные обеды и поминки по умершим продолжались неделями в домах и на кладбищах. Со всех краев приходили гости и друзья, чтобы попрощаться с выселяемыми, желали им счастья в новой стране, произносили прощальные тосты. Грустные седые старики с неспокойными лицами бродили среди могил предков, прощались с ними, навсегда оставляя землю отцов и дедов. Стройные всадники, которые не желали продавать своих коней, неоднократно спасавших хозяев от смертельной опасности, выводили их к лесу и выстрелом в ухо убивали любимых существ. Особенно крик и плач были сильны, когда группа махаджиров направлялась к Сухуму. Кричали и плакали как уходящие, так и провожавшие. И сегодня не могу без волнения вспоминать эти тяжелые дни прощания абхазов с родиной...

В середине мая 1864 года в Псху не осталось ни одного абхаза. Перед уходом они поджигали все дома и строения. В Псху теперь стоял только русский полк. Вокруг – сожженные села, оставленные сады, полное безлюдье. Покинутые хозяевами голодные собаки и кошки рыскали по бывшим поселениям. Полку уже нечего было делать в Псху. Некого было «усмирять». Поступил приказ о возвращении в Сухум».

Все вышеизложенное – фрагменты из книги Г. Дзидзария «Махаджиры», и привел я их для того, чтобы читатель мог ярче представить горькую судьбу этого нашего горного села, с которой и мне пришлось соприкоснуться уже в годы Великой Отечественной войны 1941 – 45 годов.

Но прежде отмечу, что после подавления революции 1905 года часть бежавших от преследования царских властей революционеров нашла убежище в этом селе. В 1924 году, после закрытия Новоафонского монастыря, часть монахов также перебралась сюда. Зачастую под монастырскими одеждами скрывались офицеры Донской армии, разбитой красными войсками. Только в 1930 году жизнь на этой многострадальной земле вошла в нормальную колею. В селе открыли школу, магазин, пекарню, организовали колхоз имени 1 Мая, в котором трудились жители не только села Псху, но и окрестных хуторов Грыбза, Агурипста, Бетага, Решевей и Санчара.

22 июня 1941 года грянула Великая Отечественная война. Когда фашисты не смогли в короткие сроки взять Москву и Ленинград, немецкое командование разработало специальный план овладения Кавказом под условным наименованием «Эдельвейс».

Для захвата Главного Кавказского хребта подручный бесноватого фюрера Клейст выделил 49-й горнострелковый корпус, бойцы которого для ведения войны в горных условиях были специально подготовлены в Альпах. Во второй половине августа 1942 года горнострелковая дивизия «Эдельвейс» под командованием генерала Ланца через Санчарский перевал подошла к Псху. Замысел заключался в том, чтобы, овладев этим селом, прорваться через перевал Доу и после захвата сел Хабью и Ачандара Гудаутского района выйти на побережье Черного моря.

Между тем в Псху оставались в основном женщины, пожилые мужчины и дети. Председатель колхоза А. Шишин организовал отряд самообороны, в который входили: В. Акименко, М. Авидзба, И. Тлисов, братья Мартын и Емельян Казаренко, X. Псху, П. Семененко, Г. Дрин, М. Жуков, В. Дармилов, П. Горлов, П. Иванов и другие, всего 50 человек, в том числе подростки. Их вооружили в основном охотничьими ружьями (одна винтовка на двоих с 15-ю патронами), и они заняли оборону. Немецкое командование перед штурмом решило провести разведку. Разведгруппа проникла в село, но была окружена и уничтожена силами отряда самообороны. Немцы направили новую разведгруппу, которую постигла та же участь. Решив, что им противостоят регулярные войска, фашисты решили провести разведку боем и уточнить положение. И на этот раз они были уничтожены. Только несколько человек, вырвавшись из окружения, доложили командирам, что в селе нет никаких войск, а бой ведут местные жители.

Пока отряд самообороны сражался с оккупантами, несколько смельчаков отправились в Сухум с просьбой срочно оказать помощь, закрыв перевал Доу.

Руководство ЗАКВО незамедлительно стало подтягивать войска к перевалам Главного Кавказского хребта: батальоны 394-й стрелковой дивизии, 25-й погранполк, учебный полк Сухумского военно-пехотного училища, истребительный батальон Гудаутского района, 2 батальона курсантов Первого Тбилисского военно-пехотного училища (в нем и служил автор этих строк) и другие.

С 1 по 9 сентября 1942 года эти воинские подразделения вели бои за Псху, и оно было полностью освобождено, а немцы отошли на Санчарский перевал и заняли оборону.

В это время ожесточенные бои проходили на Клухорском перевале. 4-я немецкая горнострелковая дивизия через Клухорский перевал, по туристским тропам вышла в другую, северо-восточную часть Абхазии и заняла село Гуандра Ажарского сельсовета, через которое проходила Военно-Сухумская дорога. Планировался выход к Черному морю в районе Сухума.

В разгроме фашистов при освобождении села Псху и перевалов большую роль сыграл командир группы войск Санчарского направления генерал-полковник Иван Пияшев. Всюду можно было слышать: «Пияшев – гроза фронта», «С Пияшевым можно перевернуть горы вместе с немцами».

В конце 1942 года все перевалы были освобождены от немецких оккупантов, и наша дивизия была направлена на освобождение Северного Кавказа.

Говоря о героических подвигах наших воинов на перевалах, не могу не назвать своих собратьев по оружию. Это С. Аджба, М. Кортуа, М. Чичба, В. Дзкуя, Ш. Дасания, С. Рябец, И. Тесленко, Л. Дзидзария, С. Отырба, В. Джугелия и другие.

После окончания войны мне очень хотелось найти своих боевых друзей. Однажды попалась в руки книга В. Гнеушева и А. Попутько «Тайна Марухского ледника». В ней я нашел имена нескольких человек из нашего училища. 23 февраля 1974 года с помощью сотрудников Абхазского госмузея Л. Прицкера и Н. Шенкао я пригласил их в Гагру (оттуда мы ушли на фронт), чтобы открыть мемориальную доску у входа в дом отдыха «Жоэкуара». Группа ветеранов приехала сюда. Гагрский горком партии устроил большой митинг с приглашением общественности, ветеранов войны, школьников. Мемориальную доску открыли М. Мустафаев (из Баку), Ш. Хаджинов (из Ставрополя) и я. На ней золотыми буквами было написано: «Отсюда в 1942 году к Санчарскому перевалу ушли и преградили путь врагу батальоны Первого Тбилисского военно-пехотного училища». К сожалению, в 1992 году грузинские вандалы сняли и уничтожили эту мемориальную доску.

Участники той встречи договорились 9 сентября 1976 года приехать в село Псху и отметить вместе с его жителями 34-ю годовщину освобождения от немецких оккупантов.

И вот в этот день по приглашению штаба совета ветеранов названного пехотного училища, созданного при Абхазском госмузее, в село Псху приехали участники его освобождения М. Мустафаев, И. Кандарели, Н. Хаджинов, Р. Петрозашвили, Б. Борисов, А. Андрейко, Е. Тавровский, Б. Еуров, А. Жуковский, В. Воротников, Н. Месропов, Е. Шевадзуцкий. Пришли на встречу и местные жители – братья М.и Е. Казаренко. Псхусцы встретили нас, как своих родных, с цветами. У обелиска защитникам Кавказа был проведен митинг, звучали воспоминания о героических днях и героях, многие из которых пали в горах.

Эти встречи стали традиционными. При посещении боевых мест в окрестностях села мы обнаружили много человеческих останков, медальоны и другие предметы. От жителей села я узнал, что за последние годы сюда приезжали несколько поисковых отрядов, в основном учащиеся и студенты из разных регионов СССР, которые занимались не только выявлением личностей погибших, но и перезахоронением их останков и уведомлением об этом родственников.

Я установил адреса нескольких поисковых групп и стал с ними переписываться. Почти все они ежегодно приезжали в Сухум, и я им помогал и ночлегом, и транспортом, а иногда сопровождал по боевым местам. На перевалах большую работу проводили поисковые отряды «АСЮТ» из Донецкой области, «Романтик» из Одесского политехнического института, «Долг» из Московского городского совета по туризму, «Kрокyc» из г. Таганрога, а также группы из АГУ и 10-й абхазской средней школы Сухума. Силами этих отрядов были установлены личности более 300 воинов, погибших при защите Кавказа, о чем были уведомлены их родственники.

Особо хочу сказать об отряде «АСЮТ» во главе с преподавателем географии Ю. Войнаровичем, который вел поиски более 20 лет. Ими установлены личности более 100 воинов. Они также создали два музея Боевой Славы – один у себя в школе, а второй – на Санчарском перевале, в бывшей землянке. В музеях были собраны многочисленные фотографии участников обороны Кавказа, схемы, карты, документы, вырезки из газет, воспоминания ветеранов. Они организовали любительскую студию «АСЮТ-фильм», и снятые ими фильмы «Баллада о лейтенанте Малышеве», «В памяти сердца моего» и другие стали призерами нескольких республиканских конкурсов юных кинолюбителей. В 1982 году их фильм «Санчара в огне» был удостоен почетных грамот Министерства культуры Украины и Абхазского обкома комсомола. Они собирались приехать в Сухум и показать все свои фильмы (более 15) сухумчанам, но помешала грузино-абхазская война. К сожалению, с 1992 года между нами нет никакой связи, но надеюсь, их благородное дело будет продолжено.

В конце 80-х годов прошлого века руководители Абхазского государственного музея и Одесского политехнического института договорились построить музей Боевой Славы на Марухском перевале. К сожалению, и этому благородному делу помешала война.

В сентябре 2011 г. отмечается 69-я годовщина освобождения села Псху от немецко-фашистских захватчиков. Пользуясь случаем, хочу пожелать всем жителям Псху и его защитникам здоровья, благополучия, мира и счастья.

(Опубликовано: Республика Абхазия, № 103, 2011 г.)

(Перепечатывается с сайта: http://gazeta-ra.info/.)
____________________________________________________________


ПОДВИГ КУРСАНТОВ

9 сентября – 70 лет со дня освобождения с. Псху от немецко-фашистских оккупантов

Бессмертное мужество и героизм советских воинов, освободивших Кавказ от гитлеровских захватчиков в грозные дни 1942 –1943 годов, навечно останется в истории Великой Отечественной войны.

В разгроме немецко-фашистских войск на Кавказе немалую роль сыграли курсанты Первого Тбилисского военно-пехотного училища, которые, по оценке командовавшего тогда Закавказским военным округом генерала армии И.Тюленева, «одними из первых вступили в бой и остановили продвижение фашистских войск к Черноморскому побережью Кавказа».

По указанию командования ЗакВО в мае 1942 года названное училище, курсантом которого мне, автору этих строк, довелось быть, передислоцировали из Тбилиси в Гагру.

В один из жарких августовских дней 1942 года по личному указанию командующего округом И.Тюленева училище было поднято по тревоге, и два батальона курсантов направили в район горных перевалов Главного Кавказского хребта. Перед курсантами была поставлена задача: воспрепятствовать продвижению противника к Черному морю, занять и удержать перевалы: Анчхо, Чамхара, Адзапш, Санчара и село Псху до прихода армейских частей. К сожалению, за два дня до прихода туда курсантов немецкие войска перешли Санчарский перевал и 28 августа 1942 года захватили село Псху.

Нам, не имевшим специального горного снаряжения и горной подготовки, пришлось сражаться против прекрасно обученных и подготовленных в Альпах, до зубов вооруженных солдат фашистской 49-й горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс» под командованием генерала Губерта Ланца.

Фашистские войска, заняв весь Северный Кавказ и перевалы Главного Кавказского хребта, оседлали выгодные позиции, на всех вершинах установили огневые точки, подвезли боеприпасы, питание. И отсюда, с высоты, им было видно расположение наших частей как на ладони, и малейшее движение наших бойцов они встречали шквальным огнем.

Переброска курсантов училища была явно не по душе немцам. Им показалось, что и мы специально подготовлены для ведения военных действий в горных условиях.

На самом деле это были 18 – 20- летние парни, не имевшие никакого опыта войны, не обученные и не обстрелянные, однако готовые с честью выполнить клятву, данную у знамени училища перед отправкой на фронт.

Курсанты, несмотря на невыносимые горные условия, старались любой ценой не позволить растоптать фашистскими кровавыми сапогами жемчужину нашей Родины – Черноморское побережье Кавказа.

В конце августа 1942 года командующий группой войск Санчарского направления генерал-майор И.Пияшев собрал весь командный состав на перевале Доу и отдал боевой приказ к широкомасштабному наступлению. Одновременно по всему фронту наступали: батальоны 155-й стрелковой бригады, 25-й погранвойск НКВД, два батальона курсантов нашего пехотного училища, 307-й полк 61-й стрелковой дивизии, 2-й сводный артполк, полки 394-й Закавказской стрелковой дивизии, части особого горно-стрелкового отряда и другие.

Немцы не выдержали такого натиска и 9 сентября 1942 года оставили село Псху и перешли на Санчарский перевал, где заняли оборону. 9 сентября 1942 года первыми в село Псху вошли курсанты нашего пехотного училища.

О генерал-майоре И.Пияшеве говорили: «Пияшев – это гроза фронта», «С Пияшевым можно перевернуть горы вместе с немцами». Решительный, мужественный, требовательный и вместе с тем заботливый – таким он был.

Трудно было поверить, что с таким скудным техническим оснащением, питанием, обмундированием можно выстоять в горах Кавказа перед таким коварным врагом. Это был героический подвиг. Дорого нам все это обошлось, но немцам пройти не дали.

Первый настоящий бой курсанты приняли против альпийских егерей в конце августа 1942 года в долине реки Гурипста. Немцы заняли выгодный рубеж и нанесли нам серьезный урон. Можно сказать, что это была продуманная засада. Фашисты вперед пустили одного местного пастуха, но он не дал им сигнала, а предупредил курсантов, что на них идут немцы. Курсанты заняли оборону, уготовив «мешок», куда должны были попасть немцы, но нервы станкового пулеметчика подвели, и он, еще на пути в ловушку, открыл по ним огонь. Егеря не растерялись и бросились в атаку. Бой был очень близким, в упор расстреливали друг друга. Фашисты оставили на поле боя много убитых и раненых. Один из пленных при допросе дал ценные сведения о дислокации немцев на перевалах.

Помнится еще один эпизод. На перевале Адзапш командир батальона майор Кушнаренко получает задание взять высоту 405. Немцы, занимая выгодную позицию, открыли шквальный огонь из всех видов оружия. Был сметен пулеметный расчет. Курсанты карабкались по извилистым тропинкам, но все атаки кончались безуспешно. Егеря сопротивлялись отчаянно и, пытаясь удержаться на удобных для обороны рубежах, цеплялись за каждую высоту.

С наступлением рассвета группа курсантов во главе с командиром взвода И.Тесленко ворвалась в расположение немецкой обороны. Фашисты, не ожидавшие нападения на рассвете, отстреливаясь, покинули свои позиции и бросились к спуску с высоты 405. Здесь, лично уничтожив одну огневую точку врага, И.Тесленко был смертельно ранен и вскоре скончался. За подвиги в этих атаках, за уничтожение двух огневых точек и 12 немцев И.Тесленко был посмертно представлен к награждению орденом Ленина.

Приятным было для нас то, что бывший курсант нашего училища, славный сын азербайджанского народа Мехти Гусейн-Заде стал позже легендарным разведчиком в рядах югославских партизан, героем Югославии и Советского Союза. Кому пришлось читать повесть И.Косумова и Г.Сейтбейли «На дальних берегах» и кто видел одноименный фильм, тот знает о подвиге Мехти Гусейн-Заде (по кличке Михай), прославившего на берегах далекой Адриатики советский народ и его доблестную армию.

9 сентября 1982 года, когда исполнилось 40 лет со дня освобождения села Псху, Сухумский райком партии и совет ветеранов училища, созданный при Абхазском госмузее, организовали в этих местах встречу с ветеранами боевых действий. На праздник приехали: из Баку – М.Мустафаев, Б.Еуров, Н.Месропов, из г. Гори – Л.Кандарели, из Тбилиси – Г.Дарсалия, из Ставрополя – Н.Хаджинов, из Ростова – Е.Тавровский, из Сухума – Б.Борисов, Р.Петрозашвили и автор этих строк. Мы провели у обелиска защитникам Кавказа митинг. Местные жители встретили нас тепло, с цветами. Выступавшие вспоминали боевых друзей, желали сельчанам здоровья, мира и благополучия.

В освобождении села участвовали абхазы, русские, грузины, адыги, азербайджанцы, дагестанцы, украинцы, среди курсантов училища были представители Гудаутского района М. Кортуа, С. Аджба, Л. Дзидзария, М. Чичба, В. Дзкуя, А. Джугелия, С. Отырба и пишущий эти строки, а также местные молодые мстители: братья Мартын и Емельян Казаренко, Я. Тлисов, С. Курочкин, М. Авидзба, П. Семиненко, П. Добровольская, А. Шишин и другие.

Известный советский поэт Николай Тихонов посвятил стихотворение защитникам Санчарского перевала.

Вот лишь несколько строк:

И он, ничем не примечательный,
Тот каменистый вал,
Стал местом битвы, замечательный
Санчарский перевал.

В центре села стоит обелиск в честь славных воинов Родины, павших в боях с фашизмом во имя освобождения маленького многострадального села Псху, во имя мира на земле.

Ежегодно 9 сентября у подножья обелиска местные жители, молодежь возлагают живые цветы, вспоминают теплым словом своих освободителей.

Мы искренне поздравляем жителей этого села с праздником 70-летия освобождения его от немецко-фашистских захватчиков. Желаем крепкого здоровья, семейного благополучия и чистого, мирного неба над головой.


На снимке: встреча защитников Кавказа и освободителей Псху с молодежью села 9 сентября 1982 года.

(Опубликовано: Республика Абхазия, № 102, 07.09.2012.)

(Перепечатывается с сайта: http://gazeta-ra.info/.)
_____________________________________________________________


ВСЕГДА – НА ОТВЕТСТВЕННЫХ ДОЛЖНОСТЯХ

К 100-летию Ризабея Гулиа

Ризабей Гулиа

Жизненный путь Ризабея Кичевича Гулиа является ярким отражением тех сложных процессов, которые происходили в Абхазии в 30–80-х годах двадцатого столетия.

Ризабей Гулиа родился 13 ноября 1912 г. в селе Эшере Сухумского округа. Учась в школе, в возрасте 14 лет вступил в комсомол и почти сразу же был избран секретарем территориальной ячейки ВЛКСМ Эшерского сельсовета. Активная работа молодого комсомольца была замечена, и в 1933 г. его назначили секретарем Эшерского сельсовета, а позже он вошел в число трех победителей республиканского конкурса лучших секретарей сельсоветов Абхазии, объявленного ЦИК Абхазии.

В 1935 г. решением Абхазского обкома партии его послали на учебу в Тбилиси, а после окончания вуза направили председателем Эшерского сельсовета.

Но наступили плохие времена для Абхазии – был отравлен Н.Лакоба, начались репрессии против абхазского народа, значительная передовая часть которого была арестована и уничтожена. Это был период, когда грузинскими властями осуществлялась политика целенаправленного упразднения абхазской государственности, уничтожения абхазского языка и абхазского народа в целом. Но в этих тяжелых условиях Р. Гулиа сумел остаться самим собой, не изменить своих принципов и не очернить себя неблаговидными делами и поступками.

В 1938 г. прошли первые выборы в Верховный Совет Абхазской АССР, в результате которых Ризабей Кичевич Гулиа был избран депутатом, каковым он оставался до 1946 г. Примечательно, что на сохранившемся в семье Гулиа депутатском значке надпись уже была сделана на грузинском языке. В том же 1938 году Р. Гулиа был утвержден заместителем председателя Президиума «Абсоюза», а через год, после принятия его в члены Компартии, по решению обкома партии был направлен заместителем начальника строительства абхазского участка Черноморской железной дороги, где он проработал до 1942 г. Здесь ему было присвоено звание инженера-капитана, и он был награжден почетным знаком «Ударник сталинского призыва».

Затем он был утвержден заместителем заведующего, а позднее – и.о. заведующего организационным отделом Абхазского обкома партии. Здесь он проработал неполных два года – от должности был освобожден из-за серьезных разногласий, возникших между ним и 1-м секретарем обкома партии А. Мгеладзе по национальным и кадровым вопросам. В результате Р. Гулиа получил выговор и был отправлен опять председателем Эшерского сельсовета, что фактически означало ссылку и опалу. Ситуация вокруг него ухудшалась, а нажим со стороны грузинских властей усиливался. Видя все это, начальник строительства Черноморской железной дороги генерал Цатуров, который высоко ценил деловые и моральные качества Р. Гулиа и по-дружески относился к нему, добился в 1947 г. через Министерство путей сообщения СССР перевода Ризабея Кичевича в свою организацию начальником отдела кадров. Этим поступком генерал, по сути дела, в какой-то степени оградил Р. Гулиа от преследований со стороны грузинского руководства республики.

Ситуация в Абхазии после смерти Сталина и расстрела Берия стала постепенно изменяться. Патриотическая часть абхазского общества стала требовать исправления несправедливостей, допущенных по отношению к абхазскому народу и его истории. Р. Гулиа всегда активно участвовал в этих процессах. В частности, на собрании, организованном обкомом партии в августе 1953 года, на котором обсуждалась судьба абхазского языка и абхазских школ, Р. Гулиа был одним из тех, кто решительно выступил за безотлагательное восстановление абхазских школ и перевод абхазского алфавита с грузинской графики на славянскую. Следует подчеркнуть, что тон собранию задал народный поэт Дмитрий Иосифович Гулиа, который, несмотря на болезнь, пришел на это собрание и категорически поставил вопрос об открытии абхазских школ и обучении в них на абхазском языке, заявив, что собрание будет продолжаться до тех пор, пока вопрос абхазского языка не будет справедливо решен, и что он будет выступать столько раз, сколько это будет нужно. Несмотря на яростное противодействие грузинских властей и некоторых ответственных работников абхазской национальности, правильное решение в отношении абхазского языка все же было принято. В результате по всей Абхазии стали открывать абхазские школы, и абхазские дети впервые за многие годы получили возможность учиться на родном языке. Примечательно, что первым директором абхазской школы в г. Сухуме стала супруга Ризабея Кичевича Гулиа – Вера Константиновна Тарба.

В 1956 г. Р. Гулиа был назначен заместителем управляющего «Абхазторгом», но уже в 1959 г. решением Абхазского обкома партии его освободили от должности «за грубые нарушения», допущенные им при наборе учащихся в торговую школу. Его обвиняли в том, что он, будучи куратором школы, целенаправленно зачислял в неё преимущественно абхазок. Впрочем, так и было на самом деле. В то время в торговой сети Абхазии практически не работали абхазы, и Р. Гулиа, используя свое служебное положение, старался исправить это. В течение нескольких месяцев он боролся против своего несправедливого освобождения, и, наконец, решением ЦК КП Грузии он был восстановлен в должности, но вслед за этим его перевели директором производственного комбината Минторга Абхазии – предприятия отсталого и с проблемами. Он отнесся к своему новому назначению, как всегда, ответственно, и за три года его работы комбинат существенно улучшил свои показатели, увеличив объем производства товаров широкого потребления в два раза.

В 1962-1974 гг. Гулиа работал в руководстве Абхазского республиканского общества глухонемых, где всеми силами старался помочь этой категории людей, оказывая им, по мере возможности, материальную помощь, посылая на лечение и специальное обучение. За годы работы он построил для этих инвалидов 30-квартирный жилой дом, а также производственные помещения площадью более 3000 кв.м.

После назначения персональной пенсии республиканского значения в 1976 г. его утвердили начальником Абхазской республиканской конторы шелководства. В то время это была одна из серьезных отраслей сельского хозяйства республики. В его бытность была создана прочная кормовая база для выращивания тутового шелкопряда – высажено более 100 тыс. корней высокопродуктивной шелковицы, построены несколько цехов для сушки коконов тутового шелкопряда. Р. Гулиа, используя свои авторитет и связи в Минсельхозе СССР, минуя Тбилиси, добился ежегодного внеконкурсного зачисления абхазской молодежи в сельхозвузы Союза ССР для подготовки специалистов в области шелководства, т.к. тогда в этой отрасли не работал ни один абхаз со специальным высшим образованием. Всего, таким образом, было подготовлено более 40 человек. Кроме того, он добился, опять же напрямую через Москву, минуя Тбилиси, ежегодного выделения на Абхазию 12 легковых автомобилей для поощрения наиболее отличившихся шелководов. Здесь, в Абхазской республиканской конторе шелководства, Ризабей Гулиа проработал до 1989 г. – вплоть до своей смерти.

За свою долголетнюю и плодотворную работу Р. Гулиа неоднократно награждался различными государственными наградами – медалями, знаками отличия, почетными грамотами Верховного Совета Абхазской АССР. Ему было присвоено почетное звание – «Заслуженный работник сельского хозяйства Абхазской АССР». Он избирался депутатом Верховного Совета Абхазской АССР первого созыва, депутатом Сухумского и Гагрского городских и Сухумского районного Советов депутатов трудящихся, членом Сухумского и Гагрского городских комитетов партии.

Вся его жизнь была посвящена любимой Абхазии, родному народу. И память о Ризабее Кичевиче Гулиа бережно хранится.

(Опубликовано: Республика Абхазия, № 125, 2012 г.)
_____________________________________________________________


АБХАЗСКИЕ ЛЕТЧИКИ (из цикла)

Первый летчик Абхазии

1 сентября 1978 г. во дворе гудаутской второй средней школы - торжественная линейка. Везде цветы, красивые флажки, улыбающиеся лица. Кроме школьников, много гостей. Сюда пришли руководители и представители района, родители. Начинается митинг. Выступавшие поздравляют ребят с двумя волнующими событиями: началом нового учебного года и присвоением школе имени Виктора Константиновича Аргун. Виктор Аргун родился в 1906г. в селе Куланурхуа Гудаутского района, в семье крестьянина. После окончания лыхненской средней школы Виктор работает на Сухумской табачной фабрике. Здесь комсомольцы избирают его своим вожаком. Виктора всегда тянуло к оборонной работе. На фабрике он создает кружки па подготовке стрелков, санитаров по изучению противохимической защиты. Вскоре комсомольского вожака награждают почетным знаком Осоавиахима. Когда партия бросила клич «Комсомолец – на самолет!» Виктор одним из первых в Абхазии откликнулся на него.
По предложению Председателя ЦИК Абхазии Нестора Лакоба, с путевкой комсомола и полным комплектом оборонных значков на груди Виктор прибыл в Московский аэроклуб Осоавиахима. Медицинская комиссия признала его годным к службе. И Виктор стал курсантом Московского авиаклуба. Через год, в 1932 году Виктора встречают на перроне Сухумского вокзала: стройный, высокий, широкоплечий, красивый авиатор.
Виктор с энтузиазмом берется за развитием авиационного дела в Абхазии. Организует планерную секцию на парашютной станции. И вскоре набирает 60 юношей и девушек в аэроклуб. Среди них – первая абхазская летчица Мери Авидзба.
В 1936г. в Сухуме создали Осоавиахимовский аэроклуб. В.Аргун, как самого опытного пилота назначают начальником летной части. Шефы из военно – авиационной школы г. Батайска подарили клубу 14 самолетов У-2, несколько планеров и парашютов.
Виктор мечтал быть профессиональным летчиком, он успешно сдав экзамены, в 1935 г. поступает в Краснознаменную школу ГВФ им. Баранова в Батайске. Учится с большим увлечением, ведет большую общественную работу, внимателен и вежлив к своим друзьям. О нем часто писали местные газеты. Вот одна фраза из статьи: «Товарищи Журавлев, Бабков, Аргун – лучшие комсорги звеньев, образец культуры и дисциплины, отличники учебы».
В день выпуска из училища на первой полосе был помещен портрет Виктора с подписью: «Он – первый пилот-абхазец.»
«Виктор Константинович Аргун – олицетворение лучших черт комиссара Красной Армии, - вспоминает позже полковник в отставке П.Сордиа, - грамотный, вдумчивый, справедливый, заботливый, простой и доступный для подчиненных, требовательный и одновременно предельно человечный, отважный и хладнокровный в бою. Таким он запечатлелся в нашей памяти».
В своем письме к сыну бесстрашного летчика Анатолию П. Сордия пишет: «Славный сын абхазского народа Аргун не жалел жизни для победы над ненавистным врагом. Он сделал для этого все, на что способен настоящий герой.»
Шел 1942 г. Гитлеровские войска рвались на Кавказ. Здесь на южном крыле советско – германского фронта сконцентрировались крупные силы. Летом частям первой немецкой горно – стрелковой дивизии «Эдельвеис» удалось захватить перевалы Клухор, Марух, Санчаро – Главного Кавказского хребта.
Нашим летчикам приходилось подниматься в воздух пять – шесть раз в день и сражаться с гитлеровскими стервятниками, наносить бомбовые удары по вражеским войскам.
Ведение боевых действий в горах Кавказа требовало от летчиков огромной выдержки, мастерства, умения ориентироваться в сложной обстановке. Такими качествами обладал заместитель командира 975-го истребительного авиаполка по политической части капитан Виктор Аргун.
Бывший командир полка полковник в отставке П. Герасимов вспоминает: «Виктор Константинович был душой полка, любимцем личного состава. Бесстрашный летчик, хорошо знавший театр боевых действий, он в наиболее ответственных полетах, в сложных условиях горных перевалов всегда летал ведущим.
Когда на его родную землю пришла война все это помогло ему с особой ловкостью использовать в бою, он вел самолет по ущельям, чтобы сражаться с фашистскими стервятниками на высоте 15-20 м.
До войны Виктор учил летать курсантов – летчиков в Сухумском, Сталинградском, Батумском аэроклубах, в Тбилисской и Цкорис-Цкальской авиашколах. Он радовался, когда встречал своих питомцев, которые громили фашистов.
Прославленными летчиками стали его бывшие ученики: дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант В.Попков, Герой Советского Союза генерал-майор Г.Шадрин, полковник А.Шишков. Он воспитал целую плеяду местных летчиков Мери и Азиз Авидзба, Михаил Аджба, Шаакир Юнусба, Шамиль Палба, Темур Язычба и его родного брата Михаила и других.
О заботливом и внимательном отношении к своим боевым товарищам красноречиво свидетельствуют строки из фронтового письма семье. В нем такие слова: «Нам дорог каждый самолет, у нас пока их еще мало, еще дороже летчики. Поэтому надо учиться и учиться воевать.»
В своих лекциях и беседах с курсантами-летчиками Виктор всегда говорил и требовал не бросать в беде своих товарищей, даже если это связано с риском для собственной жизни. В одном из боев на перевалах Кавказа в ноябре 1942 г. сам побывал в подобной ситуации.
Вот что пишет жена командира эскадрильи 975-го авиаполка Доброго Евдокия Сергеевна.
«В Сентябре 1942 г. я получила телеграмму от комиссара полка В. Аргун с просьбой срочно приехать в часть. Через два дня я была в Абхазии. Без труда я нашла Виктора. Он приветливо встретил меня и сказал:«Ваш муж очень хороший летчик, бьет фашистов беспощадно. Но, понимаете война… Его самолет подбил фашистский зенитчик, он ранен и доставлен в госпиталь. Сейчас я вас отправлю к нему».
Виктор Константинович вызвал своего шофера, и мы поехали в госпиталь, в Гульрипш.
Вошла в палату и застала мужа в тяжелом состоянии. Села я у постели начала плакать, а он, с трудом поднимая руку, гладит меня и успокаивает: «Не плачь Клавдия. Это война. Скажи спасибо комиссару полка, а то не пришлось бы с тобой встретиться».
Евгений рассказал мне о том, как оказался в госпитале. «22 сентября эскадрилья, возглавляемая комиссаром полка Аргун вылетела на штурмовку войск противника. Когда мы достигли цели, комиссар, как всегда первым обрушился на врага, за ним другие летчики. Около двух рот фашистов были уничтожены. Но тут открыла огонь зенитная артиллерия противника. Комиссар сделал победный вираж и эскадрилья легла на обратный курс. Только я успел развернуть свой самолет, как его прошило зенитным снарядо. Аргун все видел. Он нырнул вправо вниз и уничтожил подбившую меня зенитку с первого захода (как потом оказалось, в этот момент его ранило в ногу и плечо).
Мой самолет не слушался штурвала, быстро приближался к хребту. Удар! Больше ничего не помню. А комиссар развернулся и чудом посадил свой самолет в ущелье.
Первого, кого увидел очнувшись, бегущего ко мне комиссара. Аргун подхватил меня, втащил в свой самолет и взлетел под убийственным огнем противника. А ведь он уже сам был ранен!
Перелететь через перевалы комиссар не смог: все сопки были заняты зенитчиками противника. Тогда он пошел в сторону озера Рица, чтобы лететь по Рицинскому ущелью. У Юшпарских ворот нас нагнали два «Мессера». Аргун, опустившись совсем низко, почти касаясь тропинок, посадил самолет на крыло и каким-то чудом проскочил между скал в самом узком месте, где расстояния было не более 25 метров. Подобное оказалось не под силу фашистам, и они повернули обратно.
В том месте, где он пролетел, - говорю как летчик – истребитель – может пролететь лишь настоящий ас…
Несмотря на свои раны, каждый день совершал он по 5-6 боевых вылетов. Комиссар часто посещает меня, убеждает, что дело идет на поправку, но я чувствую, что с каждым днем мне становится все хуже и хуже…»
Через несколько дней Евгений скончался. Было ему тогда 20 лет. Похоронили его со всеми почестями, в мимозовой роще, на этой земле, которую он защищал.
Позднее я узнала, что комиссар Аргун Виктор Константинович погиб при исполнении служебных обязанностей. Абхазия должна гордиться своим героем-летчиком!»
Изучая многочисленные документы о Викторе Аргун, я вспомнил один эпизод, который навсегда остался в моей памяти.
В 1937 г. я учился в Лыхненской средней школе. На большую перемену все выбежали из классов и побежали на перегонки. Вдруг рев самолета. Со стороны здания детского сада плавно идет на посадку кукурузник. Посреди площади он приземлился и из кабины выходят два летчика. Сначала мы все воздержались подходить к самолету, но когда один из них позвал нас подойти по ближе, все мы окружили и стали трогать крылья самолета. Я узнал Виктора, так как его родная сестра была замужем за моим близким родственником раза два я его там видел и был горд этим.
Обращаясь к нам, он сказал. Будьте дисциплинированы, учитесь хорошо и когда вырастите, научитесь летать на таких же «железных птицах». А теперь дайте нам дорогу вылететь. Облетев два раза Лыхненскую площадь, улетел в воздушное пространство.
Когда мы пришли в класс, один из мальчиков спросил у преподавателя: имеет ли право летчик посадить самолет там, где он захочет? Учительница сказала, конечно нет. Военная дисциплина запрещает это. Но, говорят, что, он смог посадить самолет в селе родного отца в селе Куланурхва.
На страницах газеты «Советская Абхазия» от 23 февраля 1973 г. в статье «Жив в памяти народной» полковник в отставке П.Сордия пишет: «В 1937 г. я был делегатом областной конференции Абхазской организации ЛКСМ Грузии. И вот на этой конференции я впервые услышал о Викторе Аргун. Он был начальником летной части Сухумского аэроклуба. На конференции, делегатом которой являлся Аргун, его сурово критиковали за авиалихачество. Пилотируя, самолет, Аргун совершил посадку во дворе своего родного дома в селе Куланурхва. Многие комсомольцы осуждали сам факт нарушения дисциплины, но в душе все мы восхищались его мужеством и храбростью. Видимо ему хотелось подражать прославленным летчикам: Чкалову, Коккинаки, Каманину, Водопьянову, Ляпидевскому и сделать что-то необыкновенное, трудное, рискованное.
А когда на трибуну уверенно поднялся спокойный, стройный, широкоплечий молодой человек в форме осоавиахимца тех лет, симпатия к нему у всех намного возросла. Он честно признал свою ошибку, а затем повел серьезный разговор о необходимости усиления военно-патриотического воспитания молодежи.
В. Аргун пользовался исключительно большим авторитетом. В нем воплотились высшие черты комиссара, политработника Красной Армии. Грамотный, вдумчивый, справедливый, объективный и в то же время требовательный к подчиненным, храбрый в бою – таким он стал в моей памяти. Он относился к числу таких политработников, каким перед историей предстают комиссары Д. Фурманов, Пожарский, политрук Клочков-Диев и другие»…
Вот что пишет летчик-истребитель Александр Степанович Шишков о В.Аргун:
«В августовские дни 1942 года шли жаркие бои в горах Кавказа, на Марухском, Санчарском, Клухорском перевалах. В первой половине августа у нас в полку появился незнакомый человек. Высокого роста, широкоплечий, с военной выправкой, с ясными голубыми глазами, имел весьма внушительный вид.
Командир полка майор Зубков рассказал личному составу полка о том, что приказом Закавказского фронта из Цкорис-Цкальской к нам направлен комиссаром полка капитан Аргун.
Товарищ Аргун энергично взялся за укомплектование личного состава полка летчиками и техниками. В то время каждый из нас горел желанием как бы быстрее попасть на фронт и начать штурм фашистов в воздушном бою.
В это время наш полк стоял в Тбилиси. Был такой случай. Я договорился со штурманом полка капитаном Плаксиным вылететь без разрешения и вести воздушный учебно-тренировочный бой, который категорический запрещался.
Капитан Плаксин был опытным летчиком, согласился. Вдруг над аэродромом раздался ужасный рев двух истребителей. Вот – вот столкнутся, один уходит и заходит со стороны хвоста, а другой набирает высоту и наседает на другой самолет. Довольные оба успехами боя пошли на посадку, а внизу на аэродроме: «Тревога?» На командном пункте комиссар Аргун собрал всех летчиков и кричит на них: «Кто в воздухе? Кто разрешил? Посадить сейчас же».
Комиссар сидел в своем кабинете, но когда услышав рев моторов двух истребителей, выбежал на улицу и заметил, что как петушки два истребителя сцепились над горизонтом аэродрома. Зная, что нет приказа на учебно-тренировочные полеты и таких ненормальных боев, как мы вели в воздухе, но комиссар любил отчаянных смелых летчиков и с наслаждения. За такое нарушение мы могли попасть под военный трибунал. Когда подрулили к месту стоянки самолетов, то я обнаружил капитана Плаксина у командного пункта и комиссара полка. Уже здесь я донял, что получим наказание, но какое? - «Товарищи сержанты, Шишков и Шадрин, ко мне, услышал строгий голос комиссара Аргун. Мы оба наклонили низко головы и подошли к комиссару. Он нас ругал долго за наш поступок, но справедливо.
Комиссар объявил нам по 10 суток ареста и приказал сидеть в казарме и никуда не выходить. Один я находился в казарме и прилег на койку и замечтался. Вдруг услышал голос комиссара. Я быстро поднялся с постели и хотел привести себя в порядок, как он подошел ко мне обычным четким шагом со строгой воинской выправкой, ударил по плечу, посадил на кровать, сел рядом со мной; и опять начал ругать за наш поступок, сказал: "Да, это было нарушение, но мне чертовски понравилось, как ты вел воздушный бой, на тебя можно положиться в бою. И с сегодняшнего дня, товарищ Шишков, будешь командиром звена, надеюсь оправдаешь это доверие".
На следующий день после завтрака собрал личный состав полка и, беседуя с нами, комиссар сказал:"Товарищи летчики, техники-вооруженцы! Вы знаете, как подготовлен враг, какое у него оружие, быстроходные мессершмидты, фоккели, юнкерсы, которые превосходят наше оружие, наши самолеты, и еще вы знаете, что по заданию Гитлера подготовлена специальная горно-стрелковая дивизия. Все они отличные альпинисты, очень легко могут переходить наши трудно проходимые горы. Наша задача: ни в коем случае не дать врагу перейти перевалы к побережью Черного моря. Любыми средствами задержать их и уничтожить в наших горах. Враг хитер, но мы должны быть хитрее него. Для нас любой самолет дорог, так как их мало. Тем более дорог летчик».
Через два дня полк получил задание перелететь в Миха Цхакая и вести разведку в районе Эльбруса и по направлению Теберды, Цагерк, Тунгуз-Арун-Баши, Чипер-Азау и Марух.
Эскадрилья краснозвездных истребителей, возглавляемая самим комиссаром, поднялась на штурмовку противника, который численностью до батальона быстро продвигался в сторону Эльбруса. Не прошло и 40 минут, как мы достигли цели. Первым пошел на штурм комиссар. За ним остальные.
Я, как и было мне приказано, прикрывал ведущего. Через десять минут батальон фрицев был уничтожен. Дал комиссар победный вираж и истребители легли на обратный курс.
Бесстрашным был наш комиссар. Многоопытные летчики восхищались тем, как он легко владеет самолетом в горах, как между утесами на бреющем полете смело атакует, выводя из строя живую силу и технику противника. Каждый его полет был для нас школой пилотирования, безукоризненного летного мастерства».
Летчик-истребитель из Черкесска Семен Константинович Лунев вспоминает: «Однажды, в канун Победы советского народа над немецким фашизмом, перелистывая фотоальбом тех лет,передо мной встал образ военного летчика, военкома 68-го истребительного полка, высокого, красивого телосложения, красивого с голубыми глазами, молодого абхазца, дорогого всему личному составу полка Виктора Аргун.
Как прекрасно было работать в полку под руководством В.Аргун. Как комиссар полка он очень много сделал для полка, для разгрома врага и словом и делом. Он умел зажигать летный состав на отличное выполнение заданий, технический состав на отличную подготовку самолетов к выполнению боевых заданий, и когда он чувствовал, что наземная подготовка проведена успешно, что летный состав и технический состав свои цели и задачи поняли, сам садился за штурвал боевого самолета и вел группу на выполнение боевого задания. В воздушных боях капитан- комиссар был смелым и бесстрашным.
Тяжелой была для нас, летчиков-истребителей 975 полка, которые защищали нашу Родину на Главном Кавказском хребте, потеря такого товарища как Аргун, как летчика, как коммуниста он всегда проявлял себя мужественным, стойким, храбрым воином и опытным командиром, но война есть война. 18 декабря 1942 г. она забрала и капитана Аргун, при выполнении боевого задания по защите нашей Родины от немецко-фашистских захватчиков, он погиб.
Весь полк скорбил по безвременно ушедшем – первом военкоме полка, капитане Аргун, но его смерть сплотила летчиков, они стали беспощаднее к врагу, и еще с большей силой громили врага, уничтожая его на нашей земле».
Отмечая 31 годовщину Великой Победы в 1976 году, - в своем выступлении начальник полета Кировского аэропорта сказал: «Мы воздаем должное своим героям - живым и павшим, мы склоняем головы перед памятью тех, кто не вернулся с полей сражений, кто отдал жизнь во имя свободы народов, за счастье грядущих поколений - среди них наш дорогой славный сын абхазского народа В.К.Аргун, комиссар полка, это образец коммуниста ленинского типа. Честность,справедливость, неиссякаемая энергия, беспредельная пре- данность Родине, образец выполнения долга, присяги, приказа, вот те качества, которые прививал он однополчанам. Мы вместе с ним прошли суровый боевой путь,многим из нас посчастливилось быть его воспитанниками - особенно это дорого нам кировчанам, пришедшим тогда в полк.
Сегодня уместно сказать о тех, кто не дожил до дня Победы - ушел в бессмертие с поля боя - так, это? прежде всего? наш дорогой комиссар эскадрильи, затем комиссар истребительного полка. В июне 1941 г. более 250 кировских летчиков прибыли в Цнори-Цкальскую авиашколу для переучивания на истребители. 16-18-летние юноши, ничего не видавшие в жизни, как никогда нуждались в волевом воспитателе. Вот в этот-то суровое для Родины время и стал для нас примером воспитателя, летчика - комиссар, беспредельно преданный авиации и Родине, Аргун Виктор Константинович. Пример во всем. Высокий, стройный, подтянутый, с неиссякаемой энергией кавказским темпераментом, он был всегда с летчиками.
Летчики помнят, как было сложно освоить истребитель И-15 бис минуя переходную машину, но одним из первых в училище этот же истребитель освоил комиссар, затем он освоил из самых сложных истребителей И-16. Это было потрясающим личным примером .
Отдавая весь свой талант воспитателя, летчика-комиссара по подготовке кадров для фронта Виктора Константинович сам рвался в открытый бой с ненавистным врагом, постоянно совершенствуя свою технику пилотирования на боевых машинах. Мне вспоминается с каким упоением и восхищением мы наблюдали за полетами своего комиссара. Был момент, после аварии самолета одним курсантом, среди слабаков пошли разговоры, что нужна переходная машина, а без нее мы будем разбиваться.
Комиссар, узнав об этих разговорах, в тот же день, прекратил все полеты. Сам взлетел на боевом самолете, и, на бреющем полете показал целый каскад фигур высшего пилотажа, демонстрируя свое мастерство летчика высшего класса. Закончив полет, прошел над стартом на высоте 14-20 м в кинжальном полете. Этот полет был лучше всякой агитации, а дальнейшее обучение пошло с еще большим энтузиазмом.
В 1942 г. при формировании 975 истребительного полка Аргун В.К., один из первых добровольно, по личному рапорту, пошел на фронт и был назначен комиссаром полка. С большим волнением мы следили за сообщениями о боевых подвигах славного сына абхазского народа, который защищал Кавказ от фашистов."
За последнее время мне удалось встретиться с пятью боевыми летчиками-истребителями, которые были воспитаны и получили путевку в небо комиссаром В.Аргун. С большой теплотой они вспоминали своего воспитателя. Летчики помнят, как было сложно освоить И-25 бис, минуя переходную машину, но один из первых в училище этот истребитель освоил комиссар. Затем он освоил один из самых строгих истребитель И-16. Это было потрясающим личным примером коммуниста, комиссара - летчика, память о котором навсегда останется в наших сердцах.
В этот торжественный день памяти славных героев Отечественной войны мы не можем не вспомнить о том, что семья Аргун дала Родине еще одного летчика- истребителя Михаила Кадыровича Аргун, который учился вместе с нами.
Исключительно скромный, застенчивый на земле, был хорошим летчиком и верным товарищем. Миша посвятил всю свою жизни авиации и погиб при исполнении служебных обязанностей, как летчик, испытывая новейшую реактивную технику в ночном полете. Светлую память об Аргун Михаиле Кадыровиче - летчике истребителе, отзывчивом друге мы навсегда сохраним в своих сердцах».
«В моем личном архиве имеются воспоминания многих людей, боевых товарищей отца. Все они дают высокую оценку как боевому другу, как командиру, как человеку примерному во всем»,- пишет сын легендарного летчика Виктора Константиновича Аргун Анатолий Аргун.
Мне тогда было всего 4 года и 10 месяцев. Жили мы в селе Эшера, близ военного аэродрома, где базировался тогда 975-й истребительный полк. Аэродром располагался на самом берегу Гумисты. Рядом находилось здание штаба полка, где работал мой отец.
Отец всегда возвращался с работы поздно и каждый раз, приходя домой, делился со мной своим пайком. А 17 декабря 1942 г. как никогда он пришел поздно, но разбудил и накормил меня, взял на руки и долго игрался со мной.
На рассвете, 18 декабря, как всегда, его увезла на аэродром служебная машина. Перед уходом отец поднял меня на уровень своих глаз и спросил: "Вася, ты будешь как я ?»
«Да, папа, буду как ты», - ответил я ему. Он крепко обнял меня, поцеловал, поставил меня на пол и вышел из дома.
Позже я узнал подробности трагической гибели моего отца, который получил боевое задание и вылетел с четырьмя бомбами на борту. На высоте 1500 м самолет загорелся, отец развернул самолет и пошел на посадку, но до посадочной полосы дотянуть ему не удалось. Самолет и его самого
охватило пламя. На высоте где-то 40 м отец катапультировался. Однако было уже поздно, парашют не раскрылся. Отец упал на землю, рядом со взорвавшимся истребителем.
Вот уже шестой десяток лет после трагического дня, а мне кажется, что это было все как будто бы вчера. Все также слышу приглушенный стук каблуков моего отца, который уходил на последнее боевое задание. Уходил в бессмертие».
Всего Виктор Аргун совершил свыше 300 боевых вылетов. На его счету 5 сбитых самолетов, уничтожено 2 артиллерийские точки, 5 зенитных расчетов, 5 вьючных лошадей с боеприпасами. С 3 августа до дня гибели
уничтожены 400 фашистов, читаем справку из архива МО СССР г. Подольск.
Во главе звена он всегда прикрывал от налетов фашистской авиации военные корабли и транспортные суда на Черном море, вел трудные бои с самолетами противника. А сколько раз он вылетал на разведку боевых порядков противника, на уточнение метеорологических данных!
Вылетал, не зная отдыха, потому что понимал – иначе нельзя. И еще потому, что он был комиссаром не только по должности, но и по призванию. И всегда считал: «Кто же научит, покажет пример, если не я, комиссар?»
Родина высоко оценила подвиги Виктора Аргун. За его боевые заслуги он награжден: двумя орденами Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны I и II степени и боевыми медалями.
Он похоронен в родном селе Куланурхуа Гудаутского района Абхазии. На могиле всегда живые цветы от семьи, родственников, школьников и односельчан, в знак любви и уважения.

Песня о Викторе Аргун, первом летчике Абхазии

Есть люди, что с детства о небе мечтали,
Желая взлетать выше гор, как орлы,
И вот долгожданное время настало
И крылья расправили дети Апсны.
Огромное счастье - подняться над домом,
Чтоб мама увидела сына полет
И, взмыв над Куланурхвой, с детства знакомой,
Уйти за раздвинувшийся горизонт!
Любое уменье издревле двулико,
Как Солнце, что может и сжечь, и согреть,
Есть люди - во имя идеи великой
Готовы в огне добровольно сгореть...
Мы знаем, что значит "Виктор" - победитель
И он, овладевший уменьем летать,
Над домом своим поднял истребитель,
Чтоб дом и страну от врага защищать!
Мы память храним о погибших пилотах,
Их внуки продолжат оборванный путь,
Взлетев в синеву на таких самолетах,
Но только всегда возвращаются пусть...

Вячеслав Хромых
20.04.1998 г.

В начале 1978 года на имя Президиума Верховного Совета Абхазской АССР поступило ходатайство. В нем говорилось:
Изучение и объективный анализ документальных материалов свидетелей - современников В.К.Аргун, а также патриотическое стремление трудящихся Гудаутского района об увековечении памяти героя в честь 60-летия ВС СССР дает мне право и основание ходатайствовать перед Президиумом Верховного Совета Абхазской АССР об увековечении памяти первого летчика - абхаза, комиссара 975 истребительного авиаполка, Виктора Константиновича Аргун, установить бюст героя в столице Абхазии г. Сухум в городском саду или аэропорту; а также присвоить его имя Гудаутскому дому пионеров и школьников и одной из улиц городов Сухума и Гудауты.
Это ходатайство на имя Председателя Президиума Верховного Совета Абхазской АССР Б.В.Шинкуба поступило в канун 60-летия Вооруженных Сил СССР 23 февраля 1978 года от депутата Верховного Совета Абхазской АССР генерал-майора авиации Ю.Л.Фатинова (члена Военного Совета Союза ССР, начальника политотдела ВВС ЗАКВО).
Установление бюста легендарному летчику В.К.Аргун на территории Сухумского аэропорта имело бы огромное значение в патриотическом воспитании молодых авиаторов и всей молодежи Абхазии.
Надеемся, что данный вопрос тщательно будет рассмотрен в правительстве республики и решен положительно.

Киазим Хотхотович Агрба

Киазим Агрба родился в 1916 г. в с.Джирхва Гудаутского р-на Абхазии, в семье крестьянина. Учился в сельской школе, а затем в 1937 г. окончил Сухумскую абхазскую образцовую среднюю школу им. Н.Лакоба.
В ряды Советской Армии Киазим был призван в 1937 г. После окончания Энгельсской летной школы в звании мл.лейтенанта, его зачислили в состав прославленных штурмовиков ИЛ-2. В это время на всех фронтах шли ожесточенные бои, в воздухе, на суше и на море.
В январе 1942 г. советские штурмовики наносили сокрушительные удары по попавшим в окружение частям гитлеровской армии в районе Демянска. Для снабжения своих окруженных частей, немецкие захватчики перебрасывали туда живую силу, боеприпасы и продовольствие.
Командованием советских войск была поставлена задача: ликвидировать «воздушный мост» противника. Вылетев на очередное задание, летчик Агрба произвел штурмовку попавших в «котел» гитлеровцев и, возвращаясь, заметил в воздухе три фашистских транспортных самолета Ю-52. Несмотря на превосходство противника, Агрба в одиночку ринулся на самолеты врага и с первой же атаки сбил один «Юнкере». Объятый пламенем, фашистский самолет рухнул на землю. Не удовлетворившись этим, отважный сокол стал стремительно преследовать второй самолет, который от меткого выстрела Агрба также нашел свой бесславный конец на нашей священной земле.
За этот подвиг приказом командующего фронтом лейтенант Киазим Агрба одним из первых в полку был награжден орденом «Красной Звезды».
В боевой характеристике командования от 2 мая 1942г. читаем: «...воюет с задором, с большевистским огоньком, стремится больше летать на уничтожение живой силы и техники противника».
На Сталинградском фронте в августе 1942г. при выполнении боевого задания группа ИЛ-2 подверглась яростной атаке Ме-109. Ведя воздушный бой и умело, взаимодействуя между собой, летчики успешно выполнили поставленную перед ними задачу. Самолет Агрба был подожжен. Летчик выбросился на парашюте и, вернувшись в часть, прежде всего доложил о выполнении задания. Несмотря на ожоги I и II степени все время просился в бой.
В начале 1943 г. наши части находились на Западном фронте. В первых числах марта войска фронта развернули активные боевые действия за освобождение г. Вязьмы. Гитлеровцы упорно сопротивлялись, цепляясь за каждый населенный пункт, за каждую высоту. Наши летчики непрерывно наносили бомбовые удары по войскам противника, чем способствовали успешному наступлению сухопутных войск.
В один из боевых вылетов К.Агрба, тогда уже ст.лейтенанту, было приказано возглавить группу из шести самолетов для уничтожения артиллерийской батареи противника, расположенной на господствующей высоте и мешавший продвижению наших войск. Агрба точно вывел свою группу на цель. Бомбовыми ударами и огнем из пушек и пулеметов батарея гитлеровцев была полностью уничтожена. Поддерживаемая штурмовиками с воздуха, наша пехота успешно возобновила наступление. Киазим Агрба еще не успел произвести посадку на свой аэродром, как в полк пришла телеграмма от командующего о том, что за умелые и успешные боевые действия, ведущий группы штурмовиков ст.лейтенант Агрба награждается орденом «Александра Невского».
С июля по август 1943 г. разновременно, будучи ведущим звена из 16 самолетов, были уничтожены живая сила и техника врага в районе Большая Чернь, Скородумка, Озерки, Рожково. Несмотря на сильный зенитный огонь и плохие метеоусловия, группа уничтожила 15 автомашин, 10 танков, подавлены две батареи артиллерии. В районе Новая Березовка, Хотеевка, Бабичи, совхоз Буда уничтожено до 20 автомашин, 3 самоходных орудия, сбито 2 ФВ-190.
«Вспоминаются боевые августовские дни 1944 г., - пишет гвардии подполковник, участник Великой Отечественной войны Н.Гольченков, рассказывая о боевых подвигах славного сына абхазского народа Киазима Агрба. - В этот период наши войска на всех фронтах продолжали неудержимо продвигаться на запад, громя и уничтожая гитлеровцев и их военную технику. Являясь командиром эскадрильи, он на своем штурмовике с другими летчиками почти ежедневно совершал боевые вылеты. Особенно успешно проявил себя Агрба при осуществлении Ясско-Кишеневской операции.В этой операции он совершил 10 разведывательных полетов с задачей фотографирования возможных маршрутов продвижения танковых войск. Задача была сложной, но выполнена на отлично. В характеристике командования сказано: «Отличный вожак групп, над целью ведет себя дерзко, увлекается уничтожением врага, готов делать неограниченное количество заходов».
Киазим Агрба был нашим любимцем. Он пользовался большим уважением у бывалых летчиков, с восхищением и любовью относились к нему молодые бойцы.
Но вот в один из сентябрьских дней 1944 г. полк облетела печальная весть о том, что Киазим Агрба не вернулся с боевого задания. Он погиб как герой, в борьбе за освобождение нашего народа и всего человечества от фашистских поработителей. В день его гибели (1 сентября 1944 г.) в частях корпуса были проведены траурные митинги. На следующий день все летчики корпуса выполняли боевые задания под лозунгом: «Отомстим за Киазима Агрба!» В 568 штурмовом авиаполку на бомбах и фюзеляжах самолетов писали: «За Киазима!», «За Агрба!»
За проявленное мужество при выполнении боевых заданий и любовь к своей Родине Киазим Хотхотович Агрба был награжден орденами: «Красной Звезды», «Александра Невского», «Отечественной войны I степени», «Красного Знамени», медалью «За оборону Сталинграда».
Дважды он представлялся к званию "Героя Советского Союза".
Первый раз - 16 сентября 1943 г. за успешных 44 боевых вылета, в соответствии с приказом НК№О99.
Второй раз был представлен к высокому званию после завершения Ясско-Кишеневской операции (10-15 сентября 1944 г.).
Киазим Хотхотович Агрба совершил лично 82 боевых вылета. Подразделения под его командованием произвели 312 самолето-вылетов,, Авиаэскадрилья под командованием К.Агрба уничтожила: солдат и офицеров свыше 1000, танков и бронетранспортеров - 5 5, автомашин - 300, повозок - 60, паровозов - 2, самолетов - 8, батарей минометов, полевой и зенитной артиллерии - 14, уничтожены склады боеприпасов и создано очагов пожара - 36. Разрушено до 30 зданий опорных пунктов противника.
Командование, боевые друзья Киазима Агрба и после ВОВ неоднократно обращаясь к вышестоящим партийным и советским органам, писали:
"Я, как командир дивизии лично знал капитана Агрба К.Х. и его боевую летную жизнь с февраля 1943г. по день его гибели 21.IX.1944 г. Должен отметить, что при выполнении боевых заданий АгрбаК.Х., действительно проявлял всегда беспредельную преданность социалистическому отечеству, отвагу, бессмертный героизм и высокую боевую выучку командира-летчика.
Ходатайство бывшего командира 187-го Краснознаменного гвардейского штурмового авиаполка, гвардии генерал-майора авиации Хомутова о присвоении капитану Агрба Киазиму Хотхотовичу звания «Героя Советского Союза» (посмертно) поддерживаю полностью.
Бывший командир 12 гвардейской ордена Богдана Хмельницкого Рославльской штурмовой авиадивизии гвардии полковник в отставке Л.А.Чижиков. 21.04.1969 г.»
«...Хорошо помню и лично знаю капитана К.Х.Агрба. Храбрейший героический летчик, командир эскадрильи штурмовиков. За боевые дела, за проявленный героизм в годы ВОВ заслуживает присвоения звания «Героя Советского Союза» (посмертно).
Командир 3 гвардейского Смоленско-Будапештского
Краснознаменного штурмового авиакорпуса.
Гвардии генерал-полковник авиации запаса Степичев».

«...Воспитанный советской действительностью, ленинским комсомолом и коммунистической партией, с первого боевого вылета на уничтожение гитлеровских захватчиков, проявлял отвагу и завидное мужество при выполнении боевых задач в любой сложной обстановке.
Грозный штурмовик ИЛ-2, ведомый молодым летчиком коммунистом Агрба К.Х., всегда на поле боя находил важную цель и возвращался на свой аэродром с незначительным количеством патронов для пушек и пулеметов. Бомбы, реактивные снаряды и почти весь комплект патронов для стрелкового оружия эффективно использовал по фашистам, нанося серьезный урон врагу...
«Высокие морально-боевые качества Киазима Хотхотовича, его командирская чуткость к подчиненным, постоянное стремление передать свой богатый, боевой опыт другим летчикам-штурмовикам полка, снискали ему беспредельное уважение и любовь летчиков.
За личные многократные боевые подвиги, совершенные в годы Великой Отечественной войны на самолете ИЛ-2, проявленные при этом геройство и мужество, капитан Агрба Киазим Хотхотович достоин звания «Героя Советского Союза» (посмертно).
Бывший летчик, старший летчик и командир звена 3 авиаэскадрильи 187 гвардейского штурмового авиационного полка Герой Советского Союза, гвардии полковник, командир В/части ПП 19048 - Знаменский».
"Первому секретарю Абхазского областного комитета Коммунистической партии Грузии.
Прошу Вас, от имени однополчан 187 Краснознаменного Гвардейского штурмового авиаполка возбудить ходатайство перед Верховным Советом СССР о присвоении звания «Героя Советского Союза» капитану Агрба Киазиму Хотхотовичу (посмертно).
Старший преподаватель Военной Академии
Генерального штаба гвардии генерал-майор авиации (Хомутов)».

«Первому секретарю Абхазского областного комитета Коммунистической партии Грузии.
В годы Великой Отечественной войны много товарищей погибло за нашу Советскую Родину, но среди них, как одну из ярких фигур, память хранит образ сына солнечной Абхазии Киазима Хотхотович Агрба. Прошло 25 лет со дня гибели мужественного сокола. При встречах однополчан, в беседах о боевых друзьях, познавших тесную фронтовую дружбу, первым вспоминается его имя. История несправедливо отнеслась к памяти о достойном сыне нашей Родины.
Мы, офицеры Советской Армии, прошедшие войну в рядах 187-го Краснознаменного Гвардейского штурмового авиационного полка и воевавшие вместе с К.Х. Агрба, горячо поддерживаем ходатайство бывшего командира этого полка, ныне генерал-майора авиации Хомутова Н.Д. о присвоении Киазиму Хотхотовичу Агрба звания «Героя Советского Союза» (посмертно).
Уверены, что присвоение К.Х.Агрба высокого звания Героя Советского Союза будет служить примером памяти Родины о своих любящих сынах.
Нам известно о хорошо поставленной военно-патриотической работе в школах Абхазской АССР, в частности, в одной из старейших средних школ, в г.Сухум. Убеждены, что присвоение звания Героя Советского Союза еще одному из питомцев этой школы (Сухумская абхазская образцовая средняя школа им. Н.А. Лакоба - А.Т.), будет способствовать еще более плодотворной работе по развитию советского патриотизма среди молодежи.
Бывший командир эскадрильи 187 КВШАП, ныне старший офицер в/ ч 44402, Герой Советского Союза, гв.полковник (Феоктистов С.А.)
Бывший зам.командира эскадрильи 187 ККШАП, ныне зам.командира в/ч 52526 по полит.части, Герой Советского Союза, гв. полковник Латыпов К.К.).
Бывший зам.командира эскадрильи 187 КВШАП, ныне старший преподаватель Военной Академии им. М.В.Фрунзе, кандидат военных наук, доцент, Герой Советского Союза Макаров А.Т., 8 мая 1969 г.»
«Собственноручную подпись полковников Феоктистова С.А., Латыпова К.К., Макарова А.Т., удостоверяю, Начальник отдела кадров Военной Академии им. М.В.Фрунзе полковник (Жижинов)».
К сожалению, легендарный летчик-штурмовик, отдавший свою прекрасную жизнь за Родину - СССР Киазим Хотхотович Агрба, так и не удостоился звания Героя Советского Союза.

(Перепечатывается с сайта: http://www.abkhaziya.org.)
______________________________________________________




Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика