Руслан Агуажба (Гожба). Статьи

Руслан Агуажба (Гожба)

Статьи:

К ИСТОРИИ МОРЕХОДСТВА У АБХАЗОВ: МИФОЛОГИЯ, ФОЛЬКЛОР, ИСТОРИЯ

«И море и горы едины...»
Абхазская народная мудрость

Абхазский язык, мифология, устная народная литература и по сей день представляют собой перед исследователями богатый и бесценный материал. Иногда кажется странным, что многое, что вроде бы лежит на самой поверхности, не сразу бросается в глаза.

В абхазской мифологии значительное место уделено всемирному потопу, постройке Ноева ковчега, плаванию по огромному морю и, что интересно, сюжеты совпадают с библейскими, но есть в преданиях отдельные элементы, позволяющие говорить о добиблейских истоках этого сюжета, и в дальнейшем его изначальные корни ученым предстоит искать на Западном Кавказе. В этих мифах очень много интересных сведений, которые память народа через тысячелетия донесла до нашего времени. Именно в них встречается один из древнейших сюжетов абхазской мифологии о постройке корабля для того, чтобы спасти все живое, интересно, что великан, которого Ныхв-пророк (Ныҳә ԥааимбар) привлекает к постройке судна, так огромен, что вода в море достигает ему до колена, а пойманную рыбу он жарит на солнце, подняв ее высоко над головой.

Абхазы и по сей почитают ласточку, считая ее птицей, приносящей счастье. История эта восходит к Ноеву ковчегу, когда ковчег Ныхва-пророка в плавании по огромному, бескрайнему морю дал течь, то змей своим хвостом закрыл дыру, которую до этого времени прогрызла мышь. В благодарность за это Ныхв-пророк обещал исполнить любое желание змеи. Когда после сорока дней плавания ковчег благополучно пристал к горам Кавказа, то змей попросил в награду человеческое мясо. К Всевышнему с этой просьбой были посланы ласточка и жук. В пути ласточка попросила жука показать язык.

Он раскрыл рот, и ласточка вырвала ему язык, он мог произносить только «бж-бж». Прибыв к Создателю, ласточка сообщила, что змей за спасение ковчега попросил мясо лягушек, что и было исполнено. Разгневанный змей бросился на ласточку, но она ускользнула от него, при этом он успел вырвать у нее середину хвоста. Вот почему у ласточки раздвоенный хвост.

Другое предание гласит: «Когда Ныхв-пророк собрал всех животных по паре, то буйволу и буйволице не хватило места, тогда Ныхв попросил Бога сохранить миру буйволов. Бог внял совету и дал буйволу силу и разум для того, чтобы они плыли за ковчегом. Вот почему и сегодня буйвол не имеет среди животных равного в плавании. (Следует отметить, что буйволами Нартов считались зубры). Рассказывают также, что буйволы во время выселения абхазов в XIX веке плыли за кораблями и возвращались обратно.

По мифологическим воззрениям камбала плоская оттого, что Ева сидела и ела камбалу, как к ней явился пророк и сообщил, что Иисус воскрес. Она ответила, если Иисус воскрес, то пусть и эта камбала воскреснет. Рыба воскресла и ее отпустили в воду, но т. к. часть ее была съедена, и поэтому камбала с тех пор плоская.

Надо отметить, что по древнейшим воззрениям абхазов «основа Вселенной, бык, стоит на спине огромной рыбы. А рыба неподвижно стоит в середине моря».

Старинное абхазское предание гласит: «Мир, обитаемый людьми, состоит из трех частей: верхней, средней и нижней. Мы, жители средней части Вселенной, поэтому у нас поясница в средней части нашего тела: у тех же, которые живут выше нас, это часть тела находится возле шеи, а у нижних жителей у самих ног. Люди, живущие под нашими ногами (антиподы), над собой видят морское дно, заключенное в громадный прозрачный сосуд и освещающий их страну подобно солнцу. В самом подземном мире находится кит (огромная рыба), на спине которого утверждены рога. На эти рога опирается земля, а море по абхазским поверьям не увеличивается потому, что в середине моря находится огромная дыра. Под землею от этой дыры идут огромные каналы на далекое расстояние. Вода под землей, пройдя огромное расстояние, пробивается наружу, на поверхность земли, а потом уже по склону стекает вниз. Потому то вода в море не увеличивается, ибо, сколько не приносит река, столько и поднимается по подземным каналам, где и образуются реки.

В космогонических, древнейших воззрениях абхазов первой молодой месяц видит рыба через его отражение в море, второй собака и лишь потом человек.

Абхазы рассказывают, что Всевышний по приближении весны отрывает от солнца небольшой кусочек и бросает в море. Глубь моря начинает закипать и от этого возникает тепло и приходит весна.

В одном из преданий говорится, что в древности было в Апсны великое наводнение, море вышло из берегов и затопило все. Абхазы были вынуждены покинуть родину и уйти далеко. Прошло время. Люди решили вернуться на родину, т. к. вода должна была уже сойти. Но никак не могли найти дорогу обратно. Тут внезапно появился журавль, он медленно полетел впереди народа, указывая путь на родину. Время от времени он приостанавливал свой полет, чтобы люди могли его видеть. Так журавль, после великого наводнения, и вернул наш народ в Апсны, и поэтому абхазы в древности почитали и не убивали журавлей.

В одном из абхазских мифов встречается очень интересный эпизод, как «корова, задние ноги которой упираются о берег Черного моря, голова ее нависает над высокогорными пастбищами Кавказа, где она ест траву. Изредка эта корова поворачивает голову и пьет воду Черного моря».

В абхазском эпосе – адау-великан, которого в единоборстве побеждает Абраскил, имел такую огромную бороду, что забрасывал ее в море, словно рыбацкую сеть и рыба запутывалась в бороде. Затем адау вытаскивал бороду из моря, сушил ее, одновременно поджаривал пойманную рыбу на солнце, затем питался ею.

Профессор А. Н. Грен в своем труде отмечает: «Главных божеств у абхазцев три – Бог Земли, Бог Моря и Бог Неба.

Море также имеет у абхазцев своего бога Хаита, причем приходится сравнивать это имя с названием армянского эпонима Хайка и с названием знаменитого народа хиттитов. На дне моря у Хаита имеется великолепный дворец и при нем свита из 12-ти мальчиков утопленников. Последнее доказывает, что у абхазцев происходили человеческие жертвоприношения морю детей мужского пола. Следовательно, также утопленники являлись поданными морского царства Хаита и по абхазским воззрениям не могли умереть, захлебнувшись в воде. Хаит же подстерегает людей, чтобы утопить. Как бог зла Хаит подобен персидскому Ариману и не бессмертен. Наступит день, когда освобожденный Абраскил перевернет мир, и тогда Хаит погибнет. В его царстве и море имеется дыра или провал, в которые втекают все реки с гор и по подземным каналам возвращаются обратно. Тут следует упомянуть, что абхазцы в древности не ели рыбы, полагая, что души усопших обращаются в рыб».

Здесь небезынтересно привести предание о том, как у рыб появились жабры. В древности абхазы ловили рыбу сетью. Вытащив рыбу на берег, отрывали им голову, чтобы дать душе выход из тела (чтобы душа не умирала с телом). Как-то пророк увидел, что абхаз отрывал рыбам головы и рассказал об этом Богу, мол, абхазы отрывают рыбам головы, чтобы душа не умирала с телом и, вылавливая много рыбы, они не успевали всем отрывать головы. После этого Бог наделил рыб жабрами, чтобы через них выходила душа».

Убыхи, шапсуги почитали богиню Хышхо-гуаща, олицетворявшую морскую стихию. Они представляли ее постоянно плавающей на рыбоподобном существе, напоминающем дельфина, которое назвали «Къдэс» и обожествляли, считали, что он покровительствует морям и их обитателям. Хышхо-гуаща охраняла Черное и Азовское (по-абх. «Азоу») моря. Почитание ее предотвращало выход воды из морских берегов.

Омар Бейгуаа в своем труде по абхазской мифологии пишет: «У абхазов с древнейших времен божествами моря, воды и дождя являются Дзиуауа, Дзар, Ашхуа Мекепсыс, Мшындау (ср. Ашерах – финикийская богиня моря; сирийская Ашер-Афродита – авт.).

Мшындау (Морской исполин) – слово абхазское. В греческой мифологии ему равнозначен Посейдон (Пос-ей-дау-н, у римлян – Нептун)». Морской исполин по-абхазски назывался еще – «Хәакьыц» – т.е. «Трезубец».

Ашхуа Мекепсыс – это морское божество. Считалось, что судьбы капитанов и кораблей в их руках. «Поклонявшиеся ему абхазские моряки были овеяны славой». Абхазские предания также подчеркивают, что «на море у абхазов не было соперников» – «амшынаҿы аԥсуа уаҩытәыҩса дихәамызт». В одном из древних преданий, которое рассказывали во дворце владетелей Абхазии, говорилось, что «в глубокой древности, землю абхазов, которую им даровал Всевышний, невозможно было пройти пешком, а можно было только обойти морем. Нынешняя Апсны – это только ее небольшая часть».

Название морской ладьи, на которой абхазы в древности совершали набеги и путешествия, носило название «Ашхуа» – по древнеабхазским сказаниям, когда впервые строили судно, то в качестве основы взяли киль птицы – по-абхазски «ашхәа», поэтому и судна носили данное название. По-видимому, скелет птицы был использован древними абхазами в качестве модели лодки, и не случайно «аԥра» – «парус» значит «парить», «летать»; весло звучит как «ажәҩа» – «крыло», «нос лодки» – «аԥықә» – «клюв», «шпангоуты» – «авакьыц» – «ребра»…

Священный Коран подтверждает эти сведения: «Нух никак не мог решить какую форму придать будущему кораблю. И Бог послал пророку откровение соорудить его в виде птицы: с головой как у павлина, с глазами как у орла, с грудью как у голубя, с хвостом как у петуха».

В абхазском мифе говорится, что «корабль вначале принадлежал ангелам, люди впервые увидели его и переняли во время битв ангелов с нечистой силой. Это случилось так: когда Бог сотворил дьявола, то он вышел из повиновения. Тогда Создатель решил отправить на землю ангелов на корабле, чтобы уничтожить нечисть. В Апсны направился на корабле ангел Ноу. Он остановился возле реки Мчишь, где была пещера, через которую можно было попасть на Северный Кавказ». Ангелы с помощью людей победили нечисть, и корабль люди стали строить по подобию судна, на котором спустился с неба ангел Ноу.

Древнейшие сказания о Кавказе гласят, что «пришелец, называемый Гушенком, сидя на двенадцатиногом вороном коне напал на дивов. С вершины скатилась скала и убила Гушенка и его коня, а конь был похож на корабль с двенадцатью веслами».

Что Кавказ был островом, и последнее соединение Черного и Азовского морей произошло 6-7 тысяч лет назад, косвенно подтверждает самоназвание черкесов – «адыге», как считают некоторые ученые, корень этого слова «ада» переводится как «остров».

По всей Абхазии, начиная от реки Соча-пста и до реки Егры, в преданиях абхазов говорится о Ноевом ковчеге, мачте корабля, якорях, которые издревле лежат в наших горах, являясь, видимо, свидетельством тому, что Ноев ковчег пристал к побережью Апсны.

Как жители семи древнегреческих городов спорили о родине Гомера, так и жители древней Апсны, в каждой из своих семи областей указывали на то, что в их части, в горах Абхазии, находится ковчег Ныхв-пророка. Одним из вероятных мест является высочайшая вершина – Иарцаху, которая считается священной. Юноша, поднявшийся туда становится старцем, а старику возвращается молодость, если он там побывает. Абхазы считают, что именно с этой горы Иарцаху пошло все человечество. В местности Нарчхьоу, возле г. Ткуарчал, есть топоним «Aҕбаҿаҳәара» – «Место прикола кораблей», где по свидетельствам старожилов стоял железный столб и лежал якорь. На горе Ах-ибаху есть топоним «Аҕбаҭахара» – «Место гибели кораблей», там находятся останки корабля. На горе Чапшыра находится корабль с мачтой, он уже засыпан камнями и гравием. «На горе Иапсха находятся останки корабля...». Известный исследователь Абхазии и Черноморского побережья Кавказа В. Чернявский в 1881 г. писал: «Жители Абхазии и Джигетии указывали мне в горах бассейна реки Псоу явление для них загадочное: остатки морского судна, кажется, вроде кочермы и якорь, лежащие на вершины самой высокой горы. Подобные остатки судов и кочерм указывались в землях шапсугов и других черкесских племен».

Абхазский ученый С. Л. Зухба в своей статье «Абхазские легенды с мотивами потопа (провал)» сообщает: «О том, что Ноев ковчег, его останки находятся на г. Иарцаху или Хаг говорят многие и подтверждают, «это мы видели своими глазами». В 1972 г. в Гагрском районе в с. Бзыпта Канджариа Нестор Зафасович рассказывал: «Когда переходишь перевал Хаг, то котел, в котором мы готовим пищу, должен быть обязательно закрыт крышкой, иначе перевал не перейдешь. Если будешь переходить перевал, и котел не будет прикрыт, то наступит ненастье и ливень зарядит на неделю. В этом месте я видел останки корабля, они сейчас находятся под снегом (ледником) и на полтора метра торчат из него».

Сказатель из с. Бзыпта Барцыц Джамфер рассказывал: «Сорок лет тому назад я видел мачту корабля на горе Хаг. И сейчас если возьмусь за дело, то найду это место».

«На горе Ахал-ибаху находятся останки корабля. Туда поднимался наш брат, Малиа Щахан. Он заинтересовался рассказами и поднялся туда, где и увидел останки корабля», – рассказывал житель села Аацы Малиа Армониа. Среди абхазов и по сей день много свидетелей, указывающих в абхазских горах место, где лежат останки корабля, и убежденных в этом, а также свидетелей, утверждающих, что видели останки кораблей, но второй раз их не суждено видеть. Другие так живо, подробно и обстоятельно рассказывают, что видели обломки корабля во время охоты в горах и вложили в ружье на память кусочек металла». «Мачта корабля, – рассказывал старый Хараз Авидзба, – лежит на горе Гыбжы ахра».

Что интересно, подобно пантеонам Ныхв-пааимбара в Абхазии до сегодняшнего дня сохранился пантеон Прометея – на плато Арба рхуы (Гагрский район), возле пещеры «Зоу ихаԥы» или «Жакьа ду дахьҭаҿахәоу» – «Там, где прикован Длиннобородый», на громадном камне-скале сохранилась фреска Прометея. Вокруг пантеона в виде солярных знаков выложены валуны.

Омар Бейгуаа в своих исследованиях отмечает, что «Ашын – первое абхазское название Черного моря», что «кавказские Асги (Хениокхи – абхазы) в своих наиболее древних преданиях упоминают о пересечении Черного моря. Они называют это море – А-шын = вышеупомянутое море. М-шын = большое (великое) море, А-м-шын = самое великое море. Эти названия звучат по-гречески Ахейне = Ахинее = Эухэниэ, Океан; по адыгски Ахын, по-скифски Ахшиан; по-шумерски и по-хеттски – Аруна/Бог моря). Хениокхи (абхазы) были господствующими в этом месте пиратами и знали его лучше других».

«Ахыном мы называем Черное море», – говорят адыгские легенды. По этим же преданиям «Ахын – могучий и несравненный» происходит из басхагов – абхазского племени.

Публий Овидий Назон в своих «Письмах с Понта» так описывает грозных Хениокхов (гениохов) и Ахейцев (древнеабхазские этнические группы, поморяне), державшие в страхе весь Понт (Черное море):

Лютый едва ли Циклоп превзошел зверства Пиакха
Нам же одним ли Пиакх дикой расправой грозит!
Воюют неистово псы у чресел чудовищной Скиллы –
Но гениохский пират для морехода страшней.
Трижды воду хлебнет и трижды извергнет Харибда,
Но не равняйте ее с грозной ахейской ордой.
Хоть и вольготней ордам по правому рыскать приморью,
Все же левый берег не безопасен от них.

«Племена ахейцев и зигов, северные соседи гениохов, – пишет А.Б. Снисаренко в своем исследовании «Властители античных морей», – это были племена пиратов – профессионалов. Слава их была... ужасна... от Фасиса до Синдской гавани ни одно судно не могло чувствовать себя в безопасности, – это бесспорный факт. Мореходам угрожали не сколько опасности природные, сколько исходящие от себя подобных».

Известный географ античности Страбон (63 г. дон. э. – 23 г. н.э.) в своих описаниях отмечал, что «Хениокхи и все прибрежные жители – ахеи, зиги занимаются морским разбоем; на небольших и легких ладьях, вмещающих от 25-ти до 30-ти человек, хениокхи выходили в открытое море, нападали на грузовые суда, на прибрежные села и даже города. Словом господствовали на кавказском побережье; особенно страдали от их нападений жители южных областей...

Вернувшись из морского похода к родным берегам хениокхи взваливали на плечи свои камары (ср. абх. «амар» – «челнок»), так называли древние греки их ладьи и уносили их в леса, где занимались земледелием, пока не наступит период набегов...» Между прочим, Помпей отмечает, что гениокхи ко всему еще и «страшные наездники».

Французский консул в Тифлисе Гамба в 1824 г., не смея выйти на западном побережье Абхазии, отмечал, что «эта часть Абхазии, где расположена бухта, не признает правительства назначенного Россией и как во времена Страбона, эти племена живут морским разбоем и грабежами. Поэтому нам невозможно было сойти на берег».

Здесь надо подчеркнуть, что Кавказ издревле было одним из поставщиков меди на мировой рынок, об этом свидетельствуют богатые майкопская и колхидская культуры; древнейшие рудники по добыче меди в верховьях р. Бзыбь, и датирующие концом XII тыс. до н.э. Единственная транзитная дорога шла морским путем. Как отвечает Эдмон де Молин, «колхидские пеласги переселялись из Колхиды морским путем, основывая на западных берегах в аллювиальных долинах земледельческие поселения, из которых образовалась плодоводческая земледельческая цивилизация. Расселяясь, в основном, в бассейне Средиземноморья, они заложили основы всей западной цивилизации».

«Торговля, – отмечают Л. Н. Соловьев и К. М. Тешев, – как сейчас установлено, совершалась каботажным путем через проливы и далее по западным и северным берегам Черного моря. Путь через проливы контролировался троянцами, и торговля, несомненно, происходила при их участии. Это были не кратковременные эпизодические связи, т. к. они оказывали огромное влияние на весь строй материальной культуры Абхазского побережья в эпоху неолита и ранней бронзы...». Троянские войны, как отмечают некоторые ученые, возникли «между кавказскими народами», блокировавшими морские пути. Не случайно, видимо, на помощь осажденной Трое «с далекого Понта явились амазонки во главе со своей царицей Пенфесилией». На связь Эгеиды и Кавказа обратил внимание еще В. Брюсов в своей замечательной обширной лекции «Учителя учителей»: «Вполне возможно, что троянско-эгейский царевич Парис, когда похитил Елену Прекрасную из дворца отсутствующего царя Менелая, был подпоясан таким же поясом, какие носили яфетидские вельможи на отдаленном Кавказе».

«...Тронская война, – отмечают ученые, – конечно не велась единственно за прекрасную Елену... Она велась, очевидно, за свободу прохода на кораблях в Черное море, к берегам обширного скифо-кавказского мира. В этом удостоверяет нас то, что по всем сказаниям древности, эта война случилась после похода аргонавтов в Колхиду».

В те далекие времена, по-видимому, кавказская цивилизация была выше древнегреческой, это одним из первых подметил первый автор абхазского алфавита, виднейший кавказовед П. К. Услар: «Оставляя в стороне фантастические рассказы о колхах, находим положительные доказательства их цивилизации. Классики хвалят их гостеприимство, пособие, которое они оказывали потерпевшим кораблекрушение у их берегов, причем выдаваемы были путникам деньги для дальнейшего пути; сохранилось воспоминание о колхском философе Марсиале; рассказывают, что в Колхиде по дорогам расставлены были каменные таблицы, на которых, для сведения путешественников объяснены были направления путей и расположения ночлегов. Эти особенности, как совершенно чуждые грекам, возбуждали их внимание, но нет сомнения, что они подсмотрели одни лишь уцелевшие остатки цивилизации, находившиеся уже в состоянии полного упадка».

Еще в 20-х годах XIX столетия абхазские старцы рассказывали генералу Бебутову Василию Осиповичу, что в Сухуме и его окрестностях от р. Баслы до р. Келасур «был когда-то большой город, который занимал все окрестности и ущелье, что жители были так богаты, что у них стаканы, тарелки, подносы и прочее были все золотые. В какой мере это достоверно – неизвестно, но, во всяком случае, предание это свидетельствует о богатстве края и о том золоте, о котором упоминают древние, описывая восточные берега Черного моря, вообще».

Э. Реклю указывает на другой водный путь, по которому развивались торговые отношения: «имеются серьезные указания на то, что существовала правильная торговля между Кавказом и берегом» Балтийского моря, через посредство ос-сов, может быть азов, переселившихся затем в Скандинавию...» (Аз=Ас, как считает Омар Бейгуаа, является изначальным названием абхазов в древности; «Аз» – так абхазов и шапсугов называли адыги).

Л. И. Лавров, говоря о мегалитической культуре народов Западного Кавказа, отмечает: «Появление дольменов на Кавказе нельзя объяснить иначе, как следствие далеких морских экспедиций кавказских народов на рубеже неолита и раннеметаллической эпохи».

Тур Хейердал в своей замечательной книге «Древний человек и океан» пишет: «Продвигаясь по обширнейшей инкской империи, испанцы встречали огромные мегалитические сооружения доинского происхождения, которые были заброшены за много веков до Колумба и обратились в развалины. Один из наиболее замечательных образцов мегалитического зодчества Нового Света находится в Винаке, между Куско и океаном. Испанский хронист Сиеса де Леон писал: «Когда спрашиваешь индейцев, кто соорудил эти древние памятники, они отмечают, что строителями были белые бородатые люди вроде вас самих, которые пришли в эти места за много столетий до правления инков и обосновались здесь».

Один из самых загадочных, и ныне исчезнувших народов гуанчи, живших на Канарских островах, по исследованиям «представляли собой смешанный народ, соединяющий кавказоидные и негроидные элементы при разной степени преобладания того или иного на разных островах». Очевидно, что были выбросы кавказского (белого) населения, и они, совершая миграции через Атлантику, несли свою более высокую культуру жителям Нового Света в доисторические времена. И поэтому Тур Хейердал отмечает: «Примечательно, что как в Шумере, так и в Египте мифических богов и полубогов описывали и изображали в качестве мореплавателей на бунтовых судах. Это касается не только бога вод, но и бога Солнца, птицечеловеков, божеств с львиными головами и прочих сверхъестественных созданий, с которыми египетские и шумерские династии связывали свое происхождение и которые изображены на фресках, рельефах, папирусах и печати. Первые исторические легенды повествуют о морском судне, достаточно большом, чтобы спасти людей и скот от ярости потопа. Пять тысяч лет назад шумерские писцы приписывали другим изобретение кораблей. Судостроение и мореплавание в ту пору явно рассматривалось как наследие, полученное предками от богов в дошумерские времена...». Здесь явно чувствуется несомненная связь с западно-кавказскими мифами о потопе и изобретении корабля, о чем мы говорили выше.

В связи с этим А. Асов в своей работе о кавказской цивилизации отмечает: «Легенды о переселении предков адыгов из этого Аввалона-Вавилона в Египет, а из Египта на Кавказ, в сущности, являются отголоском древней колонизации атлантами Причерноморья и Кавказа. И поэтому мы вправе говорить и об американо-атлантидской колонизации и искать родство абхазо-адыгов с североамериканскими ацтеками и т. д. «Еще четче подчеркивает другой автор: «Посланники главной працивилизации, располагавшейся здесь, на берегу Черного моря, создали по всему миру дочерние центры знаний и культуры... Именно {кавказские} посланники обучили людей земледелию, астрономии, календарю и письменности, математике и искусству, ремеслу и строительству. Во все концы света распространила кавказская суперцивилизация свои достижения, посылая своих жрецов посвященных, которые стали для {остальных} людей богами, ибо уровень их цивилизации для человечества был поистине божественным...

Отсюда с {кавказского} побережья были направлены экспедиции и на Урал, и в Тибет, и на Ближний Восток, одним словом во все части света».

Очень интересна история происхождения скандинавских народов и их связь с Кавказом. Обратимся вновь к Туру Хейердалу: «Сохранность саг, в которых запечатлены древнейшие воспоминания народа, Норвегия обязана потомкам тех, кто бежал в Исландию более тысячи лет назад. Норвежские саги были тщательно записаны латинскими буквами на пергаменте после официального введения христианства в Исландии в 1000 г. и образовали основу скандинавской литературы в века, предшествующие плаваниям Колумба. С принятием латинского алфавита было оставлено и забыто исконное норвежское письмо – руны. «Сага об Инглингах», посвященная начаткам норвежской истории и первоначальному заселению Скандинавии, была записана ученым-исландцем Стурлусоном. Обнаруживая основательное знание географии, автор предания о происхождении и миграциях первых скандинавских правителей помещает исконную родину этих полубогов у восточных берегов Черного моря, на границе Азии и Европы. На территории Прикавказья, от реки Дона до северо-восточной Турции, говорит сага, жили древние норвежцы, управляемые династией Инглингов. В те времена они подверглись натиску бесчинствующих римских легионов, и бегство было единственным способом уцелеть. Снори подробно описывает странствие через Европу, переход из Сакеланда (Саксония) в Данию, Швецию и Норвегию». Далее автор сообщает: «Древнейшая родина викингов неизвестна. Разумеется, они в Скандинавии – пришельцы. Б

Об авторе

Главная » Алфавитный каталог авторов » А » Статьи

Руслан Агуажба (Гожба)

Статьи: