Георгиос Григориадис

Об авторе

Григориадис Георгиос
Историк-сухумовед, председетель Центра Исследований Истории и Культуры Сухумских Греков «Диоскуры» г. Афины (Греция).
Эл. адрес: elsuhum[at]yahoo.com





Георгиос Григориадис

Статьи:


ВЫДАЮЩИЙСЯ АКТЁР ГРЕЧЕСКОГО ТЕАТРА

110-й годовщине со дня рождения А. Ксинопулоса посвящается

Постановки действовавшего в Сухуме до 1938 года Греческого сектора при Гостеатре Абхазии пользовались необычайным успехом у жителей города. Это было обусловлено несколькими факторами: интересным репертуаром, включавшим произведения древнегреческих даматургов, понтийских, иностранных и современных греческих и советских писателей, успешной игрой актеров, профессиональной постановкой, а также знанием греческого языка, помимо греков и многими жителями города негреческой национальности, выросших среди греческого населения города, составлявшего в то время относительное большинство в городе Сухум. В успех театра свой вклад вносили его талантливые актеры, такие как главный режиссер театра – Ф. Канониди (Аполлон), А. Ксинопулос, Г. Канцас, Н. Спанидис, О. Иосифиди, О. Карвониди, Л. Карвониди, Т. Софьянос, Е. Кускова-Кинигопуло-Тагматархис, С. Ляйляс, Х. Марантиди, Х. Попандопулос, И. Лабрианиди, О. Мусикиди и другие.
Одним из ведущих актеров театра был Ксинопуло Анастас Панайотович.

Он появился на свет 28 октября 1900 года в Санте в селе Пиштофандон (Понт) в семье Панайота Ксинопуло и Марии Эфремиди. У Анастаса было пять братьев и одна сестра. Все они остались на руках матери, когда скончался отец семейства, после чего семья переезжает в Сухум. В 1918 году Анастас Ксинопуло заканчивает сухумскую греческую школу.
В 1930 году поступил в экономический институт имени Плеханова в Москве на заочное отделение. Но в 1934 году как греческоподанный, наряду с другими иностранноподанными студентами, был исключен из института.
В 1932 г. Анастас женился на модельере Бумбуриди Клеопатре Петровне (1907-1995), которая родила ему троих детей: Панайота, Альберта, Эриету.
С момента основания в Сухуме греческого театра в конце 1920-х годов, активно участвовал в постановке спектаклей в качестве режиссёра, переводчика пьес («Намус» и других), актёра главных ролей (царя Эдипа в спектакле «Царь Эдип», уляраса в «Трихском мосту», Лазарагаса – в «Лазарагас», начальника полиции в драме «Мать» и в «Дио Орфанэс («Две сироты»)», царевича в «Галатэа», Георгоса Дронгаса в спектакле «Искушение» и т.д.).

В 1936 году после необыкновенного успеха спектакля «Царь Эдип»,
А. Ксинопуло был выдвинут на получение звания заслуженного артиста Грузинской ССР.
Все документы были подготовлены, но условием был отказ от греческого гражданства и получение советского. Такая постановка вопроса оказалась для Ксинопуло неприемлемой. Не задумываясь, он отказывается не от греческого гражданства, а от получения звания заслуженного артиста. Это был настоящий подвиг. Ведь рядом многие совершенно спокойно расставались со своей принадлежностью к Греции и тут же обменивали национальную гордость на имущественные блага, продвижение в карьере. А ведь в то время, за подобный поступок Анастаса Ксинопуло могли не просто арестовать, но и запросто расстрелять, как греческого шпиона. Он в полной мере осознавал всю опасность, но тем не менее показал своим поступком, что герои среди греков остались не только в мифах Античной Эллады.
После закрытия коммунистами в 1938 году греческого театра, большинству его актеров – близких друзей А.Ксинопуло, будучи иностранноподанными, удалось уехать в Грецию. В стране пахнет большой кровью. Уехать желает и Ксинопуло, но препятствие этому – советское гражданство жены – Бумбуриди Клеопатры Петровны, которой выезд запрещен. После многочисленных ходатайств (довелось даже побывать на приёме у Калинина), неимоверными усилиями удалось добиться выхода супруги из советского подданства. Наконец, Анастас Панайотович с женой получили право на выезд из СССР.

Труппа сухумского греческого театра, 1930-е годы

Но Ксинопуло и на этом этапе повезло. В 1939 году кораблем в Грецию вместе с частью своего имущества он отправляет сначала племянника, которого воспитал и вырастил. Сам Анастас Панайотович надеется уехать немного позже.
Но тут в ход событий вмешалась история. Произошло событие, искалечившее всю дальнейшую жизнь Анастаса Ксинопуло. В связи с началом греко-итальянской войны в 1940 году, корабельное сообщение Греции с Одессой прекратилось. Таким образом, была потеряна возможность перебраться на Балканы. Вскоре после войны СССР с фашистской Германией, в 1949 году последовало выселение греков из Сухуми и других регионов в Казахстан, куда была переселена и семья Ксинопуло. Будучи в Казахстане, Ксинопуло, наряду с другими греками, был принуждён подписать документ о двадцатилетнем невыезде из Казахстана. Будучи «сыном паралии», выросшим рядом с морем, он сетовал жене: «Как можно прожить 20 лет без моря!»
Но вот парадокс стойкости. Несмотря на все беды, А. Ксинопуло не терял надежды переехать на историческую Родину, продлевая срок действия своего греческого паспорта. Мысль о Элладе не покидала его и он всегда говорил: «Хотя бы во сне увидеть нашу «маленькую» Грецию». Все застолья в семье начинались с пения греческого гимна, и что очень характерно, заканчивались тостом: «Амботэ стин Эллада!», что в переводе на русский язык звучит как: «Дай Бог в Греции!» Что тоже по тем временам являлось подвигом. Ведь один донос «анонимного доброжелателя» и вся компания оказалась бы в лагере.
В конце пятидесятых, когда наступила, так называемая, «Хрущёвская оттепель», во флигеле дома Ксинопуло в Чимкенте, при содействии его сына Панайота, был организован кружок по изучению греческого языка, который вела три раза в неделю, приехавшая из Греции к сыну гречанка по имени Александра. Через год существования кружка, Панайот Ксинопуло был вызван в органы власти, где прозвучали угрозы увольнения его с работы и было приказано кружок закрыть.
Несмотря на запрет на преподавание грекам их родного языка, Ксинопуло не покидали мысли о возрождении греческих традиций. Невзирая на трудности и опасности, он с друзьями-единомышленниками, греками-патриотами, продолжал попытки получения разрешения на воссоздание национальной культуры.
Так, представители греческой интеллигенции Чимкента, такие как Пайрахтар-Симеофориди, Ксинопуло, Мазманиди и другие, ходатайствовали о создании греческой драмы. В конце концов, такое разрешение было получено, и они полностью окунулись в эту работу – по памяти воссоздавали костюмы для театра, хореографию спектаклей, музыку, песни и т.д. На базе оставшихся участников трупп бывших сухумского и батумского греческих театров бал создан великолепный коллектив, который своей сценической деятельностью поднимал дух, находившихся в ссылке греков. Можно сказать, что с этого и началось возрождение!
Из бывшего сухумского театра участвовали – Анастас Ксинопуло, Георгий Канцас, Ольга Иосифиди-Канцас, П. Кофиди, Христо Попандопуло. Из батумского – Патроклос Апостолиди, братья А. Ктениди и Х. Ктениди, Ф. Кешаниди, Х. Чахуриди, М. Феофаниди, Мутас и другие. Труппа поставила следующие спектакли на родном греческом языке: «Ти Трихас то гефир», « Лазарагас», «И лира ту геро Никола». Театр был заполнен до отказа. Многим приходилось смотреть спектакли стоя. Каждой постановке сопутствовал аншлаг.
По словам директора Чимкентского театра, его заведение никогда ранее не видело такого триумфа. Труппа с гастролями ездила в построенный греками город Кентау и по различным районам Казахстана.
Поскольку мечта о переезде в Грецию осталась неосуществлённой, А. Ксинопуло с семьёй в 1970 году возвращается в дорогой сердцу Сухум. Спустя несколько лет, при посещении дочери, оставшейся в Чимкенте, 23.02.1976 года Анастас Ксинопуло скоропостижно скончался. Дочь с зятем Селиди Панайотом исполнили давнее желание отца не быть похороненным в ссылке в Казахстане, и его тело было перевезено и предано земле в Сухуми на Михайловском кладбище.
Анастас Ксинопуло был широко известен, популярен, любим широкими массами. Это был человек с неугасаемым юмором, поднимавший в трудные годы дух своего народа. Человек, из поступков которого, боли и радости, сплетена история, его жизнь, его театр.
Этот талантливый человек воспитал и незаурядных детей.
Старший сын – Панайот сочинял стихи, работал строителем, «был мастером на все руки». Порой всех удивляли его необычайные способности.
Альберт окончил педагогический институт, продолжил учебу в Ташкенте, в институте иностранных языков. Был внештатным корреспондентом Литературной газеты.
Писал статьи и рассказы, но не всё было напечатано, поскольку, как хорошо известно, советская цензура пропускала далеко не всё в средства массовой информации.
Одна из ненапечатанных статей – «Ужасы Джампальской школы» (бывшие деревни Чин, Чал и Пал. прим. автора), он пишет об отношении к школьникам негрузинской национальности (грекам, армянам и русским). Суть статьи в том, что в первую смену в этой школе занимался грузинский сектор, где уроки проводились постоянно, а все остальные учились во вторую смену, то есть, в то время дня, когда учащихся очень часто посылали на сельскохозяственные работы и, поэтому, уроки отменялись. Тем самым, как подчеркивал автор, этих учащихся заведомо готовили стать рабами.
В «Советской Абхазии» Альберт напечатал статью «Из Трикала в Кардицу».
В газете греческих политэмигрантов «Нэос дромос» – рассказы «О Илиос», «Олокавтома». Он умер молодым в возрасте 35 лет от кишечной непроходимости.

Дело отца на ниве искусства, служа как и он, всем сердцем своему народу – понтийским грекам – продолжила дочь А. Ксинопуло-Эриета Ксинопуло-Селиди. В Казахстане, в Сухуми, а затем уже и в Греции, она сделала и делает многое для музыкального воспитания нового поколения нашего народа.

(Опубликована: приложение "Греческий Сухумский вестник", № 24, к газете "Афинский курьер" от 28.10.-04.11.2010.)
_______________________________________________

ГАЗЕТА "КОКИНОС КАПНАС"

(Статья из "Сухумского вестника", № 15-17, 2010 г.)

sv-g1_ok

sv-g2_ok

sv-g3

sv-g4

_______________________________________________


ГРЕЧАНКА, РОССИЙСКАЯ МОНАРХИСТКА

110-летию со дня рождения Евфимии Спиридоновны Емихопуло посвящается

 


17 (30) апреля 1902 года в солнечной, дышащем морем, элегантной Ялте, в семье известного в городе подрядчика Спиридона Панайотовича Емихопуло и Марии Николаевны, урожденной Попандопуло, родилась дочь - Евфимия. Корни семьи уходили по отцовской линии в Шериана в Понте, а мать до замужества проживала в Анапе. Евфимия была вторым ребенком в семье - старшая сестра Елена родилась двумя годами раньше.


«Мне на шею бросается век-волкодав», - напишет потом поэт О. Мандельштам, но, в самом начале века, когда ей было суждено появиться на Свет, никто и предположить не мог какими трагедиями будет наполнена эта эпоха. Детство и юность Евфимии протекали беззаботно, семья была зажиточной и жизнь в Ялте казалась сказочной. Отец, помимо основной работы, содержал и пекарню. Когда пришло время идти в школу, то ее отдали в Ялтинскую греческую. После окончания начальной школы встал вопрос: где продолжить учебу? Родителям хотелось дать своим детям наилучшее образование. Они могли себе это позволить, и определили детей в частную женскую гимназию госпожи В.Г. Фьерфор, где воспитывали благородных девиц.
Все окружение сестер составляли люди благородные, интеллигентные и возвышенные. Даже, начавшаяся в 1914 году Первая мировая война, не изменила представление о царской России как о счастливой стране.
Она не раз вспоминала, впоследствии, о тех незабываемых годах своей жизни, рассказывая о том, что ушло в небытие. О том, что люди, родившиеся в советское время, не могли себе и представить, как хороша была жизнь во времена ее кумира – царя Николая II. Она его чуть ли не обожествляла. Это и понятно: с его именем было связано ее счастливое детство, тот дорогой сердцу мир, в котором она жила, ее процветающая семья, ее друзья. До конца своих дней она продолжала оставаться российской монархисткой. Даже в самые опасные годы, Евфимия Спиридоновна не выбросила нотную тетрадку с напечатанным в ней гимном Российской империи «Боже Царя храни», изредка скрытно исполняя эту музыку на фортепиано, и в эти минуты ее душа уносилась в счастливое прошлое, сердце ее щемило от утраченной православной Родины. На стенке ее квартиры висел портрет царевича Алексея, вырезанный из фотографии царской семьи. Изображение всего семейства Романовых вешать на стенку было опасно. Да и осталась некая обида на Николая, что не смог спасти Россию, что действовал нерешительно по отношению к преступникам-революционерам. Эта тема многие десятилетия обсуждалась в ее окружении, как, впрочем, и среди многих граждан бывшей Российской империи. Алексей, с повязанной вокруг гвоздика, на котором висело фото, ленточкой, как бы олицетворял для нее всю дореволюционную Россию.
Октябрьский переворот 1917 года, совершенный большевиками, ознаменовал новую, уже трагическую страницу для семьи Емихопуло. Она была ограблена захватившими в 1921 г. Крым красноармейцами, с нецензурной бранью, бряцающими оружием, ворвавшимися в их дом. Из преуспевающего предпринимателя отец был вынужден стать простым рабочим-каменщиком. В то время умирает и ее мать, молодая еще женщина, пораженная неизлечимой болезнью. Многие ее друзья уезжают в эмиграцию, другие становятся жертвами красного террора. Эти события как бы явились точкой в конце истории о прежней счастливой жизни.
Пришедших к власти люмпенов олицетворяли их вожди. Для Евфимии Спиридоновны два персонажа трагической истории России - Ленин и Сталин - были ни кем иными как «Какацокефалос» и «Врашоменос». Когда заходила о них речь, а называть их имена в негативном смысле открыто было очень опасно, она применяла эпитеты на понтийском диалекте греческого языка, характеризующие этих двух коммунистических деятелей - первый был лысым, а второй, после перенесенной оспы - рябым. «О Какацокефалос ке о Врашоменос» - грозно и с негодованием произносила порой она, и окружающим становилось ясно о ком идет речь.
Характер Евфимии Спиридоновны еще с детства был вспыльчивым, темперамент горячим. Любимым занятием было чтение и сочинение стихов. Об этом мы узнаем из ее записной книжки 1915-1917 г.г. Она получила блестящее образование в гимназии госпожи В.Г. Фьерфор, хотя и не успела полностью завершить в ней учебу из-за случившейся революции, окончив другую гимназию. Евфимия c детства изучала и музыку, и позже получила хорошее музыкальное образование. В гимназии у франкоязычной мадам Фьерфор, все девушки отлично владели французским языком. Так, и Евфимия Емухопуло, и ее сестра Елена свободно говорили на французском, на котором часто изъяснялись на протяжении всей жизни.
Недаром, уже будучи в пожилом возрасте, Евфимия Спиридоновна любимую кошку назвала на французский лад - Мурзонь.
К сожалению, на фоне всех передряг истории, личная жизнь у нее не сложилась. К тому же, в отличие от своей сестры Елены, она не отличалась особенной красотой, да и характер ее был не из легких.
Всю себя Евфимия Спиридоновна посвятила воспитанию подрастающего поколения. Уехав из Ялты в Абхазию, в Очамчиру в 1928-м году, она работала школьной учительницей в греческих селах Бурч (Пурч), т.е. Бырцха, Свобода (Элефтерохори) и Екатериновское (Темерчикион), а затем и в городе Сухум. Была строга с учениками, что, в общем-то, объясняется и строгостью и порядком, которые ей привили в гимназии госпожи В.Г. Фьерфор.


Согласно газете «Кокинос капнас» за 1934 г., она работала директором греческой школы в селе Элефтерохори (Свобода, позже Тависуплеба, сегодня Иаштхуа или Яштуха). Много внимания Евфимия Спиридоновна уделяла изучению новогреческого языка, греческих песен, танцев и, вообще, греческой культуре. Она глубоко любила свой народ и на протяжении десятилетий прилагала усилия для привития самых лучших качеств молодому поколению греков. Да и не только им. При этом, она никогда не была шовинисткой и с уважением относилась ко всем порядочным людям. Среди ее приятелей были люди разных национальностей.
Во время второй мировой войны Евфимия Спиридоновна уже проживала в Сухуми, работая преподавателем в школе. Во время бомбежки города 1942 г. бомба разрушила ее дом, находившийся на территории сегодняшнего двора Дома Учителя на ул. Карла Либкнехта (позже Октябрьской, сегодня - Сахарова). К счастью, в тот момент ее не было дома, и она не пострадала. Правда, ее вещи разворовали мародеры, и рояль была уничтожена. В дальнейшем же, выйдя на пенсию, Евфимия Спиридоновна зарабатывала на жизнь частными уроками музыки. В своей квартире, по улице Церетели, 49, куда она переселилась после бомбежки, она до самых последних дней своей жизни хранила сохранившиеся многие семейные реликвии, книги греческих издательств СССР 1930-х годов, программы выступлений сухумского греческого театра, греческих музыкальных ансамблей, дореволюционные газеты, книги и многое другое. На стене ее квартиры, рядом с портретом царевича Алексея, висели портреты Моцарта, Бетховена, Баха и, дорогая сердцу, в овальной рамке, картинка афинского Акрополя.
Когда это стало возможно, начиная с периода «Хрущевской оттепели», Евфимия Спиридоновна постоянно поддерживала переписку с родственниками и друзьями в Греции.
Установилась крепкая связь с исторической родиной. Позже пыталась выяснить через родственников в Греции о возможности переезда туда и решения пенсионного вопроса. Очень надеялась и верила, что придет время, и греки получат возможность покинуть страну, в которой уже столько десятилетий господствовал ненавистный ей режим. Она не раз говорила: «Придет время и к сухумской пристани причалит корабль из Греции и заберет греков». В те 1960-е и 1970-е годы это было почти немыслимым, но она глубоко в это верила и ждала этого момента. Хоть и с запозданием более чем на два десятилетия, ее предвидение, а скорее сокровенное желание, сбылось - такой корабль прибыл в 1993 году...
Будучи очень энергичным человеком и жаждущим общения с интеллигентными людьми, она с конца 1950-х и в 1960-е годы, организовывала у себя на дому вечеринки по образцу тех, что были популярны в царское время. У нее собирались музыканты, певцы, журналисты, инженеры, писатели, то есть люди образованные и одухотворенные. Здесь бывали и муж ее сестры Елены – бывший царский офицер Константин Иванович Григориади и другой бывший царский офицер Иван Федорович Стериони - оба в царское время относившиеся к дворянскому сословию Российской Империи. На вечеринках читали стихи, очерки, играли на фортепиано, пели, организовывали викторины, диспутировали.
Она также собирала греческую молодежь г. Сухуми и устраивала вечера, где молодые люди могли общаться, знакомиться. Многие на этих вечерах нашли друг друга и создали семьи. Это был, может быть, своеобразный, небольшой, но неоценимый личный вклад Евфимии Спиридоновны в дело борьбы с ассимиляционными процессами, в которые постепенно втягивалось и греческое население Сухуми, превратившееся из относительного большинства до выселения 1949 года, в меньшинство.
Чудом избежав трагической участи своего народа во времена депортаций и расстрелов, она сильно переживала потерю своих учеников, утрату круга общения.
Вплоть до середины 1970-х годов, Евфимию Спиридоновну не покидала идея переехать в Среднюю Азию, где проживало большинство выселенных греков. Ради этого, она готова была даже покинуть прекрасный город в субтропиках, в котором жила. Но возраст, да и отговоры близких не дали ей совершить этот шаг. Тем не менее, она долгое время проводила в поездках в Коканд и других местах массового проживания высланных греков.
Евфимия Спиридоновна была глубоко религиозным человеком. Помимо регулярных посещений церкви, устраивала поездки с родственниками и друзьями по святым местам Абхазии (Команы, Н. Афон и т.д.). Противилась вступлению в комсомол своих родственников и детей и внуков приятелей, объясняя им, что это недостойный, порочащий порядочного человека шаг. Не боялась критиковать советскую власть и ненавистную ей систему, разрушившую религиозные и моральные устои ее Родины - России. Проводила антисоветскую пропаганду в греческих деревнях сухумского района в 1960-1970-х годах. Находилась на учете в органах власти как ярая антисоветчица.
Только благодаря тому, что ее бывшие ученики работали в КГБ и МВД и, учитывая ее преклонный возраст, ее не трогали. Она нетерпимо относилась к передачам и фильмам о «Какацокефалосе» - Ленине и об Октябрьской революции. Ее современникам, родившимся и выросшим, уже в советское время, все это казалось странным. Но понять ее им было трудно. Им не с чем было сравнить советский строй. А Евфимии Спиридоновне было с чем. Она мучительно переживала, и так и не смогла смириться с гибелью Православной России, ее устоев и лучшей части ее народа. Она ненавидела преступников – большевиков, убийц Миропомазанника Николая II и его семьи, обманувших народ России, пообещав им землю, фабрики и заводы и ничего этого не дав им, а наоборот, превратив их в дешевую рабочую силу, а значительную часть населения, буквально, в рабов. Она приходила в ярость, при упоминании «Какацокефалоса» и его соратников, развязавших неслыханный кровавый террор против народа бывшей Российской Империи. Она ненавидела этих убийц Святой России, изменивших в корне образ народа страны.


Очень отрицательно относилась к празднованию Международного Женского дня 8-го марта. Не в лучших тонах отзывалась о Кларе Цеткин и об эмансипации женщин, поясняя, что установление этого праздника произошло под влиянием нечистой силы.
Сегодня, когда феминистки Франции добились отмены такого очаровательного обращения к девушкам, как «мадемуазель» и замены его на «мадам», у Евфимии Спиридоновны это явно вызвало бы возмущение. Особенно феминисток Франции раздражало слово “oiselle”, часть слова мадемуазель, означающее по-французски “девственница”. А во времена молодости Евфимии Спиридоновны, когда люди жили по законам православной религии, целомудрие считалось благодетелью, и особо почиталось. Евфимия Спиридоновна не разрешала себя поздравлять с «Женским Днем» и оскорблялась, когда кто-то, хотя и без злого умысла, это делал.
Видя безысходность ситуации в советской стране, Евфимия Спиридоновна увлеклась оккультными науками, в частности нумерологией, семиотикой. Хотя, это шло вразрез с православной религией, ее интересовало познание мистического характера чисел, знаков, символов для лучшего понимания происходящих процессов в этом и иных мираx.
В последние годы жизни Евфимия Спиридоновна страдала от язвенной болезни желудка, отказывалась оперироваться, что, в конце концов, привело к ее кончине 23.01.1979 года.
Похоронена она на кладбище между селами Цугуровка и Гума (Кума).
Спустя 12 лет, в 1991 г., прогуливаясь по московской пешеходной улице Арбат, я увидел человека, собиравшего подписи в пользу православного захоронения останков царской семьи Романовых. Я вспомнил Евфимию Спиридоновну и подписался как бы и за нее и за себя. Я был уверен, что это принесло бы ей особое удовлетворение…

(Опубликовано: Газета "Греческий Сухумский вестник", № 46, 2012 г.)

________________________________________________________


ГРЕЧЕСКАЯ ШКОЛА В СУХУМЕ

Греческая школа в городе Сухум начала свое существование в 1901 г.; а в греческих деревнях еще с конца ΧΙΧ века функционировали церковно-приходские школы, но статус их был неофициальный, поскольку законом Российской Империи национальные школы были запрещены. После Первой Русской Революции 1905-07 гг. положение изменилось и запрет был снят.

В 1906 г. создается Эллинское общество, которое принимает решение о необходимости строительства греческой школы и церкви. На средства, внесённые греческим населением Сухумского округа, несколькими годами позже начинается строительство школы и церкви. Для этой цели городской думой был выделен безвозмездно участок по Рыбной и Первой Подгорной улицам. Фасад будущего здания, согласно проекту, выходил на Рыбную улицу (с 1908 г. Воронцовско-Дашковскую), позже – это ул. Лакоба, затем ул. Леселидзе – сегодня Абазинская, 73.
Но, поскольку в дальнейшем возникла необходимость в большем участке земли, то Эллинкое общество обратилось в городскую думу о выделении ему дополнителного участка, который и приобрело на условиях, выдвинутых последней.

Строительство школьного здания было завершено к 4 декабря 1909 г. и, как уже упоминалось выше, построено оно было исключительно на средства греческой общины Сухумского округа. Деньги вносили как богатые греки – предприниматели, так и простой люд. Здание было, если можно так сказать, полутораэтажным. Нижний этаж – это полуподвальные помещения-классы, а верхний этаж – это классы с высокими потолками.

Выписка из журнала Сухумской городской думы о продаже дополнительного участка Эллинскому обществу. 1909 год

По тем временам оно относилось к одному из самых крупных школьных зданий города.
По сведениям инспектора народных училищ Сухумского округа, в 1909 г. наиболее крупной из восьми имевшихся школ Сухума (общее количество учащихся – 917 человек) была греческая, где училось 209 человек (для сравнения в армянской школе – 80, в горской – 52).
Изначально это было двухклассное греческое мужское училище, несколько позже было разрешено четырехклассное обучение на греческом языке, хотя некоторые предметы велись на русском языке. А дальнейшее образование ученики могли продолжить в русской школе. В училище было 6 отделений. Плата за обучение в 1-2 отделениях составляла 10 рублей в год, а в 3-6 отделениях – 15 рублей.
Рядом, несколькими годами позже, была построена греческая церковь «Эвангелизмос тис Теотоку», то есть «Благовещения Богородицы», являющаяся сегодня Кафедральным Собором.

Школа продолжала работу и в годы Первой мировой войны и после революции в России и при меньшевистском правительстве.

В первые годы советизации Абхазии управление школой берет на себя «Эпитропи Арогис» («Комитет помощи»), состоящий из родителей учащихся.
Средняя школа получает название греческой школы номер 2, и ей было присвоено имя руководителя Абхазии – Нестора Лакоба.
Содержание школы берет на себя советское государство. В ней создается библиотека, физико-математический и химико-биологический кабинеты.
С каждым годом количество учеников увеличивалось и школа уже их не вмещала. Помимо своих учеников, сюда поступали для продолжения учебы ученики начальных школ Сухума и Сухумского района.
Учитывая всё это, в 1927 г. государство выделает 25 000 рублей на строительство второго этажа школы. В деле организации стоительства второго этажа особые усилия приложил директор школы и греческого педагогического техникума Василис Панайотович Картасис. Большую помощь оказал лично Нестор Аполлонович Лакоба и областной обком партии. Второй этаж был построен в невероятно короткий период – один месяц, и в 1928 г. введен в эксплуатацию. Поскольку государственных средств не хватало, дополнительно были собраны деньги и с родителей учеников. Каждый ученик вносил по червонцу (10 рублей).
Построенные классы были светлыми и просторными.
В полуподвальном помещении разместились классы труда – плотничее и слесарное дело, а также кабинет военной подготовки.

Здание греческой школы. Фото конца 1930-х годов

Школа становится семилетней, позже девятилетней, и с 1933 года – десятилетней.
Это приводит к резкому увеличению количества обучаемых. Если в 1916 г. в школе обучалось 215 человек, на что было потрачено 4 000 рублей, то в 1927 г. – 367 учеников и расходы составили 13 400 рублей, в 1930 г. – 419 учеников и расходы – 20 500 рублей.
В 1935 г. количество учеников возросло до 666 чел. и расходы составили 132 333 рубля, в 1936 г. – 780 учеников и было израсходовано 211 259 рублей.
Помимо средней школы, в городе функционировала 8-я неполная греческая школа (директор Манолис Митафиди), а в деревнях имелись либо начальные, либо неполные средние или средние греческие школы.
За десятилетний период с 1926-1927 учебного года по 1936-1937 учебный год количество греческих школ Абхазии увеличилось с 54 до 79.

Параллельно, с 1930 г. начинает функционировать педадогический техникум, который подготавливал учителей – специалистов по разным предметам для греческих школ Абхазии и Грузии.
В этот техникум принимались лица, окончившие хотя бы семилетнюю греческую неполную среднюю школу, и в возрасте от 15 до 25 лет. Руководством школы и техникума изыскивались особо одарённые ученики в городе Сухум и в деревнях сухумского района для подготовки из них будущих учителей.

В 1935 г., пользовавшийся большим уважением, директор школы и педагогического техникума В.Картасис скончался, и с 1936 г. школу и техникум возглавил Христофор Ипполитов, успешно продолживший дело своего предшественника. Директором педагогического совета педтехникума продолжал работать Дмитрий Ксенофонтов, а в школе заведующим учебной частью – Димитрис Харитидис – опытный педагог-математик.

Развитие педагогического техникума характеризуют следующие цифры: в 1931 г. обучалось 60 студентов, на что государство израсходовало 49 000 рублей, в 1933 г . – 111 студентов и 82 332 рубля, в 1935 г. – 175 студентов и 225 750 рублей и в 1936 – 200 студентов и расходы составили 295 000 рублей. Все студенты были обеспечены общежитием и питанием, а вместе с ними и 80 учеников десятилетней школы.
В целом, в техникуме и десятилетке уже в 1936 г. обучалось 980 человек из города и деревень. 75 из них приехали из Грузии. На этих 980 учащихся государство расходовало 506 259 рублей в год.
Из выпускников десятилетней греческой школы в 1936 г. более двадцати человек обучалось в высших учебных заведениях СССР, а из выпускников 1938 года – двенадцать. А что касается педагогического техникума, то все его выпускники работали в школах Абхазии, а также и Грузии.

Успехи учеников греческой школы были достигнуты благодаря её опытным педагогам. Харитидис Димитриос – завуч, Петрос Холидис – учитель греческого языка, большой его знаток, владевший прекрасной методикой его преподавания, К. Терзанидис, Г. Иосифиди, П. и Л. Перукидисы, Ф. Симеониди, Христос Тумбулидис, И. Стефанидис, М. Леонтович, А. Щадова, Х. Политов, Г. Долидзе, С. Феодоридис, П. Феодориди, Т. Зрякова, Л. Капустянская, С. Лапщук, преподаватель пения Пападопулос – вот почти полный список учителей второй греческой средней школы.
По воспоминаниям П.П. Бумбуриди учительница русского языка Ольга Емельянова была любимицей всех учеников. Вела она преподавание языка не по программе для национальных школ, а, наоборот, для русских учебных заведений, поскольку понимала, что выпускники школы будут поступать в русские ВУЗы. Это, безусловно, помогло многим ученикам получить высшее образование. Христофор Политов – учитель начальных классов. Савва Феодоридис – капитан, работал военруком, знакомил учеников со строением Рабоче-Крестьянской Красной Армии.Устраивал экскурсии в сухумский полк. Казармы в то время находились на месте сегодняшних военных санаториев.
Антонина Щадова – учительница немецкого языка, отличавшаяся особой добротой, для улучшения знаний своих учеников, возила их на практику языка в немецкие деревни сухумского района – Найдорф (правильное название Нойдорф,от нем. Neudorf – новая деревня, новое село, на швабском простонародном диалекте звучит Найдорф, переименован позже в Ахали Сопели) и Гнатенберг (в 1941 г. все немцы обоих сел были высланы в Казахстан – примечание автора).
В школе функционировал и кружок английского языка для желающих старшеклассников, а также кружок физики, фотографический и радио кружки. Кружок физики издавал ежемесячно свою газету.

В тридцатые годы в школе преподавали следующине предметы: греческий (родной) язык, русский язык, русская литература, арифметика, физика, химия, геометрия, естесствознание, география, зоология, русская история, музыка, пение, физкультура, рисование, военное дело, пение – в младших классах, а также другие предметы. С 1936 г. было введено и обучение грузинскому языку.

Что касается культурной и спортивной жизни, то школа имела хор и струнный оркестр «Мандолинадэс», который исполнял русские и греческие песни. При школе в 1937 г. был организован собственный духовой оркестр. Утренняя зарядка проходила под оркест, который, помимо выступлений в школе и городе, выезжал на гастроли в другие греческие школы. На гастролях также деламировали Илиаду Гомера, стихи А.Пушкина.
В школе для старшеклассников проводились уроки бальных танцев: вальс, вальс-бостон, блюз, фокстрот, танго.
Старшеклассники участвовали в массовых сценах государственного сухумского греческого театра, а в школе, зачастую, давали театральные представления. Проводились экскурсии по достопримечательностям Абхазии – в Новый Афон, озеро Рица, в ботанический сад, в дендрарий в Синопе, на гору Чернявского (позже – Сухумскую), Трапецию, обезьянний питомник.
Школа имела воллейбольную и баскетбольную площадки и находилась рядом со стадионом. Его комендант Василий Бумбуриди разрешал пользоваться футбольным полем. Футбольная команда греческой школы «Буревестник» добилась серьёзных успехов – она стала чемпионом города, чемпионом Абхазии. Юношеская сборная города Сухуми «Буревестник» формировалась на базе игроков греческой школы, которая трижды выходила в финальную пульку четырех команд на первенство СССР по футболу, где занимала почетные места. Наивысшим достижением стало звание серебряных призеров первенства СССР в 1936 году.

Во 2-й школе издавались 3 стенгазеты: «Ленинистис», то есть Ленинец – орган пионерской организации,
«Сталинистис», то есть Сталинец – орган комсомольской организации, «Протопорос», то есть, Пионер, – орган старостата.

В 1936 году старостат школы, избираемый учениками 8, 9 и 10 классов, состоял из: Г. Терзопуло, Д. Хартокопуло, Н. Купусиди (смотри фото – верхний ряд слева направо), С. Яхиопуло, Г. Кусиди и Г. Иоаниди (нижний ряд). Председателем его являлся Г. Кусиди.
Старостат действовал, как и полагалось в советское время, под руководством комсомольской организаци школы.

Старостат 2-й греческой школы, 1936 г.

Школа участвовала в социалистическом соревновании с другими учебными заведениями среднего образования города. Так, в 1936 г., как сообщает газета «Кокинос капнас», греческая вторая средняя школа соревновалась с третьей грузинской школой.

29 февраля 1936 г. ученики греческой школы пригласили сверстников грузинской школы на Интернациональный вечер, на котором присутствовал Нарком просвещения Зантария и нарком внутренней торговли Кириакос Паротиди. Характерным было выступление директора школы Христофора Ксенофонтовича Ипполитова, в котором он подчеркнул положительные плоды Ленинской национальной политики: «Большевистская теория национальной политики осуществлена у нас и принесла уже яркие плоды. Братство и неразрывная дружба народов является основой нашей Родины. И ярким показателем силы и процветания нашей страны является тот факт, что, все без исключения народы Советского Союза, развиваются в экономическом и культурном плане». Действительно, в те годы функциорировали греческие школы, греческий театр, газета, педтехникум, типография, также как и газеты и культурные заведения многих других народов, проживавших дружно рядом с греками в Абхазии.
Безусловно, вся жизнь была пропитана духом строительства социализма, ломкой традиционных устоев жизни. Но, тем не менее, очень ценным моментом было то, что народы имели возможность получать образование и развивать свою культуру на родном языке.
Но, надвигались новые, грозные времена. Через какие-то два с небольшим года все это перестанет существовать. В 1938 г. закроются национальные школы, в том числе и греческие, прекратит существование греческий театр, типография, педтехникум. В марте 1939 г. выйдет последний номер газеты на греческом языке – «Коммунистис» – органа Абхазского обкома и Сухумского райкома компартии большевиков и ЦИК Абхазской АССР.
С 1938-1939 учебного года греческая вторая средняя школа преобразуется во вторую русскую среднюю школу им. Т. Шевченко. Из прежних учителей останутся работать только Савва Феодориди и Т. Зрякова, а ученики – на 42% греки. Дело в том, что после закрытия школ в 1938 г. многие греческие семьи переехали в Грецию. И немало учеников, окончивших школу в 1939 г., тоже последовало за ними.

Последний выпуск сухумской греческой средней школы, 1938 г.

В дальнейшем школа была переименована в восьмую русскую школу, а в 1970-х годах она была перепрофилирована в Учебно-производственный комбинат.

Попытки возрождения греческой школы в Сухуми и по всей Грузинской ССР появятся только в 1980-х годах. Ценой огромных усилий, в 1989 г. будет создана греческая начальная школа (класс при школе номер 3), которая просуществует всего несколько лет из-за последовавшего массового выезда греков Абхазии в Грецию.

В 2006 году здание, построенное на средства греческой общины города, находившееся в к тому времени в плачевном состоянии, было выкуплено по остаточной стоимости греческим обществом Абхазии за 318 000 руб. Спонсорские средства выделили Орлов Д.Л., мать которого, София Яхиопуло, являлась выпускницей этой школы, Агурбаш Н.Г., Стилиди С.И. и Чатов Н.В.

В 2012 г. завершен частичный ремонт здания. Оно отремонтировано внешне и 1 этаж внутри его.
На полную реставрацию здания необходимы немалые деньги.
В здании школы сегодня размещается общество греков Абхазии – «Ирини».

__________________________________________________


ДОКТОР ГЕРАКИ

К 120-летию со дня рождения


Cреди греческой интеллигенции Сухума можно выделить семью Геракисов, происхождением, по некоторым сведениям, из Смирны (сегодня Измир), одним из выдающихся представителей которой являлся Панайотис Сакеллариевич Геракис (в русском варианте - Гераки).

Этого кучерявого, высокообразованного человека небольшого роста знал практически весь город. И по прошествии уже почти 70 лет, как он покинул его, старожилы все еще хорошо помнят и часто вспоминают своего доктора Гераки.

Родился Панайотис в 1893 году на острове Калимнос, что в Эгейском море. Начальную греческую школу окончил там же.
Поскольку отца - Сакеллариоса (Сакеллария) Геракиса - пригласили в Трапезунд в качестве преподавателя арифметики и греческого языка, Панайотис продолжил учебу в именитом Трапезундском Фрондистирио, который окончил в 1910 г.


Отец Панайотиса - Cакеллариос Геракис

Вместе с отцом в Трапезунд, а затем в Сухум, переехала вся семья. Мать Панайотиса – Мария Альбертс, православная гречанка с английскими корнями. Братья: Георгий, Эвангелос, сестра - Екатерина (Катина). Георгиос - успешный предприниматель, женился на Елене Петровне Касиери, от брака родилось 2 дочери – Мария (сегодня проживает в Сухуме) и Васула (Василиса).


Мать Мария и брат Георгий

Эвангелос женился еще до войны на Ольге Аргиропулос. Их дочь Каллиопи (Хрисула), в замужестве Холиди, проживает в Греции (Мениди). Екатерина вышла замуж за Петроса Куимса, их дочери - Мария и Эгносия (Сула). Последняя сегодня проживает в Салониках. Эвангелос - участник Великой Отечественной войны. Окончание военных действий его застало на территории Австрии.

После окончания трапезундского Фрондистирио, в 1913-1914 учебном году Панайотис Геракис поступает на медицинский факультет Афинского университета. В то время его отец с семьей переезжает в Сухум по приглашению сухумского Эллинского (греческого) общества для работы в греческой школе. Его мать Мария тоже поступает на работу учительницей в эту школу. Панайотис на каникулы приезжает навестить своих родных в Сухум. Но в связи с начавшейся в 1914 г. Первой мировой войной он «застревает» в Российской империи, поскольку прекращается транспортное сообщение.
По этой причине с 1915-го года он продолжит учебу в Одесском медицинском институте. За хорошие показатели в учебе ему назначается стипендия. Но из-за Октябрьской революции 1917 г. в России и последовавшими за ней политическими и социальными потрясениями, ударившими и по его семье, он был вынужден временно прекратить учебу. Тем не менее, имея большую тягу к науке, он несколько позже продолжит образование при экономической поддержке брата Георгия, и в 1923 г. закончит этот институт.
Состоятельный брат Георгий, содержавший железо-скобяной магазин по Георгиевской улице (позже - Проспект мира, напротив бывшего «Военторга», сегодня проспект Аиааира, 92), зная желание брата получить хорошее образование, снабжает его червонцами, чтобы тот мог продолжить учебу. Таким образом, Панайотис отправляется в Германию, где проходит двухгодичную стажировку. Из Германии привозит множество книг по медицине, которые пополняют его библиотеку. Он имел богатейшее собрание книг в Сухуме на греческом, русском, немецком и французском языках. П. Геракис хорошо владел всеми перечисленными языками.

Семья брата Георгия жила в центре города, около известного сухумчанам, открытого позже, магазина «Динамо». После установления советской власти дом и магазин конфисковали, и Георгий умер от переживаний в 1928 г.

Как-то приехав на каникулы, Панайотис окрестил свою родную племянницу, дочь брата Георгия Марию, родившуюся в 1921 г.
Он очень любил своих племянниц. Сестру Марии, Васулу, 1926 года рождения, он даже просил удочерить, поскольку после его женитьбы у четы не было своих детей. Васула была похожа на своего отца и являлась очень красивым ребенком, отчего он ее называл «морфинья», то есть красавица. Любил играть со своей крестницей Марией. Как она вспоминает, когда крестный приходил в их дом, то первым делом искал ее, называя ласково «муника». «Пу исе, муника?» - звал ее он и, посадив на плечи, носил по дому.

После возвращения из Германии Панайотис Геракис в качестве практикующего врача в российских больницах, занимается лечением больных по разным медицинским отраслям и одновременно специализируется в хирургии. Но работать в качестве частного практика ему удается недолго, так как через несколько лет больницы национализируются советской властью, и он работает в государственных медицинских учреждениях как хирург и научный сотрудник. Одно время, в 1920-х годах практикует хирургом-гинекологом в Очамчирах.


Геракис Панайотис с женой Ксенией

В дальнейшем, в течение долгого периода, он работает в сухумской Первой городской больнице им. Остроумова и параллельно содержит кабинет хирурга-гинеколога по ул. Энгельса (совр. Академика Марра). В его работе ему помогает супруга, понтийская гречанка Ксения Элефтеровна Хиоти, являющаяся медицинским работником, и работающая акушеркой, с которой он познакомился в Сухуме, где они и поженились. Так как своих детей не было, Панайотис и Ксения взяли на воспитание новорожденную девочку из греческого села Манэа. Эту единственную дочку назвали Ирини. Чета ее лелеяла, и как все любящие родители, очень баловала. Они делали все, чтобы ребенок рос в полном достатке. Ирини сегодня проживает в г. Катерини.

Позже он приобретает дом по ул. Гоголевской (ул. Гоголя, совр. ул. Генерала С.П. Дбар), куда и переселяется его семья. На верхнем этаже дома располагались спальни, а внизу гинекологический кабинет, где он вел прием больных. Внизу были кухня, ванная и столовая, где помещалась и его богатая библиотека. На парадной двери была вывеска «Хирург-гинеколог Геракис П.С». В Сухуме в больнице № 1 им. Остроумова Панайотис Геракис проводил различного рода операции. Заведующим отделением был хирург Варлам Александрович Шервашидзе. С ними работала и хирург Доминика Фоминична Эшба. Поскольку отчество Сакеллариевич звучало необычно на русском языке, его в СССР называли Панайотом Ивановичем.

Панайот Сакеллариевич любил отдыхать в греческом высокогорном селе Цихисджвари в Грузии (греки его называли, в силу сложности произношения, на свой лад – «Чихчивар»). Неоднократно он туда ездил совместно с семьями друзей, одной из которых была семья директора 8-й греческой школы Манолиса Митафиди. По воспоминаниям родственников, он любил там играть в карты с женой Митафиди – Елизаветой.

Его приверженность работе, знания, положительные результаты его лечения, были оценены местным советским руководством. Особенно ценными были его услуги и многолетняя медицинская помощь, оказываемая всему населению города и окрестных деревень, в которых до выселения 1949 года проживало не менее 50000 греков.

Мне довелось беседовать со многими людьми, которые в детстве лечились у доктора Гераки. Ведь он владел медицинскими знаниями далеко более обширными, чем его узкая специализация. Они помнят какой популярностью он пользовался у сухумчан.
Добрейшего как человека, кроткого в душе, хоть и вспыльчивого, порой строгого, но, в то же время, мягкого по характеру, Панайотиса Геракиса сухумчане особенно ценили за его многочисленные добродетели, за знания, за скромность, за порядочность.
Мне рассказали случай, когда его вызвали к больной туберкулезом молодой девушке. Осмотрев ее, он сразу все понял. Повернулся и ушел, не промолвив и слова. Не взял денег за визит. Он знал, что ей оставалось жить немного, и помочь ей уже было невозможно. Через два дня она скончалась.

Помимо своей исключительной профессиональной подготовки и практики, на всех, кому посчастливилось близко познакомиться с П. Гераки, он производил особое впечатление, будучи глубоким интеллигентом, с философским складом ума, человеком с широким мировоззрением, что, в принципе, легко объясняется его гениальностью. Он постоянно изучал что-то новое, находился в поисках, обогащал свои знания, что доставляло ему особое удовольствие.
Его греческая душа, пропитанная духом свободы и демократии, ощущала тяжесть и печаль в атмосфере, созданной советским режимом. Всегда имея ностальгию в сердце по родине – Греции, в 1947 г. он, хоть и с трудом, но добивается разрешения на выезд от властей, которые, учитывая его известность и профессиональную значимость, всякими правдами и неправдами пытались предотвратить его переезд в Грецию.
Несмотря на почет, уважение и известность, которыми он пользовался в Сухуме, доктор Гераки предпочел свободу, избавление от тяжелой и депрессивной атмосферы, царившей в СССР, в которой был вынужден жить. Последней каплей терпения стал неоднократный шантаж и вымогательства со стороны криминальных элементов, которые, зная, что он хорошо зарабатывает, постоянно требовали от него больших денег. Несмотря на то, что он обращался в органы власти, беззакония продолжались. Он продал свой дом по ул. Гоголя и библиотеку, поскольку возникли проблемы с разрешением на ее вывоз.
Проводить любимого доктора в порт пришел весь город. Во время прощания Панайотис с женой и дочерью оставили вещи в каюте, в том числе и ридикюль жены, где находились билеты и паспорта, и вышли. По возвращении обнаружили пропажу сумки вместе с документами. Пришлось отложить выезд. Но после восстановления документов вскоре они уехали.

Прибыв в Грецию, семья сначала остановилась в Афинах, в районе Каллифея, но, поскольку в г. Катерини было много друзей и знакомых, они перебрались впоследствии именно туда.
Дело в том, что после закрытия греческих школ, театра, газет, техникума, в 1939-1940 годах из Сухума в Катерини переехало очень много греков. В связи с этим, доктор Геракис и его семья ощущали себя там, как в родной среде. Он устроился на работу в частную клинику в качестве хирурга. 14.11.1949 г. он становится членом Общества врачей г. Катерини, согласно документам этого общества.
За два с половиной года, которые ему было суждено прожить в Катерини, Панайотис Геракис своим скромным характером, профессионализмом снискал симпатии местной публики, став очень известным в городе. Семья перебралась в Грецию без особых средств, и с небольшим багажом и мебелью. Большую печаль вызывал у доктора тот факт, что ему не разрешили вывезти свою библиотеку.
В первое время обоснования в Греции семья П. Геракиса столкнулась с большими трудностями. Но приятным моментом, принесшим ему облегчение и большую радость, стало освобождение его родного острова Калимнос, и всех островов Додеканес, и присоединение их к матери Греции в 1948 году. С другой стороны, через год после этого, он с неимоверной горечью воспринял весть о выселении греков из Сухуми и других районов Черноморского побережья СССР в 1949 г. Имея духовную связь с находящимися в бедственном положении понтийскими греками, переехавшими из СССР, и питая человеческие и альтруистические чувства, он счел необходимым быть им полезным не только как врач, но и как общественный деятель в вопросах, касающихся их обустройства на новой родине.
Зная хорошо еще из Сухума трудолюбие тамошних греков, он глубоко ощущает их боль и горькую обиду, как брошенных на произвол судьбы людей, на безразличие со стороны официального государства к их проблемам, которое не выделило им ни клочка земли.
Панайотис Геракис организовывает их в Общество «Актимонон» (безземельных), руководство которым возлагает на себя. Он направляет в правительство, в министерство сельского хозяйства подробнейшие докладные записки и документы, составленные им лично с неоспоримыми аргументами в пользу своих подзащитных. Он пытается убедить компетентные лица, что и государству и обществу выгодно обустройство безземельных и бездомных людей, и что политика государства, проводимая по отношению к ним, очень жестока и несправедлива.
Он лично, в качестве главы комитета посещает министров сельского хозяйства и Северной Греции и всех других компетентных лиц. Он добивается признания прав своих подопечных, и подготавливает почву для последующего их благоустройства. Его старания не прошли даром. Уже через несколько лет переселенцам были выделены земельные участки в сельской местности, недалеко от города Катерини.
От напряженной работы и от тягостей жизни П.С. Геракис выглядел преждевременно постаревшим. Ему было всего 58 лет, когда сердце этого благородного человека перестало биться. Его смерть была неожиданной. Подвело сердце. Хотя ходили слухи, что его отравили катерининские врачи, завидовавшие его популярности и считавшие его своим конкурентом. Ведь в последние три года работы в Катерини, за этот довольно короткий период, он снискал уважение и любовь местной публики как врач и как человек.

На похоронах Панайотиса Геракиса 2 апреля 1951 г. с прощальной речью выступил А. Тиганас, которую он начал следующими словами: «Нас покидает человек, приверженный работник нашей науки, человек исключительного характера, человек высшей категории - врач Панайотис Геракис». Он охарактеризовал его как человека без амбиций, не любящего говорить о себе, с присущей ему доброй улыбкой и состраданием, четко вырисовывавшимися на его устах.
Панайотис Сакеллариевич Геракис оставил о себе память как светлая личность как ученый, врач и человек, приносивший большую пользу обществу. Учитывая его значительные человеческие, высокопрофессиональные качества, его альтруизм, его неоспоримый вклад в развитие практической медицины в Абхазии, его общественную деятельность, направленную не на соискание собственной славы, а на бескорыстную помощь, находящимся в нужде людям, президиум Всегреческого Сухумского Культурного Общества постановил внести имя П.С. Геракиса в «Книгу Почетных, Знатных и Выдающихся греков Сухума и всей Абхазии».

__________________________________________________


КАВАЛЕР ОРДЕНА СВЯТОЙ АННЫ

К 120-летию со дня рождения Константина Ивановича Григориади

Среди греков, проживавших на Черноморском побережье Российской империи, было немало граждан, занимавших высокие посты в стране, было множество купцов, деятелей науки и культуры.
Немало греков поступило на военную и гражданскую службу, пополняя российское дворянство. Изначально, это были греки, прибывшие в пределы Российской империи, а в дальнейшем - уже родившиеся на ее территории.
Одной из ярких страниц истории России - это Балаклавский Греческий пехотный батальон в Крыму.
Историками России подчёркивается замечательная роль, сыгранная Греческим войском в деле присоединения и удержания Крыма в составе Российской империи.
Греческие отряды участвовали во всех войнах, которые Россия вела в первой половине XIX века.
Своей службой греки заслужили уважение начальства, и не раз их храбрость отмечалась командованием и царственными особами.
В XIX веке греческое население Понта, приглашённое наряду с некоторыми другими христианскими народами (армянами, грузинами, немцами, эстонцами, болгарами и др.) заселить освободившиеся после махаджирства земли Абхазии, а также сегодняшних Краснодарского и Ставропольского краев, укрепило полосу, разделяющую мусульман северного Кавказа от Османской империи, что, в значительной степени, способствовало утверждению российской власти в регионе. Своей хозяйственной деятельностью греки обогащались сами, обогащали и свою новую родину - Российскую империю.

Учитывая тот факт, что греки были православным народом, то им не чинилось никаких препятствий и по продвижению на государственной службе. В российских военных заведениях училось много греков, ставших впоследствии офицерами Российской Императорской армии.

Об одном из таких офицеров – Константине Ивановиче Григориади, который родился 120 лет назад, пойдет сегодня речь.

Григориади Константин Иванович
Григориади Константин Иванович

Григориади Константин Яни (Иванович) родился 7 февраля 1893 года в г.Ялта, Таврической губернии Российской империи (ныне Крым).
Родители: отец - Григориади Яни, сын Статио (так в документах, т.е. Иоаннис Евстафьевич - прим. автора) (1863-1902), табаковод-плантатор, родился в Мацуке - предместье Трапезунда, мать - Зафира Спиридоновна. Братья – Георгий и Иордан.
Отец культивировал на своих плантациях в Аутке, близ Ялты табаки «Дюбек», «Самсун», «Трапезон».
В двухлетнем возрасте Костя остался без матери, умершей при родах брата Георгия в 1895 г.

Григориади Константин Иванович с братьями Георгием и Иорданом и Натальей Ивановной. 1902 г.
Костя с братьями Георгием и Иорданом и Натальей Ивановной. 1902 г.

Отец владел приличным состоянием, вел праздную жизнь, имел свое транспортное средство - линейку лошадей. В возрасте 39 лет поспорил, что сможет выпить четверть, то есть 3,075 литра водки. В то время, да и позже, такого рода легкомысленные пари были очень распространены. Хоть он и обладал отменным здоровьем, но организм не выдержал алкогольного отравления, и он скончался в молодом ещё возрасте. Так, девятилетний Костя остался без отца. На оставленное состояние троих детей подняла, воспитала как родных, мачеха Наталья Ивановна Довженко, от которой – самый младший брат Иордан.
Константин Григориади окончил ялтинскую мужскую классическую гимназию в 1912 году.
Получил в ней многосторонние знания и хорошую физическую подготовку. От природы был крепким и сильным человеком. С легкостью крутил «солнце» на перекладине.
В 1914 г. был призван в Российскую императорскую армию, поскольку 19 июля (1 августа) того года началась Первая мировая война. Он был направлен в Одесское военное училище, после окончания которого, принял участие в боевых действиях на фронте с немецкой кайзеровской армией на территории Белоруссии. Командовал ротой в чине поручика.

Одесское военное училище, готовившее офицеров пехоты, которое закончил К.И. Григориади
Одесское военное училище, готовившее офицеров пехоты, которое закончил К.И. Григориади

Война продолжалась 1568 дней, и в нее было вовлечено 38 из 59 существовавших тогда независимых государств.

Впервые в боях были применены новые виды вооружения и боевой техники, химические отравляющие вещества, что вызвало огромные разрушения и массовые человеческие жертвы.
Во все вовлечённые в войну армии было мобилизовано около 73,5 млн человек, из них были убиты и умерли от ран более 9,5 млн, не менее 20 млн были ранены.
На территория современной Белоруссии, где воевал Константин Иванович проходил один из главных театров военных действий.
С обеих сторон российско-германского фронта, здесь было сосредоточено не менее 2,5 млн человек. Военные действия на белорусском фронте шли с переменным успехом.

Первая мировая война. Карта военных действий
Карта военных действий

Ландшафт и наличие множества болот и озёр мешали российской армии проводить наступательные операции. Бои были ожесточёнными. В одном из них Константин Иванович получил тяжёлое ранение. Благодаря хорошему физическому состоянию - выжил.
Территория современной Белоруссии в годы Первой мировой войны стала не только ареной кровопролитных боев, но и примером героизма, мужества солдат, офицеров и мирных жителей. Ярким свидетельством этого является тот факт, что в годы той войны более 1 млн воинов российской армии были награждены многочисленными орденами и медалями.
За боевые заслуги и проявленную отвагу К.И.Григориади был награждён орденом Св. Анны 4-й степени с надписью "за храбрость". Орден Св. Анны 4-й степени считался чисто боевым, выдавался только офицерам за храбрость в военное время.
Будучи российским офицером, Константин Григориади был причислен к дворянскому сословию Российской империи.
Сложные условия военного времени предрасполагали людей к различным инфекционным и прочим заболеваниям. Не обошли они и Константина Ивановича, который переболел тифом.
Угасание надежд на быструю победу, экономические неурядицы, вызванные войной, привели в 1915 г. к оживлению рабочего движения, к крестьянским волнениям. Все более заметным становилось брожение в войсках, участились случаи дезертирства.
После отречения от престола царя Николая II в марте 1917 года, главным фактором развития политических процессов в армии стала ее демократизация.
Несмотря на политизацию фронта, снижение управляемости, дисциплины и боеспособности воинских частей, Временное правительство продолжило войну, наносило удары по противнику, сохраняя верность союзникам по Антанте.
За успешное командование Константин Иванович Григориади был представлен к получению военного чина «штабс-капитан», но произошедший вскоре большевистский переворот привел к окончанию войны и заключению Брест-Литовского мирного договора.
Будучи офицером Константин Иванович, доброжелательно относился к солдатам во время войны, а те, в свою очередь, почтительно относились к нему. Это проявилось и в момент перед прибытием красных, когда солдаты просили его быстрее удалиться, чтобы спастись, но он задержался. После так называемого «братания солдат», его роты с прибывшими красными, он чудом уцелел, оседлав коня и ранив погнавшихся за ним «непрошенных гостей».
Нарушать присягу Отечеству он не стал, и вступать в Красную армию отказался.
Уехав домой в Ялту, Константин, как и его брат Георгий, заболел «испанкой» (инфлюэнцей), гриппом, унесшим в те годы миллионы жизней.
Но, ему не было суждено умереть. Константин Иванович выжил, а брат его скончался.
Доктор, который их осматривал, сразу сказал - этот выздоровет (на Константина), а другой не выдержит…
После начала гражданской войны, оправившись от болезни, примкнул к Белой гвардии и сражался за Родину наряду со многими другими российскими офицерами, не предавшими Отчизны.
Приход большевиков в конце 1920 г. в Таврическую губернию принес ужасные беды жителям Ялты. Одним из таких трагических эпизодов являются события осени 1920 года, когда под ударами частей Красной армии главнокомандующий Русской армией Петр Николаевич Врангель ближе к середине ноября отдал распоряжение о срочной подготовке судов для эвакуации. После занятия Крыма войсками Южного фронта на полуострове развернулась невероятная по масштабам кампания массовых казней, которая не обошла стороной и жителей Ялты.
17 ноября 1920 г., спустя два дня после отплытия от ялтинских берегов последнего корабля Русской эскадры, в город вступили части 51-й Перекопской стрелковой дивизии и полки 1-й конной армии.
Ослепленные ненавистью, победители не преминули "отпраздновать" свой триумф жестокими убийствами, погромами и грабежами. Грабили, врываясь, практически, во все дома.
Как и в других городах Крыма, в Ялте была объявлена регистрация военнослужащих армии Врангеля, гражданских и военных чиновников, иностранцев и беженцев. Поверив обещаниям об амнистии, данным советским командованием накануне взятия Крыма, тысячи людей потянулись на регистрационные пункты. После заполнения анкет с десятками разных вопросов, прибывших арестовывали и помещали в наскоро приспособленные под места заключения подвалы, откуда несчастных выводили группами за город и там убивали.
Местом проведения экзекуций служила, так называемая «Багреевка» - усадьба ялтинского нотариуса Фролова-Багреева, казненного здесь же вместе со своею женой.
Арестован был и Константин Иванович и приговорен вместе с другими офицерами к расстрелу, в соответствии с приказом Наркома по военным делам Троцкого, в котором указывалось: «Не ищите в деле обвинительных улик; восстал ли он против Совета с оружием или на словах. Первым долгом вы должны его спросить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, какое у него образование и какова его профессия. Вот эти вопросы и должны решить судьбу обвиняемого».
Но, Ангел-хранитель сберег и на этот раз Константина. Это можно назвать чудом, а может быть, большим везением, поскольку перед приведением приговора в исполнение, командир почему-то обращается к молодому офицеру Константину Ивановичу и спрашивает его кто он? После ответа последнего, говорит ему стать рядом с ним. После этого, отводит в сторону леса, признаётся, что он его знает и уважает, и сообщает ему, что выстрелит в воздух, а он, чтобы уходил домой.
Чудом оставшись в живых, К. Григориади, несколько позже, как военный специалист, был назначен командиром ЧОНа (частей особого назначения).
В 1922 году женился на красавице Елене, дочке известного в Ялте и преуспевавшего в царское время, большого достатка подрядчика Спиридона Панайотовича Емихопуло.
В 1924 г. по приказу Троцкого всем (оставшимся в живых - прим. автора) царским офицерам было предписано переехать на проживание в столицу. К Григориади перебирается с семьей в Москву, где работает на папиросной фабрике. Присутствует на похоронах Ленина. Как он позже рассказывал, был сильный, 27-градусный мороз, и чуть не отморозил уши.
В Москве ему было предложено продолжить военную карьеру в академии имени Фрунзе, но он предпочел вернуться в родную Ялту, ссылаясь на то, что там осталась одинокая мать.
В Ялте поступил на работу бухгалтером (счетовод при сельсовете Верхней Аутки).
Увлёкся вновь любимым хобби - охотой.
В 1920-е годы многие греки покидали СССР и перебирались в Грецию. Но, Константин Иванович надеялся, что жизнь наладится и не хотел покидать родные места.
В дальнейшем, в этом его упрекала супруга Елена Спиридоновна, рассказывавшая, что даже их сосед, имевший ресторан, разобрал его, погрузил на корабль и уехал в Элладу.

К. Григориади с семьёй. 1930 г.
С семьёй. 1930 г.

В 1932 году, узнав от председателя сельсовета о готовящихся репрессиях против бывших царских офицеров и, просидев под арестом три дня, решил срочно покинуть Крым и переехать в Абхазию, в Очамчиру, куда уже перебрались его друзья греки – бывший кавалерийский офицер, ротмистр Иван Федорович Стериони, его брат Владимир, Кифниди и другие. В Очамчире, где проживало немало греков, а также ранее перебравшийся туда его тесть с сестрой супруги, он устроился на работу бухгалтером при Абхазторге, вплоть до переезда в Сухуми в 1938 году, где поступил на работу на Рыбзавод в качестве старшего бухгалтера. В 1941 году занял должность старшего бухгалтера Зактрансстроя. За трудовые успехи был награжден правительственной медалью. Продолжал работать и после выхода на пенсию.
Во время Второй мировой войны, дом семьи Григориади, находившийся на окраине Ялты превратили в свой штаб партизаны. По этой причине он был взорван немецко-фашистскими оккупантами. На чердаке дома хранились офицерские фотографии военного времени, награды и прочие вещи. Все это было уничтожено. Безвременная смерть брата Иордана, последовавшая на операционном столе в 1941 г, стала еще одной печальной страницей истории семьи.
В последние годы жизни Константин Иванович проживал с Еленой Спиридоновной в Сухуми по ул. Советская, 86 (позже - ул. Карла Маркса, сегодня - ул. Инал-ипа), недалеко от железной дороги.
Продолжал заниматься любимым делом - охотой. Принимал участие и в воспитании внуков. Учил их математике и другим предметам. До старости сохранил полученные в гимназии хорошие знания. Обращавшимся к нему за помощью, помогал по немецкому языку, латыни.
Когда было хорошее настроение, Константин Иванович любил петь понтийские народные песни и частушки.
Как-то, промокнув на охоте, в 1962 г. заболел плевритом, что впоследствии привело к раку легкого. Скончался 06.11.1962 года, и был похоронен на Михайловском кладбище.
Поскольку мне было всего два с половиной года, я практически не помню деда, но осталось ощущение его присутствия за столом в доме, где он жил, когда однажды, родители взяли меня с собой туда в гости. Также мне запомнилась покалеченная на войне кисть его руки. Как мне рассказали позже, у него не сгибались средний и безымянный палец правой руки, были перебиты сухожилия после рукопашной схватки с немцем в окопе, когда последний прострелил ему руку, но дед сумел выстрелить в немца другой рукой.
Всякий раз при посещении Понта, когда я проезжаю город Мацука, в предместье Трапезунда, что по дороге к монастырю Панагия Сумела, всегда вспоминаю деда. Хотя он там и не родился и никогда не жил, но оттуда его родители, а значит и его корни.
Вспоминается и фраза из песни, которую он любил петь (об этом рассказывал мне отец) - "Μάτσκαλης σσκυλ’ υιός είμαι κανέναν κι φογούμαι, ση Σου Μελάς την Παναγιάν θα πάγω στεφανούμαι!" В свободном смысловом переводе на русский язык это звучит так: «Я храбрец-удалец, никого не боюсь и пойду обвенчаюсь в самом монастыре Панагия Сумела!»
Константин Иванович прожил в браке с Еленой Спиридоновной 40 лет. В семье было двое детей: Мария (1923 г. рождения) - педагог, преподаватель немецкого языка и Иван (Яни) (1926-2006) - инженер-строитель. У четы Григориади 8 внуков: Елена (Лёля), Александр
(умер в младенчестве), Николай, Наталья, Константин (1954-1968), Татьяна - Евфимия (1957-2005), Георгий, Леонид. Сегодня выросли правнуки, и растет много праправнуков. В основном, все проживают в Греции. Некоторые - в Абхазии и России.

Внуки и супруга К. Григориади. Сухум 1967 г.
Внуки и супруга К. Григориади.
Передний ряд: Татьяна, Леонид, Георгий, Константин.
Задний ряд: Наталья, Елена, Елена Спиридоновна, Николай. Сухум, 1967 г.

Константин Григориади был высокообразованным, благородным человеком, владел свободно немецким, французским и греческим языками. Хорошо знал латинский и древнегреческий. Люди, знавшие его, вспоминают его доброжелательный характер и интеллигентность. Его помнят, несмотря на то, что недавно исполнилось уже 50 лет со дня его кончины.
Константин Иванович прожил, хотя не очень долгую, но все же, большую жизнь.
На его веку произошли глобальные перемены в мире и, особенно, на его родине.
Мир изменился, и изменились судьбы миллионов людей. Можно констатировать, что его судьба – один их многочисленных примеров исковерканных большевистской революцией жизней.

Орден Анны IV степени

Орден Святой Анны IV степени имел и неофициальное название «Аннинского оружия». Награждались им только офицеры за личные боевые подвиги. Знак ордена Святой Анны IV степени был небольшого размера (около 2,5 см в диаметре) и прикреплялся к эфесу шпаги, сабли или кортика. Кроме знака ордена, находившегося на шпажной чашке, на эфесе гравировалась надпись «За храбрость» и прикреплялся темляк цвета орденской ленты.

(Опубликована в приложении Греческий Сухумский вестник № 55 к газете Афинский курьер от 31.01.2013 - 07.02.2013.)

______________________________________________________


МАНОЛИС МИТАФИДИ

Педагог, литератор, учёный

Сухуму и его обитателям, можно без преувеличения сказать, повезло, что именно в этот город приехал жить и работать, такой человек, как Манолис Митафиди.


Манолис Митафиди

Это была харизматическая, всесторонне развитая личность, давшая сухумчанам многое в сфере образования, театрального искусства, литературы и прочего.
Митафиди Эммануил (Манолис) Фёдорович родился 30.12.1893 г. в г. Артаки близ Константинополя. Отец – Фёдор Митафиди, помещик, занимался виноделием и шелководством, имел свою баржу. Содержал магазин в Константинополе. Являлся мэром города Артаки. Все дети Фёдора Митафиди (3 сыновей и 2 дочерей) получили хорошее образование – окончили гимназию и устраивали дома, модные в то время, «вечера чтения». Фёдор Митафиди был вписан в книгу архонтов – греков, проживавших в Османской империи.
Мать – Елена, урождённая Гунарис.
Эммануил (Манолис) Митафиди окончил с отличием греческую гимназию в Константинополе; владел свободно французским, турецким языками, хорошо знал латынь и древнегреческий, читал в подлиннике Гомера, увлекался музыкой, литературой (особенно греческими классиками), занимался поэзией, рисованием.
Приехал в Одессу, где проживали его три дяди, в возрасте 20 лет, чтобы избежать военной службы в турецкой армии. Изучал русский язык. Много читал и изучил его в совершенстве. Работал на фабрике.
Э. Митафиди был особо одарённой личностью, увлекался оперой, музыкой и др.
Вернулся на 2 года в Константинополь, после того как тяжело заболел отец.
В Константинополе переводил Чехова, Тургенева и других русских классиков на греческий язык и опубликовывал переводы в местных греческих газетах.
В Батуми, куда приехал на крестины ребёнка друзей, познакомился с Елизаветой Ивановной Коккас, на которой женился в 1922 году. В 1925 г. по приглашению друга переехал в г. Сухум. Учительствовал в деревне Азанта в течение двух лет и был рекомендован во 2-ую греческую школу при директоре Картасисе и в Педагогический техникум. Преподавал греческий язык и литературу. Был в дружеских отношениях с сухумским греческим драматургом, режиссёром Фёдором Канониди. Канониди высоко ценил мнение Э. Митафиди как знатока поэзии, и свои поэтические произведения, перед тем как опубликовать их, читал Эммануилу Федоровичу. М. Митафиди принимал активное участие в работе греческого театра в Сухуме, функционировавшего с 1927 по 1938 годы; писал для него пьесы на новогреческом языке.

С труппой сухумского греческого театра

Также он дружил с руководителем Абхазии – Нестором Лакоба и многими другими известными личностями.
Затем был переведён на должность директора в 8-ю неполную греческую школу. Преподавал греческий язык, который хорошо знал, и литературу. При школе создал богатую библиотеку. Рисовал портреты известных физиков, математиков для физического и математического кабинетов. Школа считалась образцовой. После закрытия греческих школ в 1938 году, был переведён на должность директора 10-й русской средней школы, где преподавал математику, физику, историю. В 1942 году греческую интеллигенцию снимали с работы и Митафиди тоже был уволен. Уехал обратно в село Азанта, где проработал 2 года бухгалтером. Принимал активное участие в археологических раскопках. Затем переведён в село Михайловское, где работал бухгалтером вплоть до выселения греков в 1949 году. Уехал в Казахстан добровольно, так как жену должны были выселить, поскольку местные власти до этого отобрали у нее советский паспорт и дали ей статус «без гражданства». В Казахстане работал разнорабочим. В 1950 году переведён в Ташкент, куда прибыли в 1949г. на поселение греческие политэмигранты. Работал переводчиком при МВД.
В 1956 г. вернулся в Сухум. Будучи на пенсии занимался переводами греческой классической поэзии на русский язык. Работал также помощником режиссёра воссозданного в 1958 году греческого театра в Сухуме. Ставил, являясь практически режиссером, такие спектакли на новогреческом языке, как «Медея», «То ниси тис Афродитис» и т.д.
В связи с 800-летием со дня рождения известного грузинского поэта Шота Руставели в 1966г. в СССР и странах социалистического содружества подыскивался специалист, который смог бы выполнить перевод поэмы «Витязь в тигровой шкуре», написанной Ш. Руставели в XII веке, на новогреческий язык. Такой специалист был найден в Сухуме – М. Митафиди. Колленционер различных изданий «Вепхисткаосани» на разных языках мира – В.И. Чачанидзе предложил ему сделать перевод. Переводом поэмы М. Митафиди занимался в течение семи лет с 1966 по 1972.
Известный грузинский византолог Симон Каухчишвили в своей рецензии к нему писал: «Перевод сделан на высоком уровне и является одним из лучших переводов на европейские языки. Высокая оценка этого перевода была дана многими специалистами.
Перевод поэмы созвучен с поэтическим своеобразием подлинника. Он полностью подготовлен к изданию и необходимо ускорить его выпуск в ближайшее время...»

Рукопись перевода "Витязя в тигровой шкуре"

Первый, пробный экземпляр книги вышел в год его смерти в 1974 году (умер 25.03.1974).
Манолис Митафиди являлся большим патриотом, любил свой народ, мечтал посетить Грецию, чтобы увидеть исторические памятники. В возрасте 75 лет ему удалось осуществить эту мечту.
Будучи директором школы, он особое внимание уделял молодым педагогам, помогая им в становлении профессионалами.
Эммануила Федоровича, как интеллигента и эрудита уважали педагоги, ученики и просто граждане, которые знали его, и отзывались о нем с большим уважением и любовью. Так один из его учеников С.Николаиди в беседе с его дочерью сказал: «Такие люди как твой отец рождаются в 100 лет один раз!» А секретарь обкома партии Абхазии М.Бгажба сказал: «Этого человека должен знать каждый камень Абхазии»!
Председатель экзаменационной комиссии сухумского педагогического института тов. Векуа, когда дочь Эммануила Федоровича – Елена сдавала приемный экзамен по истории, повернувшись к экзаменаторам сказал: «Если она жила под одной крышей с Эммануилом Федоровичем, то можно, не спрашивая, ставить ей «отлично».

Дети Э.Ф. Митафиди: 3 дочери – София, домохозяйка, Елена – педагог (преподаватель русского и греческого языков, заслуженный учитель Абхазии), Хариклия – инженер-строитель, работала начальником отдела в министерстве коммунального хозяйства Абхазии.

Манолис Митафиди был харизматической личностью, внёс значительный вклад в развитие образования и культуры сухумских греков, внес вклад в знакомство греков с русской литературой и поэзией, а русских – с греческой. Его характеризовала целеустремлённость, трудолюбие, тяга к новым познаниям, жизненная мудрость, неиссякаемый творческий потенциал.

(Опубликовано: приложение "Греческий Сухумский вестник", № 2, к газете «Афинский курьер”, № 11 (504) от 06.03-13.03.2009.)

_____________________________________________


О ГОСТИНИЦЕ «САН-РЕМО» И ЕЁ ВЛАДЕЛЬЦАХ

Одним из красивейших зданий Сухума, является, несомненно, жемчужина его набережной – гостиница «Рица», имевшая некогда романтическое название «Сан-Рэмо» (именно в французском произношении с ударением на «о», в отличие от итальянского - с ударением на «э» - прим. автора). И недаром, она была наречена именем города итальянской Ривьеры.

Яркая архитектура французской и итальянской частей Лазурного берега была наиболее подходящей для подражания при застройке Сухума, с его богатой субтропической природой, и можно сказать с уверенностью, что частично эту идею удалось воплотить. Посещая Ниццу, Канны, Сан-Ремо, Монако можно найти похожие архитектурные решения и элементы декоративного садоводства. И я уверен, что не случись Октябрьской революции в России, то облик Сухума был бы намного богаче и ярче.

До начала Первой мировой войны было построено немало архитектурных шедевров разных стилей, которые, хоть и находятся сегодня, в большинстве своем, в плачевном состоянии, тем не менее, до сих пор являются украшением города. Примером служит шикарный по тем временам, трехэтажный отель «Сан-Ремо», возведённый на перекрёстке улицы Романовская и Михайловской набережной (потом - улиц Ленина и Руставели, сегодня - Леона и Махаджиров - прим. автора). Перед началом строительства отеля были снесены находившиеся на этом месте: одноэтажный ресторан "Бирцха", построенный в 1884 г., двухэтажный отель "Централь" 1907 года постройки, одноэтажная парикмахерская "Жан" 1899 г. и двухэтажная кондитерская "Голландия" 1907 г.

Возвел гостиницу «Сан-Ремо» купец второй гильдии, лесопромышленник, грек Христофорос Спанакис (в русском варианте - Христофор Спанаки). Белоснежное здание гостиницы, обращенное фасадом к морю, увенчанное красивым куполом в угловой его части, и украшенное изящными узорчатыми барельефами, сразу преобразило сухумскую набережную. Отель располагал 25-ью комфортабельными комнатами, и на первом его этаже поместился лучший в городе ресторан «Биржа». Строительство было завершено в год начала Первой мировой войны, в 1914 г. Этот год ознаменовался также строительством другим греком – С. Стефаниди красивого здания будущего Горсовета, сегодня в нем размещается Администрация города. К сожалению, начало войны приостановило возведение строений, которые могли бы еще больше украсить город.

В связи с военным временем, и вызванными им экономическими неурядицами, многие богатые греки, а также представители других национальностей, покинули город. Так, в 1915 г. продает все свое имущество известная в Сухуме семья Христофора Самуриди (построившая здание с куполом, в котором позднее размещался Совет Министров Абхазской АССР, банка на ул.Лакоба с панорамой Сухума на нём, театра Самуриди (бывший кинотеатр «Апсны» на ул.Ленина и др.) и уезжает из Сухума. Семья Спанакисов продает свое детище – отель «Сан-Ремо» другому греку – Феодоросу Балтаджису.

Феодорос Балтаджис
Феодорос Балтаджис – второй по счету владелец отеля

Остановимся на этой семье – последних законных владельцах этого отеля до его национализации, последовавшей после революции. Семья Балтаджисов была известна еще со времен Трапезундской империи. Далекий предок Феодороса, являвшийся военным при дворе императора Давида Комнина после падении империи скрылся в горной понтийской области Месохалдия, дабы избежать ареста османами. Эта область на долгое время оставалась неприкосновенной со стороны османской армии.

В начале XIX – го века, его далекий потомок под именем Эфстафиос Делиянидис поселился в деревне Като Тарсос, что недалеко от Шериана в Понте. Там он успешно возглавил металлургическое производство, и позже, в период Крымской войны, в 1854 г. был назначен главой батальона алебардщиков (алебарда — оружие, совмещающее свойства копья и топора - прим. автора), откуда и получил фамилию Балтаджис (от турецкого baltaci -алебардщик).

Эфстафиос (Евстафий) вернулся с войны с большими деньгами, увеличив свое, итак немалое, состояние, заработанное в пору его работы главным металлургом на серебряных приисках района и занятием общественными делами. У него были дружеские отношения с префектом Трапезунда. Занимался налоговыми вопросами своей епархии, в связи с чем, в 1862г. в составе делегации ездил в столицу – Константинополь.

Эфстафий Балтаджис совершил значительные дарения Монастырю Богоматери г. Аргирополис (Гюмюшхане) и внес деньги на строительство церквей и греческих школ. Совершил паломничество на Святые места в Палестину. Его дети стали достойными людьми. Одни - священнослужителями и экзархами Шерианы, другие преподавателями «Фрондистирио» (или по современному – колледжа. – прим. автора) города Аргируполис. Один из сыновей - Анастас стал судьей в деревне Като Тарсос, где проживал. У Анастаса родилось 4 сыновей - Димитриос, Христос, Афендулис и Феодорос.

Самый младший сын - Феодорос Балтаджис (в русском варианте Фёдор Евстафьевич Балтаджи или Балдаджи), 1870 г.р. после окончания греческой гимназии Аргируполиса, женился на Эве Делиянниди. У четы родилось трое сыновей - Лазарос, Яннис и Демосфенис. В 1893 г. он, без семьи переехал в Российскую империю и обосновался в Сухуме, где стал известным подрядчиком общественных работ и деятелем многочисленной греческой общины города.

В то время в Сухуме и окрестностях проживало несколько десятков тысяч греков.

Обосновавшись в Сухуме, в 1902 году он перевозит свою семью в Кутаис, где находится в то время по работе. Там, 29 апреля 1904 г. родился его младший сын Александрос.

Вскоре семья вернулась в Сухум, где и прошли детские годы Александра.

Профессиональная деятельность Феодороса Балтаджиса не ограничивалась только Сухумом.

Как известный подрядчик, он берёт на себя ряд проектов в Тифлисе (Тбилиси), Кутаисе (Кутаиси), Армавире, а также принимает участие в сооружении железной дороги Туапсе– Батум, строительство которой началось в те годы, и окончательно было завершено только через несколько десятилетий. Заработав немалые деньги, он приобретает у Х. Спанакиса большую по тем временам, фешенебельную гостиницу «Сан-Ремо», помещения которой предоставляет для мероприятий, проводимых греческой общиной города. Помимо этого отеля он покупает две виллы в Ялте и одну в Гагре.

После революции Младотурок в 1908 г. усиливается поток греков, покидающих Османскую империю.

Сухумское Эллинское общество принимает беженцев из Понта, предоставляя им помощь, жилье, работу. Общество в то время занимается строительством греческой школы, которая откроется в 1909 г., а также и возведением рядом с ней греческой церкви. Изначально в школе будет учиться 209 учеников.

В этой школе начнет свою учебу Александр Балтаджис в 1910 г. и станет одним из лучших учеников. С 1913 г. продолжит учебу в русской гимназии, которую закончит в 1920 г. Ребенок растет в полном достатке, в окружении, которое занимается предпринимательством, а также политикой, особенно вопросами создания Понтийской республики. Греки России затаив дыхание следят за событиями Первой мировой войны, особенно войны России против Османской империи, ожидая освобождения и независимости Понта. Празднуют оккупацию в феврале 1916 г. российскими войсками восточного Понта. В Трапезунде формируется временное правительство.

Маленький Александр переживает драму беженцев и старается им помочь деньгами, которые берет у матери. В доме он теперь один ребенок – старшие братья уехали на учебу в Понт. Лазарос учится в греческом «Фрондистирио» Аргируполиса, а Демосфенис во «Фрондистирио» Трапезунда.

После Октябрьской революции и вывода российских войск из Турции в 1918 г. там последует массовое уничтожение христианского населения, уже начатое ранее.

Во многие порты Черноморского побережья прибывают беженцы из Понта.

В тот год греческая община Сухума, председателем которой был в то время Феодорос Балтаджис, приняла временно 15.000 беженцев, оказав им посильную помощь. Большинство из них было переправлено в Грецию или в Краснодарский край.

В салонах гостиницы «Сан-Ремо», в те годы проводились почти все мероприятия Сухумского Эллинского (греческого) общества. Там же часто имели место дискуссии по политическим вопросам в стране и за рубежом.

Как известно, в 1917 г. в России власть захватывают большевики, а в Грузии создается меньшевистское правительство, которое провело политику отчуждения крупных сельскохозяйственных угодий и национализировало промышленные предприятия, но не тронуло мелкой частной собственности и не ограничило цензурой печать. В те годы в Сухуме выходят две греческие газеты – «Морфосис» и «Нэа Зои».

Насильственное установление Советской власти в Грузии в феврале 1921 г., затем и в Абхазии – 4 марта 1921 г. привело к национализации всей крупной собственности и конфискации банковских вкладов.

Таким образом, Феодорос Балтаджис потерял всю свою недвижимую собственность, 200.000 золотыми рублями на банковских счетах, а также большие суммы денег, которые ему предстояло получить за уже выполненные строительные работы.

Оценив обстановку, он решает переехать в Грецию. Ограбленная Советской властью, семья Балтаджи, имея при себе незначительную сумму денег и небольшой багаж, на корабле добирается до Константинополя, находившегося тогда в руках греческой армии и других войск Антанты.

Позже семья переезжает в Неохори, района Ставруполис, города Ксанти.

Молодой Александр работает на полях по возделыванию табака, одновременно занимается и общественной деятельностью, помогая прибывшим из Малой Азии беженцам освоить выделенные им угодия для сельскохозяйственного производства.

Александр Балтаджис
Александр Балтаджис в молодости

Отец его - Феодорос Балтаджис - в 1924 г. становится мэром Ставруполиса, к которому относился весь район где они проживали.

По побуждению отца, в возрасте 18 лет Александр отправляется в Афины и поступает на юридический факультет Афинского университета.

Проблем с языком у него нет. В те годы сухумские греки, как и все городские греки Черноморского побережья, очень хорошо владели новогреческим языком в его литературной форме (кафаревуса), пользовались им в качестве родного. Греческая периодическая печать, как в Сухуме, так и во многих городах Причерноморья печаталась на литературном греческом – «кафаревусе». Поэтому, молодому Александру Балтаджису, не составило особого труда поступить и учиться в упомянутом университете.

Будучи студентом, он неравнодушно относится к политическим идеям Александра Папанастасиу (греческий политический деятель, социолог, дважды премьер министр Греции - прим. автора), особенно касательно аграрной проблемы, и он вступает в молодежную организацию его партии, носившей тогда название «Демократический союз». Партия была создана в январе 1923 г. и в сентябре 1926 г. переименована в «Аграрную рабочую партию». Александра Балтаджиса заинтересовала идея создания сельскохозяйственных кооперативов во Фракии. Уже в 1928 г. он избирается председателем всех фракийских кооперативов, и в дельнейшем, ставит целью создание всегреческого агрокооператива.

Таким образом в 1935 г. создается ПА.С.Е.ГЕ.С (Всегреческая конфедерация союзов сельскохозяйственных кооперативов), председателем которой он избирается.

По своей инициативе приступает к созданию политической партии под названием ``Синагермос Агротон ке Эргазоменон`` (Призыв к действию фермеров и рабочих). На выборах 1951 г. партия получила 1 место в парламенте, а на последующих через год выборах не получила ни одного места. Несмотря на неудачу, Александрос Балтаджис продолжил развитие сельскохозяйственных профсоюзов, основал многочисленные, имевшие важное значение, кооперативы, в основном в области Македония.

Возвращается на политическую сцену созданием в 1956 году новой партии под названием «Сельскохозяйственная рабочая партия», и в том же году получает 7 мест в парламенте. В 1961 г. принимает активное участие в создании партии «Эносис кендру» (Союз Центра), куда вошли сторонники его бывшей партии.

В 1964 г. получает пост министра Сельского хозяйства Греции.

В период после падения военной хунты сотрудничал с партией «ЭДИК», а в 1977 г. возродил независимую «Аграрную рабочую партию».

В конце своей карьеры, в 1985 г. сотрудничал с партией «Новая Демократия», от которой был избран депутатом парламента от г. Ксанти.

Александрос Балтаджис скончался в Афинах 29.07.1987 г. Его именем названа программа министерства сельского хозяйства, занимающаяся выбором сельских инфраструктурных проектов для их последующего финансирования.

Жизни и деятельности нашего, некогда сухумского парня, посвящена книга Виктора Нетаса «Александрос Балтаджис – пионер кооперационного движения», выпущенная издательством А.А.Ливаниса, в 2008 году.

Но, вернемся обратно в Сухум начала двадцатых. После национализации гостиницы, ценные вещи, находившиеся в здании были конфискованы большевиками. Такого рода грабежу подверглись и многие другие здания, кафе и рестораны города.

Находясь в очень удобном месте на набережной у моря, здание использовалось и далее по своему прямому назначению. В окружении гуляющей вдоль моря публики, рокота морских волн и бодрствующих бризов, овеянный ароматом свежемолотого и свежеваренного кофе многочисленных прилегающий кофеен, отель продолжал свою жизнь.

Это здание так вписалось в ландшафт города, что стало неотъемлемой его частью. Его красотой любовались сами сухумчане и, особенно, приезжие отдыхающие.

Отель
Отель «Сан-Ремо», конец 1910-х

Останавливались в отеле или посещали его многие известные личности.

Так, в 1924 г. с выступающего на набережную балкона второго этажа отеля произнес пламенную речь по случаю смерти В. Ленина, находившийся в те дни в Сухуме Лев Троцкий.

«Сан-Ремо» воодушевлял писателей, художников и композиторов. В номере 6 гостиницы останавливалась в 1930 г. известная советская поэтесса, армянка Мариетта Шагинян.

Отель
Отель «Сан-Ремо», 1930-е годы

Начиная с 1937 года, уже после коварного убийства руководителя Абхазии Нестора Лакоба, жизнь в Сухуме и во всей Абхазии резко изменилась в отрицательную сторону. Не обошли перемены и отель. В 1938 г. гостиница «Сан-Ремо» переименовывается в «Рица», тем самым коммунисты, как бы, лишают ее «буржуазного прошлого».

Здесь позвольте остановиться на одной важной детали, присущей каждому отелю – размещению его названия на здании. Поскольку в последние десятилетия на здании не было никакой надписи на фасаде большими буквами, как это принято, мною проведено некоторое исследование в этом направлении.

Изначально и до 1938 года надпись «Гостиница Санъ Ремо» на черном фоне, помещалась в нижней части барабана купола.

Позже, со стороны набережной над декоративным выступом в месте завершения кровли, имеющим выразительный силуэт, была помещена красивая решетка, имевшая функциональное значение: на которой было помещено название «Сан-Ремо». Ранее, на верхней части выступа помещалась такая же декоративная чаша, какие расположены по всему периметру кровли.

В 1938 году обе старые вывески были сняты и на их месте помещена надпись «Гостиница Рица» в основании барабана под куполом и просто «Рица» на декоративной решетке. Чуть позже все названия были заменены на грузинские. На решетке со стороны моря – слово Састумро (гостиница на грузинском), а чуть ниже, закрывая декоративный орнамент выступа – «Рица», тоже на грузинском.

Отель
Отель "Рица", конец 1930-х

После смерти Сталина и казни Берии эти надписи были сняты. С тех пор на фасаде здания более не размещалось названий. Мне кажется, что это и к лучшему. Здание без этих вывесок смотрится более привлекательно.

Долгие годы в гостинице не проводился капитальный ремонт. По прошествии почти 70 лет её функционирования, советские власти всё же решились на реконструкцию, поскольку к тому времени прогнили многие ее деревянные части и, к тому же, в ней завелись мыши и крысы.

Ресторан при гостинице
Ресторан при гостинице «Рица», 1950-е годы

Как раз в год своего 70-летия гостиница открылась для публики после реконструкции. Мне сразу не понравился ее новый облик. Я не мог понять что произошло и стал вглядываться в детали. И вот на что обратил внимание в 1984 году - был снесён прекрасный балкон-веранда, опиравшийся на «ножки» со стороны набережной. Этот балкон, с угловых сторон которого во встроенных вазах помещались экзотические растения, как это было принято в украшениях строений многих средиземноморских стран, придавал особый шарм зданию. Был ликвидирован вход с угловой части строения, ведший в ресторан. Эта, вроде бы мелочь, создала ощущение закрытости здания и лишила его царившего там оживления, придаваемого ему этим входом. Рамы первого этажа, исполненные еще в царское время в стиле, несколько напоминающем модерн, были заменены на современные металлические рамы безо всяких изящных контуров.

Утраченные при реставрации начала 1980-х детали здания гостиницы
Утраченные при реставрации начала 1980-х детали здания

И еще одна деталь – была ликвидирована декоративная решетка, помещавшаяся у основания крыши со стороны моря. Мне она хорошо запомнилась, и ее «исчезновение» я сразу приметил. Таким «мелким» деталям, как решетки, мелким архитектурным украшениям, не вписывающимся в пролетарскую эстетику, по всему Советскому Союзу не придавалось особого значения, и они зачастую просто убирались или не восстанавливались, когда ветшали.

Еще одним изменением, явно бросавшимся в глаза – был цвет здания «Рицы» после реставрации. Из белой, она превратилась в двуцветную, с использованием белой и серой красок. Думаю логично, что был ликвидирован, находившийся в здании со стороны набережной магазин газированных вод «Лагидзе». Ранее на его месте в 1950-1960-х годах помещался продуктовый магазин, где в свободной продаже, помимо других продуктов можно было, без ограничения, купить черную и красную икру. Это помещение стало частью отеля.

Гостиница
После реставрации (фото автора, 1985 г.)

Так гостиница и простояла до грузино-абхазской войны, когда в октябре 1992 г. была беспричинно подожжена пьяными грузинскими солдатами, расквартировавшимися в ней. На глазах сухумской публики, сбежавшейся со всех сторон на пожар, гостиница сгорела, купол упал, и остались стоять одни стены. Прибывшей пожарной машине удалось локализовать стихийное распространение огня, которое могло перейти на театр и соседние здания. Все сухумчане сильно переживали за случившееся.

12 июля 2001 г. решением Правительства Абхазии здание было передано в аренду на 49 лет фирме «Чегем-2000», после чего начались работы по его восстановлению. Таким образом, по прошествии 15 лет после разрушения, оно было восстановлено при активном содействии абхазского предпринимателя Беслана Бутба. Гостиница открыла свои двери публике в 2007 г.

При восстановлении здания, был удобный шанс вернуть строению некоторые утраченные неудачной реконструкцией начала 1980-х годов детали, но, в силу каких-то причин этого не было сделано. Управлением по охране историко-культурного наследия Республики Абхазия были высказаны замечания по новому куполу, поскольку он был изготовлен несколько иной формы и из иного металла. Мне кажется, можно было бы воссоздать более изящно и подпорки для купола на барабане. Думаю, что все эти детали можно поправить при капительном ремонте здания в неблизком будущем. Не мешало бы и вернуть отелю его настоящее имя – «Сан-Ремо».

Сегодня белоснежная гостиница "Рица" продолжает оставаться самой красивой и романтичной гостиницей столицы Абхазии.

Сегодняшний вид отеля
Сегодняшний вид отеля (фото автора, 2009 г.)

Трехэтажное здание первоклассного (4-звездочного) отеля "Рица" рассчитано на 22 номера, в которых могут одновременно разместиться 42 гостя. В гостинице находятся два ресторана. Один из них называется "Сан-Ремо", в честь изначального имени гостиницы. Там сервируются блюда европейской кухни. Второй ресторан- «Акьяфурта» – в ней посетители могут отведать блюда национальной кухни. При отеле имеется также кафе-кондитерская "Медовик".

Планируется строительство СПА салона, бассейнa и конференц-зал.

Отель «Сан-Ремо» - «Рица», как памятник архитектуры города имеет и еще одно таинственное и романтическое свойство - он связывает нынешних жителей города с людьми ушедшей эпохи, жившими примерно 100 лет назад. Ведь уже очень скоро гостинице исполнится 100 лет! В связи с его столетием не мешало бы восстановить его исконное название!

Статья опубликована в приложении «Греческий Сухумский вестник» № 56 к газете «Афинский курьер» от 28.02.-07.03.2013
_______________________________________________


ОЧЕРК О СУХУМСКОЙ ПРИМАДОННЕ

Посвящается 80-летнему юбилею заслуженной артистки Абхазской АССР Жозефины Бумбуриди

Она выступала в Москве, Ленинграде, Киеве, Тбилиси.
Сегодня нашей героиней является сопрано Жозефина Бумбуриди.
Многим запомнились ее выступления как солистки с известными симфоническими оркестрами, с выдающимися маэстро, такими как Одиссей Димитриади, Олег Агарков, Яшар Иманов. Она играла главные роли в известных операх.
За большие заслуги в 1971 г. Жозефине Бумбуриди было присвоено звание «Заслуженной артистки Абхазии».


Жозефина Бумбуриди

Жозефина Константиновна Бумбуриди, урожденная Чилингариди, родилась 23 апреля 1932 г. в Батуми в семье Константина Чилингариди, агронома-табаковода, который в 1931 г. женился на Рудаме (Мери) Иоакимиди.

Отец закончил Тбилисский сельскохозяйственный институт. Работал в пригороде Батуми на табачных плантациях. Затем, по настоянию родителей переехал в Кутаиси. Родители отца – Чилингариди Федор Константинович -строитель каменщик и Цертиди Элени родились в понтийской Санте. Там же были и обвенчаны. Как и многие сандеты (жители Санты), дедушка Жозефины приезжал на заработки в Грузию, тогда Российскую Империю, в г. Кутаис, где позже и обосновался, построив дом на реке Риони. У дедушки с бабушкой родилось несколько детей - Константин, Георгий, Аристид, Сократ, которым суждено было уйти из этого мира в детском или молодом возрасте.
Мать Жозефины – Мери, как ее все звали, окончила Батумскую греческую гимназию, частное музыкальное училище по классу фортепиано. Работала педагогом и вела музыкальное дошкольное воспитание в детских садах.

Первые музыкальные ноты маленькая Жозефина услышала от матери. Отцу тоже не была чужда музыка - он хорошо играл на мандолине. В то время большой популярностью пользовался этот инструмент. Ребенок рос в музыкальном окружении. Ей очень нравилась музыка и песни.


Родители Жозефины

С детства начались проявляться склонности к музыке.
По року судьбы, будучи ребенком 4-х лет, Жозефина лишилась отца. Он умер молодым, в возрасте 32 лет. Работая в Чиатуре, он заболел воспалением легких – и как результат- туберкулез – в то время почти неизлечимая болезнь, унесшая много жизней…
В возрасте 7 лет в Кутаиси пошла в среднюю школу и одновременно в музыкальную, где училась по классу фортепиано.

После кончины супруга, мать вернулась в Батуми и несколько позже познакомилась там с Николаем Димитриади - братом Одиссея, выйдя замуж за которого, переехала с ним в Сухум. Казалось, что жизнь матери налаживается после перенесенной утраты. Со вторым мужем они жили счастливо, но он погиб через 2,5 года, упав со старой лестницы с прогнившим поручнем под Новый год, будучи в командировке в Ионети, под Самтредиа. Жозефина продолжала жить с бабушкой в Кутаиси, где и закончила музыкальную школу, и там же поступила на фортепианное и одновременно на вокальное отделения. Позже переехала в Батуми к маме, где и продолжила учебу, закончив 1-й курс Батумского муз. училища им. Баланчевадзе. Но, наступил 1949-й год- год трагедии для черноморских греков СССР.

13 июня, вместе с остальными греками Аджарии, Абхазии и других регионов Причерноморья, их выслали в Южный Казахстан. Попали они в совхоз, где население занималось сбором дынь, арбузов, хлопка. Так прошло лето 1949-года. Позже перебрались к брату матери на узловую железнодорожную станцию Арысь, где мать устроилась на работу в детский сад.
Здесь Жозефина и закончила школу. В Казахстане скончалась бабушка - Елена Чилингариди.

Еще будучи в Кутаиси, Жозефина Чилингариди познакомилась с Полихроном Бумбуриди и в дальнейшем имела с ним переписку.
Разыскав ее в Казахстане, он сделал ей предложение, после чего Жозефину с матерью увез на станцию Туркестан, где они и поженились, обвенчавшись в русской церкви. В Туркестане Полихрон Петрович работал врачом – невропатологом в районной больнице, а позже, там же, уже главврачом.

Это произошло через год после высылки. Недалеко, в Кентау проживал и мамин брат Савелий Иоакимиди - хирург, который и обвенчал молодых. Жизнь в ссылке была нелегкой, хотя супруг Жозефины Константиновны пользовался большим уважением и имел приличную работу.

Но семью тянуло в родные места, ближе к морю. Неоднократно семья Бумбуриди писала советскому правительству письма с жалобой на их незаконное выселение, с просьбой вернуть их в родные места. Но никаких ответов не поступало. После смерти Сталина и ликвидации ненавистника греков – Л.Берии, в 1954 г. семья Бумбуриди обратилась в Москву к Маленкову, с просьбой освободить их от спецпоселения. И уже через 2-3 месяца пришло соответствующее разрешение. Таким образом, через 5 лет ссылки, они вернулись в Сухуми, на родину Полихрона. Но, прежде чем переехать, лично для Жозефины не все складывалось гладко. Пришло разрешение на семью Бумбуриди, высланную из Сухуми, а Жозефину не отпускали.

Но мир не без добрых людей. Начальник МВД района дал дельный совет. Поскольку студентов, едущих учиться в другие города, освобождают, то он посоветовал Жозефине поступить на учебу в Сухуми. Так она и сделала. Таким образом, они одни из первых смогли покинуть Казахстан, а основная масса греков была освобождена несколько позже.
Полихрону было особенно радостно очутиться на родине, а Жозефине в привычной природной среде, у моря, и иметь возможность продолжить учебу на вокальном отделении сухумского музыкального училища им Аракишвили по классу «сольное пение». Она занималась у замечательного педагога Марии Михайловны Ливенцовой, выпускницы Московской консерватории. Директором училища был Шалва Александрович Горгадзе, оставивший теплые воспоминания, как культурнейший человек, музыкант и директор.
Незабвенной остается для Жозефины и Светлана Прокофьевна Кецба – заслуженный деятель искусств Абхазии, директор Сухумского музыкального училища, председатель Союза композиторов Абхазии, с которой было осуществлено много творческих программ.

Дебютом для Жозефины было выступление в опере Чайковского «Евгений Онегин». Тогда Жозефина была на 4-м курсе Сухумского музыкального училища. По окончании его, в 1958 г. была оставлена там работать в качестве педагога и иллюстратора.
Но, Жозефина считала, что необходимо было продолжить учебу, и в 1963 г. она поступила на заочное отделение музыкального института им. Гнесиных в Москве на факультет «сольное пение».

Два раза в год ездила в Москву на месяц для сдачи экзаменов и получения материала для дальнейшей учебы. После окончания учебы «с отличием» в 1968 г., получила направление для продолжения образования в аспирантуре. В том же году сдала вступительные экзамены в аспирантуру вышеупомянутого института и закончила ее в 1971 г.


Солистка Ж. Бумбуриди, дирижер О. Димитриади в Ленинградской филармонии

Находясь в Сухуми, она совмещала работу педагога музыкального училища им Аракишвили и заведующей отделения «сольное пение» вплоть до переезда в Грецию, а также солистки Сухумской государственной Филармонии.
В 1969 году был создан Симфонический оркестр Абхазии, с которым она солировала неоднократно. Дирижерами были Лев Джергения, затем Яшар Иманов, позже - Анатолий Хагба и многие другие приглашенные дирижеры.

С учеником знаменитого дирижера Одиссея Димитриади - Анатолием Хагба, был организован концерт, посвященный 20-летию творческой деятельности Ж.Бумбуриди.
На премьере оперы «Даиси», присутствовало много музыкантов из Тбилиси во главе с министром культуры Грузии Отаром Тактакишвили, которые высоко оценили постановку и солистов оперы.

Ежемесячно Ж.Бумбуриди давала сольные концерты в сопровождении органа в храме г. Пицунда, а также с камерной бригадой филармонии по санаториям Абхазии. Эти сольные концерты от Филармонии Абхазии, включали произведения различных композиторов от XVII в. до современных, а также посвященных конкретным композиторам. Жозефина Бумбуриди дала несколько творческих концертов. Один из них прошел в концертном зале сухумского музыкального училища имени Д.Аракишвили в начале 1980-х годов.

Как писала в те дни газета «Советская Абхазия»: «Сухумские любители вокального искусства давно знакомы с этой талантливой певицей, обладающей красивым голосом. Высокий профессионализм, музыкальность, отличное умение владеть своим голосом, продуманность и изысканность репертуара, - все это привлекает на ее концерты многочисленных слушателей. Так было и на этот раз. Певица с большим мастерством исполнила романсы и арии советских, русских и западноевропейских композиторов».

Основной репертуар певицы: П. Чайковский, «Евгений Онегин» - партия Татьяны, З. Палиашвили, «Даиси» - партия Маро, С. Рахманинов «Алеко» - партия Земфиры – в концертном исполнении. В оперном классе института Им. Гнесиных – П. Чайковский - «Иоланта», В.Шебалин – «Укрощение строптивой»- Катарина и выступления с симфоническим оркестром Абхазии под управлением О. Димитриади, Я. Иманова , Л.Джергения, А. Хагба и другими дирижерами.


Плач Маро из оперы «Даиси»

Своими самыми значительными партиями Жозефина Константиновна считает – Татьяны в «Евгении Онегине» и Маро в «Даиси». Несмотря на то, что в 1970-х, 1980-х годах я еще не был лично знаком с Жозефиной Бумбуриди, мне всегда было приятно видеть афиши с греческой фамилией, и особо приятно присутствовать на ее выступлениях.


Заключительная сцена из оперы «Евгений Онегин»

Помимо выступлений в Сухуми, Ж. Бумбуриди ездила на гастроли в Тбилиси, Батуми, Киев, Ленинград, Москву, Сочи.
Выступала с симфоническими оркестрами Московской, Ленинградской, Киевской, Ворошиловградской (ныне Луганской), Тбилисской и других филармоний.

Жозефина Бумбуриди была приглашена дирижером московской филармонии, заведующим кафедрой оперного класса института им. Гнесиных, заслуженным деятелем искусств РСФСР Олегом Агарковым выступить 13 декабря 1970 г. на концерте, посвященном 200-летию Бетховена в Москве, где она исполнила концертную арию «Чудовище, жестокий!». Как утверждали специалисты, голос Жозефины имел красивый тембр. Ей не нужен был разогрев, она могла в любое время, как говорится, сходу петь без распевки.

Как видно из вышеописанного, Жозефина Константиновна много времени и сил отдала учебе и работе над собой. Она всегда подчеркивала и подчеркивает, что без учебы и погружения в нее, ничего существенного нельзя добиться. Все эти усилия, сами по себе, безусловно, не принесли бы такого успеха, если у нее не было харизмы – ее голоса и вокальной техники. Как говорит Жозефина, певцу, помимо техники, необходимы чувство музыкальности и выразительность. И это она всегда старалась передать ученикам все прошедшие годы.

За большие заслуги Жозефине Константиновне Бумбуриди в 1971 г. было присвоено звание «Заслуженной артистки Абхазской АССР».

В конце 1980-х предложили ее выдвинуть на соискание звания «Заслуженной артистки Грузинской ССР». Но, в 1989 г. семья Бумбуриди, как и масса сухумских греков, решает переехать на историческую родину - в Грецию.
В связи с отъездом, присвоение этого звания не состоялось. После переезда в Грецию, семья временно остановилась в Александруполисе, планируя переехать на постоянное место жительства в Афины, но племянник мужа - Михалис Харалампидис их уговорил остаться в Александруполисе. Так, в 1989 г. обосновались в Александруполисе, где было много родственников мужа. Было сложно на первых порах, но родственники протянули руку помощи.
Вскоре, через неделю, мер города Анастасиос Сулакакис предложил Жозефине Бумбуриди работу в муниципальном музыкальном училище.
Господин Сулакакис лично сопроводил ее в Одеон (Ωδείο).
В конце января 1990 г. впервые в Александруполисе под ее начальством открылось вокальное отделение при городском музыкальном училище (Δημοτικό Ωδείο Αλεξανδρούπολης).
Госпожа Меропи Коллару – директор Одеона оказывала всестороннюю помощь Жозефине, четко уловив способности, опыт и талант репатриантки из СССР, и все инициативы и предложения Ж. Бумбуриди она воспринимала положительно.
И как-то кирия Коллару, обращаясь к Жозефине Бумбуриди, сказала: «Είσαι πρωτοπόρος»! (Вы пионер!).

Таким образом, психологическое состояние Жозефины Константиновны, которое после испытанных трудностей первого времени приспособления к новой жизни в новой стране, было не в лучшем состоянии, заметно улучшилось.
В Александруполисе кирия Жозефина выступала в концертах в сопровождении госпожи Меропи Коллару – пианистки высокого уровня.

Ежегодно организовывала костюмированные постановки на музыку русских, греческих и европейских композиторов, а также, проводила как классные, так и тематические концерты с учениками.
Что касается ее учеников в Греции, то Жозефина Константиновна особо подчеркивает, что здесь очень талантливые дети, но, к сожалению, не все из них всерьез воспринимают учебу и желают посвятить себя певческой карьере, учитывая сложность трудоустройства.

Тем не менее, многие ученики получали диплом с оценкой «отлично», закончив учебу в Одио Александруполиса. Члены экзаменационной комиссии, приглашенные из Афин, выражали удивление высокому качеству подготовки учеников, и отмечали, что на дипломных экзаменах не всегда можно было услышать такой уровень исполнения.


О. Димитриадис, Ж. Бумбуриди, Я. Цилипидис после концерта, посвященного творчеству М.Теодоракиса

Одна из выпускниц кирии Жозефины репатриантка из Казахстана, проживающая в Комотини, Анна Таксиду успешно преподает сольное пение в музыкальном училище своего города.

За время своей педагогической деятельности Жозефина Бумбуриди выпустила учащихся, которые работают в профессиональных хоровых коллективах, капеллах, продолжили учебу в консерватории, став солистами филармоний в различных городах Абхазии, Грузии, России.
Две ее последние выпускницы Хибла Герзмава и Алиса Гицба сделали большую карьеру, поют в Московском музыкальном театре им. Станиславского и Немировича Данченко и Московском музыкальном театре «Геликон-Опера», соответственно.

Хибла Герзмава стала обладательницей премии «Гран При» на Международном конкурсе им. Чайковского, пела в гала-концертах в США, Греции, Японии и других странах.
Когда в свой визит в Москву в 2001 году, Жозефина Константиновна услышала их исполнение, то это вызвало у нее большую радость и гордость. Она предвещала своим ученицам большой успех и будущее. Хибле Герзмава присвоены звания «Заслуженной артистки России», «Народной артистки Республики Абхазия», «Народной артистки России». 22 и 23 ноября 2012 г. Хибла Герзмава успешно выступила в партии Виолетты в опере Джузеппе Верди «Травиата» в рамках гастролей Музыкального театра им. К.С.Станиславского и В.И.Немировича-Данченко в Афинах. Что касается Алисы Гицба, то она нашла себя на московской оперной сцене, поет в 20 спектаклях, гастролирует по всему миру. Ей присвоены звания «Заслуженной артистки России» и «Народной артистки Абхазии».
Обе певицы всегда выражают благодарность своей учительнице. Они до сих пор ее не забывают, звонят и поздравляют с праздниками.

Алиса Гицба в одном из своих интервью заявила: – «Самая первая моя учительница по пению – это Жозефина Константиновна Бумбуриди. Я училась у нее в Сухумском музыкальном училище. Я хотела быть теоретиком – музыковедом. Вокалом занималась так, для своего удовольствия, мне было еще 14 лет - она у меня по жизни и остается эталоном. Она очень благородный человек, очень интеллигентный. Сама – потрясающая певица, очень красивая женщина. Жозефина Константиновна как-то так плавно вела меня по вокалу и заставила полюбить это занятие. Я благодарна именно ей за то, что она раскрыла мое призвание, как бы двери рая открыла передо мной».

Жозефина Бумбуриди уже более 60 лет рядом с супругом Полихроном Петровичем, который в 2010-м году отметил свое 90-летие. С Полихроном Петровичем Бумбуриди, у Жозефины Константиновны двое детей: дочь Елена и сын Константин. Дочь -гинеколог, сын - психиатр, успешно трудятся в Греции. Они им подарили троих внуков - Полихрона Бумбуриди, Александра Бумбуриди, Константина Алхазиди и одну внучку - Елену Бумбуриди. Растут уже и правнучки – Анна и Мария Бумбуриди. Жозефине Константиновне и Полихрону Петровичу удалось вложить в своих детей и внуков самые положительные человеческие качества. Супруг присутствовал на всех выступлениях Жозефины, поддерживая ее стремления.

Несмотря на то, что дети выбрали для себя другие специальности, не связанные с музыкой, тем не менее, сын Константин сделал успехи и в музыке. С детства он учился игре на скрипке и фортепиано, потом на гитаре. Закончил музыкальную школу по классу фортепиано. Будучи в институте, играл в вокально-инструментальном ансамбле. Сегодня он сочиняет музыку в стиле поп и рок, а также и инструментальную. С дочерью Еленой (Ленто) пишут слова к его произведениям на английском и русском языках. Дочь исполняет эти песни. Некоторые произведения Константина Бумбуриди избраны для популярного испанского музыкального сборника Cafe del Mar - (Vol. XV).
Эту приятную музыку, уважаемый читатель может прослушать в Интернете: http://www.youtube.com/watch?v=mIyljaFJK2I.

Вспоминая родину, Жозефина Константиновна и Полихрон Петрович всегда подчеркивают: «Никогда не забываем и не забудем наш любимый край, и ностальгия нас не покидает»!
Она с любовью и благодарностью вспоминает и концертмейстеров, которые с ней работали: Валерию Разумовскую, Этери Гвадзабия, Нателлу Гвинджилия и Ирину Тимофееву.

В декабре 1989 г. уезжая из Сухума, на прощание ее друзья и коллеги подарили картину со своими подписями и устроили застолье. Преподаватель училища Илья Матвеев написал стихотворение на прощание:

И пришел этот час расставания,
Сердца наши заполнила грусть,
Говорим мы тебе «До свидания!»,
Провожая в неблизкий твой путь.

Посмотри нам в глаза в час разлуки,
Без укора, тепло и всерьез.
Не уймем мы в душе нашей муки,
И не скроем непрошенных слез.

Жизнь твоя, жизнь твоих поколений,
Протекала здесь в общей нужде,
Ты теперь в пору новых велений,
В праве думать о новом гнезде.

Знаем, как не легко, Жозефина,
Навсегда оставлять отчий край,
Но, Земля наша стала единой-
Ты по праву гнездо выбирай.

Жизнь – фрагмент в бесконечной картине,
Жизнь – всего лишь из песни строка.
В день декабрьский, тебе, Жозефина,
Говорим мы, простое «Пока»!

Там, в родной, сердцу милой, Элладе,
Среди новых и прежних друзей,
Вспоминай и о нас, Бога ради,
Стойких спутников жизни своей.

Но, пойми, нас, пойми, Жозефина,
И внеси в наши души покой,
У знакомого с детства камина,
На прощание нам что-нибудь спой.

Может, вспомнишь, как в песне поется,
Может, выйдешь на крут бережок,
И о том, как нам всем здесь живется,
Донесет с родных ветерок.

Сегодня Жозефина Бумбуриди находится на заслуженном отдыхе.
Она проработала на музыкальном поприще в Сухуми 31 год и в Греции - 20 лет. Помимо работы, занималась и общественной деятельностью. В Сухуми в 1980-е годы избиралась депутатом городского совета на 2 срока.
Будучи на этом посту, старалась, помимо решения других проблем города, продвигать вопросы музыкального воспитания населения.
Принимала участие и в постановках Сухумского греческого Народного театра, начиная с года возобновления его деятельности в 1958 году. Два раза играла и пела в роли «Кали» в спектакле «Трихский мост», и в роли матери - в спектакле «В Добрый час», по одноименной пьесе В.Розова. За выдающиеся заслуги в области искусств, президиум Всегреческого Сухумского Культурного Общества постановил внести имя Ж.К. Бумбуриди в «Книгу Почетных, Знатных и Выдающихся греков Сухума и всей Абхазии».

В день своего 80-летия Жозефина Бумбуриди получила большое количество корзин с цветами из разных стран. Ее не забыли ее ученики, ее друзья, ее поклонники, а это значит, что ее жизнь прожита недаром!

(Опубликовано: "Греческий Сухумский вестник", № 53, приложение к газете "Афинский курьер" от 29.11-06.12.2012).
Здесь - с дополнениями.

____________________________________________________


СУХУМСКИЙ ГИППОКРАТ

90-летию со дня рождения Полихрона Петровича Бумбуриди посвящается

Эпоха «Маленькой Греции» - времени, когда наш родной сердцу город Сухум называли именно так, давно уже прошла. Но, живы люди, которые жили в эту эпоху, когда на улицах нашего города, практически везде, звучала греческая речь, до революции действовало Сухумское Эллинское общество, когда издавались на греческом языке газеты, сначала «Морфосис», «Нэа Зои», позже - «Кокинос Капнас», переименованная затем в «Комунистис», когда работали в городе две греческие школы, педтехникум, греческая церковь, греческий театр Самуриди, затем Милопуло, позже пробразованный в Греческий драмсектор при гостеатре Абхазии, типография, когда греки занимали министерские посты в руководстве республики Абхазия, когда люди не разделялись по национальному признаку, были равноправными и уважительно, с человечностью относились друг к другу.

Одним из таких людей, причем много писавшем о нашей «Маленькой Сухумской Греции» является Полихрон Петрович Бумбуриди, и его 90-летию посвящается эта статья.

Нет человека, который вырос в г. Сухуми и не знал бы его, поскольку жизненные пути перекрещиваются и подводят к нему, будь то врачебная консультация или совет в принятии трудного решения.

Вы встретите многих сухумчан, которые вам скажут что Полихрон Петрович им спас жизнь и не даром его называют "Гиппократом". Прекрасный семьянин, верный друг - это самые простые эпитеты, которые можно привести в пример о человеке, отдававшем себя двадцать четыре часа в сутки для блага близких и друзей. Как истинный понтиец, он всегда был и есть в авангарде понтийских проблем и их решений.

Полихрон Петрович Бумбуриди родился 24 сентября 1920 года, в городе Сухум, Абхазии, в семье Петра Бумбуриди и Марии Калайчиди.

Мать и отец родились в Понте, Турции. Вспоминая Санту, где они родились, там же и поженились в 1903 году, мать часто декламировала стишок, который звучал приблизительно так: “Η Σάντα εν κωμόπολις με επτά ενορίες, με καθαρό ελληνισμό και πάμπολλες εκκλησίες” (в переводе: "Санта – это городок с семью приходами, с чисто греческим населением и многочисленными церквями").

В Сухум они переехали в 1908, но до революции, ежегодно летом ездили отдыхать к своим родителям в Санту, на «Пархар» (то есть на горные луга).

Живя еще в Турции, отец работал прорабом, мать домохозяйкой. Переехав в Сухум, Пётр Бумбуриди занялся производством фруктовых вод, был владельцем лимонадного завода «Эрмис», расположенного на Воронцовской улице (бывшая ул.Орахалашвили, сегодня - ул.Конфедератов), недалеко от частной больницы докторов Рукина Н.Г.,Спиранти К.Д., Спиранти Е.А., и Григолия А.Л (позже переименованной в горбольницу №2 ).

В смутное время, после революции в России, завод пришлось продать. И вновь он стал работать прорабом. В советсское время, учитывая его характерную смелость, был назначен начальником отдела районной милиции села Михайловка (Кума) и одновременно начальником отряда по борьбе с бандитизмом, где проявились его незаурядные способности.

У родителей Полихрона родилось 10 детей, из которых двое умерли в маленьком возрасте. Остальные по старшенству: Георгиос (1905), Клеопатра (1907), Эрато (1910), София (1913), Николаос (1916), Евстафиос (1918), Полихронис (1920), Димитрис (1924). На сегодняшний день остался только один Полихронис.

Братья и сёстры П.Бумбуриди были тепло связаны. Сестра Эрато не создав свою, прожила в семье Полихрона до конца своих дней. Особые отношения его связывали и с братом Николаем.

Полихрон Петрович богат множеством племяниц и племянников, как и со стороны отца, так и со стороны матери. Они живут в разных городах Греции - в Александруполи, в Афинах, в Салониках.

Сестры и братья обучились разным специальностям. Так, старший брат Георгий - историк, редактор газеты «Коккинос Капнас», работал также и начальником отдела кадров треста “Трансторгпит”. Евстафий - предподаватель немецкого языка, Николай - парикмахер, Димитрий - актёр и режиссер греческого театра, сестра Клеопатра - модельер, а София с Эрато - домохозяйки.

Сам Полихрон Петрович - невропатолог, окончил Краснодарский медицинский институт. Его учёба была прервана войной, начавшейся в 1941-м году. Учёбу в этом вузе он завершил после окончания войны.



У него и большой стаж работы: отработал в России 3 года, в Казахстане 5 лет, а остальные в Сухуми. В целом, 47 лет. Затем в Греции ещё 5 лет. За многолетнюю и плодотворную работу в республике Абхазия, ему присвоено звание заслуженного врача Абхазской АССР, а также и ветерана труда СССР. Награжден медалями.

Β 1949 году вместе с родителями был выслан в Казахстан. Там женился на Жозефине Константиновне Чилингариди и обрёл двоих детей: дочь Елену и сына Константина. Дочь - гинеколог, сын - психиатр, успешно трудятся в Греции. Они им подарили троих внуков - Полихрона Бумбуриди, Александра Бумбуриди, Константина Алхазиди и одну внучку - Элену Бумбуриди. Растут уже и правнучки – Анна и Мария Бумбуриди.

Уже ровно 60 лет рядом с Полихроном Петровичем его спутница жизни, известная музыкантша, Жозефина Бумбуриди, проработавшая на этом поприще в Сухуми 31 год, а в Греции - 20 лет. Впервые под её начальством открылось вокальное отделение при городском музыкальном училище города Александруполис (Δημοτικό Ωδείο Αλεξανδρούπολης). Жозефина является Заслуженной Артисткой Абхазской АССР.


С супругой Жозефиной, 2001 г.

На протяжении этих многих лет их жизнь существенно изменялась – это и годы, проведенные в Казахстане, это и жизнь в Сухуми, это, наконец, годы, проведенные в Греции. Есть многое о чём можно вспомнить.

Так, Полихрон Петрович часто вспоминает свои счастливые школьные годы.



Он закончил десятилетнюю греческую школу в Сухуме. Это был последний ее выпуск перед закрытием греческих школ. Будучи её учеником, Полихрон по утрам выводил учеников (бывало и с оркестром) на утренюю зарядку. Он был капитаном юношеской футбольной команды греческой школы «Буревестник», которая достигла высочайших успехов на чемпионатах Абхазии, Грузии, будучи неоднократной их чемпионкой, и составляла основной костяк сборной юношеской команды города, ставшей серебряным призером всесоюзного чемпионата по футболу среди юношей в 1936 г. Помимо футбольной команды, в школе был организован оркестр “Мандолинадес”, где школьники пели греческие и русские песни.

Передо мной вырезка из газеты «Советская Абхазия» за 1963 г. под названием «Волнующая встреча с молодостью». Её до конца жизни хранила одноклассница Полихрона Петровича - София Яхиопуло. Эту вырезку я видел еще в детстве, через несколько лет после того, как их класс отметил двадцатипятилетие окончания второй греческой средней школы. Её часто доставала и просматривала София Константиновна. Просматривая в очередной раз эту статью, она опять мысленно погружалась в те далекие школьные годы, а когда она произносила имя своего одноклассника Полихрона Бумбуриди, которого глубоко уважала и по-товарищески любила, ее лицо озарялось светом и благодарностью этому человеку – инициатору проведения встречи, встречи с молодостью. Та встреча прошла в торжественной обстановке. В президиуме сидели тогдашний министр просвещения Абхазии Б. Тарба, зав. отделом просвешения сухгорисполкома Н.Бокучава, директор школы В.Хубулава, бывшая учительница немецкого языка греческой школы - Антонина Вячеславовна Шадова, врач Полихрон Бумбуриди. После окончания торжественного собрания гости-выпускники зашли в свой класс и заняли места за партами. Николай Кубус - староста этого класса, в то время учитель, завуч Ткварчельской вечерней школы провел перекличку: «Врач Бумбуриди Полихрон», - прочитал он. «Здесь», - ответил Бумбуриди. «Педагог Чульфа Ефим, инженер Яхиопуло София, техник-строитель Орфаниди Анестис, инженер Тирас Пантелей, инженер Канцас Панайот, инженер Калтапаниди Георгий», - произнес староста, и все ему ответили: «Здесь!»

Из города Чимкент на юбилей выпускников прилетел бывший завуч 2-й сухумской греческой школы Д.И. Харитиди, но по состоянию здоровья присутствовать, к сожалению, не смог. Произошло несчастье. Возраст, усталость, и наверное, волнение дали о себе знать - он скоропостижно скончался в городе, который так любил.

С тех пор прошло без малого полвека! А после окончания школы уже 73 года!

В октябре 1954 г. семья Бумбуриди первой вернулась в Абхазию после обращения к генеральному прокурору СССР после смерти главных виновников преступления – Сталина и Берии, выславших греков. Решением Верховного Совета СССР все греки были осбовождены от спецпереселения. Но, местные власти республики Казахстан не хотели отпускать трудолюбивых греков, поднявших экономику республики, но после протеста в Верховный Совет СССР, многие греческие семьи вскоре получили возможность возвратиться в Сухуми и Абхазию, несмотря на чинившиеся препятствия грузинских властей.

В Сухуми жизнь семьи Бумбуриди постепенно наладилась. В 1959 г. власти попросили Полихрона Петровича, хорошо знавшего новогреческий язык, и имевшего соответсвующие условия, принять у себя дома делегацию Греческого парламента осуществлявшего визит в СССР, в программе которой было посещение греческой семьи. Приём прошел успешно.

В те времена Хрущевской оттепели появилась возможность навещать своих родственников в Греции. По приглашению близких, Полихрон Петрович впервые ступил на древнюю землю Эллады в 1960 году. Радостная встреча с родственниками, друзьями детства, синее небо Эллады, цвета её моря, Афинский Акрополь и другие древности, та первая встреча с исторической Родиной навсегда остались в сердце П. Бумбуриди. После этого он еще не раз посещал Элладу.

Во времена военной диктатуры в Греции (1967-1974), в Советском Союзе был создан антидиктаторский комитет солидарности с греческими демократами. Возглавлял этот комитет писатель Сергей Сергеевич Смирнов. Его заместителем по Абхазской АССР являлся Полихрон Петрович Бумбуриди.

В 1989 году семья Полихрона Петровича переезжает на постоянное место жительства в Элладу.

Находясь уже в Греции, П.П. Бумбуриди знакомил местных жителей через призму истории своей жизни, с историей греков своей малой родины. Большой интерес и ценность представляют его статьи в журнале «Романия» за 1990 год, в других греческих газетах и журналах, его обширное интервью журналистке Фани Керамида, опубликованное в англоязычном журнале "Oral history" в 1999 году. Наконец, в 2006 г. в Афинах издается его книга, написанная в Александруполисе, на русском и греческом языках под названием «История «Маленькой Греции» в стране Апсны – души Абхазии». Это книга о своей жизни, о своей семье и о судьбе греков Абхазии, о счастливой жизни в «Маленькой Греции», о выселении - втором геноциде греков, о жизни в Казахстане, о возвращении в родной Сухум, о национальной политике Грузии, о переезде на историческую Родину.

24 сентября 2010 года Полихрону Петровичу исполнилось 90 лет.


В день 90-летия

Торжественное мероприятие в честь 90 летия Полихрона Петровича, которое прошло в Александруполи, явилось для него приятным сюрпризом, неожиданным жизненным подарком его любимой супруги, детей и внуков! Он даже и предположить не мог, сколько соберется друзей, родственников и какое огромное количество звонков он получит в этот день. Kогда пришло время открыть двери ресторана, где отмечался юбилей, Полихрон Петрович увидел несколько десятков улыбающихся, близких ему людей. Некоторые из них преодолели большие расстояния, добираясь с дальних городов и стран. Как заявил юбиляр: «Для меня это большая честь, чувствовать, что их тепло и память сопутствуют мне. За что я им безмерно благодарен!».


Подарок от внука Полихрона

В этот же день было отпраздновано и 60-летие супружеской жизни – их Бриллиантовая свадьба, ведь Полихрон Петрович женился на Жозефине Константиновне в свой тридцатый день рождения.

Руководство Всегреческого Сухумского Культурного Общества им. Поповиди Т.Г. учитывая неоспоримые заслуги П.П.Бумбуриди, и в связи с его 90-летием, приняло решение внести его имя в недавно созданную «Книгу Почётных, Знатных и Выдающихся греков Сухума и всей Абхазии».

Как председатель Всегреческого Сухумского Культурного Общества, от себя лично и от членов общества хочу пожелать дорогому Полихрону Петровичу доброго здоровья, радости, чтобы его не покидала присущая ему прекрасная улыбка, и еще долгих лет жизни, ведь он для всех нас является связующей нитью с эпохой «Маленькой Греции» - Сухума.

P. S. Полихрон Петрович Бумбуриди скончался 19.01.2013 в г. Александруполис.

(Опубликовано: "Греческий Сухумский вестник", № 27, приложение к газете "Афинский курьер" от 30.12.2010—6.01.2011.)

________________________________________________


СУХУМСКИЙ ФУТБОЛИСТ ТУЛА

В Сухуме родились и выросли многие незаурядные футболисты, среди которых было много греков. Это Граматикопуло Ергули (Георгий), братья Вардимиади – Николай, Иван и Георгий, Орфаниди Анести, Ёлчиди Георгий, Триандафилиди Анести. В ноябре 2010 года исполнилось 90 лет со дня рождения Анастаса Харламповича Триандафилиди. Пямяти этого замечательного человека и посвящается данная статья.

Маленький Анести появился на свет 6 ноября 1920 года в городе Сухум.

Анастас Харлампович Триандафилиди

Отец - Харалампий Георгиевич, мать - Димитриади Елизавета Ивановна.

У четы, помимо сына, родилась и дочь Деспина (1925 г. р).

Харалампий Георгиевич, родившийся в 1915 г. в Трапезунде и окончивший греческий лицей «Фронтистирио Трапезундас», в 1915 году, в период гонений турецких национал-шовинистов, перехал в единоверную Российскую империю, в город Сухум, где устроился на работу в качестве приказчика к будущему своему тестю Димитриади Ивану Андреевичу. Иван Адреевич, владелец бакалейных магазинов, пользовавшийся большим авторитетом у жителей города, член Сухумского Эллинского общества, выделивший пожертвования на строительсво греческой церкви и школы города, имел четырёх сыновей – Михаила, Андрея, Ставро и Дмитрия и двух дочерей – Эвридики (Эвро) и Елизавету. Младшую дочь Елизавету он выдал замуж в 1916 г. за Триандафилиди Харалампия Георгиевича, а вторую дочь Эвридики - за другого своего поручика Лаврентия Килаберия.

Димитриади Иван Андреевич, имевший «буржуазное прошлое», был репрессирован в 1937 г. в самый разгар бесчинств сталинского режима и погиб в неволе.

Деcятью годами ранее, в 1927 г., его зять Харалампий Георгиевич Триандафилиди покидает Советскую Абхазию и переезжает к своим братьям в Грецию, перебравшимся туда ранее прямо из Понта, Турции. Жена не желающая расставаться с родителями, братьями и сестрами, остается в Сухуме. Но в 1940 г. во время греко-итальянской войны он был убит в г. Серрес.

Оставшись с двумя детьми, Елизавета Ивановна учится на курсах кройки и шитья, где проявляются ее удивительные способности. После их окончания, она преподавала портняжное дело в школе имени 8 Марта и была признана лучшней портнихой города.

Анести Триандафилиди (справа) с матерью, сестрой и двоюродным братом
Анести (справа) с матерью, сестрой и двоюродным братом

За её выкройками приезжали даже из Ленинграда и Москвы.

Особенно, она славилась свадебными платьями, которые украшала вышивками.

В 1928 году Триандафилиди Анести пошел в нулевой класс греческой 2-й средней школы г.Сухум. К 1938 году - году закрытия греческих школ - окончил 8 классов на греческом языке и в 1940 г. завершил обучение в русской школе, которая была создана на базе предыдущей греческой. С 1936 г. играл 1 год в футбольной команде юношей «Буревестник», созданной на базе команды греческой 2-й средней школе. С 8 лет полюбил вратарское дело.

Анести Триандафилиди - ученик греческой школы
Анести – ученик греческой школы

Помимо футбола, играл и в воллейбол. С 1936 года он в составе Сухумской воллейбольной сборной города.

Но главной его любовью оставался футбол.

Победив в финале сборную Батуми, сухумская команда стала чемпионом Грузии среди юношей. В 1936 г. при Министерстве Сельского хозяйства Абхазии была организована команда «Земорган», в которой играл и Анастас (Анести) Триандафилиди. В конце 1936 г. переведен в юношескую показательную команду Абхазии, где играл вместе с будущим капитаном команды тбилисского «Динамо» Автандилом Гогоберидзе.

В 1938 г. играл во второй сборной города Сухуми, которая приняла участие в первенстве Грузии, проходившем в Тбилиси.

В 1939 году выступал за юношескую сборную команду Сухума «Пищевик» и в её составе играл на первенство СССР. Победив в финальной игре в Ростове-на-Дону, сухумская команда стала чемпионом СССР среди юношей, после чего Анести Триандафилиди совместно с Автандилом Гогоберидзе и Гургеном Назаряном был переведен в команду «Динамо» Сухуми и до 1947 года играл за неё. Команда сухумского «Динамо» стала обладателем кубка Грузии в 1944 году. Триандафилиди А. стал чемпионом Грузии по футболу, играя в составе сухумского «Динамо» в 1947 году. Команда сухумского «Динамо» состояла почти полностью из греков. За неё играли: братья Вардимиади – Николай, Иван и Георгий, Граматикопуло Георгий, Орфаниди Анести, Ёлчиди Георгий, Триандафилиди Анести.

В марте 1948 года Триандафилиди А. был приглашён в г. Ставрополь, где в течение 3 лет играл за команду «Спартак». Сюда он вызывает из Сухуми свою возлюбленную Елену Михайловнау Ованесян, и в том же году они женятся. В 1950 году у них родилась дочь Светлана и в 1954 г. сын Георгий.

В 1949 г. становится чемпионом РСФСР, играя за «Спартак». В 1950 г. Анести Триандафилиди был признан лучшим вратарём своей зоны. С 1951 г. по 1955 г. играл в команде «Динамо» Ставрополя. По возвращении в 1955 году в Сухуми завершил свою деятельность как игрок-футболист. С 1956 г. по 1965 г. при сухумском «Динамо» работал тренером юношеской команды. В течение этого времени подготовил своих воспитанников для продолжения футбольной карьеры в сухумском «Динамо» и других командах. Так, в 1956 г. один вратарь, два полузащитника и два нападающих (1936 года рождения) были переведены в основной состав команды сухумского «Динамо». В дальнейшем воспитанники Анести Триандафилиди играли за Тбилисское «Динамо» (Алексей Илиади) и за «Торпедо» Кутаиси (Геннадий Зария).

Юношей 1940 года рождения подготовил настолько хорошо, что вся эта команда была переведена в основной состав сухумского «Динамо».

В 1960 году сухумская команда, подготовленная Триандафилиди Анести заняла 3-е место на Всесоюзном чемпионате среди юношей в городе Грозный. В команде играли три грека: Алексей Илиади, Константин Янулиди, Анастас Софьяниди.

В 1961 году после победы сухумских юношей в Ереване над местным «Спартаком», вся команда была переведена в состав «Динамо» Сухума.

В 1963-1964 г.г. работал старшим тренером команды Сухумского Аэропорта, которая участвовала на первенствах СССР среди команд авиаторов. На проходивших в Омске финальных играх сухумчане стали серебряными призёрами. В 1965 г. Триандафилиди А. был переведён тренером команды дублёров сухумского «Динамо», которая стала победителем чемпионата Грузии 1965 и 1966 годов. В связи с состоянием здоровья в дальнейшем, вплоть до 1980 года, в спортивной деятельности не участвовал.

В 1980 г. вернулся в спорт тренером Республиканской Детской Юношеской Спортивной школы при Министерстве Просвещения Абхазской АССР и проработал в ней до переезда в Грецию на постоянное место жительства в 1993 году, покинув родной дом в охваченной войной Абхазии.

В возрасте 70 лет тренировал три группы детей разного возрастного состава.

За период тренерской практической работы подготовил ряд спортсменов высокой квалификации, в числе которых мастера спорта Арутюнян С.С. и Геленава И.Ш. (оба 1971 года рождения), ставшие в 1987 г. в составе сборной юношеской команды СССР обладателями серебряных медалей Чемпионата Европы в Париже, и в том же году – победителями первенства мира в Канаде. Воспитанники Триандафилиди А. на протяжении десятков лет постоянно занимали призовые места в юношеских первенствах Грузии, центрального совета «Динамо» и во Всесоюзных турнирах. Под непосредственным руководством тренера Триандафилиди А. начальную подготовку, а затем и путевку в большой футбол получили заслуженный мастер спорта В. Маргания и мастер спорта международного класса С. Овивян - оба члены сборной национальной команды СССР, а также игроки высшей лиги СССР – мастера спорта А. Илиади, А. Зардания, Ю. Пруидзе, Г. Бенидзе. Подопечные Триандафилиди А.Х. многократно признавались в числе лучших молодых футболистов на соревнованиях различного ранга и удостаивались специальных призов для самых техничных и результативных игроков, показывающих красивую и содержательную игру.

Анести Триандафилиди cо своими воспитанниками, 1981 г.
Со своими воспитанниками, 1981 г.

Триандафилиди А.Х пользовался глубоким уважением руководства Абхазской АССР, коллег и своих воспитанников. За высокие спортивные показатели, долголетнюю и плодотворную работу по воспитанию и подготовке высококлассных футболистов Анастас Харлампович в разные годы неоднократно был отмечен правительственными наградами и вышестоящими спортивными организациями. В 1984 г. Триандафилиди А. было присвоено звание «Заслуженный тренер Грузинской ССР».

Среди общественности Сухума и далеко за его пределами, как проявление всенародной доброжелательности, Анастаса Харламповича часто именовали его спортивным прозвищем Тула, происходящем от уменьшительно-ласкательной формы его имени Анестула!

Потомки Анастаса Харламповича помимо детей: двое внуков Вагаршак и Аида и двое правнуков – Павлос и Вангелис.

В возрасте 80 лет неутомимый и полный энергии Триадафилиди А. не покидал своё любимое занятие - футбол, работая помощником тренера детской футбольной команды при понтийском обществе «Митридат» в Каллифее. Он еще долго сохранял бодрость духа и тела, даже будучи пораженным неизлечимой болезнью. Анастас Харлампович покинул нас 11.06.2009, не дожив до своего 90-летия менее чем полтора года…

Светлая память о нём живет в сердцах всех, кто знал этого обаятельного человека!

(Cтатья опубликована в приложении «Греческий сухумский вестник» № 26 к газете «Афинский курьер» от 2-9.12.2010 г. к 90-летию со дня рождения Триандафилиди Анастаса Харламповича. Здесь представлена с некоторыми корректировками.)

______________________________________________________


ТАБАКОПРОМЫШЛЕННИК

Иван (Янго) Николаевич Яхиопуло

Экономическое развитие Абхазии конца XIX – начала XX веков, в значительной степени, связано с развитием здесь производства табака. Еще несколькими десятилетиями ранее, до массового заселения этих мест понтийскими греками и амшенскими армянами культура возделывания табака в этих местах была, практически, неизвестна.
Недаром абхазский помещик князь Шервашидзе, отражая настроение крупнейших землевладельцев побережья, достаточно откровенно признался, что «до прихода к нам выселившихся из Малой Азии армян и греков земли наши пустовали; они нам не давали никакого дохода... и, вдруг, в то время, когда мы не знали что делать с нашими землями, к нам являются армяне и греки. Можно сказать, что они попали к нам как манна с небес».
Греками и армянами в основном были культивированы в Абхазии лучшие сорта табаков, такие как понтийские «Сумсун» и «Трапезунд» (или иначе «Трапезон»), которые давали большие урожаи, после чего абхазские табаки стали считаться одними из лучших в мире. Развитие культуры высококачественных табаков способствовало не только повышению уровня жизни населения греческих и армянских сёл, но и бурному экономическому развитию страны, в том числе благоустройству городов Абхазии.

Одним из выдающихся сухумчан, преуспевающим табакопромышленником того времени, внесшим довольно значительный вклад в экономическое развитие Абхазии, является Иван Николаевич Яхиопуло.


И.Н. Яхиопуло

Яхиопуло Иван (Янго) Николаевич родился в 1886 года в городе Сухум.
Отец – Яхиопуло Николай, прибыл в Российскую Империю из Кромни, Трапезундского вилайета. Мать – Афина (Анфула) Ксандопуло. Сестра – Мария.
Отец скончался от воспаления легких, когда Янго было 2,5 года. У мальчика уже с детства проявлялись незаурядные способности, и когда ему исполнилось 17 лет, его крёстный отец, в качестве подарка, открыл ему магазин. Янго и всей его семье остались в наследство от отца плантации а селе Акапа (Константиновка) – участки площадью 5 гектаров.
Занимаясь с юношеских лет табачным делом, И. Яхиопуло уже к 25-ти годам удалось заиметь довольно приличный капитал.
И он решает на заработанные деньги построить в Сухуме ферментационный завод.
В возрасте 28 лет Иван Николаевич возводит огромное здание табачной фабрики на углу улицы Морская и Рыбного переулка (позднее Октябрьской и Цулукидзе – сегодня Академика Сахарова и И. Когониа). Фабрика под названием «Ферментационный завод И.Н. Яхиопуло» открылась в 1914 г., о чем свидетельствуют и инициалы "И.Н.Я", и год "1914" на фасаде здания, которое и сегодня стоит в городе Сухум.

Стены разрушенного здания
Ферментационного завода И.Н. Яхиопуло, фото 2001 года

Строение занимает почти целый квартал. На верхнем этаже располагались жилые помещения, где жила семья Янго. Внизу помещались склады, где свозимые туда табаки, производимые на своих плантациях, а также дополнительно закупаемые у крестьян армян и греков, проходили процесс ферментации. Ферментация – это химическая реакция, в ходе которой, под воздействием влажности и температуры, органические вещества превращаются в неорганические, образуя новые соединения. Благодаря наличию хороших специалистов, выпускаемый фабрикой товар был отменного качества и имел большой спрос как на территории Российской Империи, так и за рубежом.
Для отправки в Одессу и для экспорта за границу Иван Николаевич закупил три небольших корабля (катера), которым дал названия на греческом языке – «Астрапи», «Вронди» и «Ворьяс», что в переводе на русский означает «Молния», «Гром» и «Борей, то есть Северный ветер».
Любил устраивать соревнования между ними по скорости преодоления определенного расстояния и победивший капитан получал приз.

Подпись Ивана Николаевича Яхиопуло

Благодаря своей производственной и коммерческой деятельности, И.Н. Яхиопуло являлся одним из богатейших людей Сухума, был статным человеком, джентльменом, одевался по последней французской моде, разъезжал на собственном фаэтоне; его излюбленными духами были тоже французские. Его появление в театре или Сухумском Общественном Собрании всегда вызывало оживление публики. Говорили о нём, что если где-то пахло французскими духами, то там явно прошел И. Яхиопуло!
В фойе театра Самуриди часто устраивались танцы. Партнершей Я. Яхиопуло на танцах часто была Сария – жена Нестора Лакоба, которого Янго хорошо знал.

И.Н. Яхиопуло являлся активным членом Сухумского Эллинского Общества.
Выделял немалые деньги на мероприятия общества, в том числе и на строительство греческой школы и греческой церкви. На документах общества того времени (первые две декады ХХ века) часто фигурирует и его подпись. Выделял деньги и на благотворительные мероприятия Сухумского греческого благотворительного общества «Морфосис».
Внес немалые средства и в Сухумское благотворительное общество, председателем которого была Эвтерпи Павловна Комнино.

Благотворительность богатого грека проявлялась и в ежегодном снабжении детдомовских детей новой одеждой.

Для своих дочерей покупал дорогие обновки, но, прежде чем они выходили в них на улицу, он одевал и соседских детей, чтобы они не чувствовали себя ущемлёнными.

Когда на Пасху резали баранов, то обязательно раздавал мясо нуждающимся семьям, а если резали корову, то половину отдавал соседям.

Газета «Сухумский вестник» за 1915 г. сообщает в числе списка зажиточных сухумчан, принимавших участие и пожертвовавших свои вещи на лотерею-аллегри для семей жертв Первой мировой войны, упоминает и фамилию Яхиопуло.

В 1907 году Иван Николаевич женится на Шаиновой Василиссе Васильевне, дочери известного в городе коммерсанта и члена Совета Сухумского Эллинского общества Василия Триандафиловича Шаинова (Шаиниди).

Супруга И.Н. Яхиопуло – Василисса

В 1909 г. у них рождается Вера, в 1911 г. Мария (Мери), в 1913 г. Фотина (Фофо), далее Ольга в 1916 г. и Афина в 1918 г.
До 1919 года семья проживает в Сухуме, но, в связи с неспокойной обстановкой, Янго вывозит её с в Константинополь, где она прожила два года, а сам он вернулся в Абхазию, поскольку надо было продолжать работать, тем более, что несколькими годами позже, с провозглашением НЭПа, положение с производством и продажей табака значительно улучшилось. На содержание семьи посылал финансовые средсва через английский банк. Ездил на своих катерах навещать семью в Константинополь.
В 1921 г. в связи с военной обстановкой в Константинополе, перевозит семью в Грецию в город Митилини на острове Лесбос.

Будучи на Лесбосе, жена Янго, Василиса, на присылаемые супругом деньги приобрела оливковую рощу, которую пожертвовала церкви Святого Георгия, так же как и некоторые свои золотые украшения. В городе Митилини семья проживала в небольшом доме с просторной террасой, в полном достатке.

В 1927 г. жена и дети Янго перебираются ненадолго в Афины, прежде чем вернуться на родину. В 1929 г. рождается в Сухуме шестая по счету дочь – Нинета. Янго горевал, что у него не было наследника. И если бы не родившийся в 1925 г. сын – Николай, то продолжения фамилии не последовало бы.
Примечательно, что и у многочисленных его двоюродных братьев с той же фамилией рождались одни дочки. И Николай, его сын и внук – потомки по мужской линии, благодаря которым эта фамилия не перестала существовать и сегодня.

После окончания НЭПа и начала коллективизации экономическое положение Янго Яхиопуло сильно пошатнулось. Еще с приходом Советской власти в Абхазию в 1921 г. его имущество – ферментационный завод, квартиры, катера, мельницу – национализировали, но он еще имел возможность заниматься производством табака и, зачастую контрабандным путём, отправлять его за границу.

Потеряв жильё в городе, он перебирается в дом тёщи, а позднее был вынужден уехать в деревню Акапа.

В деревне он продолжал заниматься табаководством, был хорошим специалистом. Был вынужден вступить в колхоз, но тем не менее несколько позже его объявили кулаком. В условиях большевистской пропаганды коллективизации сельского хозяйства и борьбы с кулачеством помимо того, что, еще недавно преуспевающий предприниматель, Я. Яхиопуло потерял практически все имущество, комсомольцы деревни Акапа бросали в него камни с возгласами: «Кулак! Кулак!»
Они быстро забыли, что именно этот человек совсем недавно давал людям заработать на кусок хлеба.

Здание фабрики долгие годы использовалось государством по своему назначению. Значительно позже в нём разместились различные учреждения, а в грузино-абхазскую войну 1992-93 гг. оно было сожжено. Остались практически одни стены. В настоящее время планируется провести восстановительные работы и перестроить его перестроить в жилые помещения.

Иван Николаевич Яхиопуло скончался в нищете в сентябре 1948 года. Бог забрал его, не дав ему перенести новых испытаний – готовившегося в июне 1949 г. выселения греков в Казахстан.

Незаурядность этого человека проявилась, в разных областях, и у его потомков.
Несмотря на трудности, сумел воспитать интеллигентных дочерей, пользовавшихся большим уважением.
Сын Николай – трехкратный чемпион Спартакиады республик Закавказья по плаванию на спине, чемпион Грузии по плаванию на спине в 1943-46 годах, серебряный призёр первенства ''Динамо'' СССР, член команды сборной Грузии по водному поло, заслуженный тренер Грузии, заслуженный работник физкультуры и спорта Абхазии, судья всесоюзной категории по плаванию, известный сухумский филателист.

Из наиболее выдающихся внуков: Кивелиди Иван – известный банкир, председатель Росбизнесбанка, генеральный директор АО "Внешэкономкооперация", вице-президент Лиги кооператоров и предпринимателей России, председатель коордиационного совета "Круглого стола бизнеса России, президент российского VIP-клуба и клуба меценатов, председатель Российской партии свободного труда, председатель Совета по развитию предпринимательства при Совете министров – правительстве России, генеральный директор ВО "Внешэкономкооперация", генеральный директор ВЭА "Интерагро", Президент АО "Век-информ", учредитель газет "Век" и "Коммерсант", журнала "Предприниматель", председатель наблюдательного совета благотворительного фонда "Международный дом детей-сирот"; а также другой внук – брат Ивана – выдающихся способностей математик Кивелиди Лаки (Василий).

(Опубликовано: приложение "Греческий Сухумский вестник", № 6, к газете «Афинский Курьер» (Греция), № 19 (512) от 01.05-08.05.2009.)
__________________________________________________


ХУДОЖНИК НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА

К 100-летию со дня рождения заслуженного художника народного творчества М.К. Яхиопуло

Как известно, окружающая среда, богатая природа и красивая архитектура благоприятно влияют на эстетическое развитие человека.
Рожденные местах, утопающих в пышной субтропической растительности, таких, например, как Сухум, с морем и изумительными видами, безусловно, оказались под влиянием этих красот. И те люди, которые были предрасположены духовно и генетически к эстетическому развитию, получили особый заряд, позволивший им в дальнейшем творить. Одной из таких одаренных природой сухумчанок была Кира Яхиопуло.



М. К. Яхиопуло

Мария (Кира) Константиновна Яхиопуло родилась 28 июля 1913 г. в Сухуме в семье Констанина Георгиевича Яхиопуло и Марианти Михайловны Иоакимиди (Якимиди). Она была первенцем в молодой семье, созданной в 1912 г. Отец в те годы работал в Батуме, служащим в порту. Позже в семье родились еще три дочери – Ефтихия (Валентина), София и Деспина.
Хотя в документах она была записана как Мария, её все звали Кирой.
Это имя - Кириаки (Кира) ей было дано в честь умершей в молодом возрасте родной тёти - старшей сестры отца.

После окончания греческой школы номер 8 Кира пошла учиться на курсы кройки и шитья, что было очень популярно в то время у девушек ее возраста в Абхазии. Её талант проявился очень быстро. Преподавательница была изумлена ее способностям, особым даром на глаз безошибочно кроить материалы.



Кира с подругами, вторая слева, начало 1930-х.

По характеру Кира была веселой девушкой, любила разные розыгрыши и старалась быть независимой.
В 1932 г. она вышла замуж за Волкова Николая Александровича, в то время проживавшего на квартире у ее родителей. Судьба и деяния этого замечательного человека заслуживают отдельного повествования. Николай Волков бежал ранее, в возрасте 15 лет из г. Иваново, после проведенных большевистским режимом репрессий против семьи его отца. Отец и дядя, как предприниматели мелкого частного бизнеса, так же как и многие невинные русские люди, были расстреляны, а мать была заточена в тюрьму.
Николаю с сестрами удалось бежать. Несколькими годами позже, после обоснования в Сухуме, он женился в 1930 г. на Деспине Михайлиди.
Молодожены снимали квартиру у семьи Яхиопуло, по ул. Зиновьева 9 (позже ул. Орахелашвили, 11, сегодня – Конфедератов, 11), недалеко от морского порта. После родов сына Александра в 1932 г., его жена, простудившись, вскоре скончалась, и остался на его руках грудной ребенок. Николай Волков попросил руки Киры, и вскоре они поженились. Кира и Николай совместно воспитывали маленького Александра.



Николай Александрович Волков

Н. Волкову удалось обзавестись станками для производства деревянных мелкорядных гребешков, и этот бизнес приносил хороший доход в период НЭПа, и, даже в первой половине 1930-х годов. Гребешки изготовлялись из самшита, имеющего самую твердую древесину. Они пользовались большим спросом, особенно, во времена войн и смут, когда многие люди страдали от вшей.
Николай Александрович являлся глубоко верующим человеком и много сделал для церквей Абхазии. Один из примеров - его финансовая помощь Русскому Кафедральному Собору им. Александра Невского. Атеистический режим большевиков, следую политике нападок на церковь, обложил её непосильными налогами в начале 1930-х годов с угрозой закрытия, в случае их неуплаты. Н.Волков оплатил все налоги, тем самым, продлив на несколько лет
функционирование церкви, которую, всё же в 1937 г. разрушили. На месте церкви построили здание Государственной Филармонии, куда ни Н.А.Волков, ни другие верующие сухумчане старшего поколения на концерты никогда не ходили, считая это место осквернённым.
После убийства Н.А. Лакоба мелкое частное предпринимательство было запрещено. Николай Александрович был оштрафован за использование своих станков. После уплаты штрафа и вынужденного закрытия малого предприятия, был вынужден переехать в г. Кутаиси, где частное предпринимательство продолжало процветать.
Так и наша героиня, последовав за мужем, оказалась в столице Имеретии.
Хотя Кире не хотелось покидать родной и любимый Сухум, полный родственников и друзей, всё же, обстоятельства заставили переехать.
Но, несмотря на переезд, она и её супруг приезжали очень часто в Сухум. И это продолжалось во все последующие десятилетия.
После поражения республиканцев в гражданской войне в Испании, многих детей-сирот привозили в СССР. Одного такого мальчика взяла на воспитание на некоторое время и семья Волковых.
С началом войны с фашистской Германией Николай Александрович ушел на фронт, был контужен, пленен, чудом выжил. После окончания войны около года находился в советском лагере для попавших в плен советских воинов, и вернулся домой только в 1946 г. Чудом серьёзно не пострадал из-за того, что будучи контуженным, попал в плен. Многих советских воинов, кого постигла такая участь, после войны расстреляли или отправили в советские каторжные лагеря.

Сразу после окончания войны, 19 мая, 1945 г. Мария Константиновна поступает на работу в качестве завснаба Механического завода Щ.М.П. Кутаисского Горсовета.
Супруг её, Николай Александрович, после возвращения с войны работал в управлении лесного хозяйства Западной Грузии.

В середине 1950-х Мария Константиновна работает в Кутаисском Дворце пионеров. Занимается декоративным цветоводством. Преподает декоративное искусство. Прививает детям любовь к растениям, ведет биологический кружок Часто принимает участие в выставках цветов.
Газета «Кутаисская правда», от 11 мая 1957 г. поместила репортаж с фотографией руководителя биологического кружка М.К.Волковой, в котором, в частности, сообщается, что биологический кружок при Дворце Пионеров и школьников решил ко дню городского фестиваля устроить выставку цветов. Получилась она неплохой. В ней приняли участие многие школы».

Мария (Кира) Константиновна помимо культивации живых цветов, осваивает мастерство изготовления искусственных.
Врожденное чувство красоты помогает ей творить. Её цветы смотрятся как живые.
Многим, кто знаком с творчеством Киры Константиновны хорошо запомнились её фиалки, изготовленные из материи. Даже тычинки и пестик смотрелись как живые. Она использовала специально изготовленные по заказу на заводе металлические инструменты для придания необходимых форм лепесткам и листьям. Создавала также композиции с использованием цветов, фигурок животных, которые сама лепила и окрашивала. Широко использовала засушенные фрукты, плоды и корни деревьев, ветки, мох и многое, что можно было найти в лесу.
Основанием для её композиций обычно служила кора пробкового дерева.
Многие помнят её причудливых поросят и кабанов, сделанных из высушенной айвы, зверьков, сделанных из желудей, сушёных гранатов небольшого размера.

В 1957 г. поступает на учебу на трехлетний курс при институте усовершенствования знаний специалистов сельского хозяйства имени академика В.Р.Вильямса в Москве. Заочные курсы садоводства успешно окончила в 1961 г.
Работая во Дворце пионеров, познакомилась с тогдашним первым секретарём Кутаисского обкома ЛКСМ Грузинской ССР Эдуардом Шеварднадзе. Узнав, что она гречанка, он поведал ей, что и его бабушка тоже гречанка.
В начале и середине 1960-х годов в Тбилиси на гастроли неоднократно приезжала греческая певица Иованна (Йованна Фонсу). Кира Константиновна специально ездила на её концерты в столицу Грузии. Вообще, она очень любила этот город.
Выступления Иованны произвели настоящий фурор в Тбилиси. Как рассказывала Кира Константиновна, Иованне там оказали исключительный прием, апофеозом которого можно считать поднятие машины «Волга», вместе с находившейся в ней Иованной. Кире удалось встретиться, побеседовать с ней и сделать дорогой гостье из Эллады подарки на память от гречанки, проживающей в Грузии.

Дом Киры Яхиопуло и Николая Волкова всегда был полон родственников и гостей. Эти абсолютно щедрые люди могли принимать гостей месяцами.



Николай Александрович с Кирой Константиновной

В детстве мне с материю и другим родственникам доводилось очень часто гостить у тёти Киры и дяди Коли. Дядя Коля был, к тому же, и отменным пчеловодом. Многие хорошо помнят его первосортный липовый, каштановый, майский цветочный мёд. На балконе большого дома, в котором они жили в Кутаиси по ул. Гелатской, стояла огромная клетка, в которой было около 80 волнистых попугаев. Как-то, в углу жилой комнаты, ласточки свили гнездо. Хозяева дома не разрушили гнезда и птицы вывели птенцов прямо в квартире.
Мне приходилось большей частью сидеть дома, поскольку с соседскими детьми я играть не мог, так как не знал грузинского языка, а они совсем не владели русским. Тётя Кира, прожив много лет в Кутаиси, уже свободно говорила, читала и писала на этом языке. Она, как и дядя Коля, очень часто приезжали в Сухум, так что общение с родственниками и друзьями надолго не прерывалось.
Дядя Коля приезжал особенно по случаю многих религиозных праздников, которые проводились издавна в сухумском районе и других местах Абхазии.
Помнится, как мы поплыли на комете в Новый Афон в день Святого Пантелеймона. Это был, примерно, 1966 г. Собралось много паломников. В основном, это были греки и русские. Но, мне хорошо запомнилось, что милиция оградила церковь, весь комплекс бывшего монастыря, и народ не впускала.
С 1967 г. Кира Яхиопуло-Волкова работала в Кутаиси в мастерских, которые предоставляли бытовые услуги (быткомбинат).
Параллельно продолжала заниматься любимым делом – изготовлением композиций с цветами и фигурками животных. В 1973 г. приступила к изготовлению украшений – брошей для платьев. Это были «Черешни с листьями» и броши других форм. Смотрелись изумительно, и на них появился большой спрос.
Эти и другие её произведения искусства продавались в художественных салонах Сухума, Кутаиси и других городов. Как-то, один художник, который никак не мог додуматься из чего же изготовляет наша героиня эти броши, купил одну и разломал. А секрет был прост. Нужна была только фантазия.
«Черешни» изготовлялись из фундука, который автор окунала в специальные краски, потом высушивала, потом опять окунала. И так несколько раз. Получалась красивая форма черешни. Из косточек других растений она делала подобные броши. Кира Константиновна имела и много учеников, которым передала своё мастерство.
По стопам матери пошла и дочь Татьяна. Она закончила Грузинский институт субтропического хозяйства в Сухуми по декоративному садоводству, после чего поступила в аспирантуру в Москве.
Занималась исследованиями тюльпанов разных сортов. В большом саду своей тёти Софии Константиновны Яхиопуло и её супруга Льва Дмитриевича Орлова по ул. Руставели, 8, в течение нескольких лет можно было наблюдать опытные посадки необычайно красивых тюльпанов. Мне запомнился их довольно крупный размер. В основном, это были тюльпаны красного цвета, но были и белые, желтые и других цветов. Но особенной редкостью был черный тюльпан.



Из книги о художниках народного творчества Грузии

После защиты диссертации в 1973 г. Татьяне Волковой была присуждена учёная степень кандидата сельскохозяйственных наук.
Дочь Татьяны – Анна-Тамара Волкиду, окончила в Салониках Институт систем автоматного контроля. Сегодня она проживает в Австралии.



С дочерью Татьяной в окружении своих произведений

Сын четы Волковых - Александр Волков окончил политехнический институт в Тбилиси, работал в Кутаиси учителем черчения в русской школе. Его сын Николай окончил Политехнический институт в Кутаиси. Проживает с семьей в Греции. Дочь его Наталья - педиатр, окончила Винницкий медицинский институт и живет на родине в Кутаиси, Грузии.

Кира Константиновна в 1983 г. перенесла кровоизлияние в мозг, но довольно скоро оправилась.
С этого года она переехала в родной город Сухум, и проживала с дочерью. Имея избыточный вес, она более не могла ходить, и все последующие годы провела сидя в кресле. При этом, без дела не сидела: шила, вязала, вышивала, занималась декорациями. С начала 1980-х она изготовляла украшения для свадебных платьев. Будучи практически инвалидом, Кира Яхиопуло была полна творческой энергии и оптимизма.
В 1980-х годах мне удавалось доставать у приезжающих в Москву греков греческий журнал «Тахидромос», который в то время был толстым, полноценным изданием, с разнообразной информацией. Я привозил или пересылал в Сухум тёте Кире эти журналы. Помню, с каким интересом она рассматривала фотографии и читала статьи о направлениях в моде на Западе и о новых веяниях в искусстве, которые часто находили отражение на страницах этого очень нравившегося и мне журнала. Я заметил её восхищение и пристальный интерес к очень экстравагантным для советской действительности красивым одеждам, с новыми непривычными покроями.
Несмотря на её возраст и болезнь, она сохранила душу молодой, и не переставала интересоваться всякого рода новшествами.
Её всегда привлекало всё красивое. Она была человеком с врожденным чувством красоты.
Также мы вместе слушали передачи греческого радио - ``H φωνή της Ελλάδος`` («Голос Греции»), передававшие помимо новостей, греческую музыку. Помнится, ей очень нравились песни в исполнении Мери Линды с её тонким, благородным голосом, как и многих других греческих певцов.

После окончания войны Грузии с Абхазией, Кира Яхиопуло переехала на постоянное место жительства в Грецию.
Умерла Кира 21.07.2001 в возрасте 88 лет, и похоронена в Неа Хили, под Александруполисом, где провела последние годы жизни.

Дядя Коля скончался задолго до нее, пораженный неизлечимой болезнью, в самом конце 1975 г. Похоронен на Михайловском кладбище в Сухуме. После его кончины приходило много людей, рассказывавших как много он им помогал деньгами. Но, при этом, как полагается истинному христианину, просил это держать в тайне.

Творчество М.К. Яхиопуло-Волковой было оценено на многочисленных художественных выставках. О ней написано в книгах на грузинском и русском языках. В книге «Славные греки Грузии» упоминается, что Яхиопуло М.К. удостоена нескольких медалей ВДНХ СССР и почетного звания «Заслуженный художник народного творчества Грузинской ССР».

За заслуги в области искусств, президиум Всегреческого Сухумского Культурного Общества постановил внести имя М.К.Яхиопуло в «Книгу Почетных, Знатных и Выдающихся греков Сухума и всей Абхазии».

Кира Яхиопуло-Волкова осталась в памяти людей, как добрый, порядочный, мудрый, талантливый человек, внесший вклад в развитие декоративного искусства Грузии и Абхазии, в течение долгого времени радовавшая людей своими произведениями искусства.
__________________________________________________


"ТИ ЛЕФТЕР ТО КРИОН ТО НЕРОН" - ХОЛОДНАЯ ВОДА ЛЕФТЕРА

Этого человека знал весь город и близлежащие к Сухуму деревни. Его и сегодня всё еще помнят старожилы города. Лефтер, который в жаркие летние дни давал возможность сухумчанам и гостям города утолить мучавшую их жажду. Он вошел в историю нашего города именно благодаря артезианскому источнику, находившемуся в его дворе, несмотря на то, что этот человек был известен и своей производственной и коммерческой деятельностью.

Соук су, что в переводе с турецкого означает «холодная вода», была излюбленным напитком публики в солнцепёк южного приморского города. «Соук су», «соук су» – кричали подростки, разносившие эту воду по городу. Продавцов этой воды было немалое количество, поскольку она пользовалась большим спросом.

С утра во двор Лефтера Попандопуло приходили люди с ведрами и прочей посудой, а летом стояли порой в длинной очереди, чтобы набрать чистейшей холодной воды из артезианского источника, находившегося во дворе между домом и табачным складом.

Попандопуло Элефтерий Стапанович родился в 1878 году в Трапезунде в семье Стефаноса Попандопуло. Мать Элефтерия-Кирияки.

Попандопуло Элефтерий

Прежде предки по отцу имели родовое имя Триандафилидисов, но поскольку один из них стал священником, то и потомки стали называться детьми попа, то есть Попандопуло.

В 1890 г. Лефтер с родителями и сёстрами Зои и Лидой переезжает в село Пурч (Бырцха), недалеко о города Сухум, где занимается возделыванием табака и кукурузы. В то время многие греки Понта переезжают в пределы Российской империи, которая давала особые привилегии переселенцам-христианам для заселения пустующих земель после того, как они были оставлены абхазами-махаджирами. Так, Абхазия была постепенно заселена русскими, греками, армянами, украинцами, немцами, эстонцами, мингрелами, грузинами (в то время грузины и мингрелы считались отдельными народами – прим. автора), болгарами, поляками и другими народами. Особое доверие, как единоверным православным христианам, царское правительство оказывало грекам и всяческими методами способствовало их переселению в новоприсоединённые к империи территории. Греки-переселенцы применяли свои знания и умения в области табаководства, привозя с собой семена особо высококачественных табаков, таких как «Самсун», «Трапезунд», «Дюбек». В условиях влажного климата Абхазии, особое распространение получили такие понтийские сорта, как «Самсун» и «Трапезунд». Греки особо преуспели в разведении этой культуры, что значительно подняло экономический статус региона, о чем неоднократно повествовали власти. Свою лепту в табакопроизводство и его экспорт внесла и семья Попандопуло. На ее плантациях в селе Пурч, урожай табака с каждым годом увеличивался. Сначала семья справлялась сама, но позднее пришлось привлекать и наёмную рабочую силу. В 1899 г. женится на Элени Попандопуло. Девичья фамилия жены, по совпадению, тоже была Попандопуло, поскольку, как и у ее мужа, в роду были священники. Чета вырастила пятерых детей: Константина, Екатерину, Стефаноса, Кириаки, Димитрия.

Дети Элефтерия

В 1907 г. Элефтерий приобретает участок в городе на углу Гоголевской и Дарьинской улиц (улицы Гоголя и Цхакая, сегодня – ул. генерала С.П. Дбар и В. Бубновой) и строит на нём двухэтажный дом и табачный склад. В то время от дома до моря не было еще никаких построек и с балкона был виден сухумский причал.

Дом Попандопуло Элефтерия, фото 1958 г.

В начале 1910-х годов, в годы строительства греческой школы и церкви, принимал активное участие в их возведении, а также участвовал в строительсве Красного моста.

Произведенный табак, Элефтерий Попандопуло совместно с известным сухумским промышленником и купцом – греком М. Бениат-Оглы отправлял в Одессу, а оттуда товар шёл на экспорт.

Поскольку мы упоминули господина М.Бениат-Оглы, то хотелось бы напомнить, что он был владельцем турецких бань «Стамбул» по ул. Фрунзе – сегодня ул. Аидгылара, и мебелерованных номеров «Европа» – позднее здание Детского Мира на углу улиц Фрунзе и Проспекта Мира, а также владел недвижимым имуществом в других городах черноморского побережья.

После Октябрьской революции, в эпоху НЭПа, Попандопуло Элефтерий Стапанович всё еще успешно занимался производством и продажей табака, но с началом коллективизации, когда он узнал, что придётся расстаться с этим промыслом, приносившим семье хороший доход, он открывает продуктовый магазин на сухумском рынке, в то время располагавшемся между названными позднее так улицами Фрунзе, Лакоба, Проспекта Мира и Орахелашвили (позднее на этом месте был разбит парк им. Сталина), но всё еще в его сердце горела надежда, что он не потеряет свое основное занятие. Уже в это время он перестраивает табачный скалад под жилье и сдает его внаём.

В 1930 году, узнав, что он находится в списках на «раскулачивание» с перспективой полной потери плантаций и возможности табакопроизводства, а также и части жилого имущества, Элефтерий Стапанович скончался от сердечного приступа. Близились тяжёлые времена для всего советского народа….

Лефтэр был уважаемым в городе человеком, всегда старался помогать людям, находившимся в нужде. Характерен случай, когда выйдя из кофейни, он увидел рыдающую женщину с пятью детьми, которые тоже плакали. Оказалось, что они были беженцами с Понта от турецких гонений и им было некуда податься. Лефтэр прислал за ними фаэтоны, накормил и поселил их в своем доме, продолжая еще долго снабжать их и провизией до тех пор, пока дети не выросли и не стали сами зарабатывать себе на жизнь. Добросердечной была и его жена Элени, безвозмездно отдававшая сделанный ею сыр и молоко детям бедных семей. В благодарность, с большим уважением, люди называли её «хозяйка».

Дочь Кирияки, сегодня, 94-х лет, проживающая в Каллифее, в Афинах, вспоминает, как однажды, отец купил воду у продававшего её подростка. Узнав хозяина источника, мальчик, отказался брать деньги. На что Лефтэр ответил: «Там, у источника, я могу выпить воду бесплатно, а здесь, я за твой труд должен заплатить», тем самым уважая труд разносчика воды, настоял на том, чтобы тот принял оплату.

Безусловно, в городе люди пили не только воду Элефтерия Попандопуло. В Сухуме было много кофеен и гастрономов, где можно было выпить или купить различного рода прохладительные напитки, особой популярностью среди которых пользовались различные лимонады.

Интересное совпадение – еще один Элефтерий, его тёзка, по фамилии Ямандопуло, тоже имел отношение к воде, но несколько иное. Братья Эдмонд и Элефтерий Ямандопуло возглавляли в Сухуме предприятие лесной промышленности. Помимо этого, по инициативе Элефтерия был открыт лимонадный завод. Там производилась лучшая в городе газированная вода. Как вспоминает сухумская персиянка Адиле Аббас-оглы в своей книге «Не могу забыть», по словам старожилов, именно Элефтерий Ямандопуло изобрел способ изготовления лимонада отменного вкуса и искусственной минеральной воды, которая впоследствии стала широко известна под названием «Воды Лагидзе». Дело в том, что он выдал дочь за молодого человека по фамилии Лагидзе и предприимчивый зять предложил назвать воды своим именем, поскольку в Грузии, как он считал, так можно будет достичь большего коммерческого успеха. Впрочем, сам Ямандопуло, наверное, осознавал, что его фамилия не очень благозвучна для русскоязычной публики, что, вполне возможно, сыграло свою роль при выборе названия фирмы. В Сухуме в дореволюционное время еще один грек П.П. Бумбуриди содержал завод искусственных и минеральных вод «Эрмис», предлагавший публике 18 сортов различных видов лимонада, особо рекомендуя новый лимонад «Бенедиктин», сидр, яблочный сидр, вишнёвый и малиновый морс.

Но из естественных, природных вод, лучшей, чем холодная вода Лефтера Попандопуло в Сухуме не было. В 1949 г., во время выселения греков из Абхазии, семью Лефтера выслали в Казахстан, а их дом передали переселенцам из Мингрелии. После возвращения в Сухум в 1960 г. им удалось вернуть себе две квартиры в своем доме.

Во время последней войны 1992-93 гг., к несчастью, погибли почти все фотографии Попандопуло Элефтерия Стапановича, точнее – осталась всего одна – снятая уже перед самой его смертью. Поэтому, дорогой читатель, не представляется возможности напечатать имевшиеся самые интересные фотографии этого человека.

Что касается его источника, то он постоянно действовал до выселения греков в 1949 году. Поскольку за ним необходимо было постоянно ухаживать, проводя чистку труб и ремонт механического насоса, а переселенцы не занимались его техническим обслуживанием, то он перестал функционировать, после чего последние даже убрали и сам насос и завалили место камнями.

В 1980-х годах, когда в Сухуме были сбои в снабжении водопроводной водой, к наследникам Лефтера обратился Михаил Илиади с идеей восстановить работу источника. Он просил предоставить ему техническую документацию и чертежи, но после выселения семьи в 1949 году, таких бумаг не сохранилось. Тем не менее, необходимость в получении воды оставалась, но в конце восьмидесятых, когда основная масса греков, наконец, получила возможность переезда в Грецию, эта идея потеряла всякий смысл.

Сегодня больше нет источника Лефтера в дорогом сердцу каждого сухумчанина городе, но он остается в памяти людей, в его истории.

С особым теплом источник Лефтера упоминает в книге своих воспоминаний о городе «Жил-был абхазский мальчик» абхазский писатель Георгий Гулия, описывая свои молодые годы и Сухум того времени, в котором жило так много греков...

Многие старожилы, встречая потомков Лефтера и сегодня вспоминают с благодарностью их предка, вспоминают «Соук су», вспоминают «Ти Лефтэр то нэрон», «ти Лефтэр то пегад», «Лефтэр суи», «ти Лефтэр то крион то нэрон» – «Холодную воду Лефтера»… Эти фразы неписанными строками внеслись в жизнь города Сухум, стали неотъемлемой частью его истории…

(Опубликовано: "Греческий Сухумский вестник", № 3, приложение к газете "Афинский курьер" от 2027.03.2009.)

_____________________________________________________


Ο ΕΛΛΗΝΙΣΜΟΣ ΣΤΟ ΣΟΧΟΥΜ ΑΠΟ ΤΑ ΑΡΧΑΙΑ ΧΡΟΝΙΑ ΜΕΧΡΙ ΣΗΜΕΡΑ

s0_obl

s1_ok

s2_ok

s3_ok

s4_ok

s5_ok

s6_ok

s7_ok

 


Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика