Руслан Агуажба (Гожба)

(Источник фото: http://sputnik-abkhazia.ru.)

Об авторе

Агуажба (Гожба) Руслан Хаджаратович
(29.VIII.1949, г. Ашхабад)
Историк, публицист. Окончил Гудаутскую абх. СШ № 3 им. Н. А. Лакоба. В1973 завершил учёбу в Моск. лит. ин-те им. А. М. Горького. В 1973–1975 служил в ВМФ. В 1975 начал работать в Абх. гос. музее, в отделе истории. В 1970 поддерживал широкую связь с пред. абх. диаспоры, проживающими в Турции, Сирии, Иордании, странах Европы. По истории и культуре заруб. диаспоры им опубликован ряд ст. и др. материалов на абх. и русском яз. Являясь н. с. отдела истории АбИГИ им. Д. И. Гулиа, работает в обл. источниковедения, истории Абх. XIX–XX вв. и по теме «Абхазская диаспора». Г. принимал активное участие в нац.-освоб. движении, в деятельности НФА «Айдгылара», созданного в 1988. Его подпись стоит под знаменитым Абх. письмом «ста тридцати» (1977).
Соч.: Абхазия и абхазы в российской периодике. Книга 1. Сухум, 2005 (соавт.); Абхазия и абхазы в российской периодике. Книга 2. Сухум, 2008 (соавт.); Абхазия: документы и материалы (1917–1921). Сухум, 2009; Героические сказания абхазского народа. Сухум, 2001 (абх. яз.); Из истории Кавказской диаспоры: абхазы, убыхи… (Историко-литературное эссе). Сухум, 2014.
(В. К. Зантариа / Абхазский биографический словарь. 2015.)





Руслан Агуажба (Гожба)

Статьи:


К ИСТОРИИ МОРЕХОДСТВА У АБХАЗОВ: МИФОЛОГИЯ, ФОЛЬКЛОР, ИСТОРИЯ

«И море и горы едины...»
Абхазская народная мудрость

Абхазский язык, мифология, устная народная литература и по сей день представляют собой перед исследователями богатый и бесценный материал. Иногда кажется странным, что многое, что вроде бы лежит на самой поверхности, не сразу бросается в глаза.

В абхазской мифологии значительное место уделено всемирному потопу, постройке Ноева ковчега, плаванию по огромному морю и, что интересно, сюжеты совпадают с библейскими, но есть в преданиях отдельные элементы, позволяющие говорить о добиблейских истоках этого сюжета, и в дальнейшем его изначальные корни ученым предстоит искать на Западном Кавказе. В этих мифах очень много интересных сведений, которые память народа через тысячелетия донесла до нашего времени. Именно в них встречается один из древнейших сюжетов абхазской мифологии о постройке корабля для того, чтобы спасти все живое, интересно, что великан, которого Ныхв-пророк (Ныҳә ԥааимбар) привлекает к постройке судна, так огромен, что вода в море достигает ему до колена, а пойманную рыбу он жарит на солнце, подняв ее высоко над головой.

Абхазы и по сей почитают ласточку, считая ее птицей, приносящей счастье. История эта восходит к Ноеву ковчегу, когда ковчег Ныхва-пророка в плавании по огромному, бескрайнему морю дал течь, то змей своим хвостом закрыл дыру, которую до этого времени прогрызла мышь. В благодарность за это Ныхв-пророк обещал исполнить любое желание змеи. Когда после сорока дней плавания ковчег благополучно пристал к горам Кавказа, то змей попросил в награду человеческое мясо. К Всевышнему с этой просьбой были посланы ласточка и жук. В пути ласточка попросила жука показать язык.

Он раскрыл рот, и ласточка вырвала ему язык, он мог произносить только «бж-бж». Прибыв к Создателю, ласточка сообщила, что змей за спасение ковчега попросил мясо лягушек, что и было исполнено. Разгневанный змей бросился на ласточку, но она ускользнула от него, при этом он успел вырвать у нее середину хвоста. Вот почему у ласточки раздвоенный хвост.

Другое предание гласит: «Когда Ныхв-пророк собрал всех животных по паре, то буйволу и буйволице не хватило места, тогда Ныхв попросил Бога сохранить миру буйволов. Бог внял совету и дал буйволу силу и разум для того, чтобы они плыли за ковчегом. Вот почему и сегодня буйвол не имеет среди животных равного в плавании. (Следует отметить, что буйволами Нартов считались зубры). Рассказывают также, что буйволы во время выселения абхазов в XIX веке плыли за кораблями и возвращались обратно.

По мифологическим воззрениям камбала плоская оттого, что Ева сидела и ела камбалу, как к ней явился пророк и сообщил, что Иисус воскрес. Она ответила, если Иисус воскрес, то пусть и эта камбала воскреснет. Рыба воскресла и ее отпустили в воду, но т. к. часть ее была съедена, и поэтому камбала с тех пор плоская.

Надо отметить, что по древнейшим воззрениям абхазов «основа Вселенной, бык, стоит на спине огромной рыбы. А рыба неподвижно стоит в середине моря».

Старинное абхазское предание гласит: «Мир, обитаемый людьми, состоит из трех частей: верхней, средней и нижней. Мы, жители средней части Вселенной, поэтому у нас поясница в средней части нашего тела: у тех же, которые живут выше нас, это часть тела находится возле шеи, а у нижних жителей у самих ног. Люди, живущие под нашими ногами (антиподы), над собой видят морское дно, заключенное в громадный прозрачный сосуд и освещающий их страну подобно солнцу. В самом подземном мире находится кит (огромная рыба), на спине которого утверждены рога. На эти рога опирается земля, а море по абхазским поверьям не увеличивается потому, что в середине моря находится огромная дыра. Под землею от этой дыры идут огромные каналы на далекое расстояние. Вода под землей, пройдя огромное расстояние, пробивается наружу, на поверхность земли, а потом уже по склону стекает вниз. Потому то вода в море не увеличивается, ибо, сколько не приносит река, столько и поднимается по подземным каналам, где и образуются реки.

В космогонических, древнейших воззрениях абхазов первой молодой месяц видит рыба через его отражение в море, второй собака и лишь потом человек.

Абхазы рассказывают, что Всевышний по приближении весны отрывает от солнца небольшой кусочек и бросает в море. Глубь моря начинает закипать и от этого возникает тепло и приходит весна.

В одном из преданий говорится, что в древности было в Апсны великое наводнение, море вышло из берегов и затопило все. Абхазы были вынуждены покинуть родину и уйти далеко. Прошло время. Люди решили вернуться на родину, т. к. вода должна была уже сойти. Но никак не могли найти дорогу обратно. Тут внезапно появился журавль, он медленно полетел впереди народа, указывая путь на родину. Время от времени он приостанавливал свой полет, чтобы люди могли его видеть. Так журавль, после великого наводнения, и вернул наш народ в Апсны, и поэтому абхазы в древности почитали и не убивали журавлей.

В одном из абхазских мифов встречается очень интересный эпизод, как «корова, задние ноги которой упираются о берег Черного моря, голова ее нависает над высокогорными пастбищами Кавказа, где она ест траву. Изредка эта корова поворачивает голову и пьет воду Черного моря».

В абхазском эпосе – адау-великан, которого в единоборстве побеждает Абраскил, имел такую огромную бороду, что забрасывал ее в море, словно рыбацкую сеть и рыба запутывалась в бороде. Затем адау вытаскивал бороду из моря, сушил ее, одновременно поджаривал пойманную рыбу на солнце, затем питался ею.

Профессор А. Н. Грен в своем труде отмечает: «Главных божеств у абхазцев три – Бог Земли, Бог Моря и Бог Неба.

Море также имеет у абхазцев своего бога Хаита, причем приходится сравнивать это имя с названием армянского эпонима Хайка и с названием знаменитого народа хиттитов. На дне моря у Хаита имеется великолепный дворец и при нем свита из 12-ти мальчиков утопленников. Последнее доказывает, что у абхазцев происходили человеческие жертвоприношения морю детей мужского пола. Следовательно, также утопленники являлись поданными морского царства Хаита и по абхазским воззрениям не могли умереть, захлебнувшись в воде. Хаит же подстерегает людей, чтобы утопить. Как бог зла Хаит подобен персидскому Ариману и не бессмертен. Наступит день, когда освобожденный Абраскил перевернет мир, и тогда Хаит погибнет. В его царстве и море имеется дыра или провал, в которые втекают все реки с гор и по подземным каналам возвращаются обратно. Тут следует упомянуть, что абхазцы в древности не ели рыбы, полагая, что души усопших обращаются в рыб».

Здесь небезынтересно привести предание о том, как у рыб появились жабры. В древности абхазы ловили рыбу сетью. Вытащив рыбу на берег, отрывали им голову, чтобы дать душе выход из тела (чтобы душа не умирала с телом). Как-то пророк увидел, что абхаз отрывал рыбам головы и рассказал об этом Богу, мол, абхазы отрывают рыбам головы, чтобы душа не умирала с телом и, вылавливая много рыбы, они не успевали всем отрывать головы. После этого Бог наделил рыб жабрами, чтобы через них выходила душа».

Убыхи, шапсуги почитали богиню Хышхо-гуаща, олицетворявшую морскую стихию. Они представляли ее постоянно плавающей на рыбоподобном существе, напоминающем дельфина, которое назвали «Къдэс» и обожествляли, считали, что он покровительствует морям и их обитателям. Хышхо-гуаща охраняла Черное и Азовское (по-абх. «Азоу») моря. Почитание ее предотвращало выход воды из морских берегов.

Омар Бейгуаа в своем труде по абхазской мифологии пишет: «У абхазов с древнейших времен божествами моря, воды и дождя являются Дзиуауа, Дзар, Ашхуа Мекепсыс, Мшындау (ср. Ашерах – финикийская богиня моря; сирийская Ашер-Афродита – авт.).

Мшындау (Морской исполин) – слово абхазское. В греческой мифологии ему равнозначен Посейдон (Пос-ей-дау-н, у римлян – Нептун)». Морской исполин по-абхазски назывался еще – «Хәакьыц» – т.е. «Трезубец».

Ашхуа Мекепсыс – это морское божество. Считалось, что судьбы капитанов и кораблей в их руках. «Поклонявшиеся ему абхазские моряки были овеяны славой». Абхазские предания также подчеркивают, что «на море у абхазов не было соперников» – «амшынаҿы аԥсуа уаҩытәыҩса дихәамызт». В одном из древних преданий, которое рассказывали во дворце владетелей Абхазии, говорилось, что «в глубокой древности, землю абхазов, которую им даровал Всевышний, невозможно было пройти пешком, а можно было только обойти морем. Нынешняя Апсны – это только ее небольшая часть».

Название морской ладьи, на которой абхазы в древности совершали набеги и путешествия, носило название «Ашхуа» – по древнеабхазским сказаниям, когда впервые строили судно, то в качестве основы взяли киль птицы – по-абхазски «ашхәа», поэтому и судна носили данное название. По-видимому, скелет птицы был использован древними абхазами в качестве модели лодки, и не случайно «аԥра» – «парус» значит «парить», «летать»; весло звучит как «ажәҩа» – «крыло», «нос лодки» – «аԥықә» – «клюв», «шпангоуты» – «авакьыц» – «ребра»…

Священный Коран подтверждает эти сведения: «Нух никак не мог решить какую форму придать будущему кораблю. И Бог послал пророку откровение соорудить его в виде птицы: с головой как у павлина, с глазами как у орла, с грудью как у голубя, с хвостом как у петуха».

В абхазском мифе говорится, что «корабль вначале принадлежал ангелам, люди впервые увидели его и переняли во время битв ангелов с нечистой силой. Это случилось так: когда Бог сотворил дьявола, то он вышел из повиновения. Тогда Создатель решил отправить на землю ангелов на корабле, чтобы уничтожить нечисть. В Апсны направился на корабле ангел Ноу. Он остановился возле реки Мчишь, где была пещера, через которую можно было попасть на Северный Кавказ». Ангелы с помощью людей победили нечисть, и корабль люди стали строить по подобию судна, на котором спустился с неба ангел Ноу.

Древнейшие сказания о Кавказе гласят, что «пришелец, называемый Гушенком, сидя на двенадцатиногом вороном коне напал на дивов. С вершины скатилась скала и убила Гушенка и его коня, а конь был похож на корабль с двенадцатью веслами».

Что Кавказ был островом, и последнее соединение Черного и Азовского морей произошло 6-7 тысяч лет назад, косвенно подтверждает самоназвание черкесов – «адыге», как считают некоторые ученые, корень этого слова «ада» переводится как «остров».

По всей Абхазии, начиная от реки Соча-пста и до реки Егры, в преданиях абхазов говорится о Ноевом ковчеге, мачте корабля, якорях, которые издревле лежат в наших горах, являясь, видимо, свидетельством тому, что Ноев ковчег пристал к побережью Апсны.

Как жители семи древнегреческих городов спорили о родине Гомера, так и жители древней Апсны, в каждой из своих семи областей указывали на то, что в их части, в горах Абхазии, находится ковчег Ныхв-пророка. Одним из вероятных мест является высочайшая вершина – Иарцаху, которая считается священной. Юноша, поднявшийся туда становится старцем, а старику возвращается молодость, если он там побывает. Абхазы считают, что именно с этой горы Иарцаху пошло все человечество. В местности Нарчхьоу, возле г. Ткуарчал, есть топоним «Aҕбаҿаҳәара» – «Место прикола кораблей», где по свидетельствам старожилов стоял железный столб и лежал якорь. На горе Ах-ибаху есть топоним «Аҕбаҭахара» – «Место гибели кораблей», там находятся останки корабля. На горе Чапшыра находится корабль с мачтой, он уже засыпан камнями и гравием. «На горе Иапсха находятся останки корабля...». Известный исследователь Абхазии и Черноморского побережья Кавказа В. Чернявский в 1881 г. писал: «Жители Абхазии и Джигетии указывали мне в горах бассейна реки Псоу явление для них загадочное: остатки морского судна, кажется, вроде кочермы и якорь, лежащие на вершины самой высокой горы. Подобные остатки судов и кочерм указывались в землях шапсугов и других черкесских племен».

Абхазский ученый С. Л. Зухба в своей статье «Абхазские легенды с мотивами потопа (провал)» сообщает: «О том, что Ноев ковчег, его останки находятся на г. Иарцаху или Хаг говорят многие и подтверждают, «это мы видели своими глазами». В 1972 г. в Гагрском районе в с. Бзыпта Канджариа Нестор Зафасович рассказывал: «Когда переходишь перевал Хаг, то котел, в котором мы готовим пищу, должен быть обязательно закрыт крышкой, иначе перевал не перейдешь. Если будешь переходить перевал, и котел не будет прикрыт, то наступит ненастье и ливень зарядит на неделю. В этом месте я видел останки корабля, они сейчас находятся под снегом (ледником) и на полтора метра торчат из него».

Сказатель из с. Бзыпта Барцыц Джамфер рассказывал: «Сорок лет тому назад я видел мачту корабля на горе Хаг. И сейчас если возьмусь за дело, то найду это место».

«На горе Ахал-ибаху находятся останки корабля. Туда поднимался наш брат, Малиа Щахан. Он заинтересовался рассказами и поднялся туда, где и увидел останки корабля», – рассказывал житель села Аацы Малиа Армониа. Среди абхазов и по сей день много свидетелей, указывающих в абхазских горах место, где лежат останки корабля, и убежденных в этом, а также свидетелей, утверждающих, что видели останки кораблей, но второй раз их не суждено видеть. Другие так живо, подробно и обстоятельно рассказывают, что видели обломки корабля во время охоты в горах и вложили в ружье на память кусочек металла». «Мачта корабля, – рассказывал старый Хараз Авидзба, – лежит на горе Гыбжы ахра».

Что интересно, подобно пантеонам Ныхв-пааимбара в Абхазии до сегодняшнего дня сохранился пантеон Прометея – на плато Арба рхуы (Гагрский район), возле пещеры «Зоу ихаԥы» или «Жакьа ду дахьҭаҿахәоу» – «Там, где прикован Длиннобородый», на громадном камне-скале сохранилась фреска Прометея. Вокруг пантеона в виде солярных знаков выложены валуны.

Омар Бейгуаа в своих исследованиях отмечает, что «Ашын – первое абхазское название Черного моря», что «кавказские Асги (Хениокхи – абхазы) в своих наиболее древних преданиях упоминают о пересечении Черного моря. Они называют это море – А-шын = вышеупомянутое море. М-шын = большое (великое) море, А-м-шын = самое великое море. Эти названия звучат по-гречески Ахейне = Ахинее = Эухэниэ, Океан; по адыгски Ахын, по-скифски Ахшиан; по-шумерски и по-хеттски – Аруна/Бог моря). Хениокхи (абхазы) были господствующими в этом месте пиратами и знали его лучше других».

«Ахыном мы называем Черное море», – говорят адыгские легенды. По этим же преданиям «Ахын – могучий и несравненный» происходит из басхагов – абхазского племени.

Публий Овидий Назон в своих «Письмах с Понта» так описывает грозных Хениокхов (гениохов) и Ахейцев (древнеабхазские этнические группы, поморяне), державшие в страхе весь Понт (Черное море):

Лютый едва ли Циклоп превзошел зверства Пиакха
Нам же одним ли Пиакх дикой расправой грозит!
Воюют неистово псы у чресел чудовищной Скиллы –
Но гениохский пират для морехода страшней.
Трижды воду хлебнет и трижды извергнет Харибда,
Но не равняйте ее с грозной ахейской ордой.
Хоть и вольготней ордам по правому рыскать приморью,
Все же левый берег не безопасен от них.

«Племена ахейцев и зигов, северные соседи гениохов, – пишет А.Б. Снисаренко в своем исследовании «Властители античных морей», – это были племена пиратов – профессионалов. Слава их была... ужасна... от Фасиса до Синдской гавани ни одно судно не могло чувствовать себя в безопасности, – это бесспорный факт. Мореходам угрожали не сколько опасности природные, сколько исходящие от себя подобных».

Известный географ античности Страбон (63 г. дон. э. – 23 г. н.э.) в своих описаниях отмечал, что «Хениокхи и все прибрежные жители – ахеи, зиги занимаются морским разбоем; на небольших и легких ладьях, вмещающих от 25-ти до 30-ти человек, хениокхи выходили в открытое море, нападали на грузовые суда, на прибрежные села и даже города. Словом господствовали на кавказском побережье; особенно страдали от их нападений жители южных областей...

Вернувшись из морского похода к родным берегам хениокхи взваливали на плечи свои камары (ср. абх. «амар» – «челнок»), так называли древние греки их ладьи и уносили их в леса, где занимались земледелием, пока не наступит период набегов...» Между прочим, Помпей отмечает, что гениокхи ко всему еще и «страшные наездники».

Французский консул в Тифлисе Гамба в 1824 г., не смея выйти на западном побережье Абхазии, отмечал, что «эта часть Абхазии, где расположена бухта, не признает правительства назначенного Россией и как во времена Страбона, эти племена живут морским разбоем и грабежами. Поэтому нам невозможно было сойти на берег».

Здесь надо подчеркнуть, что Кавказ издревле было одним из поставщиков меди на мировой рынок, об этом свидетельствуют богатые майкопская и колхидская культуры; древнейшие рудники по добыче меди в верховьях р. Бзыбь, и датирующие концом XII тыс. до н.э. Единственная транзитная дорога шла морским путем. Как отвечает Эдмон де Молин, «колхидские пеласги переселялись из Колхиды морским путем, основывая на западных берегах в аллювиальных долинах земледельческие поселения, из которых образовалась плодоводческая земледельческая цивилизация. Расселяясь, в основном, в бассейне Средиземноморья, они заложили основы всей западной цивилизации».

«Торговля, – отмечают Л. Н. Соловьев и К. М. Тешев, – как сейчас установлено, совершалась каботажным путем через проливы и далее по западным и северным берегам Черного моря. Путь через проливы контролировался троянцами, и торговля, несомненно, происходила при их участии. Это были не кратковременные эпизодические связи, т. к. они оказывали огромное влияние на весь строй материальной культуры Абхазского побережья в эпоху неолита и ранней бронзы...». Троянские войны, как отмечают некоторые ученые, возникли «между кавказскими народами», блокировавшими морские пути. Не случайно, видимо, на помощь осажденной Трое «с далекого Понта явились амазонки во главе со своей царицей Пенфесилией». На связь Эгеиды и Кавказа обратил внимание еще В. Брюсов в своей замечательной обширной лекции «Учителя учителей»: «Вполне возможно, что троянско-эгейский царевич Парис, когда похитил Елену Прекрасную из дворца отсутствующего царя Менелая, был подпоясан таким же поясом, какие носили яфетидские вельможи на отдаленном Кавказе».

«...Тронская война, – отмечают ученые, – конечно не велась единственно за прекрасную Елену... Она велась, очевидно, за свободу прохода на кораблях в Черное море, к берегам обширного скифо-кавказского мира. В этом удостоверяет нас то, что по всем сказаниям древности, эта война случилась после похода аргонавтов в Колхиду».

В те далекие времена, по-видимому, кавказская цивилизация была выше древнегреческой, это одним из первых подметил первый автор абхазского алфавита, виднейший кавказовед П. К. Услар: «Оставляя в стороне фантастические рассказы о колхах, находим положительные доказательства их цивилизации. Классики хвалят их гостеприимство, пособие, которое они оказывали потерпевшим кораблекрушение у их берегов, причем выдаваемы были путникам деньги для дальнейшего пути; сохранилось воспоминание о колхском философе Марсиале; рассказывают, что в Колхиде по дорогам расставлены были каменные таблицы, на которых, для сведения путешественников объяснены были направления путей и расположения ночлегов. Эти особенности, как совершенно чуждые грекам, возбуждали их внимание, но нет сомнения, что они подсмотрели одни лишь уцелевшие остатки цивилизации, находившиеся уже в состоянии полного упадка».

Еще в 20-х годах XIX столетия абхазские старцы рассказывали генералу Бебутову Василию Осиповичу, что в Сухуме и его окрестностях от р. Баслы до р. Келасур «был когда-то большой город, который занимал все окрестности и ущелье, что жители были так богаты, что у них стаканы, тарелки, подносы и прочее были все золотые. В какой мере это достоверно – неизвестно, но, во всяком случае, предание это свидетельствует о богатстве края и о том золоте, о котором упоминают древние, описывая восточные берега Черного моря, вообще».

Э. Реклю указывает на другой водный путь, по которому развивались торговые отношения: «имеются серьезные указания на то, что существовала правильная торговля между Кавказом и берегом» Балтийского моря, через посредство ос-сов, может быть азов, переселившихся затем в Скандинавию...» (Аз=Ас, как считает Омар Бейгуаа, является изначальным названием абхазов в древности; «Аз» – так абхазов и шапсугов называли адыги).

Л. И. Лавров, говоря о мегалитической культуре народов Западного Кавказа, отмечает: «Появление дольменов на Кавказе нельзя объяснить иначе, как следствие далеких морских экспедиций кавказских народов на рубеже неолита и раннеметаллической эпохи».

Тур Хейердал в своей замечательной книге «Древний человек и океан» пишет: «Продвигаясь по обширнейшей инкской империи, испанцы встречали огромные мегалитические сооружения доинского происхождения, которые были заброшены за много веков до Колумба и обратились в развалины. Один из наиболее замечательных образцов мегалитического зодчества Нового Света находится в Винаке, между Куско и океаном. Испанский хронист Сиеса де Леон писал: «Когда спрашиваешь индейцев, кто соорудил эти древние памятники, они отмечают, что строителями были белые бородатые люди вроде вас самих, которые пришли в эти места за много столетий до правления инков и обосновались здесь».

Один из самых загадочных, и ныне исчезнувших народов гуанчи, живших на Канарских островах, по исследованиям «представляли собой смешанный народ, соединяющий кавказоидные и негроидные элементы при разной степени преобладания того или иного на разных островах». Очевидно, что были выбросы кавказского (белого) населения, и они, совершая миграции через Атлантику, несли свою более высокую культуру жителям Нового Света в доисторические времена. И поэтому Тур Хейердал отмечает: «Примечательно, что как в Шумере, так и в Египте мифических богов и полубогов описывали и изображали в качестве мореплавателей на бунтовых судах. Это касается не только бога вод, но и бога Солнца, птицечеловеков, божеств с львиными головами и прочих сверхъестественных созданий, с которыми египетские и шумерские династии связывали свое происхождение и которые изображены на фресках, рельефах, папирусах и печати. Первые исторические легенды повествуют о морском судне, достаточно большом, чтобы спасти людей и скот от ярости потопа. Пять тысяч лет назад шумерские писцы приписывали другим изобретение кораблей. Судостроение и мореплавание в ту пору явно рассматривалось как наследие, полученное предками от богов в дошумерские времена...». Здесь явно чувствуется несомненная связь с западно-кавказскими мифами о потопе и изобретении корабля, о чем мы говорили выше.

В связи с этим А. Асов в своей работе о кавказской цивилизации отмечает: «Легенды о переселении предков адыгов из этого Аввалона-Вавилона в Египет, а из Египта на Кавказ, в сущности, являются отголоском древней колонизации атлантами Причерноморья и Кавказа. И поэтому мы вправе говорить и об американо-атлантидской колонизации и искать родство абхазо-адыгов с североамериканскими ацтеками и т. д. «Еще четче подчеркивает другой автор: «Посланники главной працивилизации, располагавшейся здесь, на берегу Черного моря, создали по всему миру дочерние центры знаний и культуры... Именно {кавказские} посланники обучили людей земледелию, астрономии, календарю и письменности, математике и искусству, ремеслу и строительству. Во все концы света распространила кавказская суперцивилизация свои достижения, посылая своих жрецов посвященных, которые стали для {остальных} людей богами, ибо уровень их цивилизации для человечества был поистине божественным...

Отсюда с {кавказского} побережья были направлены экспедиции и на Урал, и в Тибет, и на Ближний Восток, одним словом во все части света».

Очень интересна история происхождения скандинавских народов и их связь с Кавказом. Обратимся вновь к Туру Хейердалу: «Сохранность саг, в которых запечатлены древнейшие воспоминания народа, Норвегия обязана потомкам тех, кто бежал в Исландию более тысячи лет назад. Норвежские саги были тщательно записаны латинскими буквами на пергаменте после официального введения христианства в Исландии в 1000 г. и образовали основу скандинавской литературы в века, предшествующие плаваниям Колумба. С принятием латинского алфавита было оставлено и забыто исконное норвежское письмо – руны. «Сага об Инглингах», посвященная начаткам норвежской истории и первоначальному заселению Скандинавии, была записана ученым-исландцем Стурлусоном. Обнаруживая основательное знание географии, автор предания о происхождении и миграциях первых скандинавских правителей помещает исконную родину этих полубогов у восточных берегов Черного моря, на границе Азии и Европы. На территории Прикавказья, от реки Дона до северо-восточной Турции, говорит сага, жили древние норвежцы, управляемые династией Инглингов. В те времена они подверглись натиску бесчинствующих римских легионов, и бегство было единственным способом уцелеть. Снори подробно описывает странствие через Европу, переход из Сакеланда (Саксония) в Данию, Швецию и Норвегию». Далее автор сообщает: «Древнейшая родина викингов неизвестна. Разумеется, они в Скандинавии – пришельцы. Большинство ученых полагает, что они пришли туда по суше или приплыли по великим русским рекам откуда-то с Кавказа. В пользу такой версии говорят записанные Снори в XIII веке исторические предания, по которым родиной первого сохранившегося в народной памяти норвежского вождя было Причерноморье, к востоку от Дона. Оттуда и впрямь нетрудно подняться по рекам, преодолевая небольшие волоки, до Балтийского моря и Скандинавии. И уже совершено точно, что после принятия христианства норвежские викинги быстро проложили обратный путь в святую землю через Черное море и пролив Босфор. По Снорри, вождя викингов, приведшего свой народ на север из Причерноморья, звали Одином; после его смерти он был возведен викингами в ранг бога. Владения Одина распространялись вплоть до Турции, пока, как говорит тот же Снорри, римские императоры не стали повсеместно наступать, покоряя все страны. Тогда-то великий пращур норманнских королей ушел со своим народом на север и заселил сперва Данию, потом Швецию и, наконец, Норвегию. Снорри называет три десятка королей и описывает их деяния, прежде чем настает очередь Хорфагера, создавшего в Норвегии единое королевство. Здесь мы вступаем на твердую историческую почву, так как объединение произошло в 872 г., в разгар наиболее бурной эпохи викингов». Не случайно про мифического оружейника Виланда, героя германских и скандинавских саг сказано в песне Ателунгов, что он научился своему мастерству у жителей Кавказских гор.

И что очень интересно, о связях Кавказа и Исландии говорит, хотя и косвенно, один небольшой, но очень интересный факт – это исследование д-ра Асеевой. См. «Группы крови у населения Абхазии» (1936 г.):

«Внешне абхазцы большей частью высокого роста, стройны, худощавы. Цвет лица смуглый, цвет волос – коричневый (шатены), по форме черепа долихоцефалы.

По схеме Стефана абхазцы относятся к восточно-атлантическому типу.

Сравнивая процентные отношения групп крови, установленные Гиршфельдом для различных народностей, с данными определения групп крови у абхазцев, мы должны прийти к заключению, что они занимают место около англичан и исландцев:

Англичане 0 = 51,0; А = 33,8; В = 11,2; АВ = 4,0; RB1 = 2,4
Исландцы 0 = 55,7; А = 32,1; В = 9,6; АВ = 26; RB1 = 2,8
Абхазцы 0 = 56,2; А = 30,3; В = 11,5; АВ = 2,0; RB1 = 2,3

Оттенберг разделил все народности на 6 антропологических типов, исходя из процентного соотношения всех групп крови и индекса каждой народности.

По схеме Отгенберга, мы должны отнести абхазцев к промежуточному Европейско-Азиатскому типу «0-А-В с индексом, близким к Европейскому типу».

Очень интересное сообщение по этому поводу получили мы в 1979 г. от известного спортсмена из Турецкой Республики Ашамба Орхана:

«Баски кровью и породой (костью) подобны нам абхазам. В газете было сообщение, что у басков группа крови -О-Р-Х. Мы исследовали с помощью специалистов группу крови в нашем, чисто абхазском селе, и оказалось, что у 90-95% населения группа крови -О-Р-Х. Отсюда видно, что баски и абхазы близки друг другу».

Вся жизнь абхаза непрерывно связана с морем, в языке есть такое понятие как «геи-шьхеи, «морская стихия и горы», оно нераздельно связано между собой в подсознании абхазского народа, ибо без гор и моря древний абхаз не мыслил своей жизни. О героях говорили одной строкой «Для него морская стихия и горы были едины»: или «он через море перебросил (соединил) золотой мост». В старинной «Песне Аирг» – покровителе воинов и моряков есть такие строки:

В небесах караулил,
В морских глубинах носился,
А на берегу пленил,
Юноша – черноволосый, белотелый...

Исторические данные и свидетельства летописцев сохранили ряд сообщений о том, как с моря нападали на Апсны. Так Г. К. Шамба во время археологических раскопок в с. Иашыра нашел древнегреческую надпись IV в. до н. э., где сообщалось о том, что тогда произошла «жестокая битва на море и суше». В с. Тамщ археологом Демуром Бжаниа была найдена керамическая модель судна с загнутым носом, датируемая VIII в. до н. э.

В середине IX века, трижды византийский император направлял на Абхазию свои войска, высаживая крупные морские десанты, и трижды они были уничтожены абхазскими войсками, в последней операции Византия потеряла 40 тысяч воинов, фактически, весь десант был уничтожен... В преданиях абхазов встречается такой факт: «отчего абхазы долгое время не употребляли в пищу морскую рыбу. Когда-то в старину, – как гласит предание, – греки высадили большое войско на берегах Апсны. В сражении с обеих сторон пало очень много воинов. Абхазов погибло на берегу до 40 тысяч... И после этого народ в память о погибших не употреблял в пищу морскую рыбу». Кстати, названия морских рыб в абхазском языке исконные.

По сведениям древних авторов Черное море не раз замерзало. Это также нашло отражение в морской мифологии.

Белый бык, с золочеными рогами, выходил из моря и являлся к Илорскому святилищу в день праздника св. Георгия. Последний раз этот случай произошел в середине XIX века.

Характерной особенностью абхазской мифологии является то, что мотивы морской стихии, моря присутствуют в древних заговорах и песнях. Так, в одном из древних мифологических гимнов, посвященных Богам Оспы, звучат следующие слова:

«Через Черное море
Золотой мост
Мы просим взять
Нашу дорогую гостью
И всецело в невинном виде
Переправить через золотой мост
За Черное море».

В абхазской сказке «Женитьба трех братьев» рассказывается как младший брат, выполняя желание царя, «вышел к берегу моря и бросил в него одно из трех золотых колец и мост раскинулся до середины моря. Пройдя по мосту, юноша бросил еще одно кольцо и взмахнул рукой, у моста возникли опоры, и он перекинулся через все море. Затем он бросил с моста последнее кольцо, и мост стал золотым. Золотой мост перекинулся через море».

Во многих семьях и по сей день, совершают моления в честь «Ага-ныха» – «Божества моря», а в Бзыбской Абхазии, в роде Ампар сохранился священный ритуал – моление Богу моря – Ага-ныха или Ет-ных. Описание этого обряда встречается в дореволюционной литературе. Нами этот обряд записан со слов, светлой памяти, недавно ушедшего из жизни Тариэла Ампар. Ниже приводим текст легенды:

«В глубокой древности род Ампар проживал в Риапще. Эта холмистая местность расположена между Мысра и Лдзаа, там, где река Ахвта впадает в море. Само поселение было расположено на высоком холме. В Риапще наш род проживал издревле, но сейчас там никто не живет, все Ампары проживают в основном в Калдахуаре. В те далекие времена Ампары совершали один обряд, моление, о котором я хочу рассказать. Вот что происходило ежегодно: в одно и то же время, осенью море начинало бурлить и становиться иссиня-зловещим, над ним появлялось темное облако, все вокруг содрогалось от грома и молний, и в это время море выходило из берегов, захлестывало береговую кромку и губило людей. Проживавшие там, по наитию Всевышнего или по совету прорицательницы, чтобы спасти и уберечь себя от грозной стихии стали приносить в жертву морю девушку и овцу. С той поры каждый двор Ампаров, каждая абиԥара (патронимия) вынуждены были осенью приводить туда, к берегу моря, семнадцатилетнюю девушку из своей семьи и овцу. Девушку приводили сюда, на берег моря, следующим образом. На высоком морском берегу, куда доходили разъяренные морские волны, стоял дуб. Ее приводили к этому дереву и оттуда, с этого места отдавали морю. Но в конце, когда погибло село Ампаровых, как рассказывали старики, произошло следующее: В один год пришла очередь одного мужчины из рода Ампар отдавать в жертву свою единственную дочь. Он стал собираться с дочерью в Риапщ, с целью отдать ее в жертву морю. Туда он отправился на араще – отменном скакуне. С моря приходило большое темное облако, уносившее девушку и отец единственной дочери решил не отдавать свое дитя и сразиться с приходившим со стороны моря черным облаком. Тогда он обратился к дочери: «Помоги мне, я не могу один справиться с облаком». Та ответила ему: «Что для этого надо?» Отец сказал: «Мне нужно вот что. Раз предстоит сразиться с облаком, то на это уйдет ни день и ни два, мне нужен запас свечей». Было приготовлено много свечей, их хватило бы не на день-два, а на неделю и более. Затем, оседлав араща, взяв свечи и вооружившись, отец вместе с дочерью направились к берегу моря, где стоял дуб, и где род Ампар ежегодно отдавал в жертву морю своих дочерей. Они прибыли туда и разместились. Как только начало смеркаться, море забурлило и вдали появилось набухшее темное зловещее облако, которое направилось прямо к сидевшим. Отец мгновенно схватил лежащие наготове лук со стрелами и вступил в сражение с грозной силой. Эта битва длилась ни день и не два... Когда у него иссякали стрелы, дочка подносила их отцу. Она с зажженной свечой не отходила от отца, освещая ему сражение. Схватка продолжалась неделю. В самом конце, когда у него осталась одна стрела, он послал ее в темное облако, и как рассказывают старики, последней стрелой убил грозное темное облако; и все море потемнело от крови; в это время засверкали молнии, загремел гром, и земля в этом месте провалилась. Когда произошел обвал, то в живых осталась одна единственная девушка. Говорят, что эта девушка понесла в себе ребёнка от Всевышнего, от моря. Там, где был провал, заблистала морская гладь и, говорят, что из глубины долго слышался крик петуха. Весь нынешний род Ампар идет от этой девушки.

Другие говорят иначе, что одна невестка рода Ампар, из фамилии Званба во время этой трагедии была в положении и гостила у родителей, у нее родился сын и от него идет весь род Ампар.

И вот с тех пор ежегодно осенью род Ампар совершает большое моление на морском берегу – Ага-ныха, поклоняется Богу моря».

Здесь надо отметить еще раз, что у абхазов очень развита космология, безусловно, без знания астрономии, карты звездного мира, нельзя было ориентироваться в дальних морских походах, зафиксировано свыше шестидесяти названий звезд и созвездий, приведем некоторые из них: «Амшынҳәа аиаҵәа – «Созвездие дельфина», «Адельфана» (ср. в древнегреческой мифологии, когда дельфин оказал Посейдону услугу в похищении прекрасной Амфитриты, Посейдон поместил дельфина в число небесных созвездий), «Бжь-ҩык аишьцәа» – «Семь братьев», «Аԥҟа» – «Созвездие лебедя», «Аиргь» – «Марс», «Сасрыҟәа ииаҵәа» – «Звезда нарта Сасрыкуа», «Нарҭаа рыиаҵәа» – «Созвездие Нартов», «Hapҭаa руаса рымҩа» – «Прогонная дорога нартских овец», «Жәлар ԥсы зхо рыиаҵәа» – «Созвездие Сохраняющее душу народа», «Сасрыҟәа лаша» – «Лучезарный Сасрыкуа», «Маршьанқәа рыиаҵәа» – «Созвездие Маршанов», «Нарҭаа ду рыиаҵәа ажәпа» – «Крупная звезда великих Нартов», «Жәеиԥшь ныха» – «Четырнадцать святынь», «Ар рымш» – «Дорога войска», «Млечный путь», «Гәнда лыиаҵәахә» – «Созвездие Гунды», «Асаҟа» – «Созвездие, подобное кресту», «Аишәахьча шьаԥраа», «Х-ҩеишьцәа» – «Три брата», «Асырҭы» шьапы» – «Ножка от ткацкого станка», «Шьаԥсахәпха», «Ца шьаҟа», «Акәапеи», «Мышәцәаҟьаҟьа», «Нацәышәахәа» – «Светящийся мизинец», «Жәырқь иаҵәа», «Џькиҕаҭлаа», «Еиҵәа заҵә» – «Полярная звезда», «Ашәарах рыиаҵәа», «Амҩақәцәа рыиаҵәа» – «Созвездие путников».... И, наверное, по этим созвездиям, как гласит легенда, «один абхаз в старину морем отправился в Грецию (по абх. Елын, Елынтәыла.), где при дворе императора обучался его сын. Прибыв в Грецию, он увидел там известного оратора и мудреца. Восхищенный его мудростью, абхаз, вернувшись на родину назвал своего родившегося племянника Дамеем, в честь знаменитого греческого философа».

У абхазов в старину были специальные планшеты (axсаалаҭра), в которых хранились навигационные карты с указанием морских путей.

В средневековье многочисленные документы сообщают о грозных морских набегах абхазов на Османскую империю: боем с моря захватывались крепости, отбиралась султанская казна, брали пленных, оружие; не случайно, видимо, сильный ветер на восточном побережье Черного моря носит название «Абаза». Боевые флотилии (по абх. ашхәар) абхазов состояли из десятки судов, вмещавших 50, 100, 200, 300 человек; суда имели глубокое дно, чтобы держать пленных и с высоким килем, который завершался головой животного, часто змея, собаки или волка; назывались они: «ашхәа», «амар», «хечапа», «маттавар»... В боевые походы иногда шли вместе с черкесами или донскими казаками, в сказаниях последних сохранились сведения о совместных походах абхазов и казаков на Турцию. Интересно, что после успешного морского похода казаки всегда останавливались у Пицунды, где приносили богатые дары к алтарю Пицундского храма. «Мухитулмаарйф» – «Турецкая энциклопедия» отмечает: «В мореходстве абхазы славились бесстрашием и мастерством. Пиратство было сильно развито у абхазов вплоть до самого недавнего времени. Когда Феррух-паша был губернатором Анапы, и абхазы приобщились к исламу, то все же несмотря на это они продолжали непрерывно и активно пиратствовать на море и грабить морские суда. Во времена султана Махмуда II для защиты торговых судов Оттоманской империи от абхазских корсаров, по рекомендации правителя Трапезонда Хасана-паши, принимались меры предосторожности: всем капитанам торговых судов обязывалось, прежде чем проходить мимо абхазского побережья, зайти в Анапу (где тогда стоял турецкий гарнизон – авт.), чтобы получить лоцманов и охрану из боевых судов для защиты нападений со стороны абхазов».

На мачтах боевых кораблей абхазских корсаров гордо реяло, наводя ужас и панику у противника, красное знамя с изображением левой серебристой длани, иногда развевался флаг небесно-голубого цвета с изображением солнца, луны и семи звезд.

По известию византийского историка Лаоника Халькокондила, описывающего события от 1298 до 1463 г. г. «зихские пираты под предводительством Артабила в 1458 г. захватили Трапезунд, убили греческого императора, его сына и 300 подданных и совершили грабительский рейд вглубь трапезундской империи». С. Хотко, комментируя это сообщение, отмечает, что «имя пиратского адмирала Артабил – следует сопоставить с этнонимом «Арт», покрывавшим одно из подразделений Абаза, к югу от садзов».

Абхазы – зихов и убыхов считали чистокровными абхазами «Ҳa ҳзахәуақәоуп – ҳaԥсыуа цқьоуп», «аубыхқәа аԥсыуамзи, дад, амҳаџьырра иамгеи!», – «Мы зихи – чистокровные абхазы», «убыхи, дад, это абхазы, их унесло (за море) махаджирство!» – так говорили об убыхах и зихах старые, видавшие виды абхазы.

Обратимся к турецким источникам: «... но абхазцы и другие начали наносить ущерб стране. ... В рамазане (24 мая – 26 июня) 1560 г. флот из 15 гребных судов напал на Гонийскую крепость. Враги (абхазы) дали большое сражение, перебили много людей и вернулись обратно».

«Каждую весну приходит Абаза и разоряет вилайет Гуриели. Сообщаешь, что и сейчас Абаза напал на вилайет Гуриели и разорил. Также сообщаешь, что они готовятся напасть на наш край». (Батумский санджак – авт.).

«Через некоторое время абхазы на четырех судах напали на окрестности Архаве (нынешняя Турция – авт.) полностью разорили и увели в плен 47 человек» – 1571 г.

«Кроме того, абхазы на двух судах напали на деревне Макриал (современная Турция – авт.) и разграбили её» – 1571 г.

В XVI и XVII вв. шла ожесточенная война абхазов с западногрузинскими владетелями; абхазы и черкесы часто вместе, сообща, выступали против общего врага. Вот свидетельство Марино Кавали – баила в Константинополе: в 50-е годы XVI века правитель Мегрелии Дадиан «много воюя со своими соседями-черкесами (абхазами – авт.) и потерпев от них немало поражений, отправился самолично в Константинополь просить помощи у турецкого султана и получить от него шесть галер; но эта помощь оказалась такого рода, что он, поняв свою зависимость от турок, которые больше причиняли ему вреда своей помощью, чем его неприятели, на следующий год заключил мир с черкесами (абхазами – авт.) и нашел, что с ними иметь дело лучше, чем с турками, потому что черкесам (также) нисколько не улыбалось вторжение в эти места турок, которые в скором времени обобрали бы его и подчинили себе и победителей побежденного».

Это подтверждают и османские дефтеры: «...Мингрельский князь прислал письмо. (Мятежный) Георгий Дадиани связался с абаза и черкесами, и абаза напали на Гурию. Они захватили суда моряков и имущества и готовы причинить ущерб мусульманам».

В 1704 г. Османская империя владела в Мингрелии крепостями Рухи и Анаклия. Дадиан поднял восстание против захватчиков и попросил помощи у абхазов. В сентябре 1704 г. кадий кутаисской казы (округа), специальным дефтером к османскому правительству сообщал, что «к восставшему на суше Дадиани» на море «присоединился абхаз». Мингрелы с суши, а абхазы с моря перекрыли сухопутные и морские коммуникации и осадили крепости Рухи и Анаклию и заставили турок сдаться. Арзахал военного коменданта Анаклии, посланный в Стамбул подтверждает эти сведения: «...(абхазы) днем и ночью нападали на суда, доставлявшие продовольствие нашим победоносным войскам... убили многих мусульман из-за веры, разграбили имущество, сожгли суда… Посланные наши суда с продовольствием были захвачены... Посланные нам зерно и продовольствие были уничтожены. Гяуры Дадиани на суше и неверные абхазы с моря устроили нападение... «Перекрыли все дороги. От беды не могли спастись даже на маленьких судах...».

Венецианский консул в Персии Винченцо ди Алессандро в своем донесении от 25 июля 1572 г. из гор. Конья рассказывает, что христиане-черкесы, прибыв на 24 кораблях, сожгли и разграбили на 300 миль отсюда все поселение побережья, разорили турецкие виноградники и перебили множество народа, а женщин увели в плен, забрав все имущество и товары, вследствие чего опасаются, как бы они не пришли в этот город (Конья). Из Трапезунды были снабжены 6 вооруженных галер для защиты этой местности с приказом от султана Селима не выходить из порта, но сторожить город, так как боялись, что черкесы еще больше увеличат число своих кораблей. Посол затем добавляет: «А мне было велено держать путь на Грузию и Черкесию, но из боязни тех корсаров я повернул обратно».

Как мы видим из источников, это были боевые ответные акции черкесских и абхазских военно-морских сил против Османской империи.

Набеги абхазов морем распространялись на все Анатолийское побережье Турции. Официальные турецкие документы той эпохи пестрят жалобами на «непокорный народ Абаза». Набеги производились вплоть до Стамбула и как пишут источники «и суда их (абхазов) бороздили воды Босфора».

К. Кудрявцев в своем труде по истории Абхазии отмечает: «В те времена абхазцы славились своими набегами и морскими разбоями, даже в такой стране каким являлся Кавказ и Малая Азия в XVII и XVIII веках. Топот коней лихих абхазских джигитов приводил в страх и трепет жителей всех соседних стран, а их мелкие суда бороздили воды Босфора, и смелость их набегов знало все Черноморское побережье. Они нападают, не разбирая, на горские, грузинские и на турецкие области».

Это подтверждают и абхазские предания, как рассказывают, абхазы на боевых судах переходили Черное море и входили в Босфор, где нападали на самый тогда фешенебельный и богатый район Стамбула – Ускюдар, а затем с богатой добычей возвращались в Апсны.

Иззет Айдамир в своем труде «Изгнание», посвященном Кавказу на основании турецких архивных источников сообщает: «... абхазцы на своих 17-ти метровых ичаба – судах контролировали все побережье, начиная от впадения реки Рион в Черное море до османского города Ризе.

Захватив пленных, абхазские пираты возвращались к себе. Таким пиратским вылазкам абхазцев турки не могли противопоставить ничего серьёзного. Лишь сочли полезным, чтобы наладить добрые отношения с Абхазией, назначить в 1578 году коренного сухумца-абхазца «Черкеза Хайдара» – «Абаза Хайдара» бейлербеем (наместником) Абхазии».

В это время в Османской империи прославились своими крупнейшими выступлениями против султанской власти и привилегированного сословия янычар абхазские военные начальники Высокой Порты. Одним из таковых был Абаза – Мехмет-паша, о котором его современник, историк Найма, с восхищением писал, «что он (Абаза-паша) вобрал в себя всю красоту рода мужского», в турецком народе о нем сложены песни и легенды. С 1618 по 1628 гг. Восточная Турция, включая и Анкару, подчинялась только ему, не признавая султана. Крупные соединения янычар, посланные против Абазы, неоднократно были разгромлены. Янычары дали ему прозвище «Абхазский шейх». Абаза-паша ввел при дворе султана моду (стиль) на абхазский манер. И после его казни в 1634 г. султан велел похоронить Абаза-пашу с султанскими почестями». «И весь город, и вся страна, – сообщает современник, – которые увидели и услыхали, изумившись великим удивлением, ибо никогда не слыхали от древних мужей и не читали в книгах, чтобы султан соорудил такую гробницу над могилою кого-либо, не происходящего из рода его...».

Другой военачальник Абаза Хасан-паша, узнав о том, что турками был подавлен абхазский мятеж «объединил вокруг себя визирей, 15 губернаторов и беев, Абаза-паша создал в Венгрии коалиционное правительство и организовал в Анатолии страшный мятеж, заявив султану: «Анатолия (Азиатская часть Турции) нам, а Румелия (европейская часть Турции) вам». В течение двух лет Абаза Хасан-паша разбивал османские войска и в 1658 г. погиб в результате предательства.

Здесь следует отметить, что это далеко не единичные примеры, и, наверное, поэтому турецкий султан, имея в виду эти факты и морские операции абхазов, воскликнул: «Слава аллаху, что абхазцы размножаются медленно, как тигры, не то не мы их, а они покорили бы нас!».

Гамба отмечает, что большие 8-ми весельные барки на всем Черном море имеются в наличии только у абхазов. Э. Рекпю в своем труде «Земля и люди» пишет, что абхазские корабли с экипажем до 300 человек отваживались атаковать анатолийский берег от Крыма до Босфора. В XVII в., как отмечают источники, абхазские корсары были «господами на побережье Кавказа». В это время голландский путешественник Никола Витсен в книге «В северной восточной Татарии» утверждает, что «абхазы были прекрасными (bravo) моряками. Часто из-за них было невозможно проплыть из Кафы в Константинополь. Как результат длительного их пребывания на море и древних морских традиций, они достигли в тот момент высокого уровня в искусстве мореплавания».

Здесь надо отметить, что в те времена в Абхазии шла и оживленная морская торговля: вывозился строевой лес, в большом количестве импортировался рис, рыбацкие сети, которые очень искусно и в большом количестве изготовлялись в Абхазии. В связи с этим очень интересен следующий документ, датируемый 1573 г., отправленный из Стамбула в Кафу. В это время Турция объявила абхазам за их непокорность морскую блокаду, и в связи с этим в очень тяжелом положении оказались рыбаки Приазовья: «...Поступило ваше письмо, что уже несколько лет запрещено отправление кораблей в Сухумский вилайет, которые доставляли рыбачьи сети оттуда. В силу этого большой урон понесли рыбаки, которые испытывают нехватку таких сетей. Из-за того, что указанные сети не поступают из Сухумского вилайета, доход казны страдает, необходимо, чтобы выдали разрешение на отправление туда кораблей. Поскольку они представили прошение, приказываю при исполнении этого приказа разрешить отправить туда один корабль на доставку сетей из вышеуказанного вилайета. Однако будьте бдительны, чтоб под этим предлогом не произошла купля-продажа оружия». В те времена очень высоко ценились абхазские сокола из породы «Ах» – «Сапсан», за которыми турецкий султан, крымский хан и иранский шах снаряжали специально корабли и посылали своих сокольничих в Абхазию. Даже из далекой Индии приезжали купцы за абхазскими соколами. Сохранился приказ, посланный в соответствующие порты: «Приказ находящихся на пути в черкесский и абазийский края кади портов... В упомянутые вилайеты для закупки беркутов направлены специальные сокольничие – Фестана и Дауд. Пусть амиры и алайбеи, расположенных на их пути портов и начальники местной полиции и войск, не чинят им противодействий в их деле». Жан де Люк (1625 г.) отмечает, что «Абхазия снабжает ловчими птицами Персию и Константинополь и что эти птицы выучены так хорошо, что возвращаются (к хозяину) со своей добычей по звону колокольчика».

Пиратство у абхазов существовало вплоть до середины XIX в., пока российские военные суда не заблокировали побережье.

Мы приведем ряд свидетельств авторов XIX века: «Бзыпчане рассказывают что, в былые годы они имели галеры, на которых, плавая по прибрежью Черного моря, чинили нападения по преимуществу на мингрельцов – называемых по-абхазски агыруа и гурийцев – агуруа» – И. Черепов.1865 г;

«Абахинцы (абхазы – авт.), народ подвластный Турции, теперь уже в большом количестве имеют вооруженные лодки и производят около берегов разбой. Если новый сии корсары будут иметь для пристанища сухумскую бухту и т. п. пицундскую, то при равнодушии с нашей стороны к сему предмету и в короткое время купеческие суда не будут сметь приходить в Редут-Кале, и мы лишимся подвоза из России провианта, которого, не имея здесь в земле, не в состоянии будем занимать владения наши и тогда не одной Абхазии лишиться можем» – граф Нессельроде, министр иностранных дел России, 1819 г.

«Россия патрулирует абхазское побережье, но это не мешает этим неисправным пиратам (абхазам – авт.) совершать в море рискованные нападения на длинных плоскодонных кораблях, похожих на камары древних готов и охотиться за торговыми судами, которых штиль застал в этих, всегда негостеприимных местах» (Ц. Фамэн, 1818 г.). «Они (абхазы – авт.) много разбойничают на море» (Эйрие, 1830 г.), «Приморские абхазы разбойничают в лодках по Черному морю, нападая на оплошных корабельщиков» (С. Броневский, 1823 г.).

Гамба в 1824 г. на основании личных наблюдений отмечал: «Народы Черкесии и Абхазии с незапамятных времен занимаются пиратством... После того, как победы императрицы Екатерины открыли ей доступ к Дарданельскому проливу, и он стал доступен почти всем морским державам, с тех пор черкесы и абхазы снова стали заниматься морским разбоем, – далее он продолжает. – Искусство судостроения (в Черкесии и Абхазии – авт.) значительно более развито, чем на берегах Холи (Хоби) и Фазиса». Описывая абхазские суда, где размещалось 24 гребца, он подчеркивает, что «не являются ли эти корабли, неизвестные в Мигрелии, сохранившиеся по традиции у черкесов и абхазцев, новым доказательством греческого происхождения народов, живущих на побережье Черного моря от Анапы до Илора?»

Э. Спесер в 1830 г., длительное время находившийся на восточном побережье Черного моря, так описывает суда черкесов: «Вскоре несколько длинных судов, которые несли на плечах мужчины к берегу, были спущены на воду, и мы были посажены на корабль дюжиной смелых людей, поющих хором «ха-ри-ра», которые начали разгружать товар, и в невероятно короткое время, включая наше судно, было у берега, последнее уютно укрыли от взгляда в маленькой речке, затерянной величественными деревьями.

Судна черкесов были плоскодонными и узкими, каждое управлялось от 18 до 24 гребцами и, они, должно быть, были самыми опытными в этом управлении, так как они двигали суда с большой скоростью. Недалеко от штурвала была разновидность палубы, на которой сидело 3 или 4 человека; нос лодки был украшен грубо вырезанной фигурой, представляющей возможно голову оленя, козла или барана. Самое вероятное последнее.

Имели ли древние греки подобную фигуру на носу обоих судов? Иногда эти лодки строились огромными, чтоб вместить от 40 до 80 человек. Когда они управлялись помимо гребцов угловым парусом и ранее наводили ужас на моряка, который неосторожно или вследствие изменений погоды приближался к черкесскому берегу, так как кавказские племена были в то время самыми отъявленными пиратами».

Э. Спенсер называет все население от Анапы до р. Егры (Ингур) – черкесами и в 23-м письме приводит такой случай, произошедший осенью 1830 г. в р-не Сочи, когда одно российское судно из-за сильного ветра вынуждено было бросить якорь. «Почувствовав это, один из черкесов подплыл, не обращая внимания на стихию к корвету и перерезал трос, корвет был снесен незаметно течением к берегу, затем он был немедленно взят на абордаж, вся команда пленена...».

«Вооружение абхазца состоит из ружья, шашки, кинжала; многие сверх того носят сзади за поясом пистолет. Они стреляют метко, дерутся большей частью пешие.... Для морских разбоев у них в употреблении длинные и остроконечные галеры, чрезвычайно быстрые на ходу, без палуб, иногда о двух мачтах, в 12 или 24 весла» (1843.)

Очень интересные сообщения об абхазах и убыхах содержатся у Дж. Белла (1837-1839 гг.). Он сообщает сведения об убыхском купце и пирате, кстати, прекрасно говорившем на абхазском, и жившем к западу от р. Соча-пста Хасан-бее Диже (Дизаа). «Хасан-бей ведет торговлю с Турцией при помощи двух или трех кораблей. Это один из самых богатых людей этой страны».

В другом месте он описывает, как черкесы и абхазы атаковали с моря на лодках и с суши Гагринское укрепление, и далее он сообщает, как был отбит десант российских кораблей в Адлере, прибывший с целью уничтожить торговый порт владетеля Адлера Беслана Арыдба, причем противник потерял убитыми и ранеными около семидесяти человек, а абхазы не имели потерь.

Ещё в 1634 году Кафы Эмиддио Дортелли д' Асколли, область между Гаграми и Мамай-кале (за нынешним Сочи – авт.) называет «Аббаса». Как он пишет сюда приезжали в июле и августе торговцы из Константинополя, Татарии и других мест Черного моря, и там была ярмарка, где велась оживленная торговля.

Затем Дж. Белл приводит интересный случай, произошедший с убыхом из знатного рода Магу («Монстр в Убыхии»): «Мне часто рассказывали о животных, постоянно встречающихся на побережье, начиная от Туапсе до Угуа, которые, как известно, находили прибежище в глубоких скалистых пещерах. Хасан-бей утверждал, что проникал туда в погоне за ними, однако безуспешно. Одно из этих животных было ранено, но вскоре исчезло из виду. Принято ловить рыб (имеющихся там, в изобилии), которых называют «морскими котиками», хотя и не являются таковыми, и хорошо известны на побережье. Однако мне рассказывали ещё более страшную историю о монстре, который вышел из моря. Он был убит одним выходцем из знатной семьи (Магу) из Субеша, и в награду за это получил право взимать торговые пошлины. В придачу ему были дарованы в бессрочное владение два соседних поместья. Существует два разных предания на эту тему, одно из которых сообщает о том, как Магу пригнал свирепого быка к дубу, и пока чудище сражалось с ним, он прыгнул на него и изрезал на куски острой саблей. Описание этого монстра тоже не сохранилось, однако две вещи известны наверняка – только лишь семья Магу получает до сих пор пошлину, причем с особой тщательностью, в противовес тому, чем используются остальные жители побережья. И единственной причиной для этой привилегии считалось именно то, о котором уже упоминалось».

Существовали специальные гребные песни, как «Шәах амарџьа» – «Гребите сильнее и мощнее». Ниже мы приведем специальную «Песнь моряков», записанную Жужеи Акаюба со слов своей бабушки Отыр-пха Мсыгуды:

Уа рарадерахаха-уа-уа!
Уа уарадера уа!
Неустрашимые моряки, уа!

Припев:
Уауауауа!
Уа уарарира уауауа! Уауауа!

Великие крепости стоят в Псырцхе.

Припев.


Парусные корабли вас там ожидают.

Припев.

Рассекая волны, идите по морю.

Припев.

Моряки молодцы!
В ночных грезах молодых девушек
Вы предстаете перед ними!

Припев.

Их любовь стремится перейти море.

Припев.

Волны ожидают вашего возвращения обратно.

Припев.

Грозный Келеш-бей (из знаменитого рода Чачба, который по преданию происходит из брака юноши из рода Чачба и морской царевны) в конце XVIII столетия создал военную флотилию и «держал в страхе все побережье от Анапы до Батума».

В эти времена и гораздо ранее стоянками судов и местами для кораблестроения в Абхазии были: Адлер (Лиашская бухта), Гагра, Лдзаа, Мгудзырхуа, Бамбора, Анакуапия (суда по Псырцхе, где воду искусственно поднимали, подходили к Апсарской горе, кстати, начальником Анакуапийского порта в XVII в. был Даут Чич), Акуа (Сухум) (как говорят предания «спокойствие жителей Акуа защищал абхазский военный флот»), Шкурча, Тамш,... В Акуа (Сухум), Лдзаа-Пицунде и Тамще, Уачамчире были также внутренние гавани и прорыты каналы, по которым суда входили в безопасную от морской стихии внутреннюю гавань, остатком её в Пицунде является озеро Инкит. Лучшим мастером в нач. XIX в. считался корабел, житель села Лыхны Дзыгу-ипа Батакуа. Вероятно, он был одним из строителей 70-ти пушечного фрегата, который построил Келеш-бей и подарил турецкому султану. Когда Келеш-бей женился на Лей-пха, то он прислал за ней из Акуа в Мгудзырхуа две большие галеры и невесту привезли в Сухум морем. Суда тогда в Сухуме заходили в небольшую искусственную гавань, как сообщает Гамба еще в 1824 г. «Слева от крепости ещё имеются каменные развалины древнего канала, служившего для стоянки малых кораблей».

В абхазском языке есть много пословиц и выражений, связанных с морем и судоустройством, т. н. «Построивший корабль удивлялся тому, как другой сплел корзину». Если говорят о потере очень влиятельного человека, на которого возлагали очень большие надежды, то это выражают следующим афоризмом: «Наш большой (великий) корабль утонул». Если свершилось удачное дело, то отмечают «с остроконечной ладьи я пересел на корабль». «Пой песнь того, в чьей ладье находишься». «Камбала, обидевшись, сама прыгнула в сеть». «Человек всегда говорит, что ладья (ашхәа), в которой он сидит самая лучшая». «Мужество переходит моря». «И великое море состоит из капель». «Можно измерить глубину моря, но глубину сердца измерить невозможно». «Иногда сердцу хочется отправиться в морскую даль и там косить сено» и т.д.

Здесь надо отметить один небольшой, но очень интересный факт, что абхазские женщины и по сей день полощут и промывают ковры в море, т. к. шерсть, отмытая в морской воде не садится.

Абхазы, как народ издревле связанный с морем, передавали свои морские термины соседям – грузинам, мегрелам, приморским адыгам, убыхам... Академик Н. Марр по этому поводу писал, что «абхазы в морском деле, естественно, могли быть учителями своих соседей». Ф. И. Бларамберг отмечает: «Убыхи, чепсуи, гусие, занимавшие устья речек Пейсва, Шиаке и Зуазе, впадающих в Черное море, научились у своих соседей абхазцев заниматься пиратством... Если их удастся удержать на расстоянии пушки, судно спасено, но если идут на абордаж, то чаще всего берут верх». Пират по-абхазски «ашхәар» или «ӡырҳәаа». Сохранилась игра с рассеченными квадратами в камни – «Пиратская игра» – «ӡырҳәы хәмарра», она записана В. К. Куцниа со слов Султана Авидзба в с. Аацы.

В Абхазии со дна моря часто сетями поднимают якоря судов, античные амфоры, потопленных у берегов Абхазии. Три якоря, датируемых средневековьем, экспонируются во дворе Абхаского государственного музея.

Наилучшим местом для засад был Кодорский мыс, Гагра и местность Ашыцра – Аилага Абыку (около Гудаут). Здесь в этом месте ставили ложный маяк, и корабли, идя на рифы, садились на мель, становясь жертвой пиратов. Одним из методов захвата корабля в открытом море было внезапное нападение на судно. Скрываясь под водой и дыша через тростник (ахәар), абхазы незаметно подплывали к кораблю и, убрав охрану, захватывали его. Ф. Торнау отмечал: «В Бамборах наши корабли останавливались на якоре не ближе трех итальянских миль берега (рейд по-абх. «аҕбатәара»), и я имел тут возможность видеть, как плавают абхазцы. Двое или трое из них бросались, раздевшись в море, доплывали до корабля, выпивали на палубе по стакану водки и, отдохнув полчаса, тем же путем возвращались на берег». Надо отметить, что абхазский махаджир Мамед Бедиа (родом из Ткуарчала) в Батуме за свою жизнь спас 4.016 жизней и получил первый знак под №1 за спасение утопающих при царе, а затем ту же награду под №1 при советской власти. В конце XIX века он установил неофициальный мировой рекорд по плаванию, проплыв от Батума до Поти. Кстати, в конце XIX века в Батуми большинство фелюжников были абхазы.

Одним из последних пиратов был абхазский князь Аубла Ахмет, живший на правой стороне р. Соча-пста и ушедший в Турцию в 1864г.. Его потомки ныне проживают в Турции. Вот как пишет о нем российский офицер А. А. Рукевич: «...князь Аубла Ахмет, слывший по всему побережью, как отчаяннейший пират, грабивший и наши крымские и турецкие анатолийские берега. За его небольшой, но чрезвычайно хорошо оснащенной бригантиной очень долго и упорно гонялись наши военные суда и все-таки не могли захватить её».

В истории Ближнего Востока и Османской империи было немало адмиралов, флотоводцев-корабелов из абхазов. А в самом начале XX века самым знаменитым моряком в Турции был адмирал Рауф Орбай Ашхаруа (выходец из Сухума). Рауф Орбай за его неустрашимость, доблесть и отвагу в Турции с любовью называли «Караман Рауф» – «Герой Рауф».

Суда освящали и приносили жертву Ашхуа Мекепсыс у скалы, торчавшей из моря вблизи Гудаут, носящей название «Нагә ихаҳә» – «Риф Нагу». Туда приплывали на лодке, ставили свечи и жертвенную пищу. Приносили жертву абхазские моряки храму Ага-ныха в с. Адзюбжа, где совершали перед морским походом моление попутному ветру «Аԥшаныҳәара».

Более подробно записал освящение судов Царбей Бжания со слов Куты Зантария в с. Тамш: «Есть в Тамще местность, носящая название: «Место тесания судов» («Судоверфь»).

Во времена Ахмут-бея в Тамще изготовляли морские суда и спускали их на море. Прежде чем спустить суда на море, их освящали. Ладьи Ахмут-бея благословляла женщина из рода Бжания, дочь Кура. Она была невесткой рода Барганджия, считалась святой, чистой женщиной, и в общинных молениях благословляла людей. Она освящала ладьи владетеля Апсны Ахмут-бея. Для того, чтоб совершать молебен судну и освятить его, изготовляли «свечу, благословляющую корабль» – «Ашхәаныҳәарацәашьы» в человеческий рост. Затем чистая женщина освящала судно, его спускали на воду, садились в него и шли по морю. При этом исполнялась специальная ритуальная песня «Ашхәа ашәа» – «Песнь ладье». Вот фрагмент этой песни:

Еҳ-ҳа-ҳаи!
Иашхәари!
Дыҕәа-мыҕәа думгари,
Иашхәари, eҳe-ҳe-ҳеи!

В Абхазии, в прибрежной зоне, много названий, связанных с морским промыслом, но об этом уже говорилось в статьях Р. Агрба и О. Дзари. Ниже мы приведем одно придание, записанное Т. Гыцба, о названии села Мысра:

«Один из холмов с. Мысра, расположенного напротив Бармышского сельсовета, называется «Аҕбаԥшыра», т. е. «Место наблюдения за кораблем». Когда-то в далекие времена в Апсны были развиты ремесла: кузнечные, ткацкие, гончарные, солеварные, плотничьи и др., а жители данной местности занимались строительством кораблей. На одном корабле, построенном из чистого каштана и дуба, отправилась группа любознательных абхазов в долгое плавание с целью узнать, «какие земли имеются на той стороне моря и кто на этих землях живет». Со дня отплытия и до возвращения односельчане, родственники и дети ежедневно собирались на высоком холме и наблюдали за появлением корабля. Отсюда холм и получил названия «Аҕбаԥшыра».

Спустя некоторое время мореплаватели, побывав во многих странах, в том числе и в Египте (по-абхазски «Мысра») благополучно вернулись на родину. По возвращении в свое родное село, они стали называть его в память о своем путешествии «Мысра», что значит «Египет».

Кстати, в районе Анакуапия есть речка, носящая название «Мысра-куapa».

Наши предки поистине заслуженно пользовались славой опытных мореплавателей, и неслучайно средневековые источники именуют Черное море – «Абхазским».

Литература


1. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII -XIX B.B. СОСТ. В. А. Гарданов. Нальчик, 1974.
2. Адыгская мифология. Нальчик, 1982.
3. Азаматова М. Этнографические этюды, Майкоп, 1992.
4. Античная география. Под ред. Проф. А. А. Бондарь. М., 1953.
5. Античная литература. Под. ред. проф. А.А. Тахо-Годи. М, 1986.
6. Анчабадзе З. В. Из истории средневековой Абхазии. Сухум, 1964.
7. Асов А. Атлантида и Древняя Русь.
8. Асхабов Иса. Чеченское оружие. Клуб. «Кавказ». М., 2001
9. Асеева С. М. Группы крови у населения Абхазии. Труды тропического ин-та Н.К.З. Абхазии. Сухум, 1936.вып. II.
10. Белл Джеймс Станислав. Письма о пребывании в Черкесии в 1837, 1838 и 1839 гг. Лондон. 1840. Рукописный перевод с оригинала Н.А. Данкевич-Пущиной. T. I.
11. Т. 11, письмо XXXI перевод с англ. А. Ашуба.
12. Берадзе Т. Н. Мореплавание и морская торговля в средневековой Грузии. Тбилиси, 1989.
13. Бжания Ц. Н. Из истории хозяйства и культуры абхазов. (Исследования и материалы). Сухум, 1973.
14. Бларамберг Иоганн. Историческое, топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа. Нальчик. 1999.
15. Боденштадт Фридрих. Народы Кавказа. Франкфурт на Майне. 1848. гл.: «Убыхи»; гл.: «Абхазы». Перевод с немецкого Риты Ачба.
16. Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. М., 1823. Ч. I.
17. Брюсов В. Учителя учителей. (Древнейшие культуры человечества и их взаимоотношения). В. Брюсов. СС. М., 1975.T.VII.
18. Грен АН. Мифология абхазов. (Рукопись). АбНИИ.
19. Гамба. Путешествие по Южной России. 1824г. – Абгосмузей. «Материалы по истории Абхазии XIX в». (1807-1839г.г.) ф. 4 оп. 1. Д.48.
20. Гильденштедт. О гаванях по Азовскому/Черному и Белому морях // Географический месяцеслов на 1776 год. СПб., 1776.
21. Гицба Т. Ш. Сухуми – Рица. (Путеводитель). Сухуми, 1968.
22. Гуажба М. С. Аныхаху. (Рукопись), на абх. яз.
23. Дзари О.П. Море и абхазы. Историко-лингвистический очерк. Сухум, 2002.
24. Документы по истории Грузии. Т.1.Ч.1 Тбилиси, 1954.
25. Дюма А. Кавказ. Тбилиси. 1988;
26. Кабардинский фольклор. М.-Л., 1936.
27. Ковач Константин. Песни Кодорских абхазцев. Сухум, 1930.
28. Кудрявцев К. Сборник материалов по истории Абхазии. Сухум, 1922 (1926);
29. Исарлов Л.С. Письма о Грузии. Тифлис, 1899.
30. Инал-ипа Ш. Д. О топонимике Очамчирского р-на. 1949. Абгосмузей. ф.5.оп. 1 арх. №8.
31. Латышев В.В. К истории христианства на Кавказе. Греческие надписи из Ново-Афонского монастыря // Сборник археологических статей, поднесенных графу А.А. Бобринскому в день председательства его в имп. Археологической комиссии 1866 – 1/11 – 1911СПб., 1911
32. Лукьянов Ф.Й. Из космогонических поверий абхазцев. СМОМПК. Тифлис, 1904. вып. XXXIV.
33. Марковин В. И. Дольменная культура и вопросы раннего этногенеза абхазо-адыгов. Нальчик, 1974.
34. Марр Н.Я. О языке и истории абхазов. М. Л.,1938.
35. Дюбуа де Монпере. Путешествие вокруг Кавказа Сухум, 1937.
36. Мифы народов мира. М., 1980 т. 1; М., 1982; т.11
37. Публий Овидий Назон. Скорбные элегии. Письма с Понта. М., 1982.
38. Пароход на крейсерстве у абхазских берегов. «Библиотека для чтения». СПб., 1843, отд 7.
39. Реклю Элизе; Земля и люди. СПб., 1906. Т.1.
40. Рукевич А. Ф. Воспоминания старого эриванца. (1832-1839). «Исторический вестник» 1914. Декабрь.
41. Спенсер Э. Путешествие в Черкесию. Майкоп, 1994.
42. Серена Карла. Путешествие по Самурзакани и Абхазии, журнал «Вокруг света», 1881. Абгосмузей. Рукописный фонд. Перевод Р. Крючкова.
43. Снисаренко А. В. Властители античных морей. М., 1986.
44. Торнауф. Воспоминание кавказского офицера. М., 1864.
45. Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе. ССоКГ. Тиф-лис,1881ВХ.
46. Услар П.К. О колхах. ИКОИРГО. Т. XIV. Вып. 2.
47. Управляющему министерства иностранных дел графу Нессельроде. «Материалы по истории Абхазии XIX в». Абгосмузей. ф.4. оп.1 арх. № 4.
48. Фамэн Ц. Живописный облик мира или история и описание всех народов и религий, нравов и обычаев, (раздел «Горная страна»). Перевод с франц. яз. Р. Крючкова. Абгосмузей, Ф.4.Д.18.
49. Хотко. С.Х. Очерки истории черкесов. От Эпохи киммерийцев до Кавказской войны. СПб., 2001
50. Хейердал Тур. Древний человек и океан. М., 1982.
51. Челеби Эвлия. Книга путешествий. М., 1983. вып. З.
52. Эйрие. Путешествие по Азии, M, 1830. T. V1
53. Ю.П. О торговле невольниками на Черном море. «Кавказ», 1888. №292.
54. Адлейба Енвер. Ҳаибаркыра. Аҟәа, 1996.
55. Аншба Артур. Aԥсya фольклор. (Аншба Артур ианҵамҭақәа) Аҟәа, 1995.
56. Беигәаа Омар. Асҭампылтәи Аԥсуа ибжьы. Аҟәа, 1990.
57. Џьугелиа Виктор. Ажәлар ирҳәамҭаны исаҳаит. «Аԥсны». 1991, №64
58. Шьынқәба Баграт. Ахьырҵәаҵәа. Аҟәа, 1990.
59. 3ыхәба С.Л. Аԥсуа ретиологиатэ мифқәа. Аԥсуа институт адыррақәа. Карҭ. 1975.
60. Аидемир Иззет. Переселение. Анкара, 1975 (на турецком языке).
61. Б. Омер Бююка. Абхазская мифология древнейшая? Стамбул, 1971 (на тур. яз.);
62. Б. Омер Бююка. Происхождение народов Кавказа и их роль в мировой цивилизации. Стамбул, 1986. Т. I, II. (на турецком языке).
63. Энциклопедия Иненю. Анкара, 1947. (на турецком языке).
64. Кирзи-оглу Фахреттин. Завоевание Кавказа Османами (1451-1590гг.), Анкара, 1976. (на турецком языке).
65. Доклад Циалы Чичба в Генуе 16 июня 1992 г. (на итальянском языке).

Информаторы:

  1. Харазиа Керым (Багбаран)
  2. Гуажба Шарах (Хуап)
  3. Хыш-ха Есма (Дурипш)
  4. Дбар Платон (Мгудзырхуа)
  5. Арстаа Мащика (Хуап)
  6. Айба Алмасхан (Отхара)
  7. Харазиа Руфет (Багбаран)
  8. Гуажба Мирод (Хуап)
  9. Ашамба Орхан (Турция)
  10. Ампар Тариел (Сухум)
  11. Акаюба Жьужьа (Абгархыку)
  12. Аджинджал Настра (Сухум)
  13. Агрба Владимир (Сухум)
  14. Аджинджал Ермолай (Сухум)
  15. Габниа Сергей (Сухум)
  16. Куцниа Владимир (Сухум)
  17. Ачугба Тимур (Сухум)
  18. Смыр Гиви (Новый Афон)
  19. Тарба Евдокия (Сухум)
  20. Бутба Заур (Сухум)
  21. Аибга Заур (Сухум)
  22. Делба Рудольф (Сухум)
  23. Гуарамиа Виталий (Гуп)
  24. Чичба Циала (Гудаута)

(Опубликовано: Абхазоведение: История. Археологиа. Этнология. Выпуск III. Сухум: 2004.)

(Выражаем благодарность Анжеле Кетия за присланный материал.
)
__________________________


ЛЮДИ В ЧЕРКЕСКАХ

ПРЕДСМЕРТНОЕ ОБРАЩЕНИЕ ГЕОРГИЯ ЧАЧБА К АБХАЗСКОМУ НАРОДУ

БРАТЬЯ АБХАЗЦЫ! Наши отцы, дяди и братья боролись, страдали и умирали за честь и свободу Родины.

Их гордая и свободная душа не могла и не хотела подчиниться угнетательной системе русской власти; не могла допустить попрания их обычаев и традиций, освященных веками, и они с оружием в руках восстали против могущественной тогда России.

Многие из них приняли смерть в этой борьбе за родную Абхазию, тысячи их томились в холодной Сибири и России, а много десятков тысяч, отчаявшись в неравной борьбе, ушли в Турцию, но не преклони­ли перед насильниками свою гордую, честную голову.

Так наши предки отстаивали свободу и независимость своей Родины.

Теперь эта желанная свобода наконец пришла для нас, их сынов.

Она пришла к нам неожиданно, без борьбы, без нашей крови – её послала судьба.

АБХАЗЦЫ! Могилы наших отцов и муки наших братьев на чужбине повелевают нам удержать эту свободу и укрепить ее! Неужели мы недостойны наших отцов!

Сплотимся все в одну родную семью – нашей Абхазии угрожает опасность.

Пошли по всей России, а оттуда и по Кавказу люди выставляющие себя вожаками интересов народа, а потому они проповедуют равенство всех людей, во всех правах, в том числе и состояния, что нет нигде во всем белом свете и не может быть.

Люди эти, возбуждая менее состоятельных людей против более состоятельных, рабочих против хозяев, проводят такую подтасовку в общественной жизни, что нарушается весь исторический уклад народов. Результат такой пропаганды мы ясно видим в России. Это могущественное, многомиллионное государство совершенно развали­лось, дошло до полного изнурения.

Что же может случиться с нашей маленькой Абхазией, если эта проповедь распространится среди нас.

Эти проповедники приведут к тому, что сын перестанет почитать родителей, брат станет ссориться с братом, сосед будет ненавидеть соседа, не будет ни старших, ни младших, пропадут обычаи, нравы, традиции, которыми Абхазцы прославились как самый благородный, достойный народ на всем Кавказе, мы все обеднеем, и не останется ни одного дома, где бы десять человек могли бы собраться, а мы, Абхазцы, растворимся между другими народами и потеряем нашу Родину.

Вот что нас ждет!

А кто эти проповедники ?

Книжные мальчишки, несчитавшиеся с историей и культурой своего народа, ни с его законами, на которых держится мир, и хотят ввести то, что вычитали в нескольких книжках, не имеющих для нашей страны никакой почвы.

БРАТЬЯ АБХАЗЦЫ !

Нет среди нас ни богачей, ни бедняков – у всех есть средний достаток, и мы все Абхазцы, дворяне, князья и крестьяне – родные братья – сыны одной нашей матери – Абхазии.

Не будем друг другу завидовать !

Зависть, самое страшное внушение дьявола !

Протянем друг другу руку на братский союз с клятвой идти все вместе рядом, – плечо к плечу, как наши отцы наших адатов, за сохранение нашей Родины.

Чтобы сохранить Абхазию в целости нам нужно держаться традиций нашей страны, ибо всякий народ, который пожелает жить без традиций погибнет !

Георгий Чачба

18.02.1918 г.
г. Сухум


ГОРНЫЕ НАРОДЫ КАВКАЗА В ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ БОРЬБЕ ПРОТИВ РОССИИ

Несмотря на то, что Кавказ считается частью Европы, эта мест­ность не на много больше известна, чем отдаленнейшие и недоступнейшие части света. Географические, этнографические и статистические описания территорий, оккупированных Россией менее, чем убоги и замечательно то, что Западная Европа большинство сведений о Кав­казе получает по заметкам путешественников, преимущественно немцев. Данные о Кавказе, исходящие от России не заслуживают серьез­ного внимания, т. к. они не только убоги, но и противоречивы. Небрежность ли это со стороны русских, или это политика, – трудно решить, т. к. с раскрытием действительного положения вещей, они вынуждены были бы открыть свои слабые стороны. И если другие части света, доступные для сообщения очень мало известны, то земли независимых, занятых в оборонительной войне абхазцев, – для науки во всех отношениях окутаны темнотой.

Я не в состоянии дать общее описание Кавказа. Такая работа потребовала бы много времени и серьезного изучения, большого труда и осторожности, из-за отсутствия какой бы то ни было предварительной проработки.

В предлагаемом труде читатель найдет обстоятельную характерис­тику абхазского народа численностью в 1 1/2 миллиона человек, который занимает территорию в 2000 кв. миль, расположенную вдоль восточного побережья Черного моря.

В то время, когда татарские племена на Каспийском море пре­кращают сопротивление и предают своего вождя Шамиля, полухристиан­ский абхазский народ выдерживает всю тяжесть московского могущества и защищает себя и свою независимость с железной выдержкой.

Характеризуя этот народ, известный также мало русским, как и европейцам я заполняю пробел в наших знаниях о Кавказе. Точный топографический обзор и карту мне приложить не разрешили, т.к. незнание этой стороны русскими, является важнейшим преимуществом абхазцев при оказании сопротивления. Читатель поймет, что я не мог злоупотреблять доверием народа, разрешившим мне изучать эту страну.

С другой стороны, я считаю опубликование статистических материалов и взаимоотношений страны в интересах абхазского народа.

Всюду существуют неправильные представления о силе сопротив­ления, численности, вспомогательных средствах абхазцев. Принято считать их за горсточку отважных грабителей, которые живут в недоступных горах, которые не признают никаких прав и законов и не подчиняются никаким государственным распорядкам. Принято даже думать, что цивилизация выигрывает от подчинения абхазцев господству... Какое достойное сожаления заблуждение! Существует громадная разница между абхазцами и турками, или абхазцами и тата­рами или народностями Дагестана! Абхазец, который даже физически представляет тип красивейшего индо-европейца, унаследовал от пос­леднего и своеобразные духовные преимущества, которые чужды напо­ловину оевропеившемуся Московитянину. Столетние посягательства со стороны турок, татар и, позднее русских на независимость абхазцев удалили последних от европейских сородичей и отчуждали их посте­пенно от христианства, Впоследствии абхазцы Европой были частично забыты, что там же на сегодня даже плохо себе представляют, к ка­кой расе принадлежит героический сторожевой пост, препятствующий продвижению московского владычества.

Родство абхазцев с индоевропейцами подтверждает характер цивилизации абхазцев; они сохранили личное достоинство и свою независимость, сердечность семейных отношений, привязанность к родной земле, высокую храбрость и отвращение к ненужному кровопро­литию, предпочитают заниматься сельскохозяйственными работами и равнодушны к торговле.

Территория Абхазии, численность населения и способных к ноше­нию оружия мужчин в десять раз больше королевства Монтонегро(1), независимость которого Европой признана. Побережье Абхазии тянет­ся на 200 морских миль. Абхазские земли наиболее плодородные в мире и смогли бы прокормить население численностью в шесть раз больше имеющегося. Разница лишь в том, что Монтонегро пользуется поддержкой одного сильного государства, а также симпатиями Европы и борется с оккупацией при последних издыханиях Турции. К Абхазии же, находящейся под сильным моральным влиянием Турции и почти в течении века беспрерывно борющаяся с одним из сильных государств мира – Европа осталась равнодушной.

Никто не может отрицать значение сопротивления оказываемого Абхазией продвижению Московского владычества в Персию и Азиатскую Турцию, а также то, что в течение столетий татарским ордам и турецким войскам на пути в Европу не удавалось создать себе опе­рационной базы в горах Абхазии.

В феврале 1857 года я, в сопровождении небольшого польского военного отряда, вступил на землю Абхазии и создал для защиты этого народа в его борьбе с русскими – отделение полевой артиллерии, до этого времени отсутствовавший у абхазцев вид оружия. С упомянутого года до 1860 г. я со своим отрядом участвовал во всех значительных боях, участвовал на всех совещаниях народа, немного изучил абхазский язык и стал, можно сказать, членом абхазского народа. Эти обстоятельства дают мне возможность дать точную характеристику абхазцев. До этого времени абхазское побережье посетило несколько гостей-европейцев, но из-за естественного недоверия к ним абхазского народа, последним не удавалось проник­нуть вглубь страны. Со стороны русских в Абхазию попадали лишь военнопленные и дезертиры, но им запрещалось собирание каких бы то ни было материалов. Сами абхазцы также мало знают свою страну. Знания их обычно относятся к той местности, на которой они живут и если кто-либо осведомлен о всем своем роде, то такой человек уже считается очень мудрым и опытным.

Я доказываю, что морально и материально в интересах Европы не оставлять на произвол судьбы родственный абхазский народ. Нигде европейская цивилизация но смогла бы так быстро укорениться, чем у абхазцев, дух восприимчивости которых очень силен. Но необходимо защищать абхазцев от русских покорителей и отчасти от турецкого влияния и пропаганды магометанского вероисповедования.

Большую услугу перед человечеством будут иметь те, кто защи­щает этот славный народ от духовной и моральной гибели.

Париж, май, 1862 г. Т. Лапинский

См. С. М. Ашхацава. Материалы по древней (средневековой истории Абхазии, Грузии и Кавказа. И др. материалы). Личный фонд Г. А. Дзидзария, ЦГАА, ф. 833, № 10, л.л. 106-110. 1940 г..

КОРОЛЕВСТВО УКРАИНА – РУСЬ КОРОЛЬ УКРАЙНИ-РУСИ ОРЕСТ ПЕРШИЙ МИТРОПОЛИТ КАРПАТЬСКИЙ РОМАН.

В путешествии по АБХАЗИИ меня поразила красота этого святого края благословленного ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕЙ.

В моих искренних молитвах ПРЕСВЯТАЯ БОГОРОДИЦА открыла мне видение на будущее этой благословенной прекрасной земли АБХАЗИИ.

Меня удивили запущенные несметные богатства, гордый, мужественный и гостеприимный народ, бедствующий на такой богатой земле своей родной.

Своим героическим патриотизмом вы отстояли свою независимость, терпением своим и силою воли национального стремления к свободе отстоять обязаны неприкосновенную самостоятельность государствен­ного управления на родной земле своей АБХАЗИИ.

Сегодня крайне острая необходимость строить и укреплять вам надлежит национальную государственность на своей такой богатой и красивой благословенной цветущей родной земле Абхазии и для этого так важно необходимы МУДРОСТЬ УПРАВЛЕНИЯ, ЗНАНИЕ и УПОРСТВО в достижении своей национальной государственной цели на благо наследникам славным вашим.

ВАШЕ БУДУЩЕЕ, – БУДУЩЕЕ АБХАЗИИ в ВАШИХ РУКАХ, – УШЁЛ ОДИН ОККУПАНТ... ЕГО МЕСТО МОЖЕТ ЗАНЯТЬ ДРУГОЙ, – чтобы избежать этого, необходимо ПОДДЕРЖИВАТЬ и ВОЗРОЖДАТЬ СВОЮ НАЦИОНАЛЬНУЮ ЭЛИТУ на РОДНОЙ ЗЕМЛЕ СВОЕЙ УТВЕРЖДАТЬ НАЦИОНАЛЬНУЮ ГОСУДАРСТВЕН НУЮ СИМВОЛИКУ, НАЦИОНАЛЬНЫЕ СТАРОЖИТНЫЕ НАСЛЕДСТВЕННЫЕ ТРАДИЦИИ АБХАЗИИ.

Сегодня Я вижу вашу АБХАЗИЮ такой, какой пятнадцать лет тому была моя родная УКРАИНА, – разница только в том, что отстояв свою независимость, – моя УКРАИНА не была так разрушена и уже на протя­жении этих пятнадцати дет мудрость и величие наших государственных политиков, национальная наследственная жадность нашей национальной элиты довели УКРАИНУ до жалкого убожества и нищеты украинский народ.

За пятнадцать лет ихней самостоятельной независимости от соб­ственного народа при помощи злейшего врага ОККУПАНТА американского доллара и так званной сегодняшней национальной золотой элиты, – ненасытной жадности, алчности, воровства и криминального грабежа на государственном уровне воров в законе, – из ядерной державы, на такой богатой, цветущей земле, с таким трудолюбивым украинским народом, – МОЯ БОГАТАЯ УКРАИНА, стала третьесортной банановой республикой, УПРАВЛЯЕМАЯ ВОРАМИ В ЗАКОНЕ. Я застерегаю вас идти таким путем, – БУДЬТЕ БДИТЕЛЬНЫ, – СВОБОДА ГОСПОДОМ БОГОМ ВСЕВЫШНИМ ДАРУЕТСЯ ОДИН РАЗ. А ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ ОТ ВАС САМИХ ЗАВИ­СИТ НАЦИОНАЛЬНАЯ ЭЛИТА АБХАЗИИ.

УШЕЛ ОДИН ОККУПАНТ, – ЕГО МЕСТО ЗАНЯЛ ДРУГОЙ, АМЕРИКАНСКИЙ ДОЛЛАР, – который и разрушил экономику такой богатой цветущей зем­ли МОЕЙ УКРАИНЫ, а украинский народ разбросал на землях чужих, не родных, рабами, холуями, наймитами, – чтобы не подохнуть с голоду на своей родной земле, люди вынуждены были податься на заработки в чужие края, бросив свою УКРАИНУ на разграбление САМЫМ СТРАШНЫМ ОККУПАНТАМ В ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, ЗЛЕЙШИМ ВРАГАМ ВСЕХ НАРОДОВ ПЛАНЕТЫ,– АМЕРИКАНСКИМ ДОЛЛАРАМ.

Я бы посоветовал ВЕЛИКИЙ РОССИИ и РУССКОМУ НАРОДУ, – собрать все американские доллары по всей стране и выкупить свою АЛЯСКУ вместе с КАЛИФОРНИЕЙ, – пока эта зеленорозовая макулатура не пре­вратилась в бумагу для обклейки элитных евросортиров. У нас общий враг со всех сторон, как и у вас так и у нас в недалеком будущем американский доллар полезет и на ваши благословенные земли, окрутит ваши народы на родной вашей земле Абхазии, а за ним попрет и вся нечисть.

До чего АМЕРИКАНСКИЙ ДОЛЛАР довел вашего южного соседа со всеми дальнейшими последствиями в недалеком ее будущем, обратите внимание на разваливающегося в агонии северного соседа, гибнущей России, желание русского народа вырваться из лап этого злейшего забугорного оккупанта. УЖЕ СЕГОДНЯ В ВАШУ АБХАЗИЮ рванули проходимцы всех мастей, – ПРАВДАМИ и не ПРАВДАМИ покупают российс­кие и абхазские паспорта с единственной целью, пользуясь бедственной ситуацией вашей страны за бесценок скупить ВАШУ РОДНУЮ АБХАЗИЮ и в недалеком будущем продать ЕЕ как можно ДОРОЖЕ... Скупают разрушенные дома, квартиры, трофей, – заставляют раскладушками и от ваших же ДЕТЕЙ отбирают ВАШЕ БОГАТСТВО, РЕСУРС ВАШЕЙ РОДНОЙ АБХАЗИИ,– пока еще ВОЗДУХ, СОЛНЦЕ и МОРЕ.... и перепродают, цинично наживаясь на этом. – УЖЕ ГРАБЯТ ВАС,– первые ласточки.

НЕУЖЕЛИ У ВАС УЖЕ СЕГОДНЯ НЕТ ДОСТАТОЧНО СИЛ И УМА, ЧТОБЫ ПРОТИВОСТОЯТЬ ЭТОМУ ЦИНИЧНОМУ НАЧАЛЬНОМУ ГРАБЕЖУ, НАЧИНАЮЩЕМУСЯ БЕСПРЕДЕЛУ ЭКОНОМИЧЕСКОГО НАСИЛИЯ ПЕРВЫХ ЛАСТОЧЕК...

Лет так через пять... десять... ВАШ НАРОД земли ВАШЕЙ БЛАГОСЛОВЕН­НОЙ АБХАЗИИ,– американский доллар, жадность и алчность заезжих гастролеров оттеснит подальше в горы, а себе захватит самые лако­мые кусочки РОДНОЙ ЗЕМЛИ АБХАЗИИ ВАШЕЙ...

НАРОД ВАШ снова останется нищим, а лучшим из вас СУДЬБА СВЕТИТ БЫТЬ УКРАШЕНИЕМ ТРОНА ЧУЖОГО, КОРМИТЬ ЧУЖУЮ АРМИЮ НА РОДНОЙ ЗЕМЛЕ СВОЕЙ АБХАЗИИ... ПОДУМАЙТЕ ОБ ЭТОМ СЕЙЧАС, СЕГОДНЯ, УЖЕ,– чтобы не было поздно ЗАВТРА... СКОЛЬКО ЖЕ ВАС АБХАЗЦЕВ УЖЕ ОСТАЛОСЬ НА ВАШЕЙ СВЯТОЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ ЗЕМЛЕ РОДНОЙ ВАШЕЙ АБХАЗИИ.

ПРОСИТЬ ПРИЗНАНИЕ СВОЕЙ НЕЗАВИСИМОСТИ И САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ,– у КОГО...??? и ЗАЧЕМ...??? ЭТО ПУТЬ ОБРАТНО В РАБСТВО,– за это же что то попросят...??? ПОТРЕБУЮТ...??? ЗАСТАВЯТ...??? – ЭТО ТАК НЕ РАЗУМНО И ГЛУПО. НИКТО НЕ ДАСТ ВАМ РАЗРЕШЕНИЯ НА НАЦИОНАЛЬ­НУЮ СВОБОДУ, НЕЗАВИСИМОСТЬ И САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ НА ВАШЕЙ СВЯТОЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ ЗЕМЛЕ ВАМ,– ЕСЛИ ВЫ САМИ ЕЕ НЕ ОТСТОИТЕ, САМИ НЕ УТВЕРДИТЕСЬ ПОЛНОВЛАСТНЫМИ ХОЗЯЕВАМИ. – УКРЕПЛЯЙТЕ СВОИ НАЦИОНАЛЬ­НЫЕ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ АБХАЗИИ.

ИЗБЕГАЙТЕ ДАЖЕ САМЫХ МЕЛЬЧАЙШИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ УСТУПОК, ОШИБОК НА ПЕРВЫХ ШАГАХ К СВОЕЙ НЕЗАВИСИМОСТИ И ВАШЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ САМО­СТОЯТЕЛЬНОСТИ В БОРЬБЕ ЗА СВОЮ СВОБОДУ, ЕДИНСТВО ВАШИХ НАРОДОВ НА ВАШЕЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ РОДИНЕ, СВЯТОЙ ЗЕМЛЕ АБХАЗИИ, СВОИМ ТРУДОМ КОПИТЕ БЛАГОСОСТОЯНИЕ НАРОДА СВОЕГО, БЕРЕГИТЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ БОГАТС­ТВО РОДНОЙ АБХАЗИИ СВОЕЙ.

НЕ ВЕРЬТЕ ПУСТЫМ СЛОВАМ И ЛЕСТНЫМ ОБЕЩАНИЯМ, СМОТРИТЕ В ГЛАЗА ОБЕЩАЮЩИМ МНОГО, НЕ БЕГАЮТ ЛИ ОНИ, – ДАВАЙТЕ ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ СРОК ПРОСЯШИМ И МНОГО ОБЕЩАЮШИМ, – НЕ СКРЫВАЮТ ЛИ ОНИ ВО ЛЖИ СВОЕЙ ВОРОВСКИЕ НАМЕРЕНИЯ СВОИ, МАСКИРУЯСЬ СВОЕЙ ДОБРОПОРЯДОЧНОСТЬЮ. НЕ БОЙТЕСЬ ВРАГОВ СВОИХ И НЕ ПРОСИТЕ У НИХ ПРИЗНАНИЯ СВОЕЙ НЕЗАВИ­СИМОСТИ, – ИСКРЕННИЙ ДРУГ НИЧЕГО ОТ ВАС НЕ ПОТРЕБУЕТ и ПРИЗНАЕТ ВАШУ СВОБОДУ.

ПРОСЯЩИЙ УПОДОБЛЯЕТСЯ РАБУ НА РОДНОЙ ЗЕМЛЕ СВОЕЙ. – ЗАПОМНИТЕ, НИЩИМ НЕ ПОДАЮТ, А ПРОСЯЩИЙ, СКУПОЙ ТРАТИТ В ТРОЕ. А ТО И БОЛЬШЕ... СУДЬБА ВАША ТАКАЯ ОТ МЕЧА ИМЕТЬ ВСЕ И ДАЖЕ СВОБОДУ, – СЕГОДНЯ МОЖНО ПЕРЕФРАЗИРОВАТЬ, – ЗАМЕНИВ СИМВОЛИЧЕСКИЙ МЕЧ АВТОМАТОМ КАЛАШ­НИКОВА, КОМУ КАК УДОБНО, В КРЕПКО ДЕРЖАЩЕГО В РУКАХ НАЦИОНАЛЬНОГО ГЕРОЯ, ПАТРИОТА СЫНА И ДОЧЕРИ ЗЕМЛИ СВОЕЙ РОДНОЙ АБХАЗИИ. СМЕЛОСТЬ, ГЕРОИЗМ, ПАТРИОТИЗМ, ЛЮБОВЬ К ЗЕМЛЕ СВОЕЙ РОДНОЙ АБХАЗИИ И АВТОМАТ КАЛАШНИКОВА, КАК АВТОРИТЕТ, СЕГОДНЯ БОЛЬШЕ УВАЖАЮТ, ЧЕМ СКУЛЕНИЕ ПРОСЯШЕГО ПРИЗНАНИЯ СВОЕЙ НЕЗАВИСИМОСТИ. НАДЕЯТЬСЯ, ЧТО КТО-ТО... КОГДА-ТО... ДАСТ... ПРИЗНАЕТ ВАМ ВАШУ НЕЗАВИСИМОСТЬ ... ???

НИЧЕГО БЕЗ ВОЛИ ГОСПОДА БОГА ВСЕВЫШНЕГО НА ЭТОЙ ГРЕШНОЙ И СВЯТОЙ ЗЕМЛЕ НЕ ОСТАЕТСЯ ПОД СОЛНЦЕМ... ЗАЧЕМ И КАК ГЛУПО ПРОСИТЬ ТО, ЧТО У ТЕБЯ УЖЕ ЕСТЬ. РАЗРЕШЕНИЯ У КОГО-ТО ПРАВО ИМЕТЬ ЭТО...??? ЧТОБЫ НЕ ОТОБРАЛИ НАЗАД... НЕ ОТДАВАЙТЕ... ЭТО ЖЕ ТАК ПРОСТО... БУДЬТЕ БДИТЕЛЬНЫ, – ВРАГ УБЬЕТ, А ТОТ КТО БОЛЬШЕ ВСЕХ КЛЯНЕТСЯ В ВЕРНОСТИ, ПРЕДАННОСТИ и ДРУЖБЕ – МОЖЕТ ПРЕДАСТЬ.

ВАС УЖЕ ПРИЗНАЛ ГОСПОДЬ БОГ ВСЕВЫШНИЙ, ДАРОВАВ ВАМ СВОБОДУ И ПРИЗНАНИЕ,– БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ СВЯТОЕ ПОМАЗАНИЕ ВАШЕЙ ПОБЕДОЙ, СЛАВОЙ ВАШЕГО ОРУЖИЯ И БОЕВОГО ЗНАМЕНИ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ АБХАЗИИ. УКРЕПЛЯЙТЕ ЭТОТ ДАР БОЖИЙ И НЕ ПРОСИТЕ, НЕ СКУЛИТЕ ПОДОБНО ТРУС­ЛИВЫМ ШАКАЛАМ, КОТОРЫЕ ВАС ГОРДЫЙ И СМЕЛЫЙ НАРОД АБХАЗЦЫ, ПЫТАЮТСЯ ЗАСТАВИТЬ У КОГО-ТО ЧТО-ТО ПРОСИТЬ НА СВОЕЙ РОДНОЙ ЗЕМЛЕ, ВАШЕЙ СВЯТОЙ, БЛАГОСЛОВЕННОЙ АБХАЗИИ. У ВАС ВСЕ ЕСТЬ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ СВОБОДНО ЖИТЬ В ЕДИНСТВЕ И ДОБРОБЛАГОПОЛУЧИИ В СВОЕЙ АБХАЗИИ, НЕ ПОТЕРЯЙТЕ ЭТОТ ДАР БОЖИЙ, ПОМАЗАНИЕ, СВОБОДУ ВАШУ, НЕ­ЗАВИСИМОСТЬ И САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ, ЕДИНСТВО И БЛАГОСОСТОЯНИЕ ЗЕМЛИ СВОЕЙ, РОДНОЙ АБХАЗИИ, ЧЕСТЬ И СЛАВУ НАЦИИ, НАРОДОВ АБХАЗИИ, – ВСЕ СЕГОДНЯ ТОЛЬКО ОТ ВАС ЗАВИСИТ И НИ ОТ КОГО-ЛИБО СО СТОРОНЫ... ПРАВДА УТВЕРДИТ ВАС СВОБОДНЫМИ, – ВАША НАЦИОНАЛЬНАЯ ПРАВДА...

Я, БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ ПОМАЗАННИК БОЖИЙ КОРОЛЬ УКРАИНЫ-РУСИ ОРЕСТ ПЕРВЫЙ, МИТРОПОЛИТ КАРПАТСКИЙ РОМАН, ФЕЛЬДМАРШАЛ ВОЛЬНОГО УКРАИНСКОГО КОЗАЦТВА КОРОЛЕВСКОГО ВОЙСКА ЗАПОРОЖСКОГО, – ПЕРЕД ГОСПОДОМ БОГОМ ВСЕВЫШНИМ ПРИЗНАЮ НЕЗАВИСИМОСТЬ ЗЕМЛИ ВАШЕЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ И СВЯТОЙ АБХАЗИИ, САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ВАШЕГО НАРОДА НА ЗЕМЛЕ СВОЕЙ РОДНОЙ ВО ИМЯ ОТЦА СЫНА И СВЯТОГО ДУХА НА ВЕКИ ВЕЧНЫЕ. АМИНЬ! АМИНЬ! АМИН!

А КТО МОЮ ВОЛЮ НАРУШИТ, – ДА БУДЕТ ПРОКЛЯТ ВО ВСЕХ ПОКОЛЕНИЯХ СВОИХ.

НЕ ПУГАЙТЕ, – НЕ БУДЕТЕ САМИ БОЯТЬСЯ. ЧТО НАЧИНАЕТСЯ С ПОДЛОСТИ, СКОТСТВА, ГРАБЕЖА, ПРЕДАТЕЛЬСТВА, КЛЯТВОПРЕСТУПНОСТИ И ЛЖИ – КАК ПРАВИЛО ТРАГИЧЕСКИ ДЛЯ ТЕХ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ.

ЖЕЛАЮ СТРАНЕ ВАШЕЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ АБХАЗИИ ВЕЛИЧИЯ И ПОЦВЕТАНИЯ НА БЛАГО, ЧЕСТЬ И СЛАВУ НАРОДОВ ВАШИХ.

АБХАЗЦАМ – СВОБОДУ, ПОБЕДУ, ЕДИНСТВО И ПРОЦВЕТАНИЕ, – БЫТЬ ПОЛНОВЛАСТНЫМИ ХОЗЯЕВАМИ НА РОДНОЙ ЗЕМЛЕ СВОЕЙ СВЯТОЙ АБХАЗИИ... НЕ ПРОДАВАЙТЕ – ЗЕМЛЮ СВОЮ, ЛЮБИТЕ АБХАЗИЮ СВОЮ. ЗЕМЛЯ ВАША РОДНАЯ ОТБЛАГОДАРИТ ВАС ВО ВСЕХ ПОСЛЕДУЮЩИХ ПОКОЛЕНИЯХ СТОРИЦЕЙ. КАК ВЫ ОТНЕСЕТЕСЬ К ЗЕМЛЕ СВОЕЙ РОДНОЙ АБХАЗИИ,– ТАК И ОНА ЗА ВАШУ ЛЮБОВЬ И ПАТРИОТИЗМ К НЕЙ БЛАГОДАРНА БУДЕТ К ВАМ.

ВОИНАМ ВАШИМ ЧЕСТЬ И СЛАВА ПРИ ЖИЗНИ И ПОСЛЕ. – БОЕВОМУ ЗНАМЕНИ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ АБХАЗИИ ПОБЕДЫ, ЧЕСТЬ И СЛАВА НА ВЕКА.

МАТЕРЯМ ВАШИМ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ РОЖАТЬ АБХАЗЦЕВ, СЫНОВ И ДОЧЕ­РЕЙ СЛАВНОЙ БЛАГОСЛОВЕННОЙ ЗЕМЛИ РОДНОЙ ВАШЕЙ АБХАЗИИ. РОЖАТЬ ТАК, КАК РОДИТ ЗЕМЛЯ ВАША РОДНАЯ АБХАЗИЯ.

ЕСЛИ МЕЧ КРЕПКО ДЕРЖАТЬ БУДЕТЕ В РУКАХ СВОИХ, КТО С МЕЧОМ НА ВАС ПОЙДЕТ, ОТ МЕЧА И ПОГИБНЕТ... ТВЕРДО НА ЗЕМЛЕ СВОЕЙ СТОЯТЬ, БУДЕТЕ ДОБРЫМИ ХОЗЯЕВАМИ, УТВЕРЖДАЯ НА РОДНОЙ ЗЕМЛЕ СВОЕЙ БЛАГО­СЛОВЕННОЙ И СВЯТОЙ АБХАЗИИ СВОБОДУ, ЕДИНСТВО И ДОБРО – СУДЬБА ВАША ТАКАЯ, ОТ МЕЧА ИМЕТЬ ВСЕ... И ЧТОБЫ НЕ КОРМИТЬ ЧУЖУЮ АРМИЮ НА РОДНОЙ ЗЕМЛЕ АБХАЗИИ СВОЕЙ.

КНЯЖЕСКИМ ФАМИЛИЯМ АБХАЗИИ МУДРО РАСПОРЯДИТЬСЯ ДАРОМ БОЖЬИМ, СВОЕЙ СВОБОДОЙ И НЕЗАВИСИМОСТЬЮ, КАК БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ ПОМАЗАННИКАМ БОЖЬИМ НА ЗЕМЛЕ СВОЕЙ РОДНОЙ, БЛАГОСЛОВЕННОЙ И СВЯТОЙ АБХАЗИИ. ВАШ ДОЛГ И ПОМАЗАНИЕ БОЖЬЕ НЕ ИСПОЛНИТЬ ЕГО СМЕРТИ ПОДОБНО И КАРЕ ГОСПОДНЕЙ...

НЕ ДАЙ БОГ, ЧТОБЫ ВЫ УТРАТИЛИ РАЗУМ СВОЙ в ЭТОТ ДЕНЬ ВАШЕГО НАЦИОНАЛЬНОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ НОВОЙ ЭРЫ, ТРЕТЬЕГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ...

НЕ ВЕРЬТЕ, НЕ БОЙТЕСЬ И НЕ ПРОСИТЕ... БОГ С ВАМИ И ОН ПОМОЖЕТ, ВАС ЗАЩИТИТ.

С ВЕЛИКОЙ ЛЮБОВЬЮ, С ГОСПОДОМ БОГОМ ВСЕВЫШНИМ И ЖИВЫМ, БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ, ПОМАЗАННИК БОЖИЙ КОРОЛЬ УКРАИНЫ-РУСИ ОРЕСТ ПЕРВЫЙ, МИТРОПОЛИТ КАРПАТСКИЙ РОМАН, ФЕЛЬДМАРШАЛ ВОЛЬНОГО УКРАИНСКОГО КАЗАЦТВА КОРОЛЕВСКОГО ВОЙСКА ЗАПОРОЖСКОГО.

26 октября 2006 от Р. X.

Киев, Донецк, Ростов-на-Дону, Адлер, Сухум.

--------------------
1 То есть Черногория


(Выражаем благодарность Руслану Гожба и Рисмагу Аджинджал за присланный материал.)

____________________________


ВОСПОМИНАНИЯ О БУДУЩЕМ

У каждого народа есть свои прорицатели. Одни из года в год объявляют об очередном конце света, другие о приходе нового мессии, а третьи оставляют после себя такие загадки, что несколько поколений мудрецов не могут их разгадать. Однако, в истории встречаются прорицатели, чьи слова сбываются в «назначенный час» и с удивительной точностью. Пророчества, собранные в этом разделе историком и кавказоведом Русланом Гожба, относятся к советскому периоду. В то время и думать-то про развал Союза и гражданскую войну было страшно, не то чтобы говорить об этом. Уважаемые абхазские старцы рекли о будущем Абхазии в кругу своей семьи, и как правило, все эти откровения были сделаны перед смертью.

*

Был жаркий полдень. Пастух пас стадо в с.Гарп. Усевшись в тени дерева, он наблюдал за окружающим. И вдруг он видит, как с неба спускаются, сидя на муле, три пророка. Испугавшись, пастух спрятался в кустах. Пророки, усевшись в тени дерева, повели разговор, кому быть правителем (государем, а??ын??ар) Апсны. Было пе­речислено несколько фами­лий, но к единому мнению не пришли. Тогда один из них сказал: пусть правителем Ап­сны будет Чнагу. «Чнагу, Чнагу, – повторили другие, – Да, он подходит, и пусть он будет правителем Апсны».

– А кто будет об этом знать? – спросил один из пророков.

– А пусть этот пастух, ко­торый сейчас прячется в кус­тах и будет свидетелем, – ответил другой.

После этого они втроем вновь уселись на мула и воз­неслись на небеса.

Пастух, пригнав стадо до­мой, направился к одному из самых уважаемых людей ок­руга – Аабыджу Мыкуба и рассказал обо всем. Аабыдж, собрав всех почетных стари­ков, поведал им об услышан­ном. После этого они попы­тались установить, кто такой Чнагу, но безуспешно, никто его не знал.

Прошло время. Аабыдж с супругой ехал на фаэтоне в Эшеры. По пути он остано­вился в Гудаутах у духана, чтобы отдохнуть. К нему по­дошел юноша и, поздоровав­шись, спросил:

– Не в Сухум ли вы еде­те?

Аабыджу понравился паренек, и он спросил его, кто он такой.

– Я Чнагу, сын Щахусны Джергениа!

Аабыдж сразу же вспомнил слова пророков и сказал:

– Как же я не возьму те­бя с собой, Чнагу – сына Щахусны Джергениа!

Затем, усадив его рядом с собой, расспросил, откуда он и куда направляется. Чнагу, а это был молодой Нестор Ла­коба, ответил, что из Сухума он едет в Батум, где учится.

Они вместе отправились в путь. В Эшерах Аабыдж вы­шел, заплатив за себя и Нестора, а Чнагу направился да­льше.

Прошло время. Имя Нестора было уже на устах по всей Абхазии. И вот в 1917 г., ко­гда Абхазии надо было опре­делиться и избрать лидера, который повел бы за собой абхазский народ, высшее сословие стало выдвигать своих людей. Тогда состоялся наро­дный сход, где выступил с четырехчасовой речью Осман Бутба. После его выступле­ния народ избрал Нестора... Люди, близко знавшие Нес­тора. говорили, что он каж­дый вечер молился Богу за сохранение и благополучие Апсны и ее народа.

Руслан Гожба «Память прошлого», см. газ. «НПА – Народная Партия Абхазии», №13 за 7 декабря 1997 г.


*

1942 год. Шла вторая мировая война. В Абхазию уже переселяли грузин, а все мужское население из абхазов находилось на фронте. Для абхазского населения была поголовная мобилизация. В Калдахварах покойникам готовили последний приют женщины, что было неслыханно для абхазов, но все мужчины были на фронте или расстреляны в 1937-м году. Было очень тяжелое время.

В селе Атара жил 120-летний Кадыр Хурхумал, он никак не мог уйти в мир иной. Старые мудрые люди говорили, если человек долго не умирает, то его последний час не придет до той поры, пока он не сообщит информацию, которую ему ниспослали от Всевышнего. Есть еще старое, древнее выражение: «Ребенок, что увидит и услышит, никогда не забудет».

И вот старый-престырый Кадыр собрал всех детей в своей ахабле (деревне) и рассказал следующее:

«Сейчас очень тяжелое время, алемса (германец) идет войной против аурыса (русских), но эту войну алемса проиграет через три года. Сейчас вы видите, когда идет война, нашу прекрасную Абхазию заселя­ют грузинами, это было и в мое время, сейчас очень тяжелое время. Но пройдет более 40 лет после победы аурыса и в Абхазии появится молодой парень – абхаз, который получит хорошее образование в Москве, где он до приезда, на родину будет работать свыше двадцати лет. И этот образованный молодой человек возглавит абхазский народ и благодаря его решительным действиям, Абхазия станет свободной и все грузины уйдут к себе на родину, за реку Ингур.

Запомните это, дети мои. Это мне поручено передать вам от Того, который все знает. Так и будет, запомните. Пройдет время, меня не будет, но когда это произойдет, вы вспомните меня», – так говорил старый-престарый Кадыр Хурхумал. Вскоре, он спокойно ушел в мир иной.

А то, что он передал, свершилось.

*

В начале войны я чуть свыше месяца задержался в Сухуме: у меня болел младший брат. Когда мы с ним прибыли в Гудауту, то пошли к нашей тете, сестре отца.

– Ах, Аабыдж, все что он говорил сбылось! – воскликнула Зинка Мыкуба, тетя Заура Мыкуба.

Мыкуба Аабыдж, был известный абхазский мудрец, общался с пророками, был известные оратором и медиатором, а как лекарь, народный целитель был известен всей Абхазии. Аабыдж прожил долгую жизнь, 106 лет, жил он в с.Уатхара, а умер в 1936 году. Перед кончиной, он собрал близких, среди них была и его внучка Зинка и оставил завещание:

– Через год, – сказал он, в Алены будет уничтожено очень много хороших её сынов, наступят тяжёлые времена. Потом, ещё через несколько лет будет очень большая война и там много абхазов сложат свои головы. После этой войны, где Россия одержит победу, через несколько десятков лет, у нас в Апсны будет война, но абхазы одержат победу. Так говорил перед уходом в мир иной мудрый Мыкуба Аабыдж.

Записал Р.Х. Гуажба со слов его внука Мыкуба Заура Куаговича, Сухум, 2010 г.


*

Это было в 1943 году. После тяжелых боев на Северном Кавказе я был ранен, отправлен в госпиталь и оттуда снова был направлен в Иран, в город Казвин. Тогда я был очень молод, мне было 18 лет, и очень живой. Командир выделял меня и когда я выходил в город в увольнение, то надевал офицерскую форму, которая очень шла мне.

Однажды мы с моим другом проходили мимо базара. Видим, сидит древний старец, весь седой-преседой, очень почтенный, люди подхо­дят к нему и целуют ему руки. Это был дервиш, святой. Мы тоже подошли, он обратил на нас внимание и знаком подозвал меня. Я смущаясь подошел. «Кто ты?» – спросил он. «Русский солдат» – ответил я. «Нет, ты не рус, кто ты?» – вновь спросил он. Мы говорили через переводчика. «Абхаз» – ответил я.

«Абхаз, Абхазия, – задумался он, – Подожди не уходи. У вас будет через много лет, когда ты будешь пожилой, большая война, и вы одержите великую победу. Запомни это», – сказал он мне это.

Вернувшись, после победы домой, в Абхазию, я спрашивал всех, тогда было много стариков, но никто не мог дать мне ответа. А вот сейчас мы видим то, что предзнаменовал старец.

Анкуаб Расим, 1994 г. с. Хуап.

*

Был в селе Ачамдара провидец Аджба Темыр. Он совершал очень много удивительных дел и сейчас о них рассказывают. Он говорил, после войны, тогда в честь погибших на фронтах второй мировой вой­ны ставили памятники – «абака». Пройдет время, – говорил Темыр, – в Абхазии будет война и вся Абхазия будет покрыта «абака», в память павших и великой победы.

*

140-летний Хапара Киут, после войны 1941-1945 г.г. говорил, что в Апсны будет большая война, и после нее абхазы, наконец, избавятся от захвативших и поработивших ее землю.

*

Вот, что рассказывал 91-летний Айба Алмасхан Кутиа-ипа из с.Уатхара в 1994 году.

У меня была единственная сестра. Совсем молодой она вышла замуж в с.Лыхны, в очень гостеприимный дом. Отец мой сильно пере­живал, ведь она была очень молода, вдруг не сможет как положено обращаться со свекровью, люди могут сказать: «Хой, ведь это его единственная дочь и он не смог ее воспитать!»

Близкие успокаивали его: «Это судьба и негоже так, возьми себя в руки». Ну конечно он успокоился со временем, ведь не мог же забрать домой дочь. Я к чему рассказываю. До этого моя сестра ухаживала за гостями в нашем доме, подавала им вино. А теперь это вошло в мои обязанности. Отец был знаком со многими, приходили часто его друзья. Останавливались у нас почтенные старцы, вели беседы. А я, так как моя старшая сестра вышла замуж, разливал вино, следил за тем, чего не хватает за столом, за всем этим я должен был следить. Я рассказываю истинную правду и ты сейчас услышишь то, что я слышал. Какой год был, когда шла еще та война?

– 1914.

– Да. Один из гостей сказал так. Время изменится. После этой войны 1914 года в Абхазии будет беда от воды.

Рядом с ним сидел другой старец, один из тех необыкновенных людей, кто общается с Пророками.

– Дорогой, – ответил он, – в ближайшее время не будет несчастья от воды. В такой-то год, он назвал 1992, – будет испытание огнем, войной. И свидетелем тому будет этот мальчик, что обслуживает нас. Этот срок наступит. Придет это время и так свершится, – сказал он.

Я стою и поражаюсь тому, что они говорят. Сидит мой отец, рядом сидят испытанные, видавшие виды мудрецы, необыкновенные люди, я слышу все, что они говорят, прислуживая им. Внимательно слежу за их тостами, наполняя стаканы вином, время идет. Они с большим почетом относятся друг к другу, я слежу, чтобы на столе был порядок.

– Беда водой уже была в Апсны. Вода залила всю нашу землю и реки Аапсы, Гумста, Бзыбь, Абаата в Гаграх, где находится святыня абхазов. Повсюду от нее, воды, большая беда, погибло много людей, уничтожено было имущество. Вот здесь в Жьабна, так это место назы­вается и тут была вода. И в Гаграх, и в Бзыби, и на Гумсте, и на Хипсте – всюду поднялась вода. Мы живем на возвышенности, но и здесь, и далее до тех холмов все было залито водой, вон отсюда до Мчища. Там, где сейчас стоят дома, все было затоплено. Даже святыня

Абаата-ныха была покрыта водой, ведь мы, абхазы, тоже совершили немало ошибок. Там, где находится Абаата, не было ни одного дома. Теперь и следов того наводнения, что здесь когда-то было, не видно.

Вот такое наводнение было в Апсны.

Тот старец предсказал войну. Ведь случилось то, что он и сказал. Ведь наши мальчики погибли от огня. Пусть будут спокойны их души.

До сотворит Всевышний отныне только хорошее.

*

Барцыц Пшкяч Камгаз-ипа рассказывал это в 1964 году своему внуку, когда они шли в горы. Он, Пшкяч, хорошо знал горы, имел много скота, мог смотреть (гадать по лопатке - ашхуа животного). Ушел в мир иной в 1977 году (с. Блабырхуа);

«Не забывай, дад, когда меня уже не будет, эта Советская власть развалится, но никому не говори об этом.

Эти сваны, что живут в Уатхарах, ты ведь слышишь их крики и плач? (их очень много умирало, то ли от непривычного климата, то ли от пищи, что-то им не подходило). Для них наступят еще более худшие времена, их исход будет еще хуже, чем их приход...

В ваше время будет большая война, погибнет очень много молодежи, людей. Но вы освободите (очистите) Апсны. Вы станете хозяевами (букв. «Она будет в ваших руках»).

Потом наступят тяжелые времена: людям не будет хватать ни земли, ни домов, брат с братом будет воевать из-за богатства, дело будет доходить вплоть до кровопролития.

В правительстве будут сидеть воры-жулье, они придут к власти. Им всего не будет хватать, ни еды, ни всего того, что они будут продавать.

Но их срок будет недолог. В ваши времена наступит справедливая жизнь».

*

Гуарамиа Камшьышь Гыд-ипа , известный охотник, сказатель. Рассказывал в 1993 году. Ушел из жизни в 1997 году, ему было 116 лет, город Ткуарчал:

– Я умру, но слово мое останется, 13 лет, потом Абхазия будет свободной.

Что я знаю, но если вы, мыжда, будете едины в Слове, то столько испытаний вы не прошли бы. Всего лишь пятнадцать дней, если бы вы были едины в Слове...

Адские испытания прошли наши отцы. Никто не виноват. Мы, абхазы, во всем виноваты.

Вы не доверяете друг другу, убиваете тех, кто пришел к нам на помощь... Те, кто покинул Апсны, они мертвы, находятся в земле и для Абхазии они мертвы. Кто скрылся от нашего Апсуара, у них другое место.

Никто не завоюет Апсны, она будет принадлежать тем, кто несет в себе Апсуара...

Мы должны быть едины в Слове. Мы свершили большей грех. Наше негодяйство (ачачанра) – наш враг, кто продавал прописки, разве не мы, ведь Апсынра принадлежала нам.

С грузинами мы разойдемся и у нас с ними не будет ничего общего. Среди нас не должны жить другие.

Ардзынба не образованием, а сердцем и умом ведет дело; и дело это идет с ним (управляется им).

Русский неправ наполовину. Как я смотрю, так и вижу, русский немного неправ (и в большом неправ). Апсны будет у него, но он неправ, а чтобы его исправить (направить на правильный путь) ничего не надо однако.

Ничего не бойтесь, будьте едины в помыслах, не падайте духом (букв. «не калечьте сердце»). Так не будет длиться. «Курица свой яд вытаскивает из под земли своими же когтями». Наше Апсуара твердо встанет на ноги.

Он возьмет свое. Во главе станет (лидер), на которого надеется Ардзынба, который умом и сердцем, подобно ему, продолжит его дело.

Ианаджалбейт, ианаджалбейт, молодой Ардзынба очень силен умом, но со временем его будут очернять.

Грузины не возьмут Апсны. Она будет принадлежать абхазам (букв. «будет принадлежать Апсуара»).

*

Хьыч-ипа (Арстаа) Касей Сабакей-ипа – известный сказитель, святитель, охотник, великолепно исполнял на апхярце Нартские сказания. В 1973 году ушел в мир иной, ему было 78 лет (село Уатхара).

Записано на Ауадхаре в 2000 г., со слов его сыновей.

Ирадион:

«За год до смерти, он передал мне, чтобы я прибыл домой.

– Мне осталось жить один год, потом я умру, – сказал он.

– Ты о чем говоришь, зачем заставляешь детей печалиться, откуда ты знаешь, когда умрешь?! – сказала моя мать.

– Этого ты не знаешь, ты знаешь другое, – сказал он и затем мне рассказал все, где и как похоронить его. Когда он это мне рассказывал, он не был болен, ничего его не беспокоило. Но он знал, что у него сроку осталось – один год, он знал, что после этого умрет.

Потом он сказал, что будет война. В войне погибнет много молодежи, людей. Но вы не бойтесь, сказал он, весь народ, предста­вители других народов встанут рядом с вами, наступит такой момент, вы будете думать, неужели мы погибнем, как одержите победу. Вы победите, но вот что будет потом – внутри нарушится порядок, много молодежи погибнет трагически. Чтобы не было этого, их нужно правиль­но наставлять, если сможете удержите их, очень много погибнет их... Она /молодежь/ не будет слышать, что им говорят и такое начнется. Наркомании он не знал, то что чужие люди (букв. «чужой народ») курят, это ведь есть, такое будет и у нас.

Он сказал еще, что во главе станет Ардзынба и одержит победу затем будут трудности.

М. Б. – Он наверное не назвал его фамилии и имени?

– Кех! Он сказал во главе будет Ардзынба, я говорю так, как он, отец говорил мне, я от себя ничего не говорю!

Как вы видите это время пришло. Затем то, что будет впоследствии он сказал. Будет еще одно столкновение, – сказал он. И после этого столкновения (войны) Абхазское государство станет сильным, – сказал он. Но нужно проявить сильный характер, должно быть единство, если молодежь не поставите на место, очень много молодежи испортится, – сказал он.

Потом, сказал он, абхазы, находящиеся вне родины устремятся сюда, но здесь им не станут давать места, это приостановится.

– Что же тогда делать? – спросил я. Надо их абхазов возвращать и расселять по разным местам, там где раньше жили их предки, если земли не заполнить, сказал он, абхазы будут в меньшинстве, и пришлого, чужого народа будет больше и снова у вас будут большие неприятности.

– Чтобы этого не произошло, что надо? – спросил я.

– Надо, чтобы вы укрепляли абхазство (Апсуара), для этого надо много детей. Тех, кто находится вне пределов Родины надо вернуть сюда. Надо представить мудрых правителей, но не тех кто стремится к наживе и деньгам, а тех кто сможет заботиться и вести народ, они и будут.

Вот сейчас мы приходим к тому, что он говорил в конце.

М. Б. – Он говорил, что будет столкновение?

– Должно быть столкновение, – сказал он, много людей, представи­телей других народов придут вам на помощь, враг ничего не сможет сделать, но будут жертвы. После этого все будет хорошо, – сказал он. Мы сейчас находимся в преддверии этого.

И так все, что он говорил сбылось: не отпускайте младшего на фронт, если он пойдет – погибнет, – говорил он. Поговорите с ними, но разве их удержишь. Там будет убийство, этот трагически погибнет, с другим будет так, с этим так, все что он говорил, истинная правда, все сбылось.

*

Шота, сын Касея, доктор наук:

– Кто мог подумать тогда, что Советская власть развалится. Кто посмел бы, чтобы Советская власть пала, Сталин считался богом, а окружение его пророками, весь мир в наших руках, так ведь мы думали.

Ты не забывай, что я тебе говорю, – говорил он. Он видел, что я ему не до конца верю, но он верил и хотел, чтобы я знал.

Придет к власти (в СССР) меченый. И тогда, – сказал он, – внеш­ней войны же будет, но во время его правления в государстве будет большой развал.

После этого, сказал он, в государстве (СССР) между народами будут ожесточенные столкновения, будут возникать войны, в Апсны будет война, погибнет много народа, но абхазы одержат победу, из испытания выйдут со славой. И ты не забывай, – сказал он,– после этого будет много преступлений.

Когда было все спокойно и Советская власть была сильна, он совершал следующее: Повернувшись на Восток он громким голосом, чтобы слышали соседи, молил Бога:

«Всевышний, прошу Тебя, то несчастье, что должно произойти, пусть не поглотит абхазский народ, не погубит наших детей».

– Оой, дад, ты не знаешь, – говорил он, – а я знаю. Потом он говорил, ты думаешь, что я недостойный Касей что-либо знаю что может произойти, откуда мне знать, что сегодня вечером будет на ужин я не знаю. Всевышний, кто мне говорит, пусть озарит тебя теплотой своих очей, пусть теплоту своих очей подарит нам Всевышний, это Он мне передает, это от Него. Ты думаешь я что-то вижу, то что должно произойти. Если Он услышит, пожалеет нас, поэтому я прошу Его…

Записала Марина Барцыц; подстрочный перевод с абхазского.
газ. «Новый День», 11 апреля 2008, №15, с.4.


*

Когда началась война, 14 августа 1992 г., мы были в Турции. Трагические вести, приходившие из Апсны, ошеломили нас и часть людей пала духом. В это время моя невестка Нуршьен Хуарцкиа-пха в ночь после начала войны увидела сон и, воспрянув духом от увиденного, говорила всем: "Не переживайте, скоро мы одержим победу", затем пересказала мне свой сон: "Я и моя свояченица стоим рядом, одетые в платье невест... В это время из огромной массы народа, собравшегося подобно необъятному морю, вышел один человек и, начиная с твоего старшего брата, поцеловал всех нас четверых в лоб. Затем сказал нам, не пере­живайте, скоро мы одержим победу, - после этого он, вновь смешавшись с огромною массою народа, исчез". Сон есть сон. "Да увидеть тебе хорошего сна!" - пожелал я ей, что я больше мог сказать. Через несколько дней невестка пришла в Абхазский клуб и, увидев на стене фотографии, указала на одного из них, спросив при этом: "Кто этот человек? Это его я видела во сне". У всех, кто слышал её рассказ об увиденном ею сне, буквально волосы встали дыбом. Не зная что сказать, мы застыли, глядя друг на друга. На фотографии, висевшей в клубе на стене, был портрет Владислава Ардзынба. Моя невестка никогда в жизни не видела его и никак не представляла его на вид. Эта весть мгновенно облетела всех и все с удивлением передавали эту новость: "Если она, невестка, слышала только имя Владислава, но никогда в жизни не видела его и он во сне явил ей благую весть, то Создатель прислал его к нам и поставил во главе народа и он, Владислав, приведет нас к победе!" Народ воспрял духом и об этом говорили повсюду.

И правда, никто в мире не надеялся, что мы победим, что мы одержим победу, но наш предводитель привёл нас к победе и свершил слово, данное им во сне.

Со слов Октая Абдлы-ипа – Чкотуа // Октай Чкотуа. "Апсха".


ж. «Апсны Апсадгьыл» 2012.14.05, Спецвыпуск, Пкуа – Сухум, с. 4,

Перевод с абхазского Р.Х. Гожба.


*

Прорицатель из Воронежа.

После завершения Второй мировой войны /1941-1945 г.г./ пятеро молодых абхазов, участников войны, прибыли в с.Хуап, чтобы навес­тить семью погибшего фронтового друга. После исполнения долга и положенных традиций в эту семью пришел старец, весь седой, лет 85-ти. Он спросил юношей: – Где вы были, что делали и чем занимались?

– Мы пришли навестить семью нашего погибшего друга. Они разго­ворились и старец приступил к рассказу:

– Послушайте меня, я рассказу вам следующую историю. Я участвовал в войне 1914-1917 г.г. С другом мы взяли увольнение и отправились в город. Это было в Воронеже, время было трудное, голодное. Мы стали обходить дома с целью достать что-нибудь из еды. Но в каждом доме мы получали один ответ: – Мы вам ничем не можем помочь, посколь­ку сами голодаем. В последнем доме, куда мы подошли, хозяин нам сказал: – Я ничего не имею, но вот в том неприметном домике, – и он указал на него, – может вам пособят. Мы направились к этому дому, постучали в дверь. Но долгое время нам никто не открывал, и не было слышно ни звука. «Здесь наверно никого нет», – подумали мы и уже собирались уходить, как открылась дверь и из дома вышел седой старец в церковной рясе. Он спросил на русском: – «Чего вам надо?»

– Мы голодны, нету ли у вас чего-либо из еды, – ответили мы. Услышав нашу речь, он понял что мы не русские.

– Вы видно не русские, какой нации будете? – вновь спросил он.

– Кто нас знает, мы небольшой народ, ми абхазы, из Абхазии, столица наша Сухум,– ответили мы хозяину дома. Он оглядел нас внимательным взглядом:

– Вы абхазы? – спросил он на абхазском. Когда мы услышали абхазскую речь, то поразившись от всей души, спросили его: – Унаджалбейт, ты абхаз?!

– Нет, я не абхаз, – ответил он по-абхазски, – но могу говорить на этом языке. Всевышний поручил нам изучить языки, которые не должны исчезнуть, нас было шестнадцать человек. Все другие выполнили послание Всевышнего за месяц; мне было поручено выучить абхазский, на это у меня ушло полгода, и я могу сносно изъясняться на нём, – затем он снова продолжил свою речь:

– В вашей земле, не та на которой вы стоите, на вашей родине будет большая война. Будут большие разрушения, погибнет очень много людей, но вы станете свободны, победите. После этого у вас будет много лишений и снова произойдет сильное столкновение, но оно будет недол­гим, и потери будут небольшие. После этого жизнь в вашей стране наладится.

Со слов Джениа Чинчора записал Руслан Гожба, 23 марта 2010 г.

г. Сухум, Республика Абхазия.


*

Слова Зухаль - абхазки из аристократического рода в Стамбуле:

«Абхазы - счастливые люди. Это единственный народ на Земле, представители которого могут открыто называть себя аристократами и благородными людьми, не боясь, что их сочтут хвастунами. Ведь когда мы называем себя аристократами, мы на самом деле проявляем смирение, потому что наши слова означают, что мы клянёмся служить нашим соотечественникам. Кавказские аристократы - это слуги своего народа, связанные вечным обетом».

Мурат Яган «Я пришёл из-за гор Кавказа», Духовная биография,

Краснодар, 2002, с.89.


*

...Мои собственные предки, вплоть до отцовского поколения, с точки зрения мусульман были язычниками. Ашьхарцы верят, что в их высокогорной стране обитают невидимые существа, именуемые «Хранителями Тайн» или «Нартами». Они обладают всей мудростью земли и являются Источником Высшего Знания.

Нарты были первыми обитателями нашей Родины. Это великаны, которые жили тридцать тысяч лет тому назад, мифическое племя героев, умевших в полной мере использовать заложенные в каждом человеке возможности. Своих уникальных возможностей они не утратили и теперь. С обычными людьми Нарты связывались с помощью ашьхарцев, которые были их посредниками. Эта связь осуществлялась через племенных вождей, представителей отдельных родов, достигших необходимого совершенства. Нарты наделяли этих вождей мудростью /аамста кябзе/, которая помогала им лучше править своими племенами.

Связь с Источником (то есть с Нартами) поддерживали представители родовой знати, которые проходили для этого специальное обучение. Право обращаться к Источнику получали только люди благородного происхождения, имевшие особые заслуги.

В западных монархиях сын наследует отцу автоматически, но ашьхарских предводителей, достойных вступить в контакт с Нартами, всегда отбирали старейшины. Таким образом, для приобщения к этому таинству человек должен был иметь как благородных предков, так и особые заслуги. Такое общественное устройство можно назвать демократической аристократией. Каждому представителю знатного рода, достигшему двадцати четырёх лет, давали возможность пройти специальное обучение у старейшин. Если он его проходил, ему разрешалось вступить в связь с нартами /с.17/. Если нет - претендент «отсеивался».

Иногда, под давлением обстоятельств, допускалось нарушение этих условий, и, если человек был родом из очень знатной семьи, он мог начать учиться у старейшин прежде, чем ему исполнится двадцать четыре года. Это случалось, если умирал отец юноши или подростка, и его место нужно было занять. В чрезвычайно редких случаях таким ученикам удавалось наладить связь с Нартами, но чаще всего они терпели неудачу. Как бы то ни было, им предоставлялся шанс...

Мурат Яган «Я пришёл из-за гор Кавказа», Духовная биография,

Краснодар, 2002, с.17-18.


*

...По абхазским традициям, вожди и племенная знать избираются самим Всевышним, чтобы править народом и служить ему. Каждый абхазский аристократ пользуется огромным уважением, ему все подчиняются, однако он с самого начала знает, что он слуга народа. Известно это и остальным. Жребий благородного человека - это особенный жребий и, чтобы стать его достойным, такой человек должен познать себя как личность. Он должен нести бремя ответственности, а значит ему следует научиться в полном объёме использовать возможности своего тела, чтобы сделать его более совершенным носителем души. Понимание всего этого пришло ко мне позднее. Тогда я был ещё слишком мал...

Мурат Яган «Я пришёл из-за гор Кавказа», Духовная биография,

Краснодар, 2002, с.32.


(Выражаем благодарность Руслану Гожба и Рисмагу Аджинджал за присланный материал. - Ред. Абхазской интернет-библиотеки.)
________________________


КАВКАЗСКАЯ ВОЙНА И ИСХОД ГОРЦЕВ


Прежде чем сказать о Русско-Кавказской войне, мы прежде всего отметим, что судя по ее результатам, на Кавказе, в частности – на Западном Кавказе, свершилось почти полное изгнание коренных народов, которых «ни Чингисхан, ни Тамерлан, ни Солиман Великолепный не могли одолеть», а в Абхазии политика великодержавного шовинизма продолжалась вплоть до окончания антиколониальной войны народа Абхазии с грузинским агрессором, т.е. – 30 сентября 1993 года.

Прежде чем приступить к повествованию о наших соотечественниках, ураганом истории разбросанных по всему свету, приведем один характерный эпизод, произошедший в конце XIX века:


«Известный боевой генерал русской службы Григорий Чачба, истинный абхазец, пользовавшийся огромной популярностью среди горцев Кавказа, сын Али-бея, потомок грозного Келишбея, болел в Тифлисе; в числе приезжавших навестить его, по горскому обычаю, были представители горцев Северного Кавказа.

Генерал, участник покорения многих горских племен, не без ядовитой иронии, спросил по-абхазских одного известного, старого горца Кабарды:
- Ахмат, раньше вы доставляли в Абхазии хороших коней, почему теперь перестали?
Горец ответил:
- Гиргол (Григорий), на хороших конях хорошие люди уехали в Турцию".

В конце XVIII - нач. XIX вв. огромная военная мощь Российской империи устремила свои взоры на Кавказ. Здесь столкнулись тогда интересы самых крупных в то время держав - России, Оттоманской империи, Великобритании, Франции и Ирана. Российская империя в лице новой нарастающей буржуазии и военно-политической элиты стремилась к расширению новых рынков и выхода к Индии и Константинополю. И здесь она впервые, серьезно столкнулась с кавказскими горцами, с которыми, надо отметить, славянские народы до этого, в течении ряда столетий поддерживали экономический и военный союзы, не говоря о связях культурных и династических..
Очень четко отметил в своем докладе "Кавказская война и беженцы" безвременно ушедший, талантливый абхазский писатель Даур Зантариа:

Даур Зантариа
"Мир с тысячелетним вольным укладом, с цивилизацией, которая была и не европейской, и не азиатской в полной мере, где государственные образования, четкие сословные структуры заменялись союзом независимых общин - этот мир столкнулся с совершенно неприемлимой для него силой. В сущности, Кавказская война была уникальной войной запоздалой античности о миром, бравшим первые уроки у Европы.. От Кавказа вдруг стали требовать, чтобы он переориентировался с Востока на Запад, да то как он ни Востоком, ни Западом не был, а был как бы границей двух стихий".

По существу на Кавказе происходила последняя многолетняя жестокая война между рыцарями /от немецкого слова "риттер" - "всадник"/ и буржуа. В этой войне применялись все методы - от подкупа кавказской знати, блокады, политики "разделяй и властвуй", вплоть до полного физического истребления.. Надо отметить, что были в царской России генералы и чиновники, которые предлагали правительству планы экономического и культурного воздействия на горцев. Нo этим планам не суждено было сбыться.

Первый удар на Северном Кавказе был нанесен по кабардинцам и ногайцам.. Екатерина II прислала богатые дары кабардинским князьям Беслану Хамурзину и Атажукину, которых лично принимала у себя во дворце, но на народном собрании, в Кабарде, "посоветовавшись между собою, оба взяли подарки свои и пошли на мост; совсем на середине моста князь Хамурзин обратился к народному собранию", сказав, "чтобы отныне навсегда всякий кабардинец отворачивался, как от греха от подобных подарков и чинов" и с этими словами богатые дары царицы полетели в стремительно несущуюся реку Баксан.. В результате ожесточенных столкновений и поступательного движения царских войск кабардинцев сохранилась в десять раз, в 20-е года XIX века их насчитывалось всего лишь 35 тысяч.. До этого, в конце XVIII в и шейх Мансур объединив многие народы Кавказа сумел в течение ряда лет организовать сопротивление надвигающейся угрозе.

Но уже в 1808 году; а потом к завершению войны - в 1862 г. в Петербурге была создана специальная комиссия по кавказскому вопросу, основными положениями которой были следующие пункты:
1. Полностью очистить Кавказ от оружия и продолжать военные действия до тех пор, пока будет оказываться вооруженное сопротивление.
2. Заставить горцев спуститься с гор на равнину, т. к. в горах они очень искусны в ведении боевых действий.. А живя на равнине, они со временем утратят свои боевые действия.
3. ВЫНУДИТЬ горцев покинуть родные земли и переселиться в Турцию.
4. Колонизировать Кавказ лояльным и благонравным населением, чтобы растворить в нем коренное население.

Генерал Ермолов в самом своем начале управления Кавказом подчеркиквал:
"Горские народы примером независимости своей в самих подданных императорского
величества порождают дух мятежный и любовь к независимости". /Курсив наш. - Р. Г./

Официальный российский историк А.П. Берже охарактеризовал выселение кавказских горцев, как "военную и политическую меру", которая была принята по особому плану, выработанному в 1862 г. в Петербурге, т. н. "Кавказским комитетом по выселению горцев".
"Изгнание черкесов была крайняя, но единственная мера к умиротворению края", - отмечал В. Новицкий. в 1864 г. в Сухуме, наблюдая исход абхазов в Турцию.
После Абхазского восстания 1866 года проектировалось выселение абхазов "в ОДНУ ИЗ отдаленных губерний России". В телеграмме, отправленной из Боржома 24 августа 1866 года великим князем Михаилом в Санкт-Петербург военному министру Милютину Д. А. говорилось:

"С. Петербург. Военному министру.
В наказание за возмущение признал полезным для примера один чайтахский аул до двухсот душ обоего пола выселить немедленно [в] Россию и направить их [в] Астрахань. Прошу исходатайствовать высочайшее утверждение, а также по соглашению с министром внутренних дел Разрешение водворить ссылаемых в одной из отдаленных губерний кроме сибирских.. Туже меру нахожу полезною относительно абхазцев – испрашиваю разрешения выселить если по ходу дел признается нужным до тысячи семейств, отправляя партиями на Ростов".
Михаил.

Нa документе, уже 27 августа 1866 года военный министр Милютин Д. А. отметил:
"Высочайше повелело исполнить".
Впоследствии, в 1867 году, по этому указу, все жители Дала и Цабала и часть населения из Бзыбского, Абхазского и Абжуйского округов, числом уже до четырех тысяч семей были выселены", но не "отдаленные губернии", а в Османскую империю.

Впоследствии, когда начальником Сухумского отдела был назначен генерал В. А. Гейман, бзыбцы представились ему в Сухуме, "с надеждой о благополучном нашем сожитии", он гневно и резко заявил им: "Хотя государь простил вам за преступления ваши ("восстание 1866 г.), но я не прощу».."

Абхазия, как известно, в начале XIX века, благодаря смелой и централизованной политике Келешбея Чачба была совершенно независимым государством и в лице ее государя искала политического союза с Россией, а не полного подчинения. Но в результате заговора со стороны, Турции и Мингрелии Келешбей пал жертвой наемников. Престол наследовал не старший сын Асланбей, а Сафарбей - вот откуда пошли многие беды Абхазии в XIX веке. Как отмечает в своей статье С.М.. Ашхацава, написанной еще в 1912 г., страна делилась в эпоху независимости на 25 округов, а "каждый из округов делился на села и деревни и управлялся княжеской или дворянской фамилией и составлял аристократическую республику. Правители округа являлись блюстителями порядка: следили за сохранением имущественных прав каждого". Далее он подчеркивает, что "в этой аристократической республике был владетельный князь, который являлся военным головой всего края, блюстителем порядка, исполнителем народной воли, принявших силу закона. Он вел сношения с иностранными державами и племенами, заключая условия с ними с согласия других округов и в случае войны созывал милицию ото всех округов и предводительствовал ими.. Кроме того, закон давал ему право вмешиваться во внутренние управления других округов, когда последними сделано упушение закона.. Правители округа также имели право протестовать против поступка владетеля, если он превышал власть, или ослаблял общий надзор, и тем самым отступал от закона".
Абхазы в те времена соседним народам были известны, в основном, под именем "Абаза". Еще А. Ламберти в первой половине XVII века отмечал:
"На север от Мингрелии живут абхазцы /Abbasi. или Abaschi/, которых турки называют Abassa/. Страна их очень красивая и привлекательная; вся она разделена на плодородные возвышенности.. Воздух у них здоров и сух: оттого и народ прекрасной крови, имеет красивые лица и благородное телосложение; они храбры, подвижны и ловки, во всех трудах выносливы и поворотливы.. Молодежь никогда не сидит без дела, а проводит время, то упражняясь в употреблении пики, то для подкрепления сил бросая в воздух тяжелые вещи, то перескакивая через канавы, чтобы, приучиться к ловкости".

Знаменитый турецкий путешественник Эвлия Челеби - "Геродот Османской истории" в 1641 г. объездивший абхазский берег Черного моря описал "двадцать пять племен народа Абаза, проживавших на побережье моря и в горах".

Известный кавказовед, профессор А.Н. Генко в 20-х гг. XX ст. в своем труде "Абазинский язык" отмечает: "Термин "абаза" или "абадза" очень давнего происхождения /первые его упоминания относятся ко времени, близкому к началу н. э., встречались уже при мерно 1800 лет тому назад/ и имеет собирательное значение: представители черкесских племен так называли все племена абхазские в сямом широком смысле, включая сюда и исчезнувшую ныне на Кавказе народность убыхов/, объединяющиеся общностью языка и культуры и живущие к югу от черкесов /нынешние туапсинский и Сочинский районы, а также Абхазская Республика/."

Абхазы 


Абхазы из ЦабалаАбхазы из Цабала


Воин ШамиляВоин Шамиля

Хаджи-Гуз -1839 годХаджи-Гуз – 1839 год

Аджгирей-ипа Кучук -1825 год Аджгирей-ипа Кучук – 1825 год

Хаджи-БерзекХаджи-Берзек

Но после 1810 г. в Абхазии наступили смутные времена, большая часть народа не признавала власть Сафарбея, принявшего подданство Российской империи и дело дошло до того, что Александр I решил вывести войска из Сухумской крепости, и только угроза со стороны Ермолова уйти в этом случае в отставку, не дала царю пойти на этот шаг. Практически до 30 г., т. е. до начала "Абхазской экспедиции" царскими войсками контролировалась лишь Сухумская крепость, из которой гарнизон не смел выйти, т.к. он постоянно находился на осадном положении.

В это время народ абхазский, был расколот на две части.. Абхазы, проживавшие в горных обществах и сопредельных с ними территориях, не признавали власть правителя страны /ащ иаршьын/; фактически ему подчинялись три округа - Бзыбский, Абхазский /Гумокии/ и Абжуйский; Мурзаканский /Самурзаканский/ был выделен в особое приставство. Вся остальная часть страны, в основном, не подчинялась ни царскому режиму, ни верховному владетелю Абхазии - Ахмутбею Чачба, который, правда в течение десятков лет, довольно умело мог лавировать между российской властью и независимыми абхазскими и убыхекими обществами/. В Абхазии неоднократно происходил ряд восстаний, причиной которого было несоответствие многовекового уклада жизни абхазов с новым режимом, а независимые абхазские общества постоянно выставляли отряды для набегов и ответных, а зачастую и предупреждающих действий на Черноморскую береговую и Кавназскую линии, переходили горы и воевали на стороне горцев в Дагестане и Чечне» В связи с этим ген.м. Лорис-Меликов, командующий царскими войсками в Абхазии, отмечал: «… мы заняли Сухум в 1810 году. С того времени прошло уже полстолетия и надо сказать, что влияние наше в Абхазии нисколько не улучшилось. Даже кажется вернее предположить, что это занятие в настоящее время менее прочно, чем было прежде».
Но после падения Гуниба в 1859 г. все силы мощной империи были брошены против Западного Кавказа. В последние годы войны на Кавказе, после покорения Дагестана и Чечни, Россия продолжала держать огромные силы: пехоты -172 батальона регулярных, 13 батальонов и 7 сотен иррегулярных, 52 полка, 5 эскадронов и 13 сотен иррегулярных, при 242 полевых орудиях.. Годовой расход на содержание этих войск достигал 30 миллионов рублей. Война на Западном Кавказе продолжалась еще пять лет, но итог ее был трагичен и закончился победным парадом царских войск 21 мая 1864 г. в абхазском обществе Ахчыпсы, на нынешней так наз. "Красной, поляне". Как вспоминали шапсугские старики, единственные свидетели прошлого, тогда по реке мзымта в большом числе плыли детские колыбели. Женщины бросали в воду свои драгоценности и присоединялись к братьям и мужьям, чтобы погибнуть за честь Родины…
А ведь в 1863 г., в январе, военный советник при Российском посольстве в Константинополе, полковник Б.А. Франкини в своей обширной аналитической Записке военному министру России Д. А. Милютину очень тонко подмечал:
"Кавказ, как точка опоры азиатской границы, расположенная в том месте, где Азия соединяется с Европой, составляет один из важнейших пунктов, занимаемых Россиею на Земном шаре. Став твердою ногою на Кавказ, Россия господствует над Азиатскою Турциею, над Персиею, над обширным степным пространством, покрытом мелкими татарскими государствами, и которое граничит с английскими и китайскими владениям.. Когда Россия утвердится на Кавказе, для нее нет ничего невозможного в Азии..
Это [Кавказ] будущая житница всех соседних стран, и даже Европы, но главное преимущество Кавказа для России состоит в том,что племена, его населяющие, составляют отличное войско, самое способное к войне во внутренности Азии..
Далее он подчеркивает:
"Известно, сколько жертв стоит необходимость содержать на Кавказе регулярное войско, чего стоит превращение русского мужика в проворного и бодрого кавказского солдата.. Но независимо от преодоления частных условий климата, почвы и местности другое обстоятельство, строго обдуманное, должно неминуемо привести к осуждению мысли о заселении Кавказского края иностранцами.. Русский, славянин разных стран, грек, армянин - все способны по проишествии большего или меньшего времени сделаться на Кавказе хорошими хлебопашцами; но они никогда не приобретут той воинственности, которая с младенчества прививается в нынешнем туземце. Кавказский уроженец ко всему годен, но более всего к войне. Одаренный проницательным умом и редкими физическими качествами, он одинаково способен к земледелию, к торговле, к промышленности, но всему предпочитает оружие. К лишениям, к трудам, к езде, к стрельбе он привык с детства.. Это бесподобный азиатский воин; между тем, как иностранец, переведенный на Кавказ, сделается, может быть, отличным колонистом, но воином никогда не будет… лишиться добровольно услуг кавказских туземцев, выгнать враждебные нам племена в Турцию,- это не что иное как бросить оружие обезоруженному Врагу…"
Затем он предлагает ряд конкретных мер, приводит ряд заключений, на которые правительству необходимо обратить самое пристальное внимание, подчеркивая пагубные причины и последствия войны, выделяя одной из основных причин "нерасположения к нам горцев и отчаянного их сопротивления» - это уничтожение права собственности горцев на их родную землю, а поскольку это право является основанием всякого общества, "отсюда,- пишет Франкини, военный, атташе,- вытекает недоверчивость и ненависть кавказца..., препятствующая успехам нашим и распространению власти нашей на Кавказе".
На что была резолюция военного министра Д.А. Милютина, что выбить горцев со всего Кавказа "это единственное средство навсегда покончить войну на Кавказе".
За два года до первого этапа изгнания, в конце 1862 года приемная английского премьер-министра лорда Пальмерстона "представляла довольно любопытное и оригинальное зрелище. Внимание всех посетителей обращала на себя группа абхазцев - депутатов, одетых в свои национальные костюмы.. Они прибыли в столицу Великобритании с целью просить у английского правительства помощи и материальной поддержки в борьбе с Россией за свою политическую независимость. Возглавлял депутацию польский патриот - полковник Теофил Лапинский, который от ее имени заявил:
"Благородный, лорд!.,,. Перед вами стоит депутация абхазцев; она является представительницей тех самых отчаянных кавказских горцев, которые в настоящую миниту представляют собой единственное племя оказывающее мужественное и упорнее сопротивление России.. Но оно изнемогло под страшной тяжестью борьбы и продержится в таких условиях много-много еще три года, а потом неизбежно пойдет по следам других племен кавказских: или двинется в Турецкую империю, или же навеки покорится Роосии..
Европе необходимо,- воскликнул Лапинский уверенным тоном,- в видах ослабления северного колосса и занятия чем-нибудь его армии на юге, когда с противоположной стороны наносится также серьезный удар, поддержать доблестных абхазцев. Необходимо это сделать, чтобы предупредить их бегство их родного гнезда и тем самым спасти, может быть, всех тамошних горцев. Кому же, как не великой Англии, первой морской державе всего мира, принадлежит в этом случае стратегическая инициатива?"
Лорд Пальмерстон с большим вниманием выслушал горячее слово польского энтузиаста. После некоторого молчания, он отвечая Лапинскому прямо на тираду, в довольно сухом тоне сказал следующее:
"Господин полковник! Вы очень верно смотрите на Кавказ. Действительно там племя за племенем уступало энергичному напору России.. Все наши послы и консулы на востоке доносили мне об этом в течении целых сорока лет... Что за мудрость, если абхазцы делают теперь тоже самое!"
Разочарованная депутация абхазов и убыхов, которую возглавлял Исмаил Баракай-ипа Дзиаш, оставила "негостеприимный Лондон" и отплыла на Родину, не добившись цели.
Этот вопрос был вынесен Дэвидом Урквартом на обсуждение в Парламент Англии и был заблокирован, не хватило всего 16 голосов, что заставило Карла Маркса так прокомментировать это событие:
"Эти 16 голосов не заглушат, однако голоса истории и не заставят смолкнуть кавказских горцев, звон оружия которых доказывает миру, что Кавказ "не принадлежит России, как утверждает граф Носсельроде" и как вторит ему лорд Пальмэрстон".
После окончания русско-Кавказской войны, необходимость в автономном Абхазском княжестве отпала, оно было переименовано в Сухумский военный отдел, а владетель Абхазии был выслан в Воронеж..»
"Рескрипт Александра II,.- отмечает историк М. Н.. Покровский, - учредивший - в 1864 году - особый знак отличия для учавствовавших в кавказской войне, был прав, констатируя окончание " многолетней кровавой борьбы, поднятой для ограждения наших владений, сопредельных с кавказским краем". Он только умалчивал, кто был настоящим владельцем этих мест..."
Итак в 1864 г. окончилась Русско-Кавказская война, в которой с обеих сторон погибло несколько миллионов человек. "Кавказская война, длившаяся 270 лет нанесла России огромный ущерб, как экономически, так и числом погибших солдат и офицеров. От кинжалов кавказских горцев погибло 9 миллионов российских военнослужащих",- пишет турецкий ученый Хазар Хызал. Покорение Восточного, а затем Западного Кавказа, упразднение Абхазского княжества и последующие неоднократные восстания в Абхазии, Чечне, Дагестане и друтих областях Кавказа, введение военно-административного управления, последовавшая затем колонизация Кавказа, необоснованно-репрессивные меры по отношению к кавказским горцам, несоответствие горских адатов и российсих законов вызвали у народов Кавказа массовую эмиграцию, которая, в основном, происходила насильственным путем.
"Величайшая в мире несправедливость, какую только знает история национальных катастроф на обеих полушариях земного шара, постигло абхазскую нацию и с ней черкесский народ. Никакое перо, никакие грамматические степени сравнения недействительны в передаче иасильственных выселений этих племен; картин их величаво-красивой титанической борьбы с северным колоссом, с этим грубо-верным орудием самодержцев и удушения народной воли, его чаяний, его идеалов, его свободы",- писал об этих трагических событиях известный абхазский общественный деятель и ученый Симон Басариа.
Героическим сопротивлением кавказских народов восторгались передовая европейская и российская общественность. На основании отзывов Ф. Достоевского о кавказцах, сидевших с ним в омском остроге, автор биографической повести о нем Л. Гроссман, писал следующее: "Кавказцы омского острога не были уголовными преступниками, грабителями и конокрадами. Это были политические заключенные, отважные патриоты, бесстрашные партизаны, выступавшие в одиночку или легкой кавалькадой против форпостов регулярной и несметной армии. Подвигу горских племен выражали сочувствие в своих стихах величайшие поэты России /"Так ныне безмолвный Кавказ негодует, так чуждые силы его тяготят..."/ - Пушкин и Лермонтов /"Горят аулы, нет у них защиты…. горит черкесской вольности костер!"/. Освободительная война в Чечне, Дагестане, Черкессии, Абхазии порождала энтузиастов и героев".
"Народы Европы учитесь у них черкесов /горцев Кавказа/ - на что способны люди, желающие остаться свободными!" - с восторгом отзывался о сынах Кавказа Карл Маркс.
Как точно подметил Хавжоко Шаукат Муфти, царь "не желая видеть ; свободные народы /кавказских горцев - Р.Г./ и свободные страны со своей империей". Власти боялись, что свободолюбие горцев Кавказа будет служить примером угнетенным народом огромной империи. И действительно, сотни солдат добровольно переходили на сторону горцев, спасаясь от тирании режима и в вольных горах Кавказа они находили приют и убежище.
В этом отношении очень интересно предание о Куджба Капыте:
"Русский офицер с сильным отрядом явился в Кабарду и стал нападать на кабардинцев. Войском своим он занял большую крепость и стал в ней. Его люди и казаки беспрестанно выходили из крепости и нападали на людей, отбивая у них скот, отбивая имущество, сжигая дома.
- Русские пришли и разорили нас, если не будет помощи от вас, абхазов, мы ничего не сможем..РусскийЙ нас полонил,- с этим посланием прислали гонцов в Абхазию кабардинцы.
Собрались абхазы и поручили Кудж Капыте:
- Ты должен пойти на русских..
- Хорошо,- ответил Кудж Капыта поднявшись,- я один пойду или кого-нибудь дадите.
- Ты, конечно, должен взять кого-нибудь с собой.
- Непохожие на мать и носящие мужские брюки – выйти из строя! был дан приказ собравшимся.
-К такому-то сроку будьте готовы,- выступил с речью Капыта. - В такой-то срок я ухожу, а вы все большой и малый, старики и старушки должны собраться здесь. Я скажу вам слово и уйду.
Все собрались В назначенный срок.
- Дай Бог, чтобы весь отряд вернулся без потерь, - сказал Капыта и совершил моление.
Ушел он с людьми в Кабарду. Пришел и видит, там великое горе. А тут снова напали казаки, но Капыта сумел всех мгновенно захватить в плен. Они ведь нападали на кабардинцев. Во время схватки один из казаков на резвом коне стал уходить. Капыта, будучи, пешим, сумел настичь всадника и полонить его.
Капыта с отрядом подошел к крепости, из всех бояниц по ним был открыт ружейный огонь. Но Капыта в ответ не стрелял. Ни одна пуля не попала в него и не зацепила даже одежду. Капыта подошел к крепости и совершил, как тогда перед походом, моление, затем сел у ее стены. Осажденные в крепости не могут выйти из нее. Оказались запертыми в ней, а тех кто осмеливался выйти, разил Капыта. До этого, как мы знаем, часть из них он пленил. В крепости был их командир, офицер. Он передал Капыте: - Если разрешись встретимся.
- Хорошо,- ответил тот.
- Я встречусь с тобой, но мне страшно,- сказал офицер.
- Я мужчина, а не женщина,- ответил Капыта.- Тебе нечего бояться, выходи, не трону тебя. Если я сказал выйди, значит все без обмана. Бели бы я хотел убить тебя, то убрал бы там, в крепости. Это было бы делом одного мгновения.
Крепостные ворота открылись и офицер вышел. Они обнялись с Капытой.
- Большое спасибо,- сказал русский.- Если меня победил такой мужчина, мне не стыдно. Я опасался, что меня может победить человек, ниже меня достоинством.
Они переговорила и договорились обо всем: - Офицер должен уйти со своим отрядом. Он, офицер, уходит, ибо ничего не смог сделать.
- Если можно, верни пленных,- попросил он Капыта.
Тот выпустил казаков и они вернулись к своим. Только один, которого конным пленил пеший Капыта, не согласился уйти, сказав при этом?
- Я был на коне, он был пеший и сумел догнать меня и взять в плен. Я хочу остаться при этом человеке и быть его братом и. еще, что важно, после того что случилось, я не могу смтреть моим друзьям в лицо.
Этот Казак навсегда остался при Капыте.
И впоследствии ушел с абхазами в Турцию",- так рассказывал эту историю 102-летний Куджба Мурат, выходцемм из Ахчыпсы. Об этой кровавой эпохе в памяти народов Кавказа сохранилось немяло песен и героических преданий. Очень характерны строки из абхазской героической песни, сложенной в ту суровую эпоху:

Конь околеет - поле останется.
Человек умрет - слава останется.
Трусость и мужество несовместимы,
Мужчины у кого не сердце женщины
По кровавому пути - но только вперед!

Высадка российского десанта на Абхазский берег. 1840 годВысадка российского десанта на Абхазский берег. 1840 год (картина Айвазовского)

Выселение абхазов - 1867 год.Выселение абхазов – 1867 год.

Когда, в 1877 году, трудном и невероятно тяжелом времени наступил трагический момент в судьбе абхазского народа и оставались считанные дни до вынужденного переселения, абхазы собрались на обширной Лыхненской площади. Отдельно стояли конные, а напротив - пешие воины. Между ними из конца в конец ходил старец, беспрестанно речитативом напевая следующие слова, воодушевляя воинов в эти тяжелые минуты перед расставанием с Родиной:.

"Если ты абхаз должен быть абхазом!
Если ты абхаз, то должен сердцем болеть за Родину!
Сотворивший нас, абхазов - озари наше сердце светом и Надеждой!
Дай нам взаимной радости и веселья!
Наш отцовский двор - Апсны!
Это вскормившая нас материнская колыбель!
Как наши враги смеют посягнуть на нее!
Силой нас разъединяют, но мы едины,
И мы должны добиваться быть неразделимыми.
Создатель сотворивший нас, опредилил нам
Быть вместе и всегда находить друг друга.
Огненной рубашкой будешь одета на мне Апсны!
Я ни слова не скажу, вынесу все.
Пусть твой неугасимый огонь укрепит мою решимость.
Нет, нет! Мои надежны не рухнут
И однажды мы встретимся Апсны!"

Очень четко отметил автор в статье "Кавказский берег Черного моря", опубликованный в "Отечественных записках" за 1878 г.:
"Словом мы обнаружили непредприимчивость и неумение: мы выгнали горцев, уничтожили их культуру и взамен ничего не дали."
Ведь никто не хотел покидать родную Абхазию, святой Кавказ, народ уходил с решимостью вернуться на Родину и освободить ее.

Одной из форм сопротивления царизму было абречество, ибо на карательные экспедиции царских генералов, даже после покорения Кавказа, горцы отвечали стремительными и дерзкими акциями, приводившими в трепет военную администрацию Кавказа. Страстный патриот Кавказа, большой друт Абхазии, чеченец Асланбек Шерипов писал по этому поводу в 1916 году:
"Нo особенную окраску абречество приняло после окончательного утверждения царской власти на Кавказе. Несоответствие русского суда и обычного права горцев, преступная администрация Кавказа и общая политика притеснения заставили многих личностей из чеченцев /и вообще из кавказцев/ становится на нелегальное положение... их продолжали преследовать и для успешной борьбы с вредным элементом ввели систему "круговой поруки". От этого возмутительного акта страдали уже лица имевшие несчастье быть родными или просто односельчанами "преступника".И вот начиналась месть начальству: абреки убивали административных лиц, грабили почту, казначейства и др. правительственные учреждения..» а власть еще пуще налегала на мирное население: штрафы, экзекуции, высылка в Сибирь, виселица и т. д. Власть терроризировала мирное население, абреки терроризовали эту власть. И конечно народ смотрел на абреков как на борцов против притеснений и зверств власти..» Наиболее отважные и удачливые из абреков так поражали психологию чеченцев, что они считали их продолжителями дела Шамиля и его мюридов.
В одно время ходили даже слухи, что Зелимхан объявит себя имамом и изгонит царскую власть. Вот этот характер политического протеста и борьбы с властью придавал абрекам в глазах народа ореол национальных гароев, что в свою очередь отразилось в песнях".
По сей день у абхазов бытуют песни и предания о тех, кто бесстрашно сопротивлялся самодержавной политике царизма - Это Кайтмас-ипа Халыбей, Атрышба Ханаш, Ахьы Шабат Маршан, Чызмаа Едыг, Адагуа-ипа Инадла, Адагуа-ипа Зекериа Уатырба, Калги Ханаш, Аджгирей-ипа Кучук, Мыстаф Чалакуа, Ацачба Хакыбей, Чкуаку Кяща, Джапуа Смайл..»

Александр и Георгий Чачба - 1917 годАлександр и Георгий Чачба - 1917 год.

Это о них с гордостью писал Георгий Чачба в своем "Предсмертном обращении к Абхазскому народу" в 1918 г.
"Братья Абхазцы наши отцы, дяди и братья боролись, страдали и умирали за честь и свободу родины!
Их гордая, свободная душа не могла и не хотела подчиниться угнетательной системе царской власти; не могла допустить попрания их обычаев и традиций, освященных веками, и они с оружием в руках восстали против могущественной тогда России.
Многие из них приняли смерть в этой борьбе за родную Абхазию, тысячи их томились в холодной Сибири, а много десятков тысяч, отчаявшь в неравной борьбе ушли в Турцию, но не склонили перед насильниками свою гордую честную голову".

Чуть позже, через год в газете Кубанского краевого правительства - "Вольная Кубань" была дана аналогичная оценка борьбы горцев за свободу:
"Лучшие страницы военной истории - долголетняя и героическяя борьба горцев Кавказа за свободу и независимость против старой деспотической России едва ли могла быть столь продолжительной и упорной, если бы она не была борьбой за свое физическое существование и против уничтожающего и несущего за собой рабства, ненавистного для свободолюбивых горцев московского царизма"»

Это отмечает и профессор Пузанов в 1941 г,:
"Побежденные в неравной борьбе черкесы, одной из характерных особенностей которых было свободолюбие и неукротимость, в огромном большинстве предпочли выселение на чужбину - жизни под игом "урусов". Совершенно несомненно, что оставшиеся на родине немногочисленные черкесы принадлежали к менее активным, а следовательно - и менее типичным представителям своего племени".

Волны переселения то подымались, то затухали и в общей сложности кавказских горцев /абхазов, адыгов, убыхов, абазин, чеченцев, ингушей, аварцев, лезгин, осетин, карачаевцев, балкарцев, ногайцев/ выселилось по разным данным от 1.800.000 до 3.102.279 чел. Нa восточном /абхазо-убыхо-адыгском/ побережье Черного моря тогда появилась новая поговорка: "Теперь даже женщина может пройти от Сухум-Кале до Анапы не опасаясь встретить хоть одного мужчину". По ту строну хребта, на Северном Кавказе, говорили немного иначе; "Теперь в горах Кубанской области можно встретить медведя, волка, -- но не горца".

Р. Фадеев, один из активных участников покорения Западного Кавказа или как он cам пишет "страшного порлома Западного Кавказа", автор "Писем с Кавказа", в 1-м письме, являясь очевидцем изгнания горцев, пподчеркивает, что "то были похороны исчезавшего народа", в этом же письме он выявляет истинную цель всех завоеваний: "Земля закубанцев нужна была государству, в них самих не было никакой надобности.

Тот же автор, описывая покорение Западного Кавказа отмечает: "Горцы сопротивлялись чрезвычайно упорно, не только в упорном бою, но еще более энергией массы: они встречали наши удары с каким-то бесчувствием; как отдельный человек в поле не сдавался пред целым войском, но умирал убивая, так и народ, после разорении дотла его деревень, произведенного в десятый раз, цепко держался на прежних местах.. Мы не могли отступать от начатого дела и бросить покорение Кавказа потому только, что горцы не хотели покоряться.
Надобно было истребить горцев наполовину, чтобы заставить другую половину положить оружие" - /курсив наш - Р.Г./.

О последнем акте - изгнании горцев - очень четко подметил писатель В. Е. Немирович-Данченко:
"Война с горцам Кавказа окончилась. Последний акт этой трагической эпопеи доиграли. Занавес был опущен... Настоящая трагедия и началась с этого момента. Русские не могли оставить горцев в их орлиных гнездах... Мы предложили старым и непримиримым врагам или идти в долины, или селиться между русскими, между казаками, между переселенцами, болгарами молдованами, или бросить все, что нельзя унести с собой, и убраться в Турцию. Гордые соколы и коршуны, эти рыцари-хищники наотрез отказались исполнить требование русских. И, как мы были правы со своей стороны, так правы и они.. И в самом деле не идти же орлам в курятник, не сделаться же матерому горному волку домашним животным, смирным и трудолюбивым! Горцы решили умереть защищая, свои вершины.
После всех этих событий на всем Западном Кавказе, по данным известного французского энциклопедиста Элизе Реклю оставалось "на огромном, ныне пустом пространстве, занимавшем 10.000 кв» км насчитывалось всего лишь 15.ООО жителей:. Из их числа 4/5 составляют абхазцы, 600 черкесов, остальные переселенцы различного происхождения".

Зачастую ряд исследователей, одним из факторов исхода горцев ставят ислам, но здесь надо отметить, что религиозный фактор, особенно в Абхазии особой роли не играл.. Для разрешения дел абхазы приглашали мулл из Карачая или Батума.. У абхазов, как отмечает ряд источников повсеместно было изготовление вина, без которого немысыслилось ни одно застолье и зачастую османское правительство безуспешно пыталось обложить страну податью "харадж", которую абхазы и не думали платить. Турецкий историк М.Ф. Кирзиоглу приводит такой, факт: "В средневековье из-за частых морских набегов на Тупцию абхазских корсаров, султан объявил Абхазии блокаду и османская военная флотилия стала крейсировать вдоль восточного побережья Абхазии, где стал ощущаться недостаток изделий из металла, особенно не хватало котлов для пищи. А поскольку в абхазских семьях всегда мирно проживали вместе приверженцы традиционной религии, христианства и ислама,то абхазы нашли выход: поставив в котле перегородку, они одновременно готовили говядину и свинину в одном котле. Сам термин "махаджиртство" носит религиозный характер, а ведь в хадж /добровольное изгнание/ ушло чуть более двух десятков семей абхазов. И правильно эти трагические события надо именовать как исход, изгнание горцев. В связи с этим точно подмечено в сборнике "Земля адыгов", Майкоп, 2004: "Ислам раньше всего и В наибольшей степени получил развитие в Чечне и Дагестане, однако 90 % населения северо-восточного Кавказа остались на исторической родине» Напротив, племена практически незнакомые с исламом (Западный Кавказ), а также христиане подверглись изгнанию на 9/10"».

Евгений Марков по этому поводу писал в 80-х годах XIX века:
«Когда черкесская дележка была закончена, захотелось абхазской » равно в Абхазии - рай земной, растительность чуть-ли не тропическая, плодородие почвы баснословное, вся страна один сплошной сад... Сами абхазцы - отличный народ, даровитый, гонкий, изящный – французы Кавказа…
У абхазцев великолепные сады и плантации на берегу моря.. И их, и сады бросили на произвол судьбы, не оставив на защиту ни одной роты войска.. А когда турки забрали их имущество, жен и дочерей и потребовали, чтобы они встали на их сторону, абхазцев, ненавидящих турок сделали бунтовщиками. Собственной непредусмотрительностью своею, мы убили чудную страну, которая долго теперь не оправится, которую уже ничем не вознаградить. Зато сколько осталось удобных поводов, чтобы отделаться от этого беспокойного племени, как отделались мы уже от многих кавказских племен, чтобы не бросить на растерзание нашей чиновничьей корысти новые десятки тысяч десятин земли …

Офицер Генерального Штаба барон К.Ф. Сталь в середине XIX века отмечал: "Кавказские горцы в физиологическом отношении принадлежат к прекраснейшему из народов белого или так называемого кавказского поколения"»

Известный писатель, автор интереснейшего романа "Прометеево потомство" /Роман из истории последних дней независимости Абхазии/ - Д. Л. Мордовцев, посетивший Западный Кавказ, в том числе и Абхазию после трегедии изгнания, с горечью подчеркивал:
"Прекраснейшая на земле раса вырвана с корнем из своей родной почвы".

Талантливый кабардинский ученый Анзор Кушхабиев отмечает в связи с этой трагедией:
"Уже в июле 1860 года царские власти признали необходимым принять меры по недопущению возвращения северокавказских эмигрантов из Османской империи. В феврале 1861 года вышло "Предписание Главного Управления наместника Кавказа командующему войсками Терской области, в котором отмечалось: если возвращающие на Кавказ принадлежат к покорным горским обществам Кавказа, немедленно ссылать их внутрь России на поселение навсегда.. Если же будут принадлежать к еще непокорным /враждебным/ обществам, то задерживать их для обмена на пленных, находящихся в горах. В случае если обмен не состоялся, высылать в Сибирь на постоянное выселение. Северокавказских эмигрантов, возвращающихся из Османской империи, стали отправлять, в частности, в Оренбургский край с зачислением в государственные крестьяне".

Полностью обезлюдела Малая Абхазия - область между- реками Жуе-дзыхь и Щача-пста, горные и прибрежные абхазские общества: Халцыс, Ахчыпсы, Мдзаа, Арыд, Цандрыпшь, Гечрыпшь, Хамышь, Псху, Баг, Цвжьы, ХЫШХО, Гагра, Гума, Дал, Цабал, Абжакуа, Псырдзха, Дранда» Акапа, Бябышь-ира, Гулрыпшь... насчитывавшие десятки сел; страна убыхов - Туахы; горные Ашхарские общества: Баг, Бракуа, Казылбек, Шагирей, Там, Башылрыпшь, занимавшие верховья Урупа, Лабы /Ярых/, Большого и Малого Зеленчука.. До единого ушла большая этнографическая группа садзов /джигеты /, вот что сообщают о них очевидцы:
"Покончив с черкесами, русское оружие было направлено на два абхазских племени, известных истории героическим отстаиванием своей вольности и способом ведения войны: они считали за позор сражаться в пешем строю и не признавали иного боя, кроме шашечного. Мне рассказывал абхазец, воевавший тогда под русскими знаменами, что садзуа, загнанные в местности Псху и окруженные русскими полками, в отчаяннейших схватках погибают почти все, 9 оставшиеся, дабы не отдаться живыми в руки врагов кончали самоубийством..
Эти два, поголовно исчезнувшие с Кавказа, племени - убыхи и джигеты /асадзкуа/. Часть их была истреблена, оставшаяся часть спустилась в конном строю на берег моря, обернулась последний раз к седым вершинам Абхазских гор, спела "ашьха ашъа" /"песнь гор"/ и села на приготовленные корабли, чтобы отплыть в Турцию".
Нe осталось ни одного Абхазского села между реками Аапста и Кудры, опустело большинство бзыбеких и абжуйских сел, ушли тысячи семей абазин-тапанта... Как было подчеркнуто выше, горные и прибрежные абхазские общества порою насчитывали десятки многолюдных сел».

Известный ученый, академик Н. Я. Марр отмечал, что "Абхазия за время внедрения так называемой европейской культуры обездолена в своей даже центральной этнографической части, так от всего Гумистинского уезда остались одни одичалые дворы с фруктовыми деревьями, ни души абхазской, ни звука абхазского; заселявшие эту центральную полосу Гума или ГУМЫ, абхазское племя, должны были, под варварским колониальным натиском европейцев, выселиться в Турцию, спасая свою крепкосложенную древнекультурную общность, свое человеческое достоинство".

В общей сложности абхазов и абазин, которые известные на Востоке под названием «Абаза» было изгнано с Родины от 400 до 500 тысяч.

С болью читаешь свидетельства очевидцев, побывавших на оставленных изгнанниками местах через несколько лет после всей, этой полной драматизма эпопее:
"Лучшая часть Кодора представляет ущелье, уединенность которого производит сильное впечатление. на нашем пути по роскошным и неровном лугам, образующим широкое основание верхней части долины, нам попадались виды, с которыми не могут быть сравниваемы даже итальянские склоны АлъповЭтот Кавказский Эдем отличался однако и своим плодородием.,. Невольный страх овладевал человеком при виде страны, изобилующей всякими фруктами и совершенно безлюдной...
Трудно представить местность более роскошную и красивую, чем луговые пространства и леса, по которым течет Кодор... Несмотря однако на всю красоту этой прелестной долины, путешественник, проходя по ней, не может не ощущать того чувства грусти и тоски, какое обыкновенно находит отсутствие всяких признаков человеческого пребывания. /см. Грове. Холодный Кавказ". СПб., 1879»/.

Немногим позже, в 1886 г., графиня Уварова, путешествуя по Западному Кавказу и Абхазии неоднократно с горечью отмечала:
"Черкесы, заселявшие этот край, вероятно, с очень древних пор, отнеслись весьма разумно к сельско-хозяйственному богатству края: они не стеснялись и не останавливались перед глубокой обработкой отдельных горных полян и, заселив все горные ущелья, сумели, несмотря на постоянные набеги, жить с достатком, иметь поля и фруктовые сады, водить пчел, рогатый скот и целые табуны лошадей. Достатка этого хватало на лихого скакуна и на богатое вооружение и на изящную одежду.
Теперь все изменилось: край покорен, черкесы выселены и новые поселенцы - малороссы, казаки, греки поля запустили, фруктовые сады уничтожили, а сами, несмотря на благодатный край, ходят такими же нищими, как и на севере...
Немного далее, при повороте мы останавливаемся пред новой, но не менее величественной и привлекательной картиной: теперь пред нами все вершины Джубских гор, с глубокими ущельями, темными закоулками, с множеством остатков черкесских аулов и поселений. Трудно достались эти горы победителям, безотрадное впечатление производят они ныне на путешественника - точно огромный могильник, сохраняет память о прежних днях, до сих пор незаменимых насельниках. То же самое отмечает она и в Абхазии, видя как колонисты нещадно истребляют культурные насаждения, оставленные абхазами, после исхода их на чужбину: "Должно быть не жаль чужого добра, должно быть не хотят жать того, чего не сеяли, собирать то, чем обязаны прежчим насельникам".

В начале 90-х годов XIX века видный ученый-исследователь флоры Абхазии Николай Альбов писал: "Обширные территории, некогда заселенные воинственным народом, всего как 30 лет перешли после ожесточенной войны под Власть России.. Побежденным было предложено одно: или подчиниться и сделаться русскими подданными, или уходить на все четыре стороны. Гордый народ, высоко ценивший свою свободу, предпочел последнее».

Проживавший в А.бхазли в конце XIX- чач XX вв. и оставивший ряд ценных статей о нашем крае, агроном Г. А. Рыбинский в описании своего путешествия по долине р. Кодора отметил следующее:
"Едущий со мной рядом абхазец милиционер запел такую грустную, захватывающую за сердце песню, повторяя часто слово "Лаы", что я невольно его спросил о чем он поет. "Эта песня,- сказал он со слезами на глазах,- была сложена абхазцами, удалившимися я Турцию. 5 тысяч душ Дальского ущелья оплакивали свой родной уголок, каждое деревцо, выращенное ими.
Абхазцы Дальского ущелья - эмигранты - славились в былые времена необычайной воинственностью и грабежами, они были грозой не только для врагов, но и для владетельного князя Абхазии. Это была отчаянная; вольница, их недоступное ущелье было в своем роде Запорожье для Абхазии".

В связи с этим мы хотим привести небольшой отрывок из воспоминаний кадрового, боевого генерала царской армии, генерал-майора, осетина Мусы Кундухова, который несмотря на многолетнюю и безупречную службу в российской армии вынужден был покинуть родной Кавказ и с большой партией чеченцев и осетин переселиться в Турцию:
"Заняв номера в гостинице, я отправился к генерал-губернатору Коцебу, который будучи долго на Кавказе начальником главного штаба, постоянно удостаивал меня своим особым вниманием. Он иногда рассуждая о мерах, принимаемых правительством на Кавказе, высказывал:
"Мы, к стыдзу нашему, не сумеем покорить горцев и водвориться на Кавказе так, как следовало бы для блага его народов и России.
Так же и здесь он мне сказал:
- Что же мы приобрели на Кавказе? Лучшим его племенам мы не сумели внушить к себе доверия и отдаем их туркам. В земле Россия не нуждается. Вот у меня в округе столько пустопорожней земли, что ищем поселенцв и не находим...
На следующий день "на одной из почтовых станций я встретился с абадзехскими переселенцами, не успевшими переселиться в прошлом году. Когда я раздавал мальчикам деньги на орехи, смотритель той станции, по всей вероятности, заметив во мне смущение, подошел ко мне также со слезами и взволнованный чувством негодования сказал:
- Ваше Превосходительство, какое сердце не заплачет, видя эту печальную картину. Ведь надо Бога бояться. Земля их родная, зачем мы их гоним. Бог знает куда? Я их спрашиваю, куда они едут. Говорят, что в Турцию, но что с ними будет там, они сами не знают.
Из сказанного смотрителем я убедился в том, что правительство русское поступает в действиях своих против русской натуры".

Исход горцев Кавказа продолжался и после 1878 г., вплоть до начала XX века. Газета "Терек" за №64 от 1883 г. сообщает:
"Во вторник 24 мая со ст. "Минеральные воды" отправились из ближайших к станции аулов десять кабардинских семейств. Тяжело было смотреть на грустную сцену расставания. Загорелые суровые старики-кабардинцы, не привыкшие при посторонних обнаруживать свои внутренние страдания, плакали как дети, расставаясь с родиною и со своими близкими. Тяжелое, невыносимо мучительное чувство тоски по родине, слезы из глаз людей, привыкших без жалобы, без малейшего изменения в лище переносить самые страшные раны. В последнее время выселение горцев в Турцию снова усилилось. Недавно пятьсот кабардинских семейств просили разрешения выселиться, но им было отказано. Тем не менее и теперь не редкость встретить на станциях нашей железной дороги группы женщин, маленьких детей и мужчин кабардинцев, которые, продавши за бесценок свои сакли и имущество, не имея никакого представления о том, что ждет их впереди, бросают свои поля и горы отправляются в «Стамбул» Из расспросов выясняется, что причины, побуждающие горцев к выселению почти одинаковы для всех местностей, - это или неудачное осуществление поземельного устройства обществ, результатом которого является полнейшая невозможность заниматься скотоводством и земледелием при тех первобытных способах обработки земли и пастьбы скота, которые единственно доступны горскому на селению, или же притеснениями со стороны низших агентов администрации, в большинстве случаев вовсе не знакомых с особенностями быта того населения, с которыми им приходится иметь дело".

Трагедия кавказских горцев в последний годы нашла широкое отражение в творчестве ученых и писателей как на Кавказе, так и среди диаспор». Еще в 20-е годы XX века. профессор Н. Яковлев и академик Н. Я. Марр ставили вопрос о необходимости командирования в Турцию и другие страны ближнего Востока молодых кавказоведов, с целью собирания и издания материялов по данной проблеме. А ведь еще в самом начале XX века, иследователь Кавказа немец Г. Мерцбахер тревожно отмечал, что " В настоящее время мы находим на Кавказе лишь незначительную часть древнейшего абхазского народа».. Большая часть обитаемого здесь некогда оседлого интересного народа»., выселилась в Турцию, главным образом в Малую Азию.

Это массовое выселение прискорбно в том отношении, что сведения о происхождении этого древнего народа, погруженные в глубокую тьму, грозя» полным исчезновением, между тем, как новая история его и знакомство с древнейшими религиозными обрядами, древними названиями родов и местностей в связи с преданиями народа могли служить связью с неизвестным прошлым..

Еще в 1907 году в обращении Абхазского народа к царю, вопрос о возвращении абхазов из Турции на родину ставился одним из первых. В 1920 году в Сухуме был создан "Центральный Комитат по делам абхазцев-махаджиров. Приведем этот интересный документ:

Протокол
общего собрания Абхазской интеллегенции, состоявшегося
12 мая 1920 года в Сухуме.
Собрание имело суждение относительно абхазцез-махаджиров, находящихся в Турции.
Собрание, признавая, что находящиеся в Турции абхазцы были выселены из Абхазии против собственного их желания силой военных обстоятельств во время Русско-Турецкой войны 1877 и 1878 годов и принимая во внимание, что в настоящий момент махаджирцы желают вернуться в Абхазию, и, что возврашение на Родину желательно для всего живущего здесь Абхазского народа, решило выдвинуть махаджирский вопрос на практическое разрешение в духе, желательном для обоих частей Абхазского народа.
В целях освещения, изучения и расширения махаджирского вопроса собрание избрало Комитет, которому уполномачивается вести всю необходимую подготовительную работу для разрешения махаджирского вопроса, сноситься с учреждениями и организациями, делать необходимые командировки, возбуждать ходатайства перед подлежащим Поавительствами и Консульствами для необходимых дипломатических переговоров по поводу махаджиров, делать всякие сборы, принимать пожертвования на предмет расходов по ведению предварительных работ и т. д.

В Комитет единогласно избираются следующие лица:
1. Григорий Матвеевич Зухбай.
2. Вианов Тарасович Анчабадзе.
3. Андрей Максимович Чочуа.
4. Дмитрий Иванович Аланиа.
5. Дмитрий Иосифович Гулиа.
6. Михаил Ивачович Тарнава
Комитет сам избирает свой президиум. Комитет имеет право кооптации.
Председатель Собрания          А. Чочуа
Секретарь             М. Тарнава.

Этот Комитет 20 августа 1920 г. отправил в Константинополь Черкесскому Комитету письмо, где в частности говорилось:

"Пользуясь случаем, через г. Бутба Сухумский Центральный Комитет по делам абхазцев
махаджирцев сообщает Вам следующее:
Как известно Вам, в 1877 и 1878 годах большая часть абхазцев выселилась из Абхазии в Турцию. Это обстоятельство раскололо и лишило его национального, культурного и государственного облика. Находясь на дальнем расстоянии друг от друга и в полном разобщении друг с другом, эти .две части Абхазского народа не имеют ясного предстваления о жизни и чаяниях каждой стороны. Те редкие переезды отдельных лиц-абхазцев из Турции сюда, в большинстве не заинтересованных национально-культурными и политическими вопросами, не давали абсолютно никакого положительного результата в деле сближения и освещения жизни двух частей Абхазского народа. Других сообщений с определенной миссией между этими частями до сих пор не было только в данный момент посетил Абхазию г. Бутба, который и ознакомил нас с жизнью и желаниями, живущих в Турции, абхазцев.
Сухумский Центральной Комитет по делам Абхазцев-махаджирцев со своей стороны приветствует Черкесский Комитет за его идею и стремление поставить обиженных судьбою горцев на путь к национальному возрождению сообщает, что оставшиеся здесь абхазцы ныне благополучно пребывают в Абхазии…
Весь Абхазский народ и его интеллегенция всегда думали и думают о своих братьях, находящихся в Турции. В видах большого и культурного и политического развития Абхазского народа мы всегда желали и желаем, чтобы эти наши братья вернулись на лоно своей родины» Этот вопрос с 1917 года поднимается на всех собраниях, съездах, общин и национальных, а такжв в правительственных кругах, и везде он решается в положительном смысле, но отсутствие определенных данных о желаниях самих эмигрантов- бхазцев, а также быстрая изменчивость условий политической конъюнктуры мешают предпринимать практические шаги. В настоящее время по этому вопросу в Сухуме создан Комитет из абхазцев-интеллегентов, который принимает все меры к выяснению условий благоприятного разрешения махаджирского вопроса.. Для этого Комитет считает необходимым завязать сношения с махаджирцами. Комитет предлагает командировать туда людей.. Комитет хотел бы увидеть также здесь в Абхазии представителей ма хаджирце в, командированных сюда специально для ознакомления с местными условиями и обозрения нашей действительности..
Мы надеемся, что Черкесский Комитет как общий руководящий орган в деле разрешения национального вопроса горцев, брошенных судьбой в объятия Турции, примет под свое покровительство находящихся там абхазцев и совместно с ними разрешит их дальнейшую судьбу".

В заключении мы хотим отметить, что абхазы и черкесы стали попадать в страны Среднего и Ближнего Востока уже в средние века. Это происходило, в основном, на основе этно-политических контактов, а не из-за работорговли, о том что, абхазы и черкесы не продают своих соотечественников подчеркивает ряд источников. Конечно, времена были суровые, зачастую происходили войны и часто наши соотечественники попадали в плен, но что интересно, в те времена, их выкупали, а не покупали их же соотечественники, занимавшие в то время высокие посты в могущественной Оттоманской империи. Так абхаз - великий везирь Турции, выкупил и воспитал, дал образование / они все стяли генералами, дипломатами/ 38-ми мальчикам кавказского происхождения... Но это было в средние века, а во второй половине XIX века начался массовый исход, т. е. изгнание горцев Кавказа со своих исконных земель, который завершился, как мы уже говорили выше, 21 мая 1864 года в центре горного абхазского общества Ахчыпсы. И именно этот день народы Кавказа считают одним из самых трагичных страниц своей истории.

Президент России Б. Ельцин в связи с 140-летием со дня окончания Кавказской войны в 1994 г. отмечал:
"События более чем вековой давности возвращают нас к далеким годамf когда в борьбе за Кавказ столкнулись интересы Российской империи,. Великобпитании. Франнии. Ирана и ТУРЦИИ. Все эти государства несут свою долю ответственности за многострадальную судьбу горцев?

В мире мало найдется народов, когда 80% коренного населения разбросано по всей планете и находится вне родной земли, в данном случае мы имеем в виду абхазов. Из двадцати пяти районов и обществ, после трагедии изгнания, осталось три - Бзыбский и Абжуйский с Семурзаканским, и они также были частично опустошены.

Далее мы сравнительно кратко позволим ознакомить читателя с судьбами наших соотечественников, разбросанных вихрем истории по всему миру и твердо надеемся, что наступит день, когда мы все будем вместе жить у себя на Родине - священной Апсны!

Абхазы - 1867 годАбхазы – 1867 год

Абхазы с Балкан - 1878 годАбхазы с Балкан - 1878 год


(Выражаем благодарность Руслану Гожба и Рисмагу Аджинджал за присланный материал. - Ред. Абхазской интернет-библиотеки.)

________________________


АБХАЗСКИЕ ВСАДНИКИ

Первая мировая война

В конце июля генерал-майор Багратион приказал командирам полков представить сведения о числе награжденных Георгиевскими крестами и медалями «За храбрость». Рапорты датированы 29 июля 1915 года: «Сообщаю, что в Кабардинском конном полку с начала кампании до сего времени вверенным мне полком получено 125 Георгиевских крестов и 96 Георгиевских медалей. Командующий полком полковник князь Бекович-Черкасский».
«С начала кампании до сего времени получены командующим Черкесским конным полком Георгиевских крестов – 155, Георгиевских медалей – 176. Вр. командующий полком подполковник Султан-Гирей».
«Сообщаю, что Ингушским конным полком за все время войны получено 79 Георгиевских крестов и 130 Георгиевских медалей. Полковник Марчул».
Прапорщиком 1-ой сотни черкесского полка был Аслан Мурза Биясланович Егибоков (Егибокуа), он происходил из горных князей Маршани – Башильбайского племени, участвовал в русско-японской войне, был награжден Георгиевскими крестами 3-й и 4-й степени.
16 сентября великий князь Кирилл Владимирович от имени императора Николая II за боевые отличия в боях с неприятелем наградил Георгиевскими крестами всадников Черкесского полка, среди них – мл. урядника Василия Маги – 2-й степенью.
Младший урядник Татарского конного полка Алексей Мурзаканович Цишба (Цижба) в бою 23 сентября 1915 г. у дер. Яновка, будучи старшим в отдельной заставе, открыл наступление противника, своевременно донес об этом и, несмотря на большую опасность, продолжал наблюдать, чем содействовал успеху, и наконец, когда был окружен противником, пробился к своим. Награжден Георгиевским крестом 2-й степени.
Алексей Цишба родился 15 августа 1892 г., происходил от абхазских дворян Сухумского округа. В Татарский полк был зачислен добровольцем 6 сентября 1914 г. З декабрьские бои на Карпатах и майские на Пруте награжден Георгиевскими крестами 4-й и 3-й степеней. Был ранен 25 августа 1915 г. в Галиции. 6 апреля 1916 г. был переведен в Кабардинский конный полк.
Днем 25 сентября корнет Черкесского полка Константин Лакрба со взводом 4-й Абхазской сотни провел успешную разведку боем. Абхазских всадников, как свидетельствуют данные приказа о награждении, поддержали боевые товарищи – карачаевцы и черкесы из других полковых сотен. Награждены за это дело Георгиевскими крестами 3-й степени мл. урядник Крым Айсанов и Султан Салпагаров.
27 сентября 1915 г. совершил еще один подвиг Константин Лакрба. Перед этим боем великий князь Кирилл Владимирович вручил корнету новую награду – орден св. Станислава 2-й степени с мечами. 27 сентября, как свидетельствует наградной лист, корнет Лакрба со взводом спешенных всадников Абхазской сотни, перейдя по пояс в воде трудно переходимую болотистую речку под сильным ружейным огнем противника и шрапнелью, атаковал врага, снимавшего позицию на высотах 359 и 363, что южнее дер. Петликовце-Нове. Будучи ранен в правую руку, тем не менее бросился вперед. Наткнувшись на проволочные заграждения, стал рубить шашкой в левой руке проволоку и, прорвав ее, первым вбежал на вал окопа... Увлеченные примером корнета Лакрба, возглавляемые им всадники прорвали проволочные заграждения и бросились в неприятельские окопы, закрепив их за собой. Противник был изрублен, 24 мадьяра при офицере были взяты в плен.
Командующий 9-й армией генерал Лечицкий приказом от 20 февраля 1916 г. "по Высочайше представленной власти и по удостоению Георгиевской Думы" наградил корнета Константина Лакрба орденом св. Георгия 4-й степени.
С Коцией Лакрба было 11 всадников, и когда его спросили, как это вы смогли взять такое укрепление, он ответил: нас было не одиннадцать, а в несколько раз больше, все они были абхазцы. За этот подвиг все они получили награды. Вот имена нескольких из них: ст. урядник Василий Маги – Георгиевский крест 1-й ст., ст. урядник Нестор Сабекиа – 2 ст., мл. урядник Рамазан Шхалахов – 2 ст.
За бои у Петликовце-Нове медалью «За храбрость» был награжден всадник Николай Ачба.
28 сентября Василий Маги вместе с абхазскими всадниками под ураганным огнем противника перешли по пояс болото, уничтожили неприятельский пост и сожгли наблюдательную вышку.
В ноябре начались сильные метели, обильно выпал снег, занеся дороги и окопы, где находились всадники Кавказской конной дивизии. В особенно тяжелом положении оказались две сотни Татарского полка, занимавшие позиции у реки Стрыпи, в районе фольварка Михалполе.
«С 4-го ноября, – пишет командир Черкесского конного полка полковник Чавчавадзе в рапорте командующему 3-й бригадой генерал-майору Гагарину, – начала свирепствовать сильная снежная метель, достигая своего высшего напряжения к 5 ноября. Окопы Татарского полка были абсолютно засыпаны снегом. При сильнейшей вьюге, непроходимых сугробах снега и морозе, казалось, не было никакой физической возможности чего-либо предпринять, дабы. с одной стороны, идти на выручку замерзающих татар, с другой стороны, обеспечить от всяких случайностей благополучие боевого участка.
В этой сложнейшей ситуации всадники и офицеры Черкесского полка с честью выполнили обе эти задачи. При этом вся тяжесть работ по спасению оказавшихся в бедственном положении татар выпала на долю 4-й Абхазской сотой и прежде всего «охотников» (добровольцев) под командованием прапорщика Николая Эмухвари. На это крайне опасное дело, как сообщает в своем рапорте Николай Эмухвари, вызвалось охотниками 15 всадников. Среди них были и георгиевские кавалеры – урядник Константин Когониа, приказной Джота Гарцкиа и служивший в 4-й сотне черкес урядник Рамазан Шхалахов».
Перечислив всех 15 всадников, которых Николай Эмухвари повел в непроглядной снежной метели к окопам татар, он сообщает в рапорте: «...названные всадники, преодолев разбушевавшуюся стихию, осветили (разведали) всю указанную местность и еще вперед на полторы версты. Не встретив нигде неприятеля, названные всадники, рискуя быть занесенными снегом, откопали и привели всю первую сотню замерзающих татар в дер. Петликовце-Нове».
Утром 6-го ноября прапорщик Эмухвари отправил на поиски второй сотни Татарского полка партию «охотников» из двенадцати человек, под командой Михаила Чиркба и Омара Балхоева. «Названные всадники, – пишет Николай Эмухвари, – откопали и привели в деревню вторую сотню Татарского полка – 65 всадников с командиром сотни. Этот самоотверженно человеколюбивый подвиг был совершен при еще более трудных условиях, чем вечером 5-го ноября».
В тот же день две сотни Черкесского полка «среди бушующей метели» вышли из деревни Ласковцы и, несмотря на невероятные трудности, вечером заняли боевой участок, где стояли татары.
«В доказательство той невероятной настойчивости и самоотверженности, которые были проявлены людьми Абхазской сотни для спасения замерзающих татар, – свидетельствовал в своем рапорте командиру 3-й бригады полковник Чавчавадзе, – докладываю, что временно командующий Татарским конным полком подполковник Альбрехт благодарил меня и восторгался самозабвенной работой абхазцев, поборовших стихию ради спасения товарищей и общего дела».
В своем рапорте полковник Чавчавадзе отмечает и обращение к нему из штаба корпуса генерал-майора Хагондокова, благодарившего гг. офицеров и нижних чинов Черкесского полка, достигшего Михалполя, с выражением удивления, что задача дивизионом была выполнена в труднейших условиях свирепствовавшей снежной бури
Полковник А. Чавчавадзе «на основании всего вышеизложенного» обратился к командующему 3-й бригадой генерал-майору Гагарину с ходатайством о награждении всех 27 всадников Абхазской сотни, участвовавших в спасении татарских сотен, Георгиевскими крестами различных степеней. И комбриг поддержал его, но «вышестоящее начальство нашло возможным» представить к награждению Георгиевскими медалями пятерых всадников: Николая Ачба, Джота Гарцкиа, Василия Лакоба, Михаила Чиркба, Теймураза Лакоба.
Прапорщик Николай Эмухвари «за дело 5-6 ноября 1915 г. по спасению татар у Михалполя» был представлен к ордену св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом.
За этот самоотверженный подвиг, как пишет К Мачавариани, «горцы-абхазцы в числе многих других боевых наград получают медали на Владимирской ленте за человеколюбие. Это единственный в своем роде пример в истории войн».
В 1916 г. Кавказская конная дивизия участвовала в боях на румынском фронте и Брусиловском прорыве. В этих боях за железнодорожную станцию Окно отличился Черкесский полк. Георгиевскими крестами были награждены всадники-абхазы из 4-й сотни – ст. урядник Дмитрий Ачба, мл урядник Николай Ачба.
31 мая 1916 г. при взятии села Окно, будучи посланными для наблюдения за противником и для связи с Татарским конным полком, они взяли неприятельский пост из пяти человек и трех уничтожили. Всадник Баж Инапшба был удостоен награды за то, что 31 мая 1916 г., будучи старшим в разъезде, уничтожил неприятельский пост у высоты 259, к северу от села Окно, двоих зарубил и трех взял в плен.
В июне 1916 г. под Езеранами шли ожесточенные бои. В те дни разведывательным отрядом Черкесского полка командовал легендарный герой 1-й мировой войны Коция Лакрба. Ему посвятил книгу Константин Мачавариани (совместно с Д. И. Гулиа издавший абхазский букварь), которая называлась «Светлой памяти павшего на войне героя К. Ш. (И.) Лакрба» (Батум, 1917 г.).
Военные журналисты также посвятили герою войны ряд очерков. Вот что пишет один из них: «Удивительно, что все эти легендарные герои выделяются замечательной скромностью, присущей истинным героям. Он получил белый офицерский крест прямо за безумный по отваге подвиг, но он почти ничего не говорит об этом».
На последней фотографии Коции с фронта, на оборотной стороне его рукой начертана надпись, которая говорит о его незаурядном характере: «Вспоминай, глядя на эту карточку, того абхазца, который приносил и принесет в жертву все, что в его силах! Если нас не станет после войны, одна мечта и просьба наша – приносите каждый из вас – абхазцев – сколько можете пользы своей родной Абхазии и своим собратьям».
При проведении разведки восточнее Тлумача 15 июня 1916 г. Коция Лакрба был смертельно ранен. От этих ран он скончался. Тело героя было отправлено в Абхазию, в родное село Лыхны, где он был похоронен во дворе Лыхненской церкви. Похоронная процессия протянулась от Гудауты до Лыхны. Вся Абхазия прощалась с героем. Ему должны были соорудить памятник, как сообщает газета «Сухумский вестник». Его именем должны были быть названы школы, училища, но пришел 1917 г. – и все изменилось. Все участники 1-й мировой войны, служившие под его командованием, как пишет Е. Габелиа, вспоминая его, не могли не расчувствоваться, говоря о его благородстве, беззаветной храбрости и поистине отеческой заботе о всадниках. Настало все же время, когда имя героя было вырвано из забвения и на месте его вечного покоя был установлен памятник.
В боях в направлении Тлумача 11 июля 1916 г. сотенный командир ротмистр Генрих Бьерквист в рапорте командующему полка ходатайствовал о производстве в прапорщики подпрапорщика Абхазской сотни Василия Маги (Магба): «Подпрапорщик Маги – дворянин с образованием и имеет все четыре степени Георгиевского креста. Порученные ему офицерские работы выполняет толково и добросовестно, в бою храбрый, распорядительный и отличного поведения и нравственности». К рапорту Бьерквист приложил описание подвигов Василия Маги. Первым его подвигом стало участие в бою у деревни Петликовце-Нове 27 сентября 1915 г., когда в составе взвода корнета Лакрба, будучи его старшим помощником, он штурмовал неприятельское укрепление, тогда были захвачены в плен офицер и 24 солдата.
28 сентября 1915 г. у дер. Петликовце-Нове вызвался опять охотником и, подвергая свою жизнь явной гибели, под ураганным огнем перешел по пояс вброд болото, уничтожил неприятельский пост и зажег вышку.
3 июня 1916 г. во время разведки корнетом князем Чачба дер. Чертовец подпрапорщик Василий Маги был выслан с пятью всадниками для осмотра северной части деревни, где, по словам жителей, еще был неприятель Не доезжая до последних халуп, дозор был встречен ружейным огнем в упор. Василий Маги со своими всадниками бросился в атаку, сбил пост, зарубил двух австрийцев и одного взял в плен, дав этим возможность продолжить разведку корнету князю Чачба.
В декабрьских боях в Румынии (1916 г.) прапорщик Маги за храбрость был награжден орденом св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом.
Его командир Алексей Чачба родился 2 декабря 1883 г. Воспитывался в Симбирском кадетском корпусе. После получения чина «прапорщика армейской кавалерии» находился в запасе. В армии – с июля 1914 г. Служил в 5-м отдельном эскадроне. Был награжден орденами св. Станислава и св. Анны 3-й степени с мечами и бантом. 16 февраля 1916 года он переводится в Черкесский полк и назначается командиром взвода Абхазской сотни. Во время Брусиловского прорыва он получил в награду орден св. Анны 2-й степени с мечами.
Упорные бои развернулись у деревни Езераны. Последний удар по противнику нанесли ингушские всадники во главе со своим бесстрашным командиром Георгием Марчул. Бой за Езераны окончился блистательной победой всадников и офицеров Ингушского полка. В тот день ими в плен было взято 134 немца при одном офицере, уничтожено свыше 230 и взято 5 тяжелых орудий. Со стороны ингушей убито было 18 и ранено 36 всадников.
Трое офицеров Ингушского конного полка были за это сражение удостоены Георгиевского оружия; посмертно – поручик Крым-Султан Базоркин, корнеты Султан Долтмурзиев и Варлаам Шенгелай.
А. Марков в воспоминаниях «В Ингушском конном полку» говорит о товарище по 4-й сотне «абхазце Шенгелай»: «Варлаам Шенгелай в 1913 г. окончил Николаевское кавалерийское училище. В Ингушский полк пришел из запасного гвардейского полка. Будучи кавалером трех орденов, корнет Варлаам Андреевич Шенгелай приказом командующего 9-й армией от 4 марта 1917 г. был награждён Георгиевским оружием за то, что в районе Тлумач у дер. Езераны во время конной атаки вечером 15 июля 1916 года принял на себя командование сотней после убывшего за тяжёлым ранением командира сотни, повёл ее на цепи противника до удара в шашки и сам зарубил прислугу пулемёта. Такая блестящая атака дала сотне 16 уцелевших живыми пленных и действующий пулемёт».
В боях за Езераны отличился подхорунжий Константин (Кача) Когониа, за что был награждён Георгиевским крестом 1-й степени. 15 июля 1916 г., будучи в разведке у Королёвки, вызвался охотником и уничтожил неприятельский пост, изрубив троих и пятерых немцев взяв в плен. В боях за Езераны Георгиевского креста 2-й степени был удостоен ст. урядник Черкесского полка Виктор Чукбар.
В бою под дер. Сальчей 12 декабря 1916 г. всадники Тарба Гуда и Арнаут Яков были награждены медалями «За храбрость» 4-й степени. В тот день под сильным огнём противника они установили связь с дагестанцами, чем дали возможность Черкесскому конному полку, уже обойденному противником с фланга, удержать за собой позицию.
Медалями «За храбрость» были награждены всадники Черкесского полка Пилиа Жважва, Шамба Кичин и Топурия Михаил. 23 декабря 1916 г. у села Скетурели, окруженные со всех сторон разведчиками противника, подвергаясь личной опасности для жизни, они поддерживали беспрерывную связь в туманную ночь в горах между 12-й кавалерийской и Кавказской дивизиями.
Старший урядник Кабардинского полка Алексей Цижба был награжден Георгиевским крестом 1-й ст. Вместе со ст. урядником Хазешой Диковым 23 декабря 1916 г. он был в разведке. Проникнув в расположение противника, они с риском для жизни добыли и доставили важные сведения о его силах и расположении. Алексей Мурзаканович Цижба (Цышба), 1892 г. рождения, – уроженец Абхазии.
Перед наступлением войск Юго-Западного фронта Кавказская конная дивизия вошла в состав 8-й армии под командованием генерал-лейтенанта Лавра Георгиевича Корнилова. На станции Заблотов состоялся смотр Кавказской конной дивизии командующим генералом Корниловым. Вот свидетельство очевидца из журнала «Донская волна»:
«Косыми полуденными лучами жаркое июньское солнце освещает огромную площадь, железнодорожную станцию Заблотов (Галиция) от самого города.
В те послеполуденные часы 12 июня бывший до этого безлюдным пустырь ожил и огласился говором на многих «горских наречиях». И расцвёл яркими нарядами горцев – здесь собралась Кавказская дивизия, чтобы показаться командующему армией – легендарному генералу Корнилову.
Не могут горцы спокойно стоять и ждать. И вот появились полковые зурначи и начались танцы. Причём в каждом из полков свой мотив и своя лезгинка. Танцуют, подоткнув полы черкесок, поблескивая глазами и холодной сталью обнажённых кинжалов, и всадники и офицеры.
Но вот прискакавший дозорный сообщил командиру дивизии Багратиону, что (генерал Корнилов с офицерами своего штаба на лошадях приближаются к пустырю. По сигналу комдива командиры полков командуют своим сотням: «По коням! Смирно!»
Дивизия выстроилась на пустыре около железнодорожной станции «четырёхугольником»: с трёх сторон Чеченский, Ингушский, Кабардинский, 2-й Дагестанский, Черкесский и Татарский полки. С четвёртой стороны стали входившие в состав дивизии артиллеристы 8-го Донского казачьего дивизиона и пулеметчики отряда Балтийского флота. Выстроенные части представляли из себя красивую картину: особенно выделялись чеченцы и ингуши с желтыми и синими башлыками, а также 4-я сотня Черкесского конного полка, состоящая из абхазцев и бывшая в своих национальных головных уборах (головы обвязаны белыми башлыками).
При приближении генерала Корнилова к выстроившейся для встречи с ним дивизии трубачи всех полков играют встречный марш. Ровно в четыре часа пополудни командир на коне въехал в четырехугольник и стал объезжать выстроившиеся части, здоровается с ними и заговаривает с двумя-тремя всадниками каждого полка. Затем, остановившись посредине, Л. Г. Корнилов произнёс речь:
«Орлы Кавказа! Я не ожидал, но я счастлив видеть вас в таком изумительном порядке. В вас сохранился ещё тот дух, который начинают терять наши войска.
Когда вы вернетесь к себе на Кавказ, передайте от меня поклон и большое спасибо вашим отцам, что сумели воспитать и вдохнуть в вас ту внутреннюю дисциплину, что предохраняет вас от развала. Сейчас я зову вас на ратный подвиг и убежден, что славная история вашей дивизии обогатится ещё многими страницами. Еще раз спасибо вам, славные горцы, за службу!»
«Высшей оценкой царившего в дивизии духа являются слова самого генерала Корнилова, производившего нам смотр перед общим наступлением в г. Заблотове 12.VI.1917 года, – вспоминает А. А. Арсеньев, – и сказавшего нашему начдиву генералу князю Багратиону: «Я наконец дышал военным воздухом!».
Боевые действия на Юго-Западном фронте начались 18 июня. В боях 26 июня прикомандированный к Черкесскому конному полку прапорщик Магомет-Рауф Агиров (Агрба, абазин) будет награжден Георгиевским оружием «за то, что в бою 26 июня 1917 года у ст. Циенжув, будучи послан командиром сотни в разведку со взводом в 15 человек, под действительным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнём противника вошёл с ним в непосредственное соприкосновение, произвёл рекогносцировку местности, установил силы врага и его намерения. потеряв 1 убитым и 3 раненых, и обо всём этом, вернувшись, доложил командиру сотни, чем содействовал общему успеху сотни атаковать противника в лесу, выйти в тыл ему и тем самым выручить 19-ю пехотную дивизию из критического положения».
27 июня 1917 г. Черкесский и Ингушский полки были выдвинуты на боевые позиции и выполнили поставленную задачу, заняв с боем переправу у деревни Блудники. 4-я Абхазская сотня лихо ударила в шашки у дер. Медыня на целый батальон австрийцев и обратила в бегство, будучи остановлена пулеметным огнем с левого берега у реки Ломница, а 3-я сотня с отменной отвагой атаковала перед темнотой через реку Ломница противника в дер. Блудники».
Медалями «За храбрость» 4-й степени были награждены Нестор Арджения, Шаман Сабекиа, Михаил Арлан, Слико Бебиа и Отар Званба. Это были награды за разведку 27 июня 1917 г деревень Медыня и Темировца под огнем противника и взятие 15 пленных и 3 лошадей.
В заключение отметим, что Кавказская конная дивизия из всех частей российской армии отличалась наиболее высоким боевым духом, слаженностью и дисциплинированностью. Об этом свидетельствуют боевые награды сынов Кавказа. Приведем имена уроженцев Абхазии, удостоенных высших военных наград России – ордена св. Георгия, Георгиевского оружия и четырех степеней Георгиевского креста (полных георгиевских кавалеров). Это кавалер ордена св. Георгия 4-й степени корнет Константин Иосифович Лакрба, кавалеры Георгиевского оружия – прапорщик Магомет-Рауф Агиров (Агрба), полковник Георгий Алексеевич Марчул и поручик Варлаам Андреевич Шенгелай. Полные георгиевские кавалеры: урядники Алексей Цижба, Дмитрий Ачба, Константин Когония, Василий Маги (Магба), Рамазан Шхалахов и корнет князь Хаитбей Чачба.
Вечная им слава!

(Выражаем благодарность сайту gagrakomfort.ru за предоставленный текст статьи.)
________________________


ПАМЯТЬ ПРОШЛОГО

Есть в мире вечные истины. Одной из наиболее ярких является стремление народа к свободе, самоутверждению и желание жить у себя на родине по своим законам, предначертанным Богом. Но чтобы добиться этого, во главе всего движения должен стоять человек, одаренный Божьей искрой, обладающий неиссякаемой энергией и уверенностью в праведности и справедливости избранного пути. История всегда выдвигает ряд таких личностей – «первых среди равных». Эти предводители народа в сложный исторический момент всегда обладают сильным и высоким духом. Ведь не случайно абхазское название царя – «апсха» – означает «сильный духом», «высокая душа». Абхазия в силу своего геополитического положения всегда находилась под угрозой порабощения, но всегда народу являлись личности, избавлявшие его от постороннего гнета. Одним из самых известных был общий для кабардинцев и абхазов герой – Инал Великий, освободивший Кабарду от генуэзцев и полностью очистивший Абхазию от грузинской оккупации в средние века. Место его захоронения у абхазов считается священным.

В конце XVIII – нач. XIX в.в. грозный Келешбей фактически добился независимости страны, но пал жертвой интриг. После него, вплоть до 1877 г., абхазский народ политикой и оружием отстаивал свою свободу и, потеряв в жестоких испытаниях лучших своих сынов, частью погибших в сражениях, а большей частью изгнанных с Родины, ждал своего часа. Та пассионарная энергия народа, которая была за столетие почти растрачена, стала собираться в комок и пульсировать. Наступил 1917 год – эпоха революции, гражданской войны*. В это сложное время нужны были личности, которые сумели бы вывести свой народ вперед. Они должны были появиться, и они появились. То время выдвинуло в абхазском народе целую плеяду блестящих имен, но мы здесь остановимся, хотя и очень коротко, на личностях Симона Басариа (Махайда Апсуа) н Нестора Лакоба – верных сынов абхазского народа, которых тесно связыва­ло неустанное стремление во что бы то ни стало добиться свободы и независимости Абхазии, объединить и собрать на родине в единое целое свой народ, большая часть которого, по воле судьбы, оказалась на чужбине.

«Всемирная история, – пишет в своей замечательной книге «Герои и героическое в истории» Томас Карлейль, – история того, что человек совершил в этом мире, есть, по моему разумению, в сущности история великих людей здесь, на земле. Они, эти великие люди, были вождями человечества, образователями, образцами, и в широком смысле слова творцами всего того, что вся масса людей вообще стремилась осуществить, чего она хотела достигнуть». Говорят, пути господни неисповедимы, но в трудные времена испытаний судьбы человеческой, судьбы народа Всевышний посылает знамение и дает знать, что у народа появился тот человек, который возглавит его. Вот какое предание в народе о Несторе нам довелось слышать.

Был жаркий полдень. Пастух пас стадо в с.Гарп. Усевшись в тени дерева, он наблюдал за окружающим. И вдруг он видит, как с неба спускаются, сидя на муле, три пророка. Испугавшись, пастух спрятался в кустах. Пророки, усевшись в тени дерева, повели разговор, кому быть правителем (государем, ахъынткар) Апсны. Было перечислено несколько фамилий, но к единому мнению не пришли. Тогда один из них сказал: пусть правителем Апсны будет Чнагу. «Чнагу, Чнагу, – повторили другие, – Да, он подходит, и пусть он будет правителем Апсны».

– А кто будет об этом знать? – спросил один из пророков.

– А пусть этот пастух, который сейчас прячется в кустах и будет свидетелем, – ответил другой.

После этого они втроем вновь уселись на мула и вознеслись на небеса.

Пастух, пригнав стадо домой, направился к одному из самых уважаемых людей округа – Аабыджу Мыкуба и рассказал обо всем. Аабыдж, собрав всех почетных стариков, поведал им об услышанном. После этого они попытались установить, кто такой Чнагу, но безуспешно, никто его не знал.

Прошло время. Аабыдж с супругой ехал на фаэтоне в Эшеры. По пути он остановился в Гудаутах у духана, чтобы отдохнуть. К нему подошел юноша и, поздоровавшись, спросил:

– Не в Сухум ли вы едете?

Аабыджу понравился паренек, и он спросил его, кто он такой.

– Я Чнагу, сын Щахусны Джергениа!

Аабыдж сразу же вспомнил слова пророков и сказал:

– Как же я не возьму тебя с собой, Чнагу – сына Щахусны Джергениа!

Затем, усадив его рядом с собой, расспросил, откуда он и куда направляется. Чнагу, а это был молодой Нестор Лакоба, ответил, что из Сухума он едет в Батум, где учится.

Они вместе отправились в путь. В Эшерах Аабыдж вышел, заплатив за себя и Нестора, а Чнагу направился дальше.


Прошло время. Имя Нестора было уже на устах по всей Абхазии. И вот в 1917 г., когда Абхазии надо было определиться и избрать лидера, который повел бы за собой абхазский народ, высшее сословие стало выдвигать своих людей. Тогда состоялся народный сход, где выступил с четырехчасовой речью Осман Бутба. После его выступления народ избрал Нестора... Люди, близко знавшие Нестора. говорили, что он каждый вечер молился Богу за сохранение и благополучие Апсны и ее народа.

Когда однажды к С.Басариа (Махайду) пришла группа образованных абхазов и начала жаловаться, что Нестор их не слушает, назначает людей по своему усмотрению, Симон ответил: «Молите Бога, пока жив Нестор, будем живы вы и я, но если его не станет, нас всех тоже не будет». Так и случилось – в 1937 г. все эти люди были репрессированы.

По отдельным высказываниям древних авторов мы пытаемся реконструировать наше прошлое, покрытое мглой тысячелетий, но в то же время события, которые происходили, по историческим оценкам – вчера, в первой четверти XX века на памяти наших отцов и дедов, сегодня известны немногим. Ведь есть официальная история, а есть тайная, пружины которой не всегда доступны для всех.

Возьмем 1917-1918 г.г. – эти очень интересные и сложные годы в нашей истории. В конце 1917 г. зародился «Киараз», боевой отряд, созданный Нестором и его друзьями. Бойцы «Киараза» дали клятву у священной горы Дыдрыпщ на верность идеалам свободы и борьбы за освобождение родной Абхазии и доказали это и словом и делом в 1918–1921 г.г. Именно тогда они заложили основы нашей победы. Вечная им слава!

В 1917 и 1918 г.г., во время оккупации Абхазии грузинскими меньшевиками, наметилось несколько ориентаций для освобождения Абхазии.

Первая – это Горская Республика. Одним из инициаторов этого движения в Абхазии был Махайд Апсуа. Встретившийся с ним лично в 1918 г. в Стамбуле Мустафа Бутба пишет, что Симон Басариа – «уполномоченный Стамбульской делегации от Горской Республики» и особо подчеркивает – «большой патриот своей родины».

Вторая – большевистская Россия.

Третья – это генерал Деникин и Добровольческая армия, где офицерами и всадниками служило много черкесов и абхазов. Причем после установления Советской власти Н.Лакоба командировал в Стамбул специального человека «для возвращения в Абхазию людей, служивших в белой армии». Почти все они вернулись в Абхазию.

Четвертая – это совместно с абхазскими военными частями из Турции освобождение родины от оккупантов. Со стороны абхазов из Турции это движение возглавили Сулейман Бганба, Джамал-бей Марщан, Митхадбей Маан, Ибрахим Джинджал...

Главными организаторами десанта из абхазских махаджиров летом 1918 г. грузинские власти в деле «О повстанческом движении в Абхазии» называли Александра Чачба, Таташа Маршан, Симона Басариа и Такуя Цвижба, который, будучи одним из самых известных абреков Абхазии (его побратимами были не менее известные абреки Бадрак Аюдзба и Камчыч Смыр) принимал активное участие в Кодорском бою (май 1918 г.), где зашел в тыл грузинским меньшевикам и уничтожил 18 офицеров из отряда Джугели.

Абхазский десант из Турции возглавили истинные патриоты своего народа. Это прежде всего – Сулейман Бганба, выходец из Гумы, один из самых блестящих ораторов и медиаторов среди абхазского населения Турции. Акун Цвижба из с.Члоу, в доме которого находился Сулейман в 1918 г., вспоминал: «Я не встречал за всю свою жизнь подобного ему оратора и мудреца. Он мог говорить несколько суток и не повторяться. В Турции его имя было очень популярно среди кавказского населения. Он являлся одним из инициаторов возвращения абхазов на родину. Но этим вопросам он в 1917 г. был в Батуме, а летом 1918 г. – в Абхазии. В Турции он спас от смерти свыше ста абхазов и черкесов, «людей в черкесках», – «акумжъыуаа» от смертной казни. До 1937 г. абхазы на чужбине, в Турции, не строили капитальных домов. – все ждали возвращения на родину. С.Бганба был из тех личностей, кто цементировал нашу диаспору в то сложное время».

Джамалбей Маршан (Хрипс-ипа) – один из первых авиа­торов среди абхазов, был в числе лидеров абхазской общины в Турции. Во второй половине XX в. он был председателем абхазских клубов по всей Турции. Его идеей до конца жизни было стремление возвратить депортированных абхазов на родину. Во времена меньшевистской оккупации он некоторое время полулегально находился в Абхазии, исследуя на месте обстановку и возможности возвращения изгнанников. «Однажды, – вспоминал Иван Лакербай, – мы вместе пили кофе на сухумской набережной, и нас окружила грузинская жандармерия. Джамала арестовали, но он, попрощавшись со мной, сказал: «Не беспокойся, через несколько дней мои ребята помогут мне». Действительно, по истечении двух-трех дней он совершил побег из тюрьмы».

Ибрахим Джинджал, проживший свыше 100 лет, обладал ясным аналитическим умом, прекрасно разбирался в политике, находясь долгое время в Абхазии, изучал места, подходящие для возвращения абхазов из Турции. По этим делам он неоднократно встречался с Н.Лакоба (1918 г.) и Дм.Гулиа. Ведь не случайно, по воспоминаниям И.Лакербай, стихотворение Дм.Гулиа «Сыпсадгьыл» – «Родина» было посвящено Нестору:

«Сыхаара, Лакоба, икалазеи, изакъузеи
Абас улахь зеикъзеи?
Нхыцка ицаз угурюома?
Мшын нырцъ икоу уджьабома?
Сыхаара, Лакоба, абас улахь зеикъузеи?»

Но когда Дм. Гулиа прочел это стихотворение – шедевр абхазской поэзии, – Нестор попросил убрать его имя.

Мы очень многого не знаем о тех временах, но сквозь затуманенную призму годов явно чувствуется, что лучшие сыны абхазского народа как здесь, так и за рубежом, отдавали все свои силы и не щадили себя во имя свободы Апсны и воссоединения абхазского народа.

Мидхадбей Маан – образованный молодой абхазец из Турции, Его идеалом было стремление служить своему народу. Еще живы его ученики, которых он в условиях жесткого национализма тогдашних властей Турции обучал родному языку. Вот его стихотворение «Слезы махаджиров», написанное им в 1917-1918 г.г., которое помнит до сих пор один из его учеников Азиз Званба:

Апсуара хапсуароуп,
Щапсуазар щаиуазароуп,
Еибагъахъра щабжьазароуп.

Анцъа, хазшаз, щгърлаша,
Щаибагъряьо щаицыркъаша.

Апсноуп щан лгара,
Щара щазшаз щаб игъара,
Уи щаяацъа ишпаргара.

Мчыла щаимырхт, хаибатъуп,
Щазшьтаёоу аибаиауроуп.

Анцъа щазшаз иранеишьеит,
Аибаиаура, еишьтазаара.

Умца харпны усшъында,
Ных сщъомызт Апсны.

Умца гъаяьны усыяразааит,
Сгъяра псзъом Апсны.

Мамоу мамоу, сгъяра 87ъам.
Зны щаибабахуеит Апсны!

Щаибабахп, аха уаанёагьы
Ушпа счщари Апсны!

Зны истахыу абзазароуп,
Сыла уабахрымашь Апсны?

Зынгьы сыпсыроуп истахыу,
Сыпсы уабахрымашь щъа.

Сгъыяуеит сныйъоит, щаиабаиухп,
Иабацари зны.

Агъаращъа уцъкъарпауа,
Мардеи шьхси ура6ъ8о.

У0аапкны у0абга0а
Мюа узым0о шьапыла урысуа,
З6ьынтъ урх8ар зны ирбгуа
Цайьеи бахуи еи6ърпуа.

Уама цъгьаха ушьхангыла,
Усаса еихраща, ушпыргыла.

Харантъила усыхъаччауа,
Убырлашха, ушъахыччыла,
У0абга0а! У0абга0а!

Хреи цайьеи уа=ыбганы,
Атышацъгьа у0абга0а.
Бжьра-бжь7ъа унархысла

Щаяа уидгыланы,
Щадгьыл щазшь0оу уапырамчын,
Щъагъжьлагьы усзынкылом.

Такое произведение, написанное в те годы, этот призыв к борьбе, призыв, несмотря ни на что, яростно сметать с пути все, что мешает идти вперед, могло родиться в сердце только такого человека, который не представлял себе жизни без своего народа, без своей Родины!

Как вспоминал Хакы Ажиба, его отец был в числе участников десанта 1918 г. Он остался в Абхазии, но в 1936 г. его вызвал Нестор и сказал:

– Уезжай, могут наступить тяжелые времена.

Отец забрал сына с собой. И вот, как рассказывал Хакы, в то время, в 1917-1918 г.г., Нестор встречался с абхазцами и вел с ними переговоры. «Для освобождения Абхазии мне нужны оружие и офицеры-абхазы», – говорил он тогда.

С другой стороны ориентация Абхазии была тогда на Горскую Республику, созданную раньше всех других республик, а именно – 11 мая 1918 года. Кстати, этот день в Абхазии и на всем Северном Кавказе должен отмечаться как праздничный. В Абхазию по вопросам организации Горской Республики в 1917 г. приезжал славный сын чеченского народа Асланбек Шерипов. И вновь во главе этого движения стояла фигура Симона Басариа. В правительство Горской Республики, полноправным членом которой являлась Абхазия, входил видный абхазский историк Семен Ашхуацаа. Он свыше 25 лет занимался историей Абхазии, у него был готов труд «История Абхазии, Грузии и Кавказа» в 2-х томах, но эта его работа, над которой он трудился всю жизнь, как и весь его архив (он был вывезен на 2-х грузовиках НКВД), уничтожена в 1937 г.

После успехов Деникина Абхазия стала направлять на него свои взгляды. У него служили всадниками и офицерами абхазцы, неся в своей душе цель – освободить родину. Один из них, Григорий Делба, честно служил своему народу до 1937 года. И поэтому, учитывая тогдашнюю обстановку в Абхазии, в феврале 1919 г. генерал Деникин выступил с заявлением в защиту абхазского народа.

После всех этих событий абхазские лидеры стали направлять все свои взоры на Советскую Россию. В этом отношении очень характерна беседа Ноя Рамишвили, министра внутренних дел Грузинской демократической республики, с А.Мартином, депутатом от эстонской общины в Абхазии в Народном Совете Абхазии 6 февраля 1920 г. :

– Вы разве не замечаете, что они (абхазцы) смотрят на Север? – спросил министр.

– Это, – ответил А.Мартин, – входит в понятие самоопределения – смотреть каждому туда, куда хочется, куда смотреть выгоднее, а не туда, куда приказывают другие, кому это выгодно.

Далее, рассказывал А.Мартин, «я высказал ему свое беспристрастное личное мнение, что считаю тактику Грузии по отношению к Абхазии неразумной, вредной для самой Грузии. По моему убеждению, абхазцы – народ развитый, свободолюбивый, храбрый, бескорыстная дружба с ними для Грузии необходима, вражда же может кончиться плачевно. Грубой силой абхазца не покорить. Грузии надо заслужить любовь и доверие абхазцев»...

В то сложное и тревожное время, в 1920 г., когда в Юго-Осетии вспыхнуло восстание против грузинского ига, отряд из ста абхазцев оказал им помощь (об этом мне рассказывал Д.Медойты). Этим я хочу подчеркнуть, что у лучшей части нашего народа всегда в душе было заложено стремление к справедливой борьбе, стремление к свободе, желание стать рядом с теми, кому трудно...

Ведь именно в то сложное время, когда зародился боевой «Киараз» – предтеча нашей нынешней победы, в сердцах и душах лучших сынов и дочерей Абхазии не угасала надежда, что рано или поздно наша Родина, несмотря ни на что, ни на какие трудности и испытания, добьется свободы и станет независимой. Не было бы дня Победы над грузинским фашизмом, 30 сентября 1993 г., если бы не было славных страниц в истории Абхазии 1917–1921 г.г., истории киаразовского движения, т.е. национально–освободительного движения в Абхазии в первой четверти XX века.

Здесь я хочу напомнить один малоизвестный факт: в 1919 году Нестор некоторое время, при грузинских меньшевиках, работал комиссаром Кодорского участка, а случилось это так.

Однажды А.Эмухвари встретился с С.Басариа и пожаловался, что в Кодорском участке анархия и никак не удается навести порядок, на что Махайд ему ответил: «Нестор Лакоба сейчас сидит у вас в тюрьме, но он пользуется огромной популярностью в народе. Сделай так, чтобы он начал работать комиссаром в этом участке, народ его послушает. Достойного врага лучше иметь другом».

Поразмыслив, власти обратились к Нестору с этим предложением, однако последний поставил условие: «Согласен, но со мной должны работать мои люди».

Условие было принято. Нестор сумел на некоторое время навести порядок, созвав сход в Мокве, где выступил очень резко, но справедливо. Его сопровождали друзья. После собрания они, оседлав коней, затянули боевую песню:

«Шънеибац, шънеибац! Апсуа рычкунцъа!»...

Определенное время Нестор был на этой работе, одновременно ведя работу против грузинских меньшевиков...

Так в то далекое время использовали все методы борьбы против оккупантов, за свободу Родины.

В заключение хочу привести еще один случай. В 1921 или 22-м году Н.Лакоба и С.Басариа поехали в Тифлис на совещание. Когда объявили, что от Абхазии будет выступать С.Басариа, то в зале раздались оглушительный свист и шум. Тогда на трибуну вышел Нестор. Ни слова не говоря, он выхватил маузер и выстрелил в люстру. Наступила тишина. «Шьта, Махаид уцъажъа!» («Теперь, Махайд, говори!», – обратился он к другу). Симон вышел на трибуну и высказал все, что у него было на душе...

Все годы, до конца жизни Симон и Нестор были всегда рядом, и Махайда называли идеологом Абхазии и всего Кавказа.

* Период 1917-1921 г.г. очень подробно и тщательно исследовал в свое время профессор Г. Дзидзария. Автор же данного эссе ставит своей целью несколько дополнить эти исследования.

(Опубликовано: газ. "НПА - Народная партия Абхазии", № 13, 7 декабря 1997 г.)

(Перепечатывается с сайта: http://www.kiaraz.org.)
_______________________


ОТ КУБАНИ ДО НИЛА

Окончание Кавказской войны, покорение Восточного, а затем Западного Кавказа, упразднение Абхазского княжества и последующие неоднократные восстания в Абхазии, Чечне и других частях Кавказа, введение военно-административного управления, колонизация Кавказа, репрессии царской администрации по отношению к кавказским горцам вызвали у них массовую миграцию в страны зарубежного Востока, которая происходила в основном насильственным путем.
Одной из форм сопротивления царизму было абречество: на карательные экспедиции царских генералов, даже после покорения Кавказа, горцы отвечали стремительными и дерзкими акциями, приводившими в трепет военную администрацию Кавказа. А. Шерипов писал по этому поводу:
"Но особенную окраску абречество приняло после окончательного утверждения царской власти на Кавказе. Несоответствие русского суда и обычного права горцев, преступная администрация Кавказа и общая политика притеснения заставляли многих сильных личностей из чеченцев (и вообще из кавказцев) становиться на нелегальное положение... Их продолжали преследовать - и для успешной борьбы с вредным элементом ввели систему круговой поруки. От этого возмутительного акта страдали уже лица, имевшие несчастье быть родными или даже просто односельчанами "преступника"... Это создавало новые кадры озлобленных людей, решившихся на все... И вот начиналась месть начальству: абреки убивали административных лиц, грабили почту, казначейства и др. правительственные учреждения... а власть еще пуще налегала на мирное население: штрафы, экзекуции, высылка в Сибирь, виселица и т. д. Власть терроризировала мирное население, абреки терроризировали эту власть. И, конечно, народ смотрел на абреков как на борцов против притеснений и зверств власти... Наиболее отважные и удачливые из абреков так поражали психологию чеченцев, что они считали их продолжателями дела Шамиля и его мюридов. В одно время ходили даже слухи, что Зелимхан объявит себя имамом и изгонит царскую власть... Вот этот характер политического протеста и борьбы с властью придавал абрекам в глазах народа ореол национальных героев, что в свою очередь отразилось в песнях"(1). По сей день у абхазов бытуют песни и предания о тех, кто бесстрашно сопротивлялся самодержавной политике царизма, - это Катмас-ипа Халыбей, Атрышба Ханаш, Ахьы Шабат Маршьан, Чызмаа Едыг, Адагуа-ипа Инадла, Адагув-ипа Зекериа, Ажьгирей-ипа Кучук, Мыстаф Чалакуа, Ацанба Хакыбей, Чкуаку Кяща и др.
Волны переселения то подымались, то затухали, в общей сложности кавказских горцев (адыгов, абхазов, убыхов, абазин, чеченцев, ингушей, аварцев, лезгин, осетин, карачаевцев, балкарцев) выселилось, по разным данным, от 1 800 000 до 3 097 949 человек(2). На восточном (абхазо-убыхо-адыгском) побережье Черного моря тогда появилась новая поговорка: "Теперь даже женщина может пройти от Сухуми-кале до Анапы, не опасаясь встретить хоть одного живого мужчину"(3).
После всех этих событий, по данным Элизе Реклю, "на огромном ныне пустом пространстве [Западного Кавказа], занимающем 10 000 кв. км, насчитывалось всего 15 000 жителей. Из их числа 4/5 составляют абхазцы... 600 черкесов, остальные переселенцы различного происхождения"(4).
Полностью обезлюдела Малая Абхазия (область между реками Жуе-дзыхь и Соча-пста), горные и прибрежные абхазские общества... До единого человека ушла абхазская этнографическая группа, известная в литературе под именем садзов, которые, как сообщали очевидцы, в отчаяннейших схватках с царскими полками, не желая сдаваться в плен врагу, предпочитали покончить с жизнью; не осталось ни одного абхазского села между реками Псырдзха и Кудры, опустело большинство бзыбских и абжуйских сел; ушли тысячи семей абаза тапанта...
В общей сложности абхазов и абазин, которые известны на Востоке только под названием "абаза", было выселено до 400 000(5).
Проживавший в Абхазии в конце XIX века и оставивший ряд ценных статей о крае агроном Г. Рыбинский в описании своего путешествия по долине Кодора заметил следующее: "Едущий со мной рядом абхазец-милиционер запел такую грустную, захватывающую за сердце песню, повторяя часто слово "Латы", что я невольно его спросил, о чем он поет. "Эта песня, - сказал он со слезами на глазах, - была сложена абхазцами, удалявшимися в Турцию. Пять тысяч душ Дальского урочища оплакивали свой родной уголок, каждое деревцо, выращенное ими".
Абхазцы Дальского ущелья - эмигранты - славились в былые времена необычайной воинственностью и грабежами, они были грозой не только для врагов, но и для владетельного князя Абхазии. Это была отчаянная вольница, их недоступное ущелье было в своем роде "Запорожье для Абхазии"(6).
Насильственное выселение больших групп кавказского населения практиковалось завоевателями в еще более отдаленные времена. Так, по сообщению историка Табари при Хосрове, в середине VI века в Южный Азербайджан были переселены аланы и абхазы. При византийском дворе всегда было много абхазов и алан. В конце XIX века в Эрзерумском вилайете еще было 14 селений лезгов (лезгин), поселенных там около 1500 лет тому назад и "тщательно охранявших свою независимость".
После монгольского нашествия предводители монголов забрали с собой в Китай до 100 000 алановасов. Ханская гвардия была сформирована из тысячи аланских всадников, и служить в этой гвардии было исключительной честью. По сведениям католических миссионеров, еще в XVI веке аланы сохраняли христианскую веру и могли выставить до 30 000 отборных воинов. Несколько десятков тысяч ясов (асов) попало в Венгрию в XIII веке, где их потомки проживают по сей день в Ясшаге (численностью 100 тыс. человек) по соседству с кунами - потомками половцев.
В XVI-XVII веках в Польше служили так называемые "пятигорские хоругви" - это были выходцы из Западной Черкесии, где, несомненно, было немало и абазин.
В XVII веке в Иран была выселена большая колония черкесов, от которой, как сообщает в 1895 году Хасан Фас, в 1913-м - Густав Демурни и в 1946-м - Оливер Гаррод, осталась маленькая черкесская община Дезэ-курд к северо-западу от Асупана(7).
В XVII веке в двух наиболее известных кварталах Стамбула - Топханы и Касым-паша, а также в Каире проживало немало абхазов и черкесов с семьями; среди них было много искусных оружейников, ювелиров, мореходов и т. д.
Большой урон народам Кавказа нанесла работорговля. "Можно смело сказать, - писал французский путешественник Дюбуа де Монперэ, автор шеститомного труда "Путешествие вокруг Кавказа", - что несколько миллионов обитателей этого края (Черкесии, Убыхии, Абхазии. - Р. Г.) было таким образом продано и увезено в другие страны. Если бы с большей смелостью мог бы судить о путях проведения, я подумал бы, что его намерением было бы воссоздать другие вырождающиеся расы смешением их с прекрасной черкесской (в данном случае абхазо-убыхо-адыгской. - Р. Г.) нацией"(8).
Со второй половины XIX столетия сотни тысяч кавказских горцев с семьями оказались на чужбине, в совершенно новых климатических условиях, зачастую на непригодных безводных землях, без всяких средств к существованию. Определенная часть горцев попала в Турцию еще в первой трети XIX века: так, например, в 30-е годы XIX века в Турции проживало 20 тысяч абхазов. Кроме трех крупных волн переселения (1864, 1867, 1877) у абхазов было еще несколько этапов эмиграции, в частности в 1859 году было выселено 2130 семей, в 1863-м - 900 семей, в 1869-м - 579 семей, в 1873-м - 800 семей, в 1879 г. - 800 семей(9). Турецкое правительств решило с помощью кавказцев укрепить свои позиции в стране. В это время в Османской империи национальные меньшинства составляли 45%. Организовать расселение махаджиров вначале было поручено генералу турецкой армии черкесу Нусрет-паше. Горцы Кавказа были расселены в Европейской Турции, Болгарии, Югославии, Албании между славянскими и греческими поселениями, вдоль больших дорог и важных горных проходов, образуя непрерывную цепь, чтобы в случае восстания силой удержать последних. Черкесов и абхазов тогда было расселено свыше 120 000. Махаджиры были поселены на худших землях.
В то время конвой и личная охрана султана были сформированы из кавказцев. Был также создан черкесский полк, но после убийства турецких офицеров в этом полку власти вынуждены были расформировать его.
В пути на чужбину и особенно на новых местах переселенцы гибли тысячами. В Ислахане (древний Никополис) в 1880 году было поселено около 1000 черкесских семей, а через 25 лет осталось лишь 7, тысячи людей умерли от лихорадки(10).
Приблизительно в те же годы в Сирию для охраны строящейся там железной дороги (правительство этой страны приняло решение создать вдоль нее поселения из кавказцев) были направлены черкесы и абхазы. Абхазов поселилось 3000 человек. На новом месте, в районе Голанских высот, в течение незначительного времени основная часть абхазов погибла от лихорадки (в день иногда умирало 30-40 человек), и осталось их здесь всего 225 человек. После этой трагедии они переселились в другое место и основали абхазское село Момсие, которое существовало до 1967 года. (Сообщение Шарафа Абаза (Марщан) - жителя Дамаска. - Записано в г.Сухум в августе 1987 года.)
В районе Самсуна и Трапезунда от голода и болезней также погибли десятки тысяч черкесов и абхазов.
В северо-западной части Анатолии, в местности Кефкен, в 1877 г. была высажена большая партия сухумских абхазов. В первый же день от голода умерло 400 человек. Оставшиеся в живых, перенося неимоверные страдания, почти каждый день хоронили умиравших от истощения людей. Уцелевшая часть по распоряжению султана была переселена на другие земли и обеспечена работой. Лишь одна женщина - Кецпха Елыф - не покинула могилы родных и близких. На личное приглашение султана о переезде она ответила: "Кто уже не может улыбаться, пусть имеет право плакать"(11). По сей день абхазы в Турции помнят ее плач, а местность, где похоронены сотни переселенцев, носит название "Абхазская могила".
Из переселившихся в Аравию чеченцев и ингушей за 18 месяцев от непривычного климата и жары умерло около половины, то есть 30 000 душ.
После Крымской войны около 20 000 семей ногайцев покинули Кавказ и поселились в районе Аданы, к началу XX века их осталось 2 тысячи(12).
Большая часть изгнанников была разбросана по обширной азиатской части Турции, между Сивасом и Токатом, вблизи Амазии и Самсуна, в Киликии, Месопотамии, на полуострове Чаршамба, по побережью Эгейского моря в Турецкой Армении, Адапазаре, Дюздже, Ески-Шеире, Балыкесире.
Первоначально, не имея никаких средств к существованию, горцы вынуждены были отдавать молодых соплеменниц в гаремы турецкой знати и султана.
С другой стороны, махаджиры, доведенные до отчаяния, чтобы хоть как-то прокормить семью и близких, вынуждены были вступать в конфликт с местным населением. Мы приведем лишь один пример, записанный нами от абхазов, проживающих в Сибири: "Часть абхазов, привезенных на корабле, была поселена в Восточной Анатолии на безводных каменистых землях, абсолютно без всяких средств к существованию. Голод ожесточил их, и махаджиры стали нападать на караваны с шелком, которые шли из Персии в Турцию. Караваны сопровождала хорошо вооруженная стража, но ничто не могло остановить отчаявшихся изгнанников, которые вначале буквально голыми руками захватывали караваны. Было взято так много товара, что гривы и хвосты коней абхазов были пышно разукрашены знаменитым персидским шелком. Тегеран потребовал от Порты прекратить нападения, и все эти абхазы по одному, два семейства были насильственно рассеяны властями в пустынных местах Турции". (Сообщение Ахмата Куджба и его супруги Ларисы Званба из Сирии. - Записано в г. Сухум 21 июля 1984 года Р. Гожба).
Все эти факты подтверждает Гарегин Срвандзтянц (80-е годы XIX века), путешествовавший в тех местах, где проходила большая Багдадская дорога: "Абазинские и черкесские поселенцы составляют тяжелое бремя для народа: не только на дорогах от них нет спокойствия, но и в самом городе воровство, грабежи, убийства стали обыкновенным делом.
В окрестностях рассеяны черкесские селения... С большой опасностью проходят через них караваны".
Правительство, пытаясь как-то стабилизировать обстановку на местах, стало привлекать горскую молодежь к воинской повинности: из кавказских горцев был сформирован кавалерийский корпус. "Черкесские полки были повсюду на линии огня. Они мужественно сражались, но дорого заплатили за свою победу"(13), - писал Ж. Дюмезиль. Часто из десяти мобилизованных домой возвращался лишь один.
Но выходцы с Кавказа не оставили своих привычек даже после кемалистской революции (1923). В. Аболтин, работавший в те годы в Турции, сообщает о них следующее: "Отличаясь предприимчивостью вообще, горцы не покидают и своих старых привычек: угон скота, воровство лошадей, грабеж при удобном случае практикуются и поныне. Горцы чрезвычайно храбры, их боятся даже дерзкие курды"(14).
Но вместе с тем ряд авторов отмечают, что "черкесы... наиболее трудолюбивые, хотя наиболее трудноуправляемые". Английский консул полковник Чарльз Уильсон подчеркивал, что горцы - красивое племя; они сильнее, мужественнее, смышленее местных крестьян и способны к образованию. Черкесы ввели в крае лучшие телеги, стали строить более удобные дома и лучше возделывать землю. Вообще они могли бы сделать много для развития края, если бы турецкое правительство более заботилось о них(15).
Некоторые кавказцы играли большую роль в политической и социальной жизни Османской империи. Инициаторами создания первой младотурецкой организации в 1889 году были военные врачи: албанец Ибрагим Темо, турок Исхад Сюкути, курд Абдуллах Джевдет и черкес Мехмед Рашид. Лидером одного из трех направлений младотурецкой революции был Принц Сабахаттин из абхазского рода Куадзба - предки его попали в Турцию еще в XVIII веке (отец его был зятем султана). Ближайшим сподвижником его был убых Хусейн Тосун-бей.
Именно в этот период из кавказских горцев выдвигается ряд крупных военачальников турецкой армии. Это отмечал в 1910 году и Магомет Ечерух: "Кто не знает, что лучшие и способнейшие военачальники исключительно черкесы"(16).
В этот период было создано "Черкесское культурно-просветительное общество", которое функционировало с 1908 по 1923 год. Появляется и горская интеллигенция: профессор Азиз Мкер-ипа, журналист Зия Барцыц, композитор, автор многих оперетт Мухлис Сабахаттин (Быжьнау), известная пианистка Невессер Кукдеш (Быжьнауцха). Одно из произведений Мухлиса Сабахаттина - "Осиротели черкесские очаги и не вьется больше дым над ними" - отразило трагедию горцев-изгнанников; в нем автор излил свою боль и тоску по родному Кавказу. Кстати, племянница Мухлиса, Кереман Халис Едже, тоже из рода Быжьнау, в 1932 году в Брюсселе была признана первой красавицей мира, и поныне в честь этого события представители рода Быжьнау в Турции прибавляют к своей фамилии титул "Едже".
Во времена кемалистской революции, когда решалась судьба Турции, весьма важную роль сыграли кавказские партизанские отряды, которые первыми поднялись на борьбу с интервентами. Главой движения и его организатором был шапсуг Иатым-бей. Активное участие в борьбе за независимость принимали отряды, возглавляемые Папа (Папба) Иатымом и Исмаилом Ахба. Большую роль в национально-освободительном движении сыграл Рущтубей Кобащ Абганба; ближайшим сподвижником Кемаля Ататюрка был абхаз Рауф Орбай Ашхаруа, бывший в то время (1922-1923) главой правительства Турции. С другой стороны, многие представители кавказской аристократии, занимавшие при дворе султана и в военном командовании видные места и пользовавшиеся большими привилегиями, с недовольством встретили революцию. Их настроения использовала Антанта и греческое командование; в результате весной 1920 года вспыхнул крупный мятеж, в ходе которого восставшие захватили большую территорию. После подавления выступления часть абхазов вынуждена была уйти в Грецию, другая часть скрывалась в лесах. Абхазов и черкесов стали преследовать, подвергать арестам, уничтожению, в городах запрещалось говорить на родном языке, так как власти даже в этом видели попытку заговора, и были случаи, когда горцы переходили границу с целью организации покушения на правительство Турции. В связи с этим правительство стало выдвигать проекты выселения "черкесов" в Восточную Анатолию и распыления их по 2-3 семейства по турецким деревням. Только вмешательство таких видных деятелей и лидеров кавказской диаспоры, как Райфа Орбай, Хундж Али Сант-паша, и публицистические статьи и обращения в меджлис Феткери Ашванба приостановили действия властей.
На сегодняшний день в Турции у горцев нет ни школ, ни учебников, у большинства из них другие фамилии, даже топонимы с этнонимами "черкес", "абаза" (например, типа "Черкес кей" - "Черкесское село") заменены чисто турецкими названиями. Конституция Турции 1961 года (ст. 54) считает всех граждан страны турками, хотя в Турции, по одним данным, свыше 750 сел, где проживают выходцы с Кавказа, а по другим - 830. Вообще, по некоторым статистическим данным, в Турции проживает свыше миллиона потомков кавказских горцев. Как говорят сами потомки махаджиров, в Турции нет города, где не встретишь абаза или черкеса.
Сейчас за рубежом проживает свыше 1,5 миллиона кавказских горцев, некоторые источники доводят их число до 3 миллионов(17).
В заключение хотелось бы отметить, что в мире не так уж много народов, большая часть которых находится вне пределов своей исконной родины. Незавидна была участь народов Западного Кавказа в прошлом суровом XIX веке. По сей день все горские народы Кавказа чувствуют эту трагедию. Свыше 3 миллионов горцев вынуждены были покинуть пределы родного Кавказа, чтобы найти приют на чужбине...

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Эшба Е. Асланбек Шерипов. Грозный. 1927. С. 20-22.
2. Аболтин В. А. Национальный состав Турции//Новый Восток. М. 1925. № 1 (7). С. 21.
3. Дзидзария А. Махаджирство и проблемы истории Абхазии XIX столетия. Сухум. 1975. С. 413.
4. Элизе Реклю. Человек и Земля. Т.V. СПб. 1908. С. 479.
5. М. Д. (...) Трагическая страница истории. (Абхазцы - переселенцы)//Трудовая Абхазия. Сухум-кале. 1926. № 123.
6. См.: Рыбинский Г. А. Абхазские письма//Кавказ. 1894. № 12.
7. Studia Caucasica. - Mouton. 1963. № 1. С. 163.
8. Дюбуа де Монперэ. Путешествие вокруг Кавказа. Сухум. 1937. С. 48.
9. Izzet Aydemir. Gjc Kuzey Kafkasya Lilarin Goc tarihi. Ankara. 1988. Sh. 113.
10. Лушан Ф. Народы, расы и языки. Л. 1925. С. 62.
11. B. Omer Buyuka. Kafkas Kaynaklarina Gore Iek Yaratilislar - Yek Insanlik - Kafkas Gercekleri. Cilt II. Istanbul. 1986. Sh. 296-298.
12. Томилов П. Отчет о поездке по Азиатской Турции. Ч. II. СПб. 1907. С. 31.
13. Абгосмузей. Ф. 4. Д. 177. С. 33.
14. Аболтин В. А. Национальный состав Турции//Новый Восток. М. 1925. № 1 (7). С. 121-122.
15. Заметки по физической и исторической географии Малой Азии, сделанные полковником Чарльзом Уильсоном во время его путешествий в 1879-1882 гг.//ИКОИРГО. Тифлис. 1885. Т. VIII. № 2. С. 62-63.
16. Ечерух М. Роль кавказских горцев в политической и социальной жизни Турции//Мусульманин. Париж. 1910. С. 143.
17. Adyghe. 1986. № 24 (New York). P. 2.

(Опубликовано в: Родина, № 1, 2000 г.)

(Перепечатывается с сайта: http://www.istrodina.com.)

___________________


ЧАЧХАЛ

Есть люди, которых с самого детства и далее по всей жизни проносишь в сердце, и очень часто вспоминаешь, и говоришь про себя. «Как его не хватает нам всем… Вот как бы он сейчас поступил…» Я говорю о Валере Чачхалиа – Чачхал, как его называли. Знал его с детства, тогда мы жили в Ткуарчале, на верхней площадке. Он был старше нас на два года, а тогда разница в год – два, да и позднее чувствовалась и старшие наши вели себя достойно, с них мы брали пример, который впоследствии вел нас по жизни и помогал в трудных, порой очень сложных обстоятельствах. Валера был очень справедлив, не позволял, чтобы обижали незаслуженно, в первую очередь не абхазцы уважали его, а наиболее строптивые откровенно побаивались. Помню, был конфликт, старший один обидел одного нашего одноклассника, тогда послали мои одноклассники делегацию, но при этом решили что к нему надо обратиться с просьбой только на абхазском языке, что и было сделано, Чачхал пришел и поставил точки над и, решил все в пользу правды. Мы торжествовали. Тогда на верхней площадке проживало много грузин, мингрельцев, помню очень хорошо с каким уважением и скрытым страхом говорили «Чачхал один может побить троих, никому не даст спуска». В 1960 г. их семья переехала в Сухум, мы чуть позже в Гудауту. Но уже там я довольно часто вспоминал детские годы в Ткуарчале, и конечно Валеру, он тогда был для нас всех непререкаемый авторитет. В нем, как я сейчас понимаю сидел непоколебимый абхазский дух, генетически унаследованный от предков. Вновь встретились мы с ним в Москве, в 1968 г., куда он приезжал к брату Денису,когда мы учились в Литинституте. В общежитии, он подружился со всеми ребятами. Особенно его интересовали наши ребята с Северного Кавказа и здесь он заводил их, сам очень много рассказывал им о нашей истории, о Кавказской войне, и везде, как сейчас говорят, он никогда «не включал задний ход». Помню мы сидели в Арагви. Много было старших и надо было станцевать абхазский танец, тут конечно, первый вышел Чачхал и показал всем, что и здесь он , когда надо может всегда поддержать нашу марку и показать истинный абхазский дух.

Чачхал очень много читал, очень интересовался ключевыми моментами нашей древней и новейшей истории. Он был из тех, кто, конкретно, еще в те годы готовил себя к войне, ибо он был очень проницателен в этом вопросе и знал, что рано или поздно придется освобождать Абхазию от оккупантов, прибывших сюда со всей Грузии. Вот еще тогда, в 1968-1969 гг., мы говорили и мечтали о том, как освободить Абхазию, и Валера был непоколебимо уверен, что это должно произойти и надо к этому быть всегда готовым.

Он очень любил деда Шамиля. Обожал отца Киршала Чачхалиа – великого патриота и всегда был в курсе всех политических событий в Абхазии, а где надо первый стоял против заингурских пришельцев. Несколько раз он поднимал и организовывал ребят, студенчество, тогда абхазов в Сухуме было мало. Весь город хорошо знал его и знали, что он никогда не даст свой народ в обиду, при нем невозможно было произнести хоть одно кривое слово об абхазах.

В 1969 г. он снова приехал к нам в Москву, у него были планы, он хотел подготовиться и поступить на следующий год, в престижный тогда институт МГИМО. Мы часто встречались, часто вместе ездили по Москве, молодость играла в нашей крови и всегда Валера был на «абхазской волне». Мы очень доверяли друг другу.

Уже, позже, когда мы все вернулись в Абхазию, почти каждый день бывал у нас в музее, очень интересовался всегда историей Абхазии, Кавказа, хорошо знал психологию всех кавказцев, кто на что способен. Его глубоко волновала абхазское движение, здесь он был одним из первых, правда, в отличие от многих он не любил красоваться на виду, но каждое серьезное дело, он брал на себя; когда началась перестройка, он один из первых сразу понял как надо действовать, бывал часто на Северном Кавказе, где завязал дружбу с достойными ребятами. Надо сказать, что его мечтой было совершить конный пробег вокруг Кавказа, он этой идеей бредил. Ведь его дед Шамиль был отменный наездник, и Валера пошел в него. В Нальчике, в 1990 г. они должны были совершить пробег Нальчик – Северный Кавказ. Сохранилась фото, где он на митинге, в Нальчике, в абхазской национальной форме, на коне. Да абхазский дух глубоко сидел в нем, за что его поняли и уважали на Северном Кавказе. Однажды на Урале, был конфликт с чеченцами, естественно из-за мингрельца, который запутался и повел себя недостойно, за что и был наказан Чачхалом. Мингрелец решил подключить чеченцев, их в небольшом городке было 82 человека. Они вызвали Чачхала на разбор, после его конфликта с их земляком. Валера пришел один, все удивились, они приготовились его наказать, но он повел дело так, что все чеченцы приняли его сторону, несмотря на то, что пострадал их земляк и конфликт был улажен. В первый день войны, он ушел в Грозный, там Дудаев Д. лично подарил ему автомат, с которым он вернулся к ребятам. Что будет война и вы знаете, что делать. Его внимательно слушали и верили ему. И сейчас, кто знал его очень тепло вспоминают Валеру.

Именно из таких людей из среды абхазов выходили блестящие воины, полководцы, дипломаты, чем прославились абхазы на Северном и Ближнем Востоке ближайшие тысячи лет…

Когда организовался форум он был одним из самых активных его участников, куда только он не ездил по делам форума для установления связей и контактов. Однажды нужно было поехать в Махачкалу. Он с Дауром Зантариа вышли на берег. Один наш друг купил новенькую шестерку, Чачхал подошел к машине и перочинным ножом легко открыл ее, как бы приглашая водителя. Тот тоже сел, Даур сел сзади. Поехали. – сказал Чачхал. Водитель подумал, наверное они едут в Афон, к Гиви Смыр, с которым Чачхал был «не разлей вода». Но вот они проехали Афон, «Наверное они в Гудауту, к Баграту Гицба, шурину Дениса», с которым Валера очень дружил, вновь подумал водитель, но Чачхал молчит. «Значит у них дела в Пицунде или в Гагре», недоумевал водитель, но и в Пицунду не заехали, и Гагру проехали, так и поехали они прямым ходом в Махачкалу…

Я говорил, что Чачхал был очень начитан. Вот такой эпизод. После июльских событий 1989 г. он вынужден был уехать и скрываться в Москве, на него был объявлен розыск. Но кто бы подумал, что будет скрываться в Ленинской библиотеке. Полтора- два месяца он провел в библиотеке, по читательскому билету брата. Помню, он привез мне оттуда материал, который я очень долго искал, для этого он несколько дней ездил в Химки, и просмотрел очень внимательно все подшивки одной очень редкой газеты за несколько лет, микрофильмы статей, он торжественно вручил мне. Сразу же мы их отпечатали, они до сих пор хранятся у нас в музее.

Чачхал был человек с очень большим юмором. Помню зимой 1990 г. объявили тревогу, мы ночью в 2 часа стали собираться в форуме, кто притащил автомат, Рудик Делба появился в форме старшего лейтенанта запаса, с оружием, Арда с «ППШ», другой с пулеметом, и вот буквально вслед за ними влетает Чачхал в узбекском халате, в кирзовых сапогах, тюбетейке и с обрезом в руках. Это он сделал, чтобы поднять нам всем дух…

Его очень обожали ребята, потому что у него слово сходилось с делом, в отношении к родной Абхазии он был непоколебим, тверд как гранитная скала. Это был воин духа, и многих заряжал своей энергией и бесстрашием!

Вечная ему память!
_________________________


БЕИГӘАА БАИРАМ-ИԤА ОМАРЧ (БЕЙГУАА ОМАР БАЙРАМОВИ; НА АБХ. ЯЗ.)


_________________________

 


Некоммерческое распространение материалов приветствуется;
при перепечатке и цитировании текстов
указывайте, пожалуйста, источник:
Абхазская интернет-библиотека, с гиперссылкой.

© Дизайн и оформление сайта – Алексей&Галина (Apsnyteka)

Яндекс.Метрика